https://wodolei.ru/catalog/mebel/na-zakaz/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Мы с ней нагуливаем аппетит перед завтраком.— Позвольте присоединиться к вам, — сказал Мейсон.Взяв девушек под руки, он направился на подветренную сторону. Когда они огибали палубу, налетел сильный порыв ветра.— Ну и ветер! — сказала, рассмеявшись, Бэлл Ньюберри и поправила волосы. — Я очень много слышала о вас, мистер Мейсон.— Если плохое, то можете верить этому, — сказал Мейсон. — Если хорошее, считайте клеветой.Бэлл повернула к нему свое лицо со смеющимися темными глазами, ярким ртом и белоснежными зубами. В вырезе блузы была видна ее стройная шея.— Вчера вечером я видела, вы разговаривали с мамой, — сказала она. — Держу пари, что речь шла о нашей семейной тайне.— Тайне? — переспросил Мейсон.— Да. Только не делайте вид, что вам ничего не известно. Делла бросила на адвоката быстрый взгляд.— Что за семейная тайна, Бэлл?— Исчезновение моей фотографии, — ответила та. — Мама положила ее в чемодан, и отец запер его. Когда чемодан открыли, моей фотографии не было в рамке, а в нее кто-то вставил снимок Уинни Джойс. Ну, так что вам известно об этом?— Мне ничего, — сказала Делла Стрит, с упреком посмотрев на Мейсона. — А что думает по этому поводу ваша мать?— Она ведет себя очень непонятно, — ответила Бэлл. — Наверно, это доставляет ей удовольствие.— Значит, вы не восприняли этот случай серьезно? — спросил Мейсон.— Я? — сказала Бэлл, улыбаясь. — Я ничего не воспринимаю серьезно: ни жизнь, ни свободу, ни любовь. Я принадлежу к легкомысленному молодому поколению, мистер Мейсон, от рождения лишенному почтительности и воспитанному без лицемерия, слава Богу.— А что сказал об этой истории ваш отец? — спросил адвокат.— О, его это мало встревожило. Отец углублен в себя, и мне очень редко удается вывести его из такого состояния.— Это не ответ на мой вопрос, — сказал Мейсон.— О, я совсем забыла, что вы юрист, — рассмеялась Бэлл. — Вы проводите перекрестный допрос. Как же мы назовем этот случай, мистер Мейсон, — «Дело о похищенной фотографии»?— Не похищенной, а подмененной, — уточнил адвокат.— Значит, «Дело о подмененном лице». Это подойдет?— Вполне, по крайней мере временно, — сказал Мейсон. — Итак, что сказал об этом ваш отец и, между прочим, какова ваша собственная версия?Бэлл покачала головой.— У меня нет никакой версии, я не разбираюсь в подобных вещах… Впрочем, мы оба — и папа, и я — считаем, что это просто чья-то шутка… Кроме того, мама могла ошибиться и положить в чемодан не мою фотографию, а Уинни Джойс. Видите ли, наши снимки легко спутать, я очень похожа на Уинни Джойс. Во время нашей поездки это многие отмечали.— Вы можете воспользоваться этим, — сказал Мейсон. — Стать дублершей, например, или чем-то в этом роде.— К этому я и стремлюсь, — сказала Бэлл и погрустнела. — Мне очень хотелось бы поехать в Голливуд, но отец не разрешает, пока мне не исполнится двадцать три года. Надо ждать еще шесть месяцев. Мне кажется, эти полгода будут длиться вечно! Ну вот, я и выдала вам свой возраст!Мейсон рассмеялся.— Вам понравился Гонолулу?— Чрезвычайно! — сказала она. — Мне так не хотелось уезжать! Я не ожидала, что Гавайи произведут на меня такое впечатление. Наверно, не следует впадать в такой восторг, правильней было бы вести себя как светские барышни в отеле. В ответ на такой вопрос они слегка приподняли бы брови и ответили: «Благодарю вас, Гавайи очень милы».Мейсон рассмеялся.— Очень похоже. Это ваше первое океанское путешествие?— Не только первое океанское, но и вообще, — сказала Бэлл. — Впрочем, лучше не делать никаких признаний. Ничто так не разочаровывает, как женщина с бесцветным прошлым…В этот момент на палубу вышел, оглядываясь, Рой Хангерфорд в белом фланелевом костюме. Увидев адвоката и его спутниц, он направился к ним. Бэлл Ньюберри взяла его под руку и представила Мейсону и Делле.Делла Стрит сказала:— Вы погуляйте, а мне, кажется, надо посовещаться с боссом. Я вижу на его лице деловое выражение. Вам не следовало говорить о тайнах, Бэлл. Вы напомнили ему, что он возвращается к работе.Бэлл Ньюберри сверкнула благодарной улыбкой, кивнула Рою Хангерфорду, и они пошли к корме, а Делла посмотрела на Мейсона и сказала:— О’кей, выкладывайте, шеф.— Что выкладывать? — спросил адвокат.— Расскажите мне о семейной тайне — «Дело о подмененном лице».— Тебе все известно. Снимок подменили.— Кто и почему?— Вот этого я не знаю, — признался Мейсон. — Обстоятельства дела довольно сложны. Пойдем сядем где-нибудь, и я тебе все расскажу.Они поднялись по лестнице на верхнюю палубу, прошли мимо гимнастического зала и теннисного корта и нашли укромное местечко с подветренной стороны около госпиталя. Мейсон передал Делле содержание разговора с миссис Ньюберри.— Итак, вы послали радиограмму Дрейку, — сказала Делла.Адвокат кивнул. Делла рассмеялась.— Что ж, это будет неплохая предварительная тренировка для Пола, а то он, наверное, совсем отвык от вашего сумасшедшего темпа работы… Что вы думаете насчет завтрака, шеф?Мейсон спросил:— Какое впечатление у тебя сложилось о Бэлл?— Она наблюдательная, современная и непосредственная. Жаждет поскорей окунуться в жизнь, полна энергии.— Она говорила с тобой о молодом Хангерфорде?— Нет, а это доказывает серьезность ее чувств. Шеф, пошли завтракать, я проголодалась.Во время завтрака им принесли радиограмму Дрейка:«В кассе компании „Продактс Рифайнинг“ обнаружена недостача в двадцать пять тысяч долларов. Начались негласные поиски пропавшего бухгалтера Моора. Однако пока ему не предъявлено никаких обвинений. Очевидно, ревизорам не хватает для этого доказательств».Прочитав радиограмму, Делла сказала:— Быстрая работа, шеф.— Угу, — согласился Мейсон.После завтрака они гуляли по палубе и Мейсон сделал несколько цветных снимков своим миниатюрным фотоаппаратом. В это время им принесли вторую радиограмму Дрейка:«В списке победителей лотерей нет фамилии Моор. Все выигравшие известны».В полдень пришла третья радиограмма:«У Уинни Джойс нет сестер. Перри, советую тебе забыть о романах и заняться делом. Жду твоего возвращения. Все простил и забыл».— Ну, я припомню это Полу, — сказал Мейсон, складывая телеграмму.— Сюда идет миссис Ньюберри, — предупредила Делла. Поздоровавшись с ней, адвокат сказал:— У меня есть для вас новости.— Расскажите о них, — сказала миссис Ньюберри, взглянув на Деллу.— От нее у меня нет секретов, — сказал адвокат. — Вы предпочитаете откровенный разговор или…— Откровенный.— Хорошо. В кассе компании «Продактс Рифайнинг» обнаружена недостача в двадцать пять тысяч долларов. Частные сыщики разыскивают вашего мужа. Он не выигрывал ни в какой лотерее.Миссис Ньюберри молча смотрела на океан. Лицо ее выражало усталость.— Этого я и боялась, — сказала она.— По-моему, вам лучше всего поговорить с мужем, миссис Ньюберри, — заметил Мейсон.— Это ничего не даст.— Может быть, даст, если я приму участие в разговоре.— И чего вы добьетесь?— Он скажет правду.— Ну, допустим, — подавленно ответила женщина. — Что тогда?Мейсон помолчал несколько секунд и сказал:— Послушайте, миссис Ньюберри. Ведь я представляю в этом деле ваши интересы, а не мужа?— Да. Я и не хочу, чтобы вы представляли его интересы.— Вы уверены в этом?— Да.— Тогда, возможно, нам удастся достичь взаимопонимания, — сказал Мейсон. — Если вы определенно не хотите, чтобы я представлял интересы вашего мужа, то я попытаюсь защитить Бэлл.Во взгляде миссис Ньюберри блеснула надежда.— Ваш муж путешествует под фамилией Ньюберри, — продолжал Мейсон, — и на корабле его знают только как Ньюберри. А деньги компании «Продактс Рифайнинг» он присвоил, как Моор. Возможно, мне удастся сыграть на этом. Если бы я пытался уладить дело с его фирмой, представляя вашего мужа, то меня могли бы обвинить в укрывательстве уголовного преступления. Но поскольку я не имею ничего общего с вашим мужем и представляю вас, то я могу попробовать заключить сделку с компанией «Продактс Рифайнинг». Мы вернем им часть присвоенных денег, а они пообещают нам не упоминать на следствии имя вашей дочери. Как вы думаете, на таких условиях ваш муж согласится вернуть оставшиеся деньги?— Он все сделает для Бэлл, — сказала миссис Ньюберри.— Но вы должны четко понимать, что, действуя так, я буду представлять только ваши интересы, а не вашего мужа, — повторил Мейсон. — Вам это ясно?Женщина кивнула.— И до тех пор, пока я не доведу дело до конца, ваш муж не должен знать о моей работе. Я не хочу разговаривать с ним.— Хорошо.— Вы знаете, сколько денег у него осталось?— Нет.— Как вы думаете, сколько вы уже потратили из тех присвоенных двадцати пяти тысяч?— За последние два месяца мы потратили, наверно, тысяч пять.— Думаю, что с двадцатью оставшимися тысячами мне удастся добиться соглашения, — сказал Мейсон, глядя вдаль.Миссис Ньюберри сказала:— Есть еще один опасный момент, мистер Мейсон, о котором я должна вам сообщить.— А в чем дело?Миссис Ньюберри понизила голос.— Вы обратили внимание на пассажира со сломанной шеей?— Нет. А что с ним?— Дело не в нем, а в его сиделке, — сказала миссис Ньюберри. — Карл знаком с ней.— Ну и что?— Неужели вы не понимаете? Он был знаком с ней до брака со мной, и она знает его как Карла Моора. При встрече наверняка окликнет его по настоящей фамилии.— Что вы знаете о ней? — спросил Мейсон.— Ее зовут Эвелин Уайтинг… Вот она как раз направляется сюда. По палубе шла молодая красивая медсестра в накрахмаленной форме, толкая перед собой инвалидное кресло на колесах. В нем сидел мужчина в темных очках, шея которого была закована в стальной каркас, прикрепленный ремнями к плечам.— Бедняга попал на Гавайях в автомобильную катастрофу, — сказала миссис Ньюберри. — У него сломана шея. Возможно, ему придется носить этот каркас два или три года. Он не может повернуть голову и даже не разговаривает. Сиделка задает вопрос, а он пожимает ее руку на «да» один раз, на «нет» — два раза.Мейсон разглядывал сестру. Это была красивая женщина лет тридцати, с хорошей фигурой и рыжевато-каштановыми волосами. Поймав взгляд Мейсона, она с интересом оглядела его, потом, остановившись, спросила больного:— Вам не жарко здесь, мистер Картман? Может быть, переехать на другую сторону?Она сунула руку под плед, которым был укрыт больной, и Мейсон увидел, как плед слегка приподнялся, когда тот один раз пожал руку сестре. Она повернула кресло и покатила его дальше, отыскивая тень.— Как ваш муж собирается избежать встречи с этой женщиной? — спросил Мейсон.— Он будет выходить на палубу только тогда, когда она в каюте.— Может, ему стоит пойти к ней и объяснить, что он путешествует под другой фамилией?— Боюсь, это невозможно, — вздохнула миссис Ньюберри. — Карл рассказал мне, как когда-то она доверила ему свои деньги, чтобы он вложил их в какое-нибудь предприятие. Муж сделал это неудачно, деньги пропали, и он считает, что она на него зла. Особенно неприятно ей будет теперь узнать, что муж богат.Мейсон повернулся к Делле Стрит.— Зашифруй радиограмму в мою контору, Делла. Пусть Джексон узнает в компании «Продактс Рифайнинг», на какие уступки они пойдут, если Моор вернет часть присвоенных денег. Пусть Джексон даст понять, что он пока ничего не предлагает, а только задает вопросы от имени заинтересованного лица, что он не представляет интересы Моора и не знает, где тот находится. Передай ему, чтобы он выяснил это дипломатично и сообщил о результатах.Миссис Ньюберри благодарно пожала руку адвокату.— Пожалуй, теперь я пойду, — сказала она. — Лучше, если нас не будут видеть вместе слишком часто… Мне бы не хотелось, чтобы Бэлл догадалась, что я советуюсь с вами как с юристом.Мейсон сказал:— Моему помощнику потребуется, вероятно, два-три дня на то, чтобы узнать нечто определенное. А пока ждите и не волнуйтесь.Он оставил женщин и обошел палубу. Селинда Дейл в купальнике, выгодно подчеркивавшем красоту ее длинных загорелых ног, играла в пинг-понг с Роем Хангерфордом. Глава 3 По расписанию пароход прибывал в Сан-Франциско в воскресенье поздно вечером, а разгружался в понедельник рано утром. В субботу Мейсон получил от своего помощника следующую радиограмму:«Главный ревизор компании „Продактс Рифайнинг“ Кастер Д. Руни согласился запросить по поводу наших предложений президента фирмы, находящегося в данный момент в Гонолулу. Отношение Руни к нашим предложениям более чем холодное. Прогнозы неутешительны. Буду держать вас в курсе дальнейших событий».— Странная позиция, шеф, правда? — удивилась Делла, когда Мейсон прочел радиограмму.— По-моему, тоже. Впервые в моей практике корпорация отказывается от двадцати тысяч долларов.— Возможно, шеф, для них это вопрос этики. Им не хочется создавать прецедент.Мейсон рассмеялся.— О нет, Делла. Обычно, когда растратчик предлагает вернуть хотя бы часть денег, ни дирекция компании, ни полиция не скупятся на обещания. Они сулят ему легкий приговор, освобождение под залог и прочее. Но стоит им наложить лапы на деньги, как их тон совершенно меняется и они не считают нужным выполнять данное обещание.— Тогда почему же вы позволяете «Продактс Рифайнинг» поймать Моора в такую ловушку?— Просто я позабочусь, чтобы они, дав обещание, сдержали его, — ответил Мейсон.— Как? — спросила она.— Узнаешь. У меня есть еще несколько козырей на руках.— Именно поэтому вы не хотите представлять интересы Моора?— Отчасти, — сказал он. — Вторая причина: я не люблю представлять виновных. Разумеется, каждый человек имеет право на законный судебный процесс, а следовательно, и на адвоката. Но я предпочитаю, чтобы парни типа Моора обращались к другим адвокатам. Конечно, и мне не всегда достаются только невиновные.— Итак, что вы собираетесь делать теперь? — спросила Делла.— В данный момент я хочу, чтобы ты зашифровала Джексону следующую телеграмму: «Обратитесь в агентство Дрейка и попросите его пустить оперативников по следам Руни. Пусть они раскопают что-нибудь подозрительное в его жизни, что дало бы мне возможность оказать на него давление. Бросьте прохлаждаться и добейтесь результатов».
1 2 3 4


А-П

П-Я