полотенцесушители водяные 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Эрик Френк Рассел
Абракадабра
Рассказ
Впервые за последние месяцы на палубах и во всех отсеках "Торопыги"
воцарились покой и тишина. Звездолет стоял на одной из посадочных площадок
Сиропорта. Дюзы его уже остыли, обшивка была иссечена космической пылью;
корабль напоминал стайера, завершившего изнурительный марафон. Да иначе и
быть не могло - крейсер только что возвратился из дальнего полета, в
котором отнюдь не все было так уж гладко.
И теперь, утвердившись на поле космодрома, "Торопыга" вкушал
заслуженный отдых, который, впрочем, мог оказаться недолгим. Тишина и
покой, покой и тишина! Ни тебе забот, ни хлопот, ни бесконечной нервотрепки
полета, в продолжение которого без одного-двух авралов обходится редкий
день. Только покой, только тишина...
Капитан Макноот, запершись у себя в каюте, предавался блаженному
безделью; развалясь в кресле, он умостил ноги на краешке письменного стола
и полностью расслабился. Атомные двигатели были остановлены, и впервые за
все эти месяцы смолк адский шум машин. За исключением вахтенных, весь
экипаж "Торопыги" - почти четыре сотни человек - был отпущен в увольнение.
Раскинувшийся неподалеку залитый лучами яркого солнца город являл собою
идеальное место для берегового кутежа. Вечером вкусит от этих радостей и
сам Макноот - как только вернется на борт старший офицер Грегори. Можно
будет, скинув с плеч бремя ответственности, окунуться наконец в
благоухающие сумерки, разбавленные неоновым светом цивилизации...
В этом и заключена вся радость захода в порт. Люди могут расслабиться
- всяк на свой лад, разумеется. Комфорт и безопасность - чего же еще желать
усталым космическим бродягам?
- Ну что там еще?
Постучавшись, в каюту вошел Бэрмен - начальник радиотехнической
службы; по его лицу было видно, что он знает немало способов препровождения
времени, куда более увлекательных, чем несение вахтенной службы.
- Радиограмма, сэр. Только что получена по ретрансляционной сети.
Он вручил капитану бланк и, отступив на шаг, застыл в ожидании - на
тот случай, если понадобится записать ответ. Макноот взял радиограмму,
опустил ноги на пол, выпрямился в кресле и прочитал вслух:
- "Терра, Штаб флота - Сирипорт, "Торопыге". Оставайтесь в Сирипорте
впредь до особого распоряжения. Контр-адмирал Уэйн У. Кассиди прибудет на
борт семнадцатого. Фельдман, начальник оперативного отдела Сирианского
сектора."
Когда Макноот поднял глаза от радиограммы, на лице его застыла
горестная гримаса. Он тяжело вздохнул.
- Что стряслось? - обеспокоенно спросил Бэрмен.
Макноот жестом указал на три книжицы, стопкой лежавшие на столе.
- Средняя. Страница двадцатая, - только и сказал он.
Бэрмен перелистал несколько страниц и вскоре обнаружил нужный абзац:
"Уэйн У. Кассиди, контрадмирал, главный инспектор кораблей и складов". Он с
трудом проглотил застрявший в горле комок.
- Выходит...
- Именно, - безрадостно подтвердил Макноот. - Опять все как в
Космической Академии со всеми ее дурацкими порядками. Крась переборки, драй
палубу с мылом, плюй да суконкой полируй!... - Он напустил на себя
непроницаемое выражение и заговорил до отвращения начальственным тоном: -
"Капитан, у вас имеется в наличии семьсот девяносто девять пайков
неприкосновенного запаса, тогда как по инструкции их должно быть восемьсот.
Записи о причинах недостачи в вахтенном журнале нет. Где же он? Что с ним
случилось? И чем объяснить тот факт, что у одного из членов экипажа
обнаружена нехватка пары штатных подтяжек? Вы подавали об этом рапорт по
команде?"
- С чего это ему втемяшилось взяться именно за нас? - задал
риторический вопрос откровенно испуганный обрисованной перспективой Бэрмен.
- До сих пор ему не было до нас никакого дела!
- Как раз потому, - отозвался Макноот, с видом мученика разглядывая
переборку напротив. - Пришел наш черед получать взбучку. - Тут взгляд его,
сместившись, упал на календарь. - В нашем распоряжении еще три дня, и
каждая минута теперь на вес золота. Попросите Пайка немедленно явиться ко
мне.
Удрученный Бэрмен удалился. Вскоре явился второй офицер Пайк;
несчастное выражение его лица явно подтверждало справедливость старого
утверждения о том, что худые вести не лежат на месте.
- Выпишите требование на сто галлонов шаровой пластикраски. И второе -
на тридцать галлонов белой эмали для внутренних помещений. Немедленно
отправьте требования на склад космопорта. Позаботьтесь также о необходимом
количестве кистей и краскопультов. И чтобы все это было на борту к шести
вечера. Прихватите и протирочной ветоши - сколько сможете, ее дают даром.
- Людям это не понравится, сэр, - слабо возразил Пайк.
- Ничего, прикажут - враз понравится, - пообещал Макноот. - Вид
сверкающего как стеклышко корабля оказывает благотворное влияние на
моральное состояние экипажа. Так гласит Устав. А теперь ступайте и
быстренько отправьте требования на склад. Потом принесите мне инвентарные
ведомости на запасы и оборудование. Нужно успеть провести инвентаризацию до
прибытия Кассиди. Когда он заявится, у нас уже не останется ни единого
шанса раздобыть недостающее или потихоньку сплавить лишнее.
- Есть, сэр!
Пайк развернулся и удалился в столь же мрачном настроении, что и
Бэрмен.
Откинувшись на спинку кресла, Макноот бормотал что-то себе под нос. От
предчувствия надвигающейся беды ныли кости. Недостача штатного имущества -
дело серьезное, если только она не зафиксирована в своевременно
составленном рапорте. В лучшем случае ее трактуют как несчастный случай, в
худшем - как халатность. Но самое страшное - избыток. Он наводит на мысль о
преднамеренном хищении казенного имущества при прямом попустительстве со
стороны командира корабля.
Достаточно вспомнить недавний случай с Уильямсом, командиром тяжелого
крейсера "Быстрый". Макноот узнал об этой истории из сводки, случайно
перехваченной радистами во время прохождения созвездия Волопаса. В
хозяйстве Уильямса обнаружилось одиннадцать бухт проволоки для
электрифицированных заграждений, тогда как по штату их должно было быть
десять. Правда, на заседании военного суда удалось все-таки доказать, что
лишнюю бухту не похитили со складов Адмиралтейства, чтобы в дальнейшем, как
говорится на матросском жаргоне, "стравить за борт", поскольку на некоторых
планетах она обладала изрядной меновой ценностью. Тем не менее Уильямсу
влепили выговор, а это мало способствует продвижению по службе.
Макноот все еще предавался мрачным раздумьям, когда вернулся Пайк с
толстенной пачкой инвентарных ведомостей.
- Приступим, сэр?
- А что нам еще остается? - Капитан с кряхтеньем поднялся из кресла,
мысленно послав последнее "прости" дням отдыха в прекрасном городе, залитом
неоновыми огнями. - Понадобится чертова прорва времени, чтобы перешерстить
все хозяйство от носа до кормы. Поэтому осмотр личного имущества экипажа
оставим напоследок.
Выйдя из каюты, командир направился в сторону носа; за ним уныло
следовал Пайк. Когда они проходили мимо распахнутого люка главного шлюза,
их заметил Горох. Он выскочил в коридор и присоединился к процессии. Предки
этого крупного пса отличались скорее восторженным отношением к миру, нежели
заботой о чистоте породы. Он гордо носил широкий ошейник с надписью "Горох
- собственность косм. кор. "Торопыга". Он был полноправным членом экипажа и
прекрасно справлялся со своими обязанностями, которые заключались в том,
чтобы не подпускать к трапу местную живность и - в редких случаях -
распознавать опасность, невидимую глазу и недоступную обонянию человека.
Так эта троица и шествовала по коридору главной палубы: Макноот и Пайк
с видом людей, приносящих себя в жертву служебному долгу, а за ними, вываля
язык, Горох, всегда настроенный не упустить ни одной новой забавы.
Войдя в носовую рубку, Макноот плюхнулся в кресло первого пилота и
взял у Пайка ведомости.
- Тут вы ориентируетесь лучше меня, мои владения - штурманская.
Поэтому я буду зачитывать, а вы - проверять наличие.
Он раскрыл папку и начал с первой страницы:
- К-1. Лучевой компас. Тип Д. Одна штука.
- Есть, - отозвался Байк
- К-2. Электронный дальномер-пеленгатор. Тип G-G. Одна штука.
- Есть.
- К-3. Гравиметры бортовые, модель Кассини, одна пара.
- Есть.
Горох положил голову на колени Макнооту и, тихонько поскуливая,
заглянул капитану в глаза. Он начал понимать, почему у этих двоих такой
недовольный вид: занудная перекличка - игра совсем никудышная. Утешая пса,
Макноот опустил руку, потрепал его за уши, но от дела не оторвался.
- К-187. Подушки из пенорезины для кресел пилотов. Две штуки.
- Есть.
К тому времени, когда на борт возвратился старший офицер Грегори, они
уже успели добраться до крохотной рубки селекторной внутрикорабельной связи
и в полумраке обшаривали углы. Гороху вся эта возня давно надоела, и он
отправился искать себе более увлекательное занятие.
- М-24. Запасные громкоговорители, трехдюймовые, тип Т-2, комплект из
шести штук, один.
- Есть.
Грегори заглянул в рубку и, удивленно выпучив глаза, поинтересовался:
- Что здесь происходит?
- Предстоит инспекторский смотр, - откликнулся Макноот, поглядывая на
часы. - Пойдите и проверьте, доставили ли нам со склада все, что мы
требовали, а если нет, то почему. Потом возвращайтесь сюда и поможете мне с
инвентаризацией, а Пайка надо отпустить хоть на несколько часов.
- Выходит, все увольнения отменяются?
- Само собой. По крайней мере до тех пор, пока мы окончательно не
избавимся от этого зануды. - Капитан обернулся к Пайку. - Когда будете в
городе, постарайтесь отыскать и отправить на борт всех наших - кого только
удастся отловить. Никакие уважительные причины не рассматриваются. И чтобы
без задержек. Это приказ.
Пайк состроил несчастную мину. Грегори окинул его суровым взглядом,
вышел, но тут же вернулся и доложил:
- Все заказанное прибудет со склада через двадцать минут.
Он завистливо посмотрел вслед удаляющемуся Пайку.
- М-47. Кабель внутренней связи, витой, экранированный, три катушки.
- Есть, - отозвался Грегори, мысленно проклиная себя на все лады.
Дернул же его черт вернуться на борт раньше времени!
Инвентаризация продолжалась до ночи и возобновилась с рассветом. К
этому времени в поте лица трудились уже три четверти экипажа, причем у всех
был вид каторжников, приговоренных не за совершенные злодеяния, а лишь за
преступные замыслы.
По узким коридорам приходилось передвигаться по-крабьи, бочком, чтобы
ненароком не коснуться свежеокрашенных переборок - лишнее доказательство в
пользу теории, согласно которой разумные обитатели Земли испытывают
панический страх перед невысохшей краской; первое же пятно приводит их в
отчаяние и на десять лет сокращает и без того убогую жизнь.
К концу второго дня непрерывного аврала зловещие предчувствия Макноота
начали сбываться. Он заканчивал уже девятую страницу инвентарной ведомости
камбузного имущества, а главный кок Жан Бланшар подтверждал наличие
перечисляемых предметов. И здесь, выражаясь метафорически, они,
благополучно пройдя почти две трети пути, напоролись таки на риф и камнем
пошли ко дну.
Макноот устало прочел:
В-1097. Бидон для питьевой воды, эмалированный, один.
- Вот он, - откликнулся Бланшар, постучав по бидону пальцем.
- В-1098. Кор. ес, один.
- Quoi?* - недоуменно вопросил Бланшар.
- В-1098. Кор. ес, один, - повторил Макноот. - Что с вами? Можно
подумать, на вас кирпич свалился. Мы на камбузе, не так ли? И вы - главный
кок, верно? Так кому же еще знать, где тут что лежит? Где этот кор. ес?
- Слыхом о таком не слыхал, - стоял на своем Бланшар.
- А должны бы слыхать. Он черным по белому вписан в ведомость штатного
имущества камбуза. Так и написано: "кор. ес, один". Опись составлялась
четыре года назад во время приемки корабля. Мы сами все проверили и приняли
под расписку.
- Ни за какой кор. ес я не расписывался, - продолжал упрямиться
Бланшар. - Ничего подобного у меня на камбузе нет.
- Взгляните, - Макноот, сведя брови, показал коку опись.
Бланшар взглянул и презрительно фыркнул:
- У меня есть электрическая плита, одна штука. У меня есть котлы с
паровой рубашкой, различной емкости, один комплект. У меня есть сковородки,
шесть штук. Но никакого кор. еса нет. В жизни о нем не слышал. Понятия не
имею, что это за штука! - Он выразительно развел руками. - Нет у меня кор.
еса.
- Должен быть, - настаивал Макноот. - Если Кассиди обнаружит пропажу,
он нам устроит такое!..
- Ну так сами поищите, - язвительно предложил Бланшар.
- Послушайте, Жан, вы получили аттестат Кулинарной школы Международной
ассоциации отелей; у вас свидетельство об окончании колледжа поваров Кордон
Бло; вы награждены почетным дипломом Кулинарного центра Космического флота,
- пустился перечислять Макноот. - Не можете же вы не знать, что такое кор.
ес?
- Non d'un chiеn!** - всплеснув руками, возопил Бланшар. - Что вам,
тысячу раз повторить: нет у меня никакого кор. еса! И никогда не было! Сам
черт не сыщет на камбузе кор. еса, если его вовсе нет! Что я вам,
волшебник?
- Это часть камбузного оборудования, - гнул свое Макноот. - Раз кор.
ес значится в описи, значит, он должен быть. Причем именно здесь, поскольку
упоминается на девятой странице инвентарного списка имущества камбуза, за
которое несет ответственность главный кок.
- Черта с два! - взорвался Бланшар и ткнул пальцем в сторону
металлического ящика, укрепленного на переборке. - Вот усилитель внутренней
связи. Он здесь на камбузе. Я что, и за него отвечаю?
По некоторым размышлениям Макноот вынужден был согласиться.
- Нет. Это относится к хозяйству Бэрмена. Оно расползлось по всему
кораблю.
1 2 3


А-П

П-Я