https://wodolei.ru/catalog/unitazy/gustavsberg-nordic-duo-2310-24889-item/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Не хочу я ни на какие Канары, Мальдивы, Багамы. Хочу в Подмосковье, в тихое Подмосковье. И чтобы ничего, абсолютно ничего не делать. На даче все равно придётся что-нибудь делать. Никто меня не будет ни о чем просить, а я все равно найду себе занятие. А там… Там умеют дать человеку отдохнуть. Это просто настоящий земной рай, Олег. И человек там не тратит свою шагреневую кожу ни на какие желания, все желания там предугадываются, все без исключения. Мозги полностью отдыхают, и человек постоянно находится в состоянии некой блаженной нирваны. Туда допускаются только самые проверенные люди, ничто не должно мешать их полноценному отдыху, там не может быть никаких звероподобных бандюг с золотыми цепями на бычьих шеях, только солидные люди, занимающие высокое общественное положение, кошелёк там не самое главное. По моей рекомендации там могут принять и тебя, что я тебе очень советую сделать. Хотя, пока ты такого большого отпуска ещё не заслужил… Но обязательно заслужишь. А переговорить мы успеем… Все. За мной пришла машина. Спешу на заслуженный отдых. Очень надеюсь на тебя, очень. Скажу тебе откровенно, более перспективного руководителя, чем ты, в нашем банке нет. Я очень высокого мнения о тебе, Олег. Ты можешь очень далеко пойти. Если, разумеется, и в дальнейшем будешь все делать правильно.Разговор был закончен, толком и не начавшись. А ведь Олег хотел о многом переговорить с Павленко, объясниться с ним. Вадим Филиппович должен был рассеять многие его сомнения. Которые в последнее время становились очень серьёзными. Олег начал подозревать многих сотрудников банка в нечистоплотности, в откровенном мошенничестве и других тёмных делишках. Разговор с Вадимом Филипповичем назревал. Но тот перед отпуском сделал ему встречное предложение. И Олега ожидал большой сюрприз…Абдували Султанович Джиоев появился в кабинете у Олега Хмельницкого через два дня после этого разговора.Было ему на вид лет под пятьдесят, но Олег понимал, что на деле ему гораздо меньше. Кавказцы, как правило, выглядят старше своих лет.Ранняя залысина, седые виски, орлиный нос. А чёрные, как маслины, глаза глядели молодо и весело. Улыбались ослепительно белые зубы. Одет он был в аккуратно сидящий на нем светлый, почти белый костюм-тройку. На руке золотой «Ролекс». И ботинки на нем были какие-то удивительные, словно тоже сделанные из золота.— Здравствуйте, Олег Михайлович, — произнёс он гортанным клокочущим басом с очаровательным кавказским акцентом. — Я Абдували Султанович Джиоев. Прошу любить и жаловать.— Здравствуйте, — поднялся навстречу ему Олег, помня слова Павленко, что с этим человеком надо быть внимательным и предупредительным. Протянул гостю для пожатия руку. Рука Джиоева была мягкой и влажной. Почему-то Олегу стало противно. — Садитесь, пожалуйста.— Спасибо, — улыбнулся Джиоев и сел в кожаное мягкое кресло напротив Олега.— Чай? Кофе? — спросил Олег.— Если можно, стакан минеральной воды.Олег нажал кнопку, вошла секретарша.— Зина, принесите «Боржоми», — сказал Олег.— Да, Олег Михайлович.Секретарша пошла к двери, Джиоев при этом обернулся и бросил плотоядный взгляд на её длинные стройные ноги. Затем попытался переброситься понимающим взглядом с Олегом, но тот глядел перед собой чинно и строго. Джиоев тоже сразу же надел на лицо серьёзное деловое выражение.— В наших краях жутко испортилась погода, — начал издалека Джиоев. — Я даже боялся, как бы не задержали наш рейс. Это было бы очень некстати. Представляете себе, ветер, дождь, в какой-то момент было такое ощущение, что снег повалил. Это в мае-то месяце! Совершенно аномальное явление…— Да, — попытался поддержать разговор Олег. — А синоптики ещё говорят — грядёт глобальное потепление.— Что вы? Какое там потепление? Я бы сказал — глобальное похолодание, — произнёс Джиоев.Зина внесла поднос с бутылкой «Боржоми» и высоким бокалом. Налила гостю воды и поставила бокал перед ним.— Спасибо.— Итак, слушаю вас, — произнёс Олег, когда секретарша вышла.— Вадим Филиппович не разъяснил вам суть дела, Олег Михайлович? — спросил Джиоев.— Нет. Он только предупредил меня о вашем приезде. А сути дела он мне не успел разъяснить. Он уехал в отпуск.— Понимаю. Понимаю, — сказал Джиоев, делая глоток воды. — А я вот давно не отдыхал. Понимаете, Олег Михайлович, мне недосуг съездить даже в мой родной аул. Хотя до него от нашего города буквально рукой подать. Но времени не хватает катастрофически. Эх, если бы вы видели наш аул, Олег Михайлович, — причмокнул языком Джиоев. — Воздух кристальный, прозрачный, над белоснежными вершинами гор плывут облака, задевая за эти вершины, в небе парят орлы… Приезжайте к нам, поедем туда вместе. Таких барашков, как в нашем ауле, вы нигде не отведаете… И нигде вас не примут с таким открытым сердцем, как у нас. Это просто жемчужина Кавказа, Олег Михайлович.Олег пристально глядел на Джиоева с застывшей деланой улыбкой на губах, как бы давая понять, что настала пора приступить к деловой части разговора.— Да, жемчужина Кавказа, — повторил Джиоев и тут же нахмурил свои сросшиеся на переносице густые брови. — Но, сами понимаете, проблем в нашей республике немереное количество. И одна из них — проблема с продовольствием. Вот её-то наша организация и пытается решить. Для этого я к вам и приехал, Олег Михайлович.— Слушаю вас, Абд… господин Джиоев.— Мы собираемся построить в нашем районе консервный завод для переработки плодоовощной продукции, Олег Михайлович. Сами понимаете, наш цветущий край — край изобилия. Природа дала нам слишком много. И мы перестали дорожить дарами природы. Сколько овощей и фруктов пропадает зря, гниёт, выбрасывается — это страшная статистика, удручающая… Мы затеяли благородное дело — строительство завода. Но, сами понимаете, это очень дорогостоящее мероприятие. Специалисты сделали смету — короче, нам для этого дела нужен кредит в пятьдесят миллионов долларов. И мы обращаемся к руководству банка «Роскапиталинвест» с просьбой выделить нам этот кредит. Сроком на десять лет. Вот зачем я к вам приехал, Олег Михайлович. Разве не благородное дело мы затеяли?— Дело очень благородное, Абд… Абдували Султанович, — согласился Олег, наконец сумев выговорить его имя. — И мы вам очень благодарны за доверие к нашему банку. Мы уже неоднократно оказывали подобные услуги некоторым предприятиям и организациям. Существует определённый регламент подобных кредитов. Вы, наверное, имеете на руках гарантии правительства вашей республики и её Министерства финансов?Джиоев не ответил, только пристальным немигающим взглядом поглядел в глаза Олегу. На губах его застыла улыбка.— Нет, Олег Михайлович, — выдержав паузу, произнёс Джиоев. — К сожалению, таковых гарантий у меня на руках не имеется.— Но иначе наш банк не сможет выделить вам столь значительную сумму, — спокойно произнёс Олег. — К тому же должен вам сказать, что решение о выделении подобных кредитов я не могу принять лично. Такие решения принимает Совет директоров банка. Но при отсутствии гарантий от правительства вашей республики я убеждён, что решение Совета директоров будет отрицательным.— Вы так полагаете? — снова широко улыбнулся Джиоев. И эта его улыбочка в сочетании с вопросом совсем не понравилась Олегу.Он понял, кто сидит перед ним. Этот вальяжный белозубый шикарно одетый господин принадлежал к числу тех, кто был полностью уверен в своих силах и не привык терпеть никаких отказов. Разумеется, в своей республике он отказов и не терпел. И полагал, что и здесь все пойдёт как по маслу. Странно только то, что за подобного субъекта с полууголовными внешностью и манерами ходатайствовал Павленко, председатель правления банка. Странно ли? А не напротив ли, не вполне ли это естественно?— Да я просто уверен в этом, — сказал Олег.— Значит, мнение Вадима Филипповича Павленко для вас роли не играет?— Как это не играет? Мнение Вадима Филипповича играет большую роль. Но даже он и тем более я не имеем права решать подобные вопросы без Совета директоров. Существует определённый регламент для их решения, как вы этого не можете понять? Есть устав банка, в котором все это оговорено до мельчайших подробностей.— Олег Михайлович, — снова улыбнулся Джиоев. — Разумеется, существуют всевозможные правила и регламенты. И устав мы тоже обязаны уважать. Но, посудите сами, если бы мы постоянно следовали этим регламентам и ограничениям, мы бы остались далеко в нашем полусредневековом, полукоммунистическом прошлом. Сейчас идёт настоящая революция во всех производственных отношениях. И порой приходится некоторые правила нарушать, что поделаешь?— Ну это смотря где, — возразил Олег. — В нашем банковском деле точность и пунктуальность — это залог успеха.Джиоев, очевидно, воспринял слова Хмельницкого по-своему.— Вы позволите мне закурить? — спросил он, беря тайм-аут для новой атаки.— Да, разумеется.Джиоев вытащил из кармана пачку «Давидофф», щёлкнул золочёной зажигалкой и пустил вверх струйку дыма. Бросил быстрый взгляд на Олега и снова затянулся сигаретой. Воцарилось некоторое довольно напряжённое молчание.— Точность и пунктуальность — залог успеха, — повторил слова Олега Джиоев. — Так вы сказали?Олег молча кивнул головой.— Это прекрасные слова, Олег Михайлович, — нахмурил тонкие чёрные брови Джиоев. — Но я бы добавил к ним ещё одну категорию. Благодарность — вот что ещё является залогом успеха. Я в редкие минуты досуга размышляю о жизни и прихожу к выводу, что если бы все люди были порядочными и отвечали бы на добро добром, то жизнь могла бы быть прекрасной и счастливой при любом общественном строе — при социализме, капитализме, при чем угодно. Но волчья человеческая суть гробит все благородные начинания на корню. Вы согласны со мной?— В этом вопросе полностью согласен.— Вы умный высокообразованный человек, Олег Михайлович, — уважительно качал головой Джиоев. — Такие люди, как вы, — это будущее нашей многонациональной страны. Но труд и высокая квалификация таких людей не всегда оцениваются по заслугам…«Вот это уже теплее, — понял Олег. — А то что-то он долго тянет, совсем за дурака меня принимает, очевидно, просто за шестёрку, за мыльный пузырь в этом шикарном кабинете. А ну-ка, ну-ка, господин Джиоев. Интересно послушать, что вы мне имеете предложить…»— А ведь благородные люди всегда могут договориться между собой, — продолжал гость с юга. — Если, разумеется, они преследуют благородные цели. А наша цель более чем благородна. Сами понимаете, что уровень жизни населения в нашей республике далеко не такой, как здесь, в Москве. Людям нужны рабочие места, людям нужны дешёвые продукты питания. Разве не очевидно, что именно из-за отсутствия работы и элементарных средств существования многие молодые люди встают на преступный путь. А что им ещё остаётся делать, посудите сами, Олег Михайлович. А мы им дадим и работу, и дешёвые продукты. И вообще, пора развивать пищевую промышленность на местах, чтобы не зависеть от поставок дорогих импортных продуктов. Как вы полагаете?— Я полагаю, что это совершенно верно.— Так почему же вы не можете решить наш вопрос? — снова ослепительно улыбнулся Джиоев.— Почему не можем? — спросил Олег, сознательно игнорируя «вы», обращённое лично к нему. — Если у вас будут необходимые гарантии от правительства республики, то вполне возможно, что Совет директоров и решит ваш вопрос положительно.Глаза Джиоева потускнели, хоть деланая улыбка и не сошла с его губ. Он пристально поглядел на собеседника и яростно хлопнул себя по коленке.— Вы что, Олег Михайлович, полагаете, что в нашем правительстве сидят только доброжелательные и компетентные люди? Да там таких считаные единицы. Все гребут только под себя, никто совершенно не думает о народе. Я уже обращался к некоторым высокопоставленным лицам, и что же? Сами наверняка понимаете, чего они хотят. Все требуют взяток. Да ещё каких… Вымолвить страшно, какие суммы они от нас требуют! Причём требуют с нас за то, что мы радеем о благе народа! — с пафосом говорил он. Затем резко понизил голос чуть ли не до шёпота. — А с вами мы могли бы решить вопрос вот каким образом… — При этих словах смуглое лицо Джиоева приобрело совсем уже серьёзное выражение. — Поверьте, Олег Михайлович, мы умеем быть благодарными, в отличие от некоторых других… Короче говоря, я предлагаю вам от своего имени и имени своих коллег, истинных патриотов своей малой и большой родины, стать акционером нашего строящегося завода.Олег напрягся, он почувствовал ответственность момента. Реагировать надо было быстро и правильно. Иначе Джиоев мог все понять по-своему.— И это ещё не все, Олег Михайлович, — понизил голос Джиоев и наклонился ближе к Олегу. Тот почувствовал его горячее дыхание. — Это ещё далеко не все. Поскольку жизнь наша коротка и непредсказуема, а прибыль от акций — это дело хоть и недалёкого, но все же будущего, я предлагаю вам лично… — Он сделал небольшую, полную значимости, паузу: — Предлагаю вам один миллион долларов наличными… Вы поняли меня?Олег багрово покраснел. Слова застряли у него в горле. Он молча глядел на Джиоева.— Вам надо подумать? Понимаю. Дело непростое, дело очень серьёзное. И деньги тоже серьёзные. Вы не воспринимайте это как взятку. Это не взятка — это благодарность. Вы сделаете большое дело, если дадите нам кредит, вы поможете нашей республике. И благодарность за это должна быть адекватной.Олег откашлялся и, не думая о последствиях, произнёс:— Господин Джиоев, наш разговор закончен. Я вам не вокзальная проститутка, нечего меня покупать…— Грубо, ох, как грубо, Олег Михайлович, — укоризненно покачал головой Джиоев. — Оказывается, вы совершенно не понимаете ситуацию, вы совершенно не хотите вникнуть в наши проблемы.— Я уже объяснил вам, как полагается действовать в подобных случаях, — процедил сквозь зубы Олег. — И больше мне добавить нечего. Так что… Будьте здоровы, извините, у меня через полчаса совещание, я более не могу уделить вам ни одной минуты.— Гоните взашей, короче говоря?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30


А-П

П-Я