Выбор порадовал, цены сказка 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Они напоминали Кеттрику детей, разделяющих какую-то общую тайну. Они скрывали что-то от взрослых... от него, от Бокера, Хурта и Глевана.
Почему, спрашивал он себя.
Когда стало уже совсем поздно, и Кеттрик был уже совершенно пьян, а Веллан еще пьянее, последний пригнулся к Кеттрику и посмотрел на него с огромной любовью, прошептав:
– Джонни, побудешь с нами, да? Немножко. Потом МК...
Ниллэн перебила отца. Веллан так и не сказал того, что хотел, возбудив однако, любопытство Кеттрика.
Потом МК что сделал?

9

На следующее утро Кеттрику уже казалось, что накануне у него разыгралось воображение. В теплом солнечном утреннем свете деревня была такой же мирной и спокойной, как всегда. С крыш игрушечных домиков поднималась легкая дымка – след прошедшего вчера дождя. На зеленой траве резвились ребятишки, маленькие как куклы, их голоса звенели повсюду приятной музыкой. Взрослые проснулись поздно после вчерашнего пира и не спеша начали готовиться к торговле. Торговля займет несколько дней, пока не съедутся жители соседних деревень. Спешить некуда. Здесь никто никогда не спешил.
Население по другую сторону Гурры были совершенно другими – больше ростом и агрессивнее по характеру. Они шли по более сложному и технологически более передовому пути, с готовностью принимая идеи, привнесенные в их общества купцами, приспосабливая все чужеродное к своим целям и задачам. Довольно многие начали мигрировать, стремясь увидеть и узнать побольше о чудесах за пределами их небес.
Люди Веллана, напротив, были ленивы, нелюбопытны, и абсолютно довольные своим образом жизни. У них было все для этого бесхитростного счастья. Горы и джунгли защищали их. Врагов у них не было. Почва при небольших усилиях обеспечивала изобилие еды, одежды и строительных материалов. Удобство, комфорт и покой были частью окружающей природы, витали в воздухе.
Некоторые товары, такие как синтетические материи ярких расцветок, побрякушки, косметика, металлические ножи и посуда, и элементарные лекарства они с радостью приобретали у заезжих торговцев. На прочее, типа электрогенераторов и сельскохозяйственной техники, они смотрели с удивленным безразличием и полным недоумением, так что в основном их культура никак не изменилась под влиянием межпланетной торговли.
Всегда ли это зависело от них самих. Лига Миров-Членов Созвездия запретила всяким миссиям продавать что-либо этому народу. И МК поддерживал этот запрет. Атрибуты разных культур были на виду всех миров. Если народ стремился к прогрессу, он должен был работать. Если нет, то все эти современные достижения все равно не имели смысла для них. По всему Созвездию были разбросаны недостроенные водопроводы, электростанции и прочее, созданное для обеспечения комфорта местного населения, которое меньше всего хотело этих нововведений и так и не удосужилось позаботиться об этих диковинных штучках. С самых давних времен все технические изобретения и технологический прогресс был отдан на откуп самих развивающихся народов.
Народ Веллана предпочитал не думать об этом. Когда-нибудь, их более энергичные соседи сметут их. Но сейчас таково было их мировоззрение и они были веселы и беззаботны, как дети, играющие на солнце.
И Кеттрик решил, что все, что ему показалось прошлой ночью во время пиршества, было всего лишь плодом разыгравшегося воображения, подстегнутого общим возбуждением и выпитым в жаркой многолюдной комнате вином.
И вдруг Чай, которая спала всю ночь рядом с ним на полу и которая вышла с ним из Большого Дома, потянула воздух носом и сказала:
– Не нравится здесь, Джон-ни.
Удивившись, он просил, почему.
Она покачала головой, сощурившись посмотрела на зеленую лужайку и сказала:
– Плохо пахнет, – она вздохнула, показывая, что человеку никогда не понять, что она чувствовала.
Тогда Кеттрику снова вспомнились переглядывания и приглушенный торжествующий смех, он вспомнил слова Веллана:
– Побудь с нами немного...
Он вернулся в дом и разбудил Глевана и двоих Хлакранов.
Потом последовали четыре суматошных дня. Кеттрик занимался торговлей. Остальные готовили «Греллу» с предстоящему космическому прыжку. И все это время Кеттрика не покидало чувство беспокойства. Пока корабль не будет готов к космическому полету, он просто ловушка.
Он не мог объяснить себе откуда это чувство. Все шло очень гладко. Торговля была успешной. Люди относились к нему как всегда доброжелательно. Ниллэн следовала за ним повсюду как жизнерадостная бабочка, совсем как в былые времена. Веллан предоставлял ему каждый вечер всевозможные удовольствия и развлечения. Но он больше не повторял своей просьбы побыть с ними еще немного. И Кеттрик не напоминал ему об этом.
Выяснилось одно. Сери не торговал с этими людьми. Они приходили к кораблю Кеттрика с повозками и корзинами до верху наполненными товаром – тонкоткаными местными тканями, резными изделиями из редких сортов дерева, сделанные с величайшим мастерством и изяществом, известные и высокоценные бронзовые шкуры больших речных змей. Народ этот был богат.
Бокер проницательно предположил:
– Может, они расплачивались с ним не товаром.
– Наркотиками, ты хочешь сказать? – спросил Кеттрик. Он знал, что коротышки все еще изготовляли и употребляли свой особый вид наркотика, применяемого в некоторых религиозных обрядов. Это разрешалось, если не сопровождалось торговлей этим веществом.
– С него станется. Эта штука сейчас черти сколько стоит – ее ведь очень мало. Только они, конечно, не просто так ему отдавали это зелье, хотя в деревне не заметно ничего нового и необычного. Но это заметно по тому, как они ведут торговлю.
Бокер покачал головой:
– Но Веллан сказал, что Сери просил слишком высокие цены. Так что, может, его поездка просто ничем не кончилась.
Он почесал свою серебристую гриву черным засаленным пальцем и добавил:
– Но черт меня подери, ума не приложу, зачем ему было приезжать. Сери, собственной персоной. И не один раз, а несколько. Рынок вряд ли стоит того.
Это было утро четвертого дня их визита. В полдень Бокер пришел сообщить, что все наладочные работы завершены.
– Займись торговлей, – сказал Кеттрик.
– Куда ты идешь?
– Надо задать пару вопросов. – Кеттрик нахмурился, чувствуя себя несколько в глупом положении. – Вам нужно держаться друг друга. Может, придется срочно взлететь.
– Хм, – только и произнес Бокер. – И до тебя дошло.
– Что дошло?
– Не знаю, сказал Бокер, – в том-то и дело. Но я не слишком доверяю твоим маленьким друзьям, Джонни. Они какие-то странные. – И он наклонился поближе к Кеттрику. – Глеван говорит, что это знак. – Он улыбался, но глаза его оставались серьезными. – Ты присматривайся, ага?
– Буду присматриваться. – Кеттрик пошел, пробираясь через ярмарочную толкотню повозок и небольших навесов, под которыми отдыхали люди возле ржавого тела «Греллы». Грузовой люк судна был открыт, подъемник трещал и стонал под весом загружаемых и выгружаемых грузов. Это была обычное, очень мирное зрелище, и бояться этих людей показалось настолько смешным, что Кеттрика чуть не рассмеялся вслух.
– Всего лишь задать несколько вопросов, – подумал он. – И потом в путь.
Чай вышла из тени какой-то лавки и последовала за ним.
Улица усаженная деревьями блестела на солнце будто ряд фантастических факелов, белое цветение подчеркивало красноту листвы. Протоптанная тропинка тепло касалась ног, благоухала смятой травой. И появление Ниллэн, идущей навстречу ему из деревни, показалось вполне естественным.
– Джонни! – закричала она. – Я как раз иду к тебе. – На ней был длинный пестрый шелковый шарф – подарок Кеттрика – и цветы в ее неестественно ярких волосах. – Торговля закончена?
– Еще нет, – сказал Кеттрик. – Мне просто хотелось немного побродить. Давно я здесь не был.
Девушка улыбнулась Кеттрику своими янтарными глазами.
– Я прогуляюсь с тобой. – Потом она заметила Чай, серую огромную фигуру в тени деревьев.
– О, Джонни, отправь ее обратно, пожалуйста. Я боюсь ее.
Кеттрик пожал плечами и что-то коротко бросил Чай на ее языке. Та послушно повернулась и пошла обратно к кораблю. Ниллэн чуть содрогнулась в невольном жесте облегчения.
– Такая огромная, злая и печальная. Я не могу смеяться в ее присутствии. – Ниллэн взяла Кеттрика за руку. – Куда мы пойдем?
– Куда бы тебе хотелось? Но после того, как я поговорю с твоим отцом.
– О, Джонни, извини, но отец поехал в Третью Деревню, – девушка говорила о деревне на третьем изгибе реки к северу отсюда. – Он вернется до заката. Тогда и поговоришь с ним.
– Ну, – сказал Кеттрик, – в таком случае у меня нет выбора. – Но он был раздражен, будто Веллан сделал это преднамеренно, чтобы избежать встречи с ним. Глупо, конечно. Веллан не мог знать о его приходе.
Они шли вдоль аллеи деревьев, Ниллэн держала его за руку как в былые времена, и он подстраивал свой шаг под семенящую походку ее крошечных ножек, обутых в сандалии.
Деревня замерла в полуденной жаре. Отовсюду доносились запахи приготовляемой пищи. Несколько детей играли на улице. Дверь Высокого Дома была открыта, внутри не было ничего, кроме прохладной тени. Кеттрик и Ниллэн пересекли лужайку, за которой был широкий пыльный переулок, тянувшийся от извивающегося рядом небольших домиков с соломенными крышами, который постепенно переходил в тропу сквозь густые, похожие на джунгли, заросли, и наконец вел прямо в другую деревню.
Дома в этот день казались Кеттрику необычно спокойными, будто большинство людей покинули свои жилища или сидят внутри затаившись и выжидая чего-то. Он пытался объяснить это себе – действительно, ведь они все возле корабля. Жители деревни уже распродали весь свой товар, а люди, сейчас окружающие «Греллу», пришли из более удаленных мест.
Ниллэн беспечно болтала. О Кеттрике. О Земле. О Тананару. О том, что он делал там и чем только собирается заняться.
– Что ты будешь делать, Джонни?
– То же что и всегда. Торговать.
– Но если они найдут тебя. МК то есть. Ты не должен доверять всем, кто-то выдаст тебя.
Вместо ответа Кеттрик рассмеялся.
– А если ты встретишь Сери, – сказала она. – Ты уже чуть не столкнулся с ним. Он не донесет?
Об этом не волнуйся, – успокоил ее Кеттрик и свернул с главной дороги на узкую тропинку. Деревья плотнее обступали их с обеих сторон, погружая все в глубокую тень, сквозь которую пробивался медный блеск солнечного света, колеблющегося вместе с движением ветвей. Вскоре тропинка поползла вверх к ряду холмов, нависавших над джунглями.
– Ниллэн отпустила его руку и некоторое время шла в тишине, как яркая голубая бабочка, танцующая в темном туннеле перед ним.
– Сери не скажет, – продолжил Кеттрик. – Он мой друг, ты ведь знаешь.
– Да.
– Я на него тоже не донесу.
Девушка ответила тихо и не сразу:
– О чем?
– О том, чем он занимается здесь.
Ниллэн остановилась и повернулась, замерев около пунцовой виноградной лозы, грациозно обвивавшей дерево.
Она спокойно ответила:
– Но, Джонни. Он торгует. Так же как и ты.
– Не как я. Иначе поле него мне бы здесь ничего не осталось.
Девушка рассмеялась.
– Это правда.
– Что он покупает? Наркотики? Маленьких девчонок, которым хочется повидать далекие страны?
Ниллэн приблизилась к нему. Ее янтарные глаза сверкали:
– Мне не велели говорить об этом.
– О. Ну а что мне сделать, чтобы заставить тебя?
– Я жадная. – И девушка склонила на бок голову и вытянула вперед обе руки. – Я хочу сиять и сверкать, хочу чтобы музыка звучала при каждом моем шаге.
– Я наряжу тебя как не снилось ни одной женщине в мире. Все девушки в деревни возненавидят тебя.
Она снова засмеялась.
– Мне это очень понравится! – Она схватила его за руку жестом проказливого ребенка. – Тогда пошли. Я покажу тебе. Только обещая, что не скажешь ничего папе.
Кеттрик пообещал, и они направились туда, где дорога раздваивалась. Там Ниллэн свернула и повела его к узкому ущелью, где исчезала тропинка, оставляя только обкатанный водой камень. Ущелье резко шло вверх, расширялось, и в конце концов они уже карабкались по широкому склону, деревья становились все реже и реже, а внизу как ровная поверхности виднелись верхушки джунглей.
Солнце больно пекло плечи, дул ветер. Несколько раз Кеттрику показалось, что он заметил какое-то движение за деревьями, или слышал какие-то звуки, как будто на этом склоне были не только они вдвоем. Но может, это только показалось.
Наконец, они пришли к вершине, укромно спрятавшейся в низине между холмами. Там было безветренно, место было с трех сторон защищено лесом и горными вершинами. Дно низины было ровным, выложенным многоцветными камнями в некотором подобии мозаики, которая казалось не имела рисунка, хотя Кеттрик знал, что рисунок был. Над ровным уровнем пола, по всей вероятности беспорядочно, были установлены высокие стройные деревянные фигуры.
Кеттрик остановился у края выложенного мозаикой пола.
– Зачем ты привела меня сюда? – спросил он.
Ниллэн повернулась и глянула на него, остановившись возле одной высокой фигуры.
– Ты знаешь, где ты сейчас?
– Это Низина Женщин, да?
Девушка подтвердила:
– Да, – и она облокотилась о столб, который имел руки и ладони, которыми изваяние прижимало охапку колосьев к своим пышным грудям.
Кеттрик осторожно ступил в сторону с мозаичного пола.
– А что, Ниллэн?
– У тебя будет всего один шанс, Джонни. Меньше мы сделать не могли.
– Тот шанс, о котором мне пытался говорить Веллан в первый же день нашей встречи?
Яркая головка девушки прикоснулась к столбу. Дерево было темным, полированным.
– Веллан – доверчивый человек.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25


А-П

П-Я