Отличный https://Wodolei.ru 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

За ним закричали и воины, и даже деревенские жители радостно заулыбались, глядя на поверженного противника. Самый юный из воинов, подхватив копье, побежал рассматривать его поближе, все уже было собрались последовать его примеру, и тут Мулк — так звали юношу — заорал. Потрясенные люди увидели, как из песка потянулось точно такое же щупальце, которое только что пыталось стащить с дерева женщину, обвило его туловище и потащило под землю. Барон бешено закричал, приказывая всем вернуться обратно. Мулк уже исчез под землей, его крики затихли, и лишь качавшаяся над землей на веревке женщина — сознание еще не вернулось к ней — нарушала воцарившийся покой этого места. Дружина растерянно столпилась вокруг своего предводителя. Тонен орал в небо все ругательства, которые мог придумать его пьяный ум. Пока его разум был полностью захвачен гневом, кузнец обратил внимание, что земля чуть шевелится, и это шевеление медленно, но верно приближается к ним. Он схватил из клетки старосты кролика и кинул его на дорогу сразу перед баллистой, гораздо ближе того места, где сидела первая тварь. У кролика не было ни единого шанса на спасение, он мгновенно исчез под землей, окутанный щупальцами, и кузнец заорал:
— Оно приближается!
Все отшатнулись назад, теперь два десятка глаз не отрываясь смотрели на землю. Шевелившаяся полоска достигла баллисты и на мгновение замерла. Потом из земли полезли ярко-красные щупальца, не меньше дюжины, и обвили орудие, поразившее первую тварь. Послышался треск, от баллисты полетели куски дерева, и тогда барон скомандовал:
— Отходим в деревню! Кузнец, твою мать! Беги первым, пусть к краю деревни притащат весь самогон, который в ней хранится. Если не хотите, чтобы это доползло до ваших домов, то убейтесь, а соберите бочки три самогона, того, который горит. Мигом!
Кузнец сломя голову бросился в деревню. Дружина во главе с бароном, возвышавшимся над всеми на своем коне, построилась в боевой порядок, который на южных границах называли «носорог», и начала медленно отходить к деревне. Тот, кто сидел под землей, не утолил на баллисте жажду мести и теперь двигался за ними. Полоска шевелящейся земли методично прокладывала свой путь по тропинке. Пятнадцать боевых копий покачивались перед дружиной, пятнадцать пар глаз смотрели в прорези шлемов, перед ними оставшиеся четыре жителя деревни торопливо уводили лошадей, привезших баллисту к месту битвы. Староста так и не бросил клетку с оставшимися в живых зверьками, видно, кролики были его личные, и те испуганно метались по ней, внося свой вклад в витавший над отрядом страх. Наконец барон увидел окраину деревни, кузнеца с несколькими жителями и пять бочек, которые, как он надеялся, были полны той отвратительной жидкости, которую гнали из всякой дряни местные жители.
— Теперь огонь, — крикнул он кузнецу, когда отряд подошел к бочкам. — Принеси факел или что-нибудь похожее.
Кузнец исчез в ближайшем доме. Когда он появился, то увидел, что воины барона уже бросают в движущуюся землю первую бочку. Та от удара разлетелась вдребезги, самогон ушел в землю, из земли метнулись щупальца, но, найдя лишь дерево, снова исчезли, а между тем в них летела уже вторая бочка, за ней третья. Две бочки, одна из которых не была наполнена и на треть, барон приказал пока оставить.
— Господин. — Кузнец протянул барону импровизированный факел. Тот выхватил его и сразу кинул в то место, где разбились три бочки самогона.
Ужасный вкус этому напитку придавала удивительно высокая концентрация спирта. Она же приводила к тому, что уже после первой кружки вкус для пьющего становился абсолютно безразличным. Это, по сути дела, и было причиной, почему за столетия никто не попытался улучшить его рецептуру. Барон, весь день проведший в пьяном угаре, просто не мог не вспомнить об этих замечательных свойствах деревенского самогона.
Земля вспыхнула прозрачным синим пламенем. Жар быстро проник в глубь земли, и тварь, притаившаяся там в кажущейся безопасности, рванулась наверх, где не было разрушающего ее тело огня. Этого ждали воины барона, как только земля стала разлетаться в разные стороны и возникла красная масса их противника, они кинули в нее последнюю полную бочку огненной воды и сразу же ощетинились копьями в своем боевом порядке. Одуревшая от охватившего ее пламени тварь кинулась на обидчиков. Воины, которые составляли острие построения, первыми приняли на свои копья ее удар и отлетели от его силы назад, несмотря на то, что основание копий было воткнуто в землю. Оставшиеся в строю мигом сгруппировались, и ослабевшая тварь, натолкнувшись на вторую стальную стену, пробить ее уже не могла.
— Добьем ее! — заорал барон, продолжив это краткое указание замысловатой фразой. Его конь испуганно шарахнулся от чудовища, и барон долго пытался заставить его приблизиться к спруту, чтобы личным примером воодушевить своих людей. Пока он боролся со своим непослушным транспортным средством, красная масса стала похожей на фантастического ежа, ее щупальца, недавно столь грозные, были отрублены взметнувшимися мечами, и земля в четвертый раз за два дня оросилась темной чужой кровью. Воины и спешившийся в конце концов барон во весь голос орали, рубя красную массу, где не было видно ни головы, ни пасти, ни глаз, и успокоились лишь тогда, когда сил поднимать и опускать мечи уже не было. И как только барон отошел от поверженного противника, усталость, облегчение и выпитое вино взяли над ним верх, и Тонен упал как подкошенный.
Проснулся он лишь на следующее утро от бьющих в его комнату солнечных лучей и сразу вспомнил вчерашнюю сцену с женой, матерью и сестрой, закончившуюся его поражением и изгнанием из замка его любовниц. С жуткой обидой и больной головой барон спустился из своей комнаты вниз, в кухню, наорал на повара, чтобы тот принес воды и холодного мяса, залпом выпил целый кувшин, съел кусок говядины и вышел во двор. Во дворе лежало что-то ярко-красное, вокруг которого стояли несколько воинов барона и кузнец. Тонен потрясенно приблизился к ним.
— Что это? — был первый его вопрос.
Ответом были удивленные взоры.
— Откуда эта пакость в моем замке? Отвечайте, дети пустынных шакалов! — взревел барон, не дождавшись ответа.
Его собеседники испуганно переглянулись между собой.
— Барон, — ответил один из воинов, — вы же вчера сами убили двух этих тварей. Мы приказали крестьянам, чтобы они притащили первую. Из нее еще можно сделать чучело, а таких животных нет ни у кого, даже у самого императора. Со второй-то ничего нельзя сделать, там все, что было шкурой, превратилось в решето.
Барон был ошарашен.
— Расскажите мне! — потребовал он, смутно начиная припоминать что-то подобное. Его воины, перебивая друг друга, начали рассказывать ему события вчерашнего дня. Уже к середине рассказа память барона восстановилась.
— Все, хватит, замолчите. Помню все. Идите на кухню, скажите, пусть готовят сегодня поминки по Мулку. А ты чего пришел, — перевел барон взгляд на кузнеца.
Вместо ответа кузнец развернул лежащий на земле тряпичный сверток, и барон увидел свой сломанный меч. Взяв его у кузнеца, он внимательно осмотрел место слома и восхищенно покачал головой.
— Если бы ты жил на материке, работать тебе на императора.
Кузнец смиренно молчал. Барон задумчиво посмотрел на меч и, вдруг сменив тон, продолжил разговор:
— Ну вот, кузнец. Нам осталось всего одно испытание. Пройдем ли мы его?
— Почему, господин? — Кузнец непонимающе склонил голову.
Барон потер виски.
— Был бы ты действительно грамотным, — барон усмехнулся, — и умел бы читать книги, то ты бы знал, что любой подвиг состоит из трех испытаний. Мы прошли только два. Значит, ждать третьего. Да такого, что первые два покажутся нам детской забавой…
Глава 3
— Он прав? — На сей раз Иван связался с Куджиевым из деревни по видеосвязи.
— Да, — буркнул в ответ Куджиев. — Я занят.
— Дела так плохи? — Иван явно хотел поговорить, но его шеф скривился:
— Хуже некуда, — и отключил связь.
Неделю остров Урхо жил в постоянном ожидании угрозы. Через два дня после схватки с земляными монстрами барон отправил свою семью вместе с несколькими самыми молодыми воинами в качестве эскорта к одному из друзей на материке. В кратком письме он описал причины этого и просил приютить их на несколько недель. В деревне никто не рисковал выходить в глубь острова, скот пасли у стен замка, и сев решили отложить, благо основное пропитание деревне все-таки доставляло море, а не земля. На исходе этой недели ранним утром обитатели замка проснулись от звуков тревоги. Со стороны материка приближался чей-то корабль. Угроза пиратов была весьма реальной, но к огромному удивлению барона корабль нес не этих хищников морей, а Усмерта, друга, к которому барон отправил свою семью.
Друзья обменялись приветствиями, и Тонен повел Усмерта и его воинов в обеденный зал, по пути осведомившись, какие причины заставили его сорваться с насиженного места и пуститься в неблизкое морское путешествие.
— Ну как же, — удивленно ответил Усмерт. — Естественно, твое письмо.
Тонен удивленно поднял брови.
— И не строй из себя невинность. — Усмерт похлопал барона по плечу. — У тебя ожидается самое интересное приключение со времен наших южных битв. Не думал ли ты, что я захочу его пропустить? Да и по правде говоря, с приездом твоего семейства в моем замке стало слишком много женщин.
Тонен широко улыбнулся. Помощь старого товарища и его войска была бы ему сейчас как нельзя кстати.
— Как в твоих землях, безопасно?
— Указы императора обещают слишком щедрую награду за любого пойманного разбойника, — огорченно ответил его друг. — Они сами друг друга повыдавали. Обидно, нечем заняться, когда безделье надоест. В наших лесах стало так скучно, что дети ходят по ягоды туда, где раньше едва ли прошла бы без потерь дюжина имперских рыцарей.
— Чего не скажешь о наших, — усмехнулся Тонен.
— Да уж, твоя матушка не пожалела красок, описывая тех тварей, что ты убил. Знаешь, всегда завидовал твоей способности находить приключения.
— Именно поэтому ты и был всю войну рядом со мной? — с усмешкой приподнял брови Тонен.
— Ну… — Усмерт задумался. — У тебя ведь было еще самое лучшее вино, и ты выманивал у этих южных землевладельцев самых красивых девок!
— Да ты не изменился. — Барон откровенно веселился. В ответ ему улыбнулся и его друг:
— А вот ты… Мне поведали историю не менее страшного сражения, в ходе которого ты уступил объединенным силам своего женского населения.
Барон вздохнул.
— Это все наследник, — оправдываясь, ответил он.
— Ну-ну. — Усмерт похлопал хозяина замка по плечу. — Ладно, сейчас мы с тобой перекусим, и ты покажешь свои новые трофеи.
Они пировали еще два дня, в результате чего численность деревенского скота, и без того пострадавшего в результате последних событий, сократилась на несколько голов. На третье утро из деревни в замок прибежал мальчик. Стража ворот выслушала его и послала за бароном. Тот только что встал и завтракал в компании страдавшего от головной боли Усмерта.
— Дьяволы южных морей, — стонал гость. — Что я делал вчера после того, как мы рубили на скорость дрова для твоего камина? И чем, кстати, мы их рубили? Надеюсь, не мечами?
— Не помню, — честно признался Тонен. — Вино, которое я купил последний раз у купца, очень быстро отнимает память. Я даже про дрова не помню.
Попытки восстановить события вчерашнего дня были прерваны ворвавшимся в трапезную воином.
— Господин! Прибежали из деревни. Там кто-то взбесился, бросается на всех подряд!
Друзья переглянулись.
— Началось, — озвучил этот молчаливый диалог Тонен.
Через несколько минут во дворе собрались все воины, не задействованные на охране замка. Все выглядели мрачно и сосредоточенно, как в те времена, когда дрались на южных границах империи. Выйдя за ворота замка, объединенное войско быстро двинулось к деревне. Уже по дороге к ней они начали встречать бегущих в панике жителей, в основном женщин и детей — мужчины по большей части ловили в море рыбу. Тонен начал разворачивать их, крича, чтобы они вернулись и собрали всю еду, которую можно найти в деревне. Жители пристраивались в хвост войска, на вопросы, что случилось, они отвечали, что кто-то на кого-то бросается, но конкретно ничего сказать не могли. В общей сложности по дороге войску барона встретились несколько десятков человек. Когда они дошли до деревни, то жители наотрез отказались расходиться по домам, и барон, махнув рукой, приказал всем скопом двигаться к центру.
Странно выглядела деревня. Какие-то звуки, похожие на выкрики, раздавались только из центра, во дворах же не было ни единой души. По опустевшим улицам Тонен, Усмерт и их воины, сопровождаемые испуганными жителями, быстро добрались до центра. То, что они там увидели, не подчинялось никаким законам здравого смысла.
В центре площади стояла небольшая группа жителей. В ней Тонен узнал ведьму с детьми, кузнеца, старосту, еще несколько мужчин, большинство же ее, как и среди тех, что встретились ему, составляли женщины, сгрудившиеся в центре. Мужчины сжимали в руках топоры и колья, наспех выдернутые из заборов и заточенные прямо на площади. Вокруг них валялось несколько трупов людей и домашних животных всех видов, и еще несколько человек бежали к ним с разных сторон. Увидев вступающих на площадь воинов, кузнец изо всех сил закричал:
— Берегитесь всех, кто подходит к вам!
Пока воины Тонена и Усмерта пытались сообразить, что кузнец хотел им сказать, до стоящей в центре площади группы добежала старая женщина, немного знакомая Тонену: она изредка приносила в замок молоко и сыр, которые очень хвалила его сестра. Потрясенный Тонен увидел, как она вдруг бросилась прямо на оборонявшихся. Ее встретил выставленный частокол кольев, на которых она бессильно повисла и, капая чем-то красным, сползла в деревенскую пыль.
— Вперед! — стряхнув оцепенение, крикнул барон.
Они почти добежали до мостика через речку, который отделял одну часть площади от другой, как вдруг сзади них из-за домов выскочил бык и, взревев, бросился в атаку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33


А-П

П-Я