https://wodolei.ru/catalog/rakoviny/roca-diverta-32711600y-vstraivaemaya-65718-item/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

По виду – люди. Люди – за приборами?! Хм, это становилось забавно…
Стоило включить свои лингвистические способности и разложить незнакомый язык на основные структуры, распознать и систематизирова…
– Ничего не понимаю! Похоже, что у него вообще нет альфаритмов! – доктор был в растерянности. – Я перебрал все возможные комбинации, но…
– А ты сдвинь верхнюю шкалу на два деления вперёд, и всё считать сможешь, человек, – прозвучал с кресла немного хрипловатый голос. Говорил он с акцентом и немного не следил за порядком слов, но фраза была вполне удобоварима. Доктор обернулся. Говорил лежавший в кресле гоблин.
Ассистент, почему-то решивший, что фраза была произнесена доктором, передвинул верхнюю шкалу на два пункта. И на экране зазмеились узоры альфаритмов…
– Блин! – доктор казался ошарашенным. – Немедленно доложите Коэну! Это… Это же невозможно! Варвар, разбирающийся в электронике!
– Скорей, в медицине разбирающийся, – ответил гоблин, – Электроника ваша не есть новая, я и посовременней видал у нас.
– У вас? Где это?
– У нас в старой столице. Заброшенной ныне.
– А где Вы выучили наш язык?
– Здесь. Сейчас. Вы говорили – я запоминал. Разложил на структуры. И собрал из них свои фразы. Одно не удобно: малый запас словарный. Надеюсь пополнить. Говорите больше – помогает это мне… И развяжите мои запястья – вы не воины Короля, а поэтому драться с вами я всё равно не намерен!..
– А вдруг мы – военные фельдшеры твоего Короля?
– Ну, во-первых, не моего, а Короля Людей Западного Риадана. А во-вторых, вы не можете быть его фельдшерами, поскольку А – его вояки не говорили бы про «моего короля», а Бэ – эти варвары не смогли бы разобраться даже в моём фамильном парализаторе, не говоря уж о медицинских диагностах!
– За что же ты не любишь Короля Людей?
– Он уничтожил под ноль мой народ! Я был последним Правителем Гоблинов…
– Королём Гоблинов?!
– Правителем. Короли – это когда по наследству, или в процессе переворота. А меня избрал мой народ! Но, увы, я не смог его защитить, не оправдал возложенного доверия… У вас мозговой сканер есть? Снимающий образы прямо с сознания?
– Применять его неэтично, однако один экземпляр имеется, на случай бессознательного состояния пациента. Но применить его…
– Даже по ТРЕБОВАНИЮ пациента?! – насмешливо перебил врача гоблин. – Дайте мне его, я настрою на свои частоты: говорить трудно, проще показать… А вы запишете на плёнку.
– Мы записываем на диски.
– Некомпактно, но тоже сойдёт…
Картинка была устойчивой.
На экране был типичный земной городок конца двадцать третьего века. Снующая туда-сюда техника, параболические антенны, чаны с нанароботами-микросборщиками…
– Вот такими и были наши поселения до появления людей, – прокомментировал гоблин. – А затем настала беда. И при всей нашей сверхтехнологии мы проиграли обыкновенным варварам с дубинами и мечами!
Картинка сменилась.
От горизонта до горизонта растянулся обоз. Дети, старики, женщины. Рослые воины обеспечивали защиту с флангов. В общем, обычный обоз переселенцев, если не считать одного: все в нём – Орки, Гоблины…
Сумеречный край давит на нервы, вызывая уныние. Даже на картинке видно, какое холодное и сырое это серое небо, готовое в любой миг сорваться мелким колючим снежком… Но лица переселенцев спокойны. Они смотрят вдаль… Кто-то из едущих читает книгу, другие прислонили к глазам что-то типа очков видеоплеера, вон мать качает не желающего уснуть младенца…
Голос Правителя Гоблинов пояснил:
– Когда люди стали теснить нас со всех сторон – мы решили не сопротивляться, а напротив – покинуть обжитые места и переселиться на Крайний Север. Там, много севернее Чёрной Цитадели, мы думали основать среди вечных снегов и мерзлоты свой город, и поселиться там. Расчёт был прост: люди в таком холоде не выживут, мы же могли построить город-купол с центральным отоплением и ветровой энергостанцией… И люди не мешали бы нам, и мы не мозолили б им глаза… Но – нашим мечтам не суждено было сбыться.
На экране на горизонте возникла серая полоса. Она приближалась, пока не стало видно, что это – тысячи всадников, закованные в броню и вооружённые до зубов. Они серой лавиной катились на обоз, окружая его со всех сторон.
Гоблин тем временем продолжал:
– Люди Короля Людей окружили нас, и их посланник заявил, чтобы мы готовились к смерти. Причины для этого не изобретались: Королю было достаточно того, что мы – не люди!.. И тогда я решился на переговоры с их королём. Прорваться к нему было сложно, но всё же…
Лицо Короля в золочёном крылатом шлеме было надменно. Он скривил губы в презрительной усмешке:
– Чего тебе надобно, смерд!
– Не смерд, – голос Правителя Гоблинов был спокоен, – а Правитель моего народа. Я вижу твои устремления насквозь, Король, и готов сдаться тебе вместе со всеми взрослыми, и мы готовы позволить тебе убить всех нас, но прошу взамен: отпусти хотя бы детей наших: они-то в чём перед тобой провинились?!
– Вырастут – будут мстить! Меня это не радует! Поэтому вы умрёте все, единовременно: я не веду переговоров с исчадиями мрака! Пшёл вон, смерд!
– Мы хотели уйти в далёкие края Севера, чтобы не мешать вам, людям…
– Ага! И накопить там силы для новой войны!
– У Вас паранойя, Король…
– Быть может, смерд, но – не полоумие! Хороший гоблин – мёртвый гоблин! И это я знаю точно!..
– Видит Бог – мы не хотели кровопролития. Но если Ваше мнение непреклонно – мы будем защищаться! Мы дорого продадим свои жизни!
– Вы отдадите их совершенно бесплатно! Посмотри-ка туда! – и рука Короля ткнула на просёлок, по которому приближалась огромнейшая катапульта, влекомая двадцатью лошадьми. В огромной чаше взведённого рычага покоилось стальное яйцо.
– Вы создали её, чтоб извести нас, и спрятали в старой столице орков, – ехидно протянул Король, – Но мы нашли вашу Сферу Смерти, и теперь моя катапульта кинет эту смерть в вас, исчадия тьмы!
– Я не знаю, как они активировали её. Возможно, это был просто роковой случай, но…
Рычаг вздрогнул и рванулся вверх и вперёд, распрямляясь. Стальное яйцо взмыло высоко в небеса, выплюнуло какую-то струйку, раскрывшуюся парашютом, зависло на долгое мгновение… И затем огненное солнце расцвело под матерчатым куполом, а с земли навстречу ему ринулись потоки испарившихся тел, повозок, нехитрого скарба и пыльной земли, завиваясь в величественный гриб, прошитый изнутри устойчивым багровым сияньем…
– И тебе не прожить теперь долго, Король, – с лёгким злорадством, скрывающим невероятную душевную боль, прохрипел гоблин, – Ты отравлен невидимой злобой Оружия…
– Пришлось сказать ему так: слова «Радиация» эти варвары ещё не слыхали!..
– И как же Вы выжили? – удивился доктор.
– Противоядия. В Старой Столице их ещё много.
– Вы про Растёр-Гоув?
– Нет, я про нашу старую столицу. Там был завод по синтезу самых разнообразных веществ и соединений. В том числе – и антирадиационных препаратов.
– Но, чтоб добраться туда – надо было вырваться от Короля!
– А он сам отпустил меня, сказал: «Живи, посмотрю, как живётся Последнему Гоблину Риадана!»
– А Король – помер?
– Жив пока, скотина! Я же тем временем переселился поближе к старой Столице. Года три прожил в уединении, перебирая старые архивы. А затем выяснилось, что чуть южнее, ближе к Лаге, есть орочья ферма, чьи обитатели даже не слышали ни о нашем отходе на Север, ни о гибели нашего народа. Когда я рассказал им обо всём случившемся – они загорелись идеей мести, и мне стоило больших трудов убедить их, что не все люди плохи, и что в мести стоит ограничиться лишь людьми Короля. А затем всё было просто: мы принялись отлавливать вояк Короля, рубили их, шинковали и отправляли обратно Его Величеству в больших деревянных ящиках, с дарственной надписью. Но то ли посылки доходили, гм, несвежими, протухали, то ли качество шинковки не удовлетворяло: в мясе порой попадались доспехи, но Король свирепел всё больше и больше, сделать же ничего не мог! Мы же притормаживали вояк моим парализатором, а затем – приводили в требуемое состояние. Но не трогали простой народ, и поэтому Серебряные Рыцари нас тоже не трогали никогда… Нет, конечно же – бывало, что крали какую-нибудь коровёнку там или козу: жрать-то и мясного хочется! Но людей не трогали, мирных людей, в смысле… А затем Король пошёл на подлость: он переодел два своих отряда в уцелевшие после взрыва орочьи доспехи, снабдил их накладными ушами – и эти вот отряды вырезали под корень две деревни, позаботившись, впрочем, оставить в живых одного свидетеля, которому дали убежать и который потом под присягой подтвердил, что гоблины вырезали эти деревни… Вот тогда-то шеф Серебряных – Ирлан – и отправил своего рыцаря…
– Прошу простить, конечно, – осторожно начал врач, – Но, если верить нашим сведениям, то староста деревеньки сообщил Энглиону, что вожак был снабжён посохом-парализатором, и что именно с помощью него были остановлены крестьяне!
– Ах, оставьте! Я же говорил уже: мы мирных не трогали! ПРИНЦИПИАЛЬНО! Энглион же Ваш, по-видимому, говорил с переодетыми в деревенских людьми Короля… Маскарады ему не впервой…
– Интересно, что он скажет, если узнает правду…
– Энглион, в смысле? Лучше бы ему не знать этого, иначе, если поймёт, что его подставили и что он убил невиновных – то с его понятиями чести или с обрыва бросится, или своим же мечом себя и ухлопает!..
– Кстати, а почему это Вы своих орков на Энглиона направили?
– А что, на нём написано, что ли, что он Рыцарь Серебряный? Я-то подумал было, что это очередной наймит Короля по наши души явился…
– Души… – улыбнулся ассистент доктора, – До недавних пор люди считали, что души есть только у них…
– Они есть даже у оборотней! Вот только понять и постичь их… Вы слышали, что поют про себя сами оборотни? Могу процитировать немного напамять, Оу Кей?
И, зажмурив глаза от напряжения, он произнёс:
Мы не люди, мы не звери,
Мы почти большие птицы.
Вылетайте через двери
И оставьте вы молиться,
Не поможет, не согреет,
Не спасёт рука господня,
Посмотри, как гордо реют
В лунном свете оборотни.
Мы не помним, мы не знаем,
Как настал тот самый вечер,
Не сговариваясь, сами
Погасили божьи свечи,
Дым дурманящий развеял
Свежий от опушки ветер -
Тогда каждый вдруг зареял
В серебрящем лунном свете.
Берегитесь, опасайтесь,
Убирайтесь прочь с дороги,
Люди глупые, пугайтесь,
Чужаки и недотроги.
Ваши матери пугают
Нами всех детей в округе,
И уже младенцы знают:
Зло в зовущем лунном круге.
Мы не звери, мы не птицы,
Всё равно у нас есть души,
Но душа от вас хранится,
Вам её не обнаружить,
Ни разрушить невозможно,
Ни калечить-переделать.
Наши души тоже божьи,
Но их бог в других пределах.
Опасайтесь, берегитесь,
Оборотни на охоте,
Ваших душ немая сирость
Служит пищей для их плоти.
Наши тени серебристы,
Наши крылья, словно тени,
Наши души будут чистыми
От вашей скучной лени,
От вашей глупой лени,
От вашей серой лени…
Вот такие вот песенки… Так что души есть у всех, да только вы, люди, зачастую не даёте иным права проявлять свои души… Так-то вот…
Суд завершался. Приговор оглашал Командор Станции Йосл Коэн:
– И поэтому Ингвальда Соронсона двенадцати лет от роду мы единогласно приговариваем к ссылке с борта Станции как нарушителя спокойствия. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.
– И куда же вы меня сошлёте? – грустно и как-то снисходительно улыбнулся Джино.
– В городок. В маленький городок далеко на Земле! В настолько маленький городок, чтобы это юное дарование не смогло бы поднять там волну! И пусть забавляет там рассказами о своих подвигах местных мальчишек!..
Глава 10
Где-то на свете есть маленький городок Инельгард. Возможно, вам он известен под другим именем или неизвестен вовсе; но кому есть дело до маленьких городков? Разве что писателям, обожающим убеждать нас, что именно в таких городках и происходят самые что ни на есть увлекательные события.
Впрочем, дело не в городке, и рассказ этот – не о нём. С трёх сторон окружён Инельгард лесом; с четвёртой стороны – на востоке – поле, а за полем, минутах в пятнадцати ходьбы, протекает река Инель.
Сказывают, что давным-давно в этих лесах вольные стрелки охотились на ланей и медведей, а в Инели топили витязей, ходивших на Инельгард в поисках ратной славы.
А сейчас и в лесах, и в поле, и за рекой играют дети. Взрослые не страдают излишним любопытством – пускай себе играют, где хотят, лишь бы возвращались к ужину; да и дети не всякого примут к себе в компанию. Так что немногие знают хоть что-то об этих играх…
Джино следил за дорогой уже шестую минуту. Со старого клёна на верхушке холма дорога просматривалась вся – от дальнего леса на востоке до переправы через Инель на западе, и дальше, до графского замка – центра нынешнего Инельгарда. Пока всё было тихо.
Джино прислонился спиной к стволу дерева и ещё раз проверил, не упустили ли они второпях что-нибудь. Получалось, что ничего. Совсем неплохо для плана, составленного за две минуты, будет повод для гордости, если… когда всё сработает. Итак, Натали везут этой дорогой – другой нет, а пойманных ведьм принято жечь исключительно во дворе графского замка, с благочестивого соизволения графского священника. Пункт второй: друзья уже ждут в засаде у переправы… Джино взглянул на дорогу – пусто – и украдкой сплюнул через плечо. В серьёзных делах опасно даже думать о неудаче – накличешь беду. Натали не должны довезти до замка, иначе… Джино зажмурился и слегка потряс головой, отгоняя жуткую картинку перед глазами.
И чего ради графские егеря сунулись в дальний лес? Дичь там давным-давно всю истребили, даже зайца не найти, а вот Наташкин домик нашли. Одного фонарика под потолком оказалось достаточно, чтобы домик подожгли сразу с четырёх сторон, осенив предварительно крёстным знамением. Где им знать о люминесцентных светильниках…
Ну, это ещё полбеды; хуже всего, что Натали появилась на поляне прямо перед ними.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32


А-П

П-Я