душевой уголок cezares 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

он с чистой совестью может клясться
всеми святыми, что всего только опустил документы Лео Барта в накопитель;
наверное, какой-нибудь злоумышленник проследил за ним и использовал его
визит в своих грязных целях.
В конце концов лампу-вспышку можно было и не выключать, а в микрофон
назвать первое попавшееся имя. Все это будет выглядеть достаточно неловкой
защитой, и никому и в голову не придет его обвинять.
Из здания он вышел без всяких помех, и по дороге ему никто не
встретился.

Наконец-то дома. Иоганн вошел в зал и невольно вздрогнул: перед ним
стоял совершенно незнакомый человек.
Самое странное - незнакомец дружелюбно глядел на него и насмешливо
улыбался. Это был Мишель Местре, снова молодой, но уже светловолосый и
черноглазый.
Пришлось Иоганну скрепя сердце признать, что его приятель - настоящий
гений перевоплощения. Всего несколькими штрихами он сумел до
неузнаваемости изменить наружность. Невероятно, до какой степени меняет
человека другой цвет волос и глаз!
- Со щеками пришлось повозиться, - пожаловался Мишель. - Ты сделал
меня слишком брыластым! Израсходовал целых три ампулы растворителя, зато
результат, как говорится, на лице! По-моему, щеки даже немного ввалились,
как ты смотришь?
Иоганн заверил приятеля, что все сделано прекрасно, сфотографировал
его и сел заполнять добытые в управлении документы.
- На чье имя выписывать?
- Лиши: Мануэль Мулета.
- Я подожду, пока у тебя пройдет игривое настроение. А если процедура
затянется, окрещу тебя Зефиреном Клошеттом или еще как-нибудь вроде этого
- уже без спросу.
- Я невероятно серьезен и повторяю: Мануэль Мулета.
Иоганн постучал себя пальцем по лбу, сопроводив жест соответствующей
миной.
- Инициалы те же самые, и звучит похоже, - хмыкнул он. - Ты не
подумал. Почему бы тебе в таком случае самому не пойти и не сдаться? Все
равно сцапают на первом же углу!
Мишель усмехнулся и покачал головой.
- Ты не прав, мой бедный друг. Тот факт, что псевдоним в восьмидесяти
случаях из ста сохраняет инициалы подлинного имени, давным-давно потерял
всякое значение. Возьмись они искать меня по твоему методу, то первым
делом вычеркнули бы из списка подозреваемых всех М.М.!
Он задумался.
- Мишель Местре, Мануэль Мулета... Нет, мне это решительно не кажется
подозрительным... Потому что слишком смахивает на липу. А кроме того,
широко известно, что те, кто пользуется псевдонимами, редко меняют
национальную принадлежность. "Мануэль Мулета" - это звучит очень
по-испански. Мне приходилось бывать на планете Нуэва-Иберия, знаешь, там,
где первопоселенцы живут замкнутыми кланами. Так вот, там полным-полно
Мануэлей, а Мулетами хоть пруд пруди.
- Но ведь испанцы - брюнеты!
- Так это же еще одна безумная идея! Раз испанцы брюнеты, то от меня
на целую милю будет нести мошенничеством и жульничеством!
- Как бы ты не перемудрил. Мелоун проще, чем может показаться. Голову
даю на отсечение, что он первым делом пустится на розыски всех, чьи
инициалы М.М.
- И достаточно ему будет встретить брюнета, чтобы он тут же возопил:
"О! Испанец!" Ты это хотел сказать?
- Именно.
- Тогда он дурак. А если он дурак, то ему не изловить меня еще по
тысяче причин.
Хочешь не хочешь - пришлось Иоганну расхохотаться.
- Вот что значит основательно взяться за дело!
- То-то же! Кроме того, знаешь, я никогда особенно не полагался ни на
липовые документы, ни на маскарад. Тут уж одно из двух: или объект вне
подозрений и может хоть среди бела дня прогуливаться у подъезда
полицейского управления, зваться Мишелем Местре и походить на него как две
капли воды; или объект подозрителен. В этом случае он имеет право
называться Бэз, быть братом-близнецом Мелоуна и неуловимостью напоминать
утренний ветерок - и все равно рано или поздно попадется. А я уже раз
попался - и имею все основания сомневаться, что совершенство моего
псевдонима может хоть на что-нибудь пригодиться.
Он усмехнулся.
Иоганн хмыкнул и склонился над документами. Заполнив последнюю графу,
он стал читать вслух:
"Мануэль Мулета, двадцати четырех лет..."
- ...Спасибо...
"...уроженец Розовой Луны..."
- ...Черт побери! Придется притворяться, что жить не могу без трески
с перцем!..
"...студент географического факультета..."
- ...растяжимое и туманное понятие эта география. Думай что хочешь...
Дальше?
"...на каникулах..."
- ...которые желает посвятить расширению и углублению знаний по
специальности. Я как раз собирался зайти в университет, кое-что подчитать.
Браво, умница!
Иоганн вклеил в документы фотографии, достал из тайника собственную
коллекцию печатей и принялся расставлять их в соответствующих местах.
- ...Ну вот, дружище, - сказал наконец Мишель. - Теперь я могу пойти
и чуток соснуть в какой-нибудь уютной маленькой гостинице.
- Когда тебя ждать?
- Понятия не имею. В случае надобности я сам тебя разыщу, не бойся.
Они обменялись рукопожатием, Иоганн придержал руку приятеля.
- Раньше ты меня не заставлял заниматься нелегальщиной. Надеюсь, ты
знаешь, что делаешь.
- Пускай тебя не волнуют такие мелочи. Я и тебе уделю чуточку от
Лавров, которыми меня вскоре увенчают.
- Как ты скромен!
- Зато бдителен, - ухмыльнулся Мишель и направился к двери.
На лестничной клетке он со страдальческой миной простился с Иоганном
и стал спускаться. Не сделав и двух шагов, он вдруг замер, прислушался к
чему-то и бесшумно мотнулся обратно.
- Идут, - прошептал он. - Трое в мундирах!
Иоганн вздрогнул.
- Прячься!
- Обо мне не беспокойся, лучше...
Мишель кивнул на дверь, имея в виду коллекцию липовых печатей.
- ...Убери!
Иоганн понял. Он кивнул и тихонько притворил дверь.
Мишель в два прыжка взлетел по лестнице на следующий этаж. Он ничего
не понимал.
"Что происходит? Какого черта их понесло по лестнице, если надо было
подбираться скрытно? Десять против одного - на террасе засада... Успел ли
Иоганн прибрать свою хитрую коллекцию?.."
И вдруг он вспомнил. Его пустой стакан остался стоять на столике
рядом со стаканом Иоганна! Сообразит ли Иоганн его убрать? Это же
настолько элементарно, что легко упустить из виду! Неужели...
Снизу донесся звонок и послышался решительный голос:
- Открывайте, полиция!
Мишель на цыпочках взбежал еще на два пролета выше. Все, что хотел,
он уже услышал.
...А вдруг Иоганна подозревают в пособничестве ему?.. Да нет, скорее
всего это Мелоун прислал охрану, чтобы уберечь бедняжку от возможного
вторжения тронутого умом тайного агента Мишеля Местре...
Мишель выбрался на крышу, перебежал ее и отыскал вход в шахту лифта,
обслуживающего соседний подъезд. Без помех спустился на улицу и направился
в сторону порта.

13
Весь следующий день он просидел в историческом отделе университетской
библиотеки.
В хрониках упоминалось, что первопоселенцы с Земли застали Смарагд
заселенным цеподами. Людям пришлось вступить в настоящую войну с этими
странными головоногими. Только через несколько лет, когда цеподы признали
себя побежденными, земляне узнали о существовании еще одной расы - серых
карликов. Цеподы нещадно эксплуатировали их. Под ударами бичей свирепых
поработителей серые карлики работали на рудниках, затерянных среди
необозримых просторов четвертого континента.
Между людьми и серыми карликами возникла инстинктивная привязанность.
Главную роль в этом сыграла внешняя схожесть серокожих аборигенов Смарагда
и землян. К величайшему неудовольствию цеподов люди приняли участие в
судьбе бывших рабов. В конце концов оказалось, что карлики и в самом деле
достойны внимания.
Избавленная от жестокого ига раса была очень одаренной от природы,
исключительно трудолюбивой - и ничего удивительного, что многие серые
карлики вскоре заняли значительные посты в обществе.
Не все с ними было ясно до конца. Такие симпатичные и обаятельные,
мягкие и уступчивые в остальном, карлики оказались твердокаменными во
всем, что касалось их религии. Землянам практически ничего не было
известно о ритуалах, сопровождающих их бракосочетания, рождения или
смерть. Правда, земляне сами старались не проявлять чрезмерного
любопытства. В конце концов такая гипертрофированная скромность не имела
большого значения.
Исторические изыски в какой-то мере помогли пополнить знания Мишеля в
отношении расы серых карликов.
В поисках он руководствовался в основном интуицией. Он пробирался
сквозь дебри ветхих документов, ведомый некой туманной догадкой.
К вечеру голова его уже трещала от хроник, а глаза лезли на лоб от
усталости. Он выбрался на улицу и потащился куда глаза глядят вдоль
красных пляжей.
Образы и догадки теснились в его мозгу. Может быть, в конце концов из
этого информационного хаоса и образуется что-нибудь достойное внимания, а
пока...
Мысли вертелись вокруг цепода, подсунувшего бомбу в его каюту на
звездолете. И вдруг ни с того ни с сего он подумал: уж что-то слишком
быстро разыскал Мелоун голубоглазого! Мысль эта появилась просто так, без
всякой связи с предыдущей. По логике вещей Мишель должен был восхищаться
великолепной организованностью и быстродействием полицейской машины. Нет,
что-то здесь было не так. Вряд ли он смог бы ответить, что именно ему не
нравится. Уж не прав ли был Мелоун, считая его тронутым?
- Не сошел же я в самом деле с ума! - проворчал Мишель вполголоса,
недоуменно хмыкнул и побрел дальше, увязая в песке. Плеск волн и
солоноватый запах моря успокаивали.
Инесс. Он нахмурился. При мысли о ней сердце его болезненно щемило.
Он понял, что по уши увяз в приключении и единственной желанной наградой
ему будет милое лицо. Неужели он, великий Мишель Местре, влюбился? А ведь
похоже на то. Весь вопрос - насколько сильно его чувство?
К этой девушке нельзя быть равнодушным - это он понял давно. Чувство
вспыхнуло, когда он узнал об исчезновении девушки. А что, если чувство
угаснет, едва Инесс отыщется?
Странное дело, ему было совершенно безразлично, атаковали ли люди
Мелоуна тот дом, населенный цеподами, или отказались от штурма.
Он улегся навзничь на песок. Закатное небо, вначале шафрановое,
медленно становилось медно-красным. Плеск волн убаюкал его, и он
задремал... и проснулся только, когда на лицо упали жаркие лучи
восходящего солнца. Трудно поверить, но он и в самом деле всю ночь так и
проспал на пляже!
Он встал и отправился в гостиницу - умыться и переодеться.
Ему не терпелось повидаться с неким таксистом, тем самым карликом,
что вез Инесс с космодрома. Желание это все росло в нем, пока не
оформилось в навязчивую идею. Он не стал сопротивляться этой идее, тем
более, что когда просматривал полицейские донесения в кабинете Мелоуна,
сумел запомнить адрес карлика.
На ближайшей стоянке Мишель сел в аэробус: сменив облик, он уже не
опасался показываться на людях. В центре пересел на пригородный маршрут,
махнул через залив и вышел в захолустном предместье. Вокруг были только
запущенные сады да заброшенные домики. Похоже, здесь Смарагд отказался от
борьбы за репутацию планеты-люкс.
И все равно чудесное и неповторимое море, равнодушное к залепленным
афишами заборам, к покосившимся столбам и брошенным прямо посреди пыльных
тротуаров жестянкам, стеной из драгоценного берилла сверкало под бледным
небом в конце каждой улочки. Все остальное уже не имело значения.
Клочья афиш трепетали на ветру как знамена, кучки песка отливали под
солнцем чистым золотом, а мятые банки и коробки, украшенные причудливыми
тенями, казались шедеврами юного гения-абстракциониста.
Мишель с праздным видом слонялся по пыльным улицам, под лучами яркого
солнца, бесстыдно обнажившим свои язвы и шрамы.
И вдруг он наткнулся на совершенно чуждую окружающему вещь: на
заплатанном тротуаре сверкала свежими красками новенькая карта - схема
этого заброшенного района. Мишель вгляделся в переплетение линий на схеме
и торопливо углубился в лабиринт безлюдных кривых улочек.
Минут через двадцать он уже стоял перед нужным домом. Таксист обитал
в одноэтажном, довольно новом особнячке, стоящем посреди заметенного
песком дворика под чахлой одинокой пальмой.
Под башмаком Мишеля что-то брякнуло. Он машинально глянул под ноги.
Из-под слоя песка сверкнуло золото. Мишель нагнулся, с бьющимся сердцем
подхватил блестящий предмет и сунул его в карман. Это был браслет Инесс.
Молодой человек хорошо помнил, как он переливался в свете ламп в баре
звездолета на руке девушки, и сразу узнал его.
Он неуверенно направился прочь, потом решился, повернул обратно,
прошел через калитку и зашагал к дому. Пять низеньких ступенек перед
входом он преодолел одним шагом и нажал кнопку звонка. Через некоторое
время дверь распахнулась и на пороге появился карлик. Он дружелюбно
улыбался, но глаза глядели холодно и недоверчиво.
Чтобы его успокоить, Мишель пошатнулся, изображая пьяного: здесь
пьянчужки обычно были безобидны.
- Извините, - пробормотал он, вынул браслет и протянул карлику. - Я
нашел эту штуку под вашей калиткой...
- Вот как? - вежливо сказал карлик.
- Это не ваше?
Карлик взял браслет и стал разглядывать. Мишель ударил его ребром
ладони пониже уха и сразу подхватил, чтобы он не упал. Ногой закрыл за
собой дверь и вошел в гостиную.
Там он положил карлика на кушетку, огляделся. В жилище карлика он
попал впервые. Ему показалось, что он вошел в кукольный домик.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18


А-П

П-Я