https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/s-vannoj/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Однако дравор, похоже, воспринял его слова всерьез.


Глава 2
ОТРЯД

Четыре дня, пока шла подготовка к экспедиции, от Кийска ни на шаг не отходил рядовой Толя Берг из роты связи, находившейся прежде под командованием капитана Баслова.
– Господин Кийск, возьмите меня с собой, – как назойливо звенящий над ухом комар, тянул он с утра до вечера одну и ту же песню. – Вы же меня знаете, я не подведу. А, господин Кийск?
– Чего тебе-то на месте не сидится? – пытался урезонить парня Кийск. – Вон, посмотри на своих друзей, – живут себе спокойно, семьями обзаводятся... Вот и ты давай, а то всех невест расхватают, – это тебе не Земля.
– А вы-то сами как же, господин Кийск? – не унимался Берг. – Вам-то почему спокойно не живется?
– Я – это другое дело, – резко обрывал его Кийск. Он никогда не вдавался в рассуждения на эту тему с другими, но сам порою тоже задумывался, а не сложилась ли бы его судьба иначе, если бы в свое время, находясь еще на службе в отряде галактической разведки, не угодил бы он в ловушку синего слизня, после чего большую часть его съеденной гигантским моллюском кожи врачам пришлось заменить на синтетическую? Кийск до сих пор помнил, как, оставив службу в отряде и решив обосноваться на Земле, он пригласил на свидание девушку и как она вздрогнула, коснувшись его руки, кожа на которой, должно быть, показалась ей неестественно гладкой и слишком уж холодной. С тех пор Кийск опасался заводить новые романтические знакомства.
– Я воином хочу стать, настоящим, – не отставал от него Берг. – А у вас есть чему поучиться.
На Земле, во времена сражений с пришельцами, Берг принимал участие в ряде операций, которыми командовал Кийск. Что и говорить, парень он был сметливый, исполнительный, далеко не из трусливых, хотя по природе своей молчаливый и осторожный. Да и стрелок он был отменный. Кийск никогда не опасался нападения с тыла, если спину ему прикрывал Берг. Именно потому, что парень ему нравился, Кийск и не хотел брать его с собой в поход, из которого, возможно, возврата не будет. Никто не знал, что ожидало их на территории дравортаков и сумеют ли они вернуться назад. До сих пор для всех, за исключением драворов, Барьер оставался непреодолимой преградой.
В конце концов, глядя на страдания парня, и Киванов принялся просить за него Кийска.
– Лишние руки и голова не помешают, Иво. А если мы будем гасить у своей молодежи инициативу, то скоро сам станем такими же скучными любителями домашней тишины и покоя, как и драворы. Ты этого хочешь?
– Делайте что хотите, – сломленный двойным напором обреченно махнул рукой Кийск.
И к отряду, в состав которого, помимо самого Кийска, входили также капитан Баслов и Борис Киванов, присоединился четвертый участник похода.
Замечание Киванова по поводу драворов было абсолютно верным. Добрые и милые в общении люди, они в силу сложившихся традиций и привычек старались никогда не выхолить за узкие рамки повседневной обыденности. И даже интерес их к наукам был чисто умозрительным, не требующим какого-либо реального воплощения разрабатываемых идей и проектов. Любой научный эксперимент драворы могли провести мысленно и, если он оказывался удачным, на этом и останавливались.
Однако нежелание что-либо менять в мерно перетекающих изо дня в день и из поколения в поколение жизненных устоях было отнюдь не врожденным, присущим всем без исключения драворам, качеством. Молодые драворы с неподдельным интересом расспрашивали землян об их прежней жизни. Кийск не раз видел, как они пытались, подражая землянам, мастерить что-нибудь собственными руками, не прибегая к помощи психопреобразования. Но все их робкие, неумелые попытки наталкивались на сцементированную веками стену непонимания и осуждения со стороны старших, авторитет которых в среде драворов был непререкаем. Поэтому Кийск совсем не удивился, когда огромное число молодых драворов, узнав о готовящемся походе, выразило желание сопровождать землян. Для них это была единственная возможность вырваться хотя бы на время за пределы очерченного раз и навсегда узкого круга домашнего тепла и покоя.
Чтобы избежать ненужных конфликтов как с молодым, так и со старшим поколением драворов, Кийск предложил Люили самому выбрать того, кто проведет отряд через Барьер. Люили долго не давал ответа и только утром того дня, когда отряд должен был отправляться в путь, представил землянам их провожатого. Небольшого роста коренастого дравора с большой головой, заросшей густыми светлыми волосами, звали Чжои. Ему шел двадцать третий год, и старому Люили он приходился каким-то дальним родственником. От старика Чжои, должно быть, получил строгие указания на тот счет, что он Должен делать и как следует себя вести, поэтому и вид у него был чрезвычайно серьезный и сосредоточенный.
Шестым участником похода стал психотехник Григорий Вейзель. На его кандидатуре настоял координатор работ земных ученых Клавдий Колышко. Умевший говорить авторитетно и убедительно, Клавдий Матвеевич легко смог доказать Кийску, что при возможном контакте с представителями иной цивилизации без специалиста-психолога ему не обойтись. Но решающим все же оказался поставленный Колышко вопрос о том, как участники экспедиции станут преодолевать Барьер в обратном направлении? На ту сторону их проводит кто-нибудь из драворов, а обратно? Вейзель же, который многому научился у драворов, считал, что сумеет решить эту проблему. Колышко и сам не прочь был бы отправиться в поход в неведомое: страсть исследователя бурлила в нем с вулканической силой – однако здоровье его еще на Земле сильно пошатнулось, и Клавдий Матвеевич прекрасно понимал, что в случае его внезапного ухудшения он превратится в обузу для всего отряда.


Глава 3
ПЕРЕХОД

По словам Чжои, который, как любой дравор, мысленным взором видел все пространство планеты, ограниченное Барьером, до пустыни, вплотную прилегающей к нему, при благоприятных погодных условиях верхом на сурбалах можно было добраться за пять дней. И он оказался прав: утром шестого дня пути отряд вышел из леса. Теперь сурбалы бежали среди зарослей густого кустарника, легко прокладывая дорогу мощными, широкими телами. Спустя пару часов кусты вокруг сделались мелкими и низкорослыми, никнущими к земле. Сурбалы замедлили бег и то и дело, встряхивая мохнатыми головами, протяжно мычали.
– Сурбалы чувствуют пустыню, – сказал Чжои.
Когда среди мелкой пожухлой травы стали попадаться большие проплешины, засыпанные крупным желтым песком, всадники спешились. Сурбалов расседлали и сняли с них поклажу. Чжои махнул на них руками, и мохнатые звери гурьбой затопали назад, к лесу. Путники взвалили себе на плечи рюкзаки с поклажей и, не задерживаясь, двинулись дальше пешком.
В полдень остановились на привал, расположившись на последнем, должно быть, островке бурой, стелющейся по земле травы. Впереди расстилалась ровная желтая поверхность, перечеркнутая редкими косыми линиями песчаной ряби.
Киванов, прикрыв глаза от солнца ладонью, посмотрел вперед.
– Далеко еще до Барьера? – спросил он у Чжои.
– Часа три пути, – ответил дравор.
– Ничего не вижу, – покачал головой Борис.
– Ничего и не увидите, – улыбнулся дравор. – Барьер невидимый.
Когда, по словам Чжои, они прошли уже большую часть пустыни, отделяющей их от Барьера, с востока подул сильный, порывистый ветер. Путники двигались в плотном облаке поднятых им песка и пыли, заслонившем светило. Казалось, наступили ранние сумерки. Песок летел по ветру, набивался в складки одежды, сек лицо, скрипел на зубах.
– Надо остановиться! – крикнул, отплевываясь от песка, Баслов. – В этой круговерти мы рискуем сбиться с пути или потерять друг друга!
– Нет! – перекрывая завывания ветра, прокричал в ответ Чжои. – Мы уже почти у цели!
– Да ни черта же не видно вокруг!
– Там, впереди! – прокричал, вытянув перед собой руку, Берг. – Там что-то есть!
Кийск остановился и, прикрыв лицо с двух сторон ладонями, вгляделся в вихрящуюся серую мглу. Временами, когда порывы ветра ослабевали и песок начинал оседать, ему казалось, что впереди он видит какой-то просвет.
– Чжои, ты уверен, что Барьер рядом? – спросил он.
– Да! До него метров пятьдесят, самое большое – сто! Песчаная буря может продолжаться несколько дней, а за Барьером ее может и вовсе не быть!
– Вперед! – махнул рукой Кийск.
– А я-то надеялся, что придется возвращаться, – усмехнулся Киванов.
Может быть, до Барьера и в самом деле было не более ста метров, но тем, кто двигался в центре песчаного вихря, путь показался значительно длиннее. Однако спустя какое-то время впереди явно наметился просвет. Подойдя еще ближе, люди увидели, как струи летящего по ветру песка бьются о невидимую преграду и широким потоками осыпаются вниз. У основания барьера был уже наметен вал высотою с полметра.
Сделав еще несколько шагов вперед, Кийск вытянул руки и Почувствовал, как ладони его уперлись в невидимую преграду. Она была не теплее и не холоднее окружающего ее воздуха и казалась упругой, но податливой. Но когда Кийск слегка надавил на нее ладонями, а затем и навалился всем телом, преграда не сдвинулась и не прогнулась ни на миллиметр.
Как и предполагал Чжои, по другую сторону Барьера бури не было. Там, насколько хватал глаз, расстилалась ровная песчаная поверхность, разогретая зависшим в зените светилом до ослепительно желтого цвета.
Чжои скинул с плеч рюкзак и, наклонившись, принялся обеими руками отгребать от Барьера наметенный к нему песок. Берг, пристроившись рядом, помогал ему. Когда и остальные, следуя их примеру, начали делать то же самое, Чжои, приподняв голову, крикнул:
– Не надо! Мне нужен только небольшой проход, чтобы подойти к Барьеру вплотную.
Когда проход был расчищен, Чжои прижался к Барьеру спиной и, чуть раскинув руки в стороны, плотно прилепил к незримой преграде раскрытые ладони с широко раздвинутые ми пальцами.
– Мне надо сосредоточиться, чтобы почувствовать Барьер, – сказал он и откинул голову назад, коснувшись затылком незримой стены за спиной.
Он стоял так минуты две-три, не обращая внимания ни на завывания ветра, ни на секущий лицо песок. Кожа на его лица словно превратилась в тонкую металлическую фольгу, туга обтянувшую кости черепа. Глядя на Чжои, Вейзель подумал что, если бы не пронзительный, ни на секунду не умолкающий вой ветра, они смогли бы услышать негромкое позвякивание отскакивающих от кожи на лице дравора песчинок.
Отлепившись от Барьера, Чжои открыл глаза и, совершенно неожиданно для всех, широко и радостно улыбнулся.
– Я смогу пройти через Барьер, – уверенно произнес он.
– А мы? – спросил Баслов.
Голос его звучал приглушенно из-за того, что сверху он прикрывал рот ладонью, защищая его от песка, налипшего плотным слоем на усы и осыпающегося, когда он говорил.
– И вы тоже, – сказал Чжои.
Дравор совершил плавное, но быстрое движение откинутой в сторону рукой, и она прошла сквозь Барьер. Затем он развернулся всем корпусом и, сделав шаг в сторону, оказался по другую сторону Барьера.
– Эй, Чжои! Как ты там? – постучав ладонью по невидимой преграде, крикнул Берг.
360
Чжои в ответ улыбнулся и помахал рукой. Губы его шевельнулись, – он что-то произнес, но слов его слышно не было.
Знаком велев Бергу отойти в сторону, Чжои снова повторил свое плавное вращательное движение и пересек Барьер в обратном направлении. Он тут же вскинул руку, прикрывая лицо от порыва песчаного вихря.
– Здорово у тебя это получается, – одобрительно произнес
Киванов. – Как это ты...
Борис попытался повторить движение Чжои, но уперся боком в стену и раздосадованно стукнул по ней кулаком.
– Это делается не так, – покачал головой Чжои. – Надо не бросаться на Барьер, а постепенно входить в него. Но сначала нужно почувствовать, что тело твое разделилось и одновременно находится по обе стороны от преграды.
– Пока ты всех этому обучишь, нас по уши песком заметет, – мрачно заметил Баслов.
– С моей помощью вы сможете без труда пройти сквозь Барьер.
– Ну так давай, не тяни, – Баслов демонстративно стряхнул песок с усов.
– Сначала вещи, – сказал Чжои. Он взял в руки рюкзаки Вейзеля и Баслова и шагнул за Барьер. За два захода Чжои перенес все вещи на другую сторону.
– Ты не устал? – спросил его Вейзель, когда он вернулся.
– Нет, – улыбнулся Чжои. – Это совсем нетрудно. Наоборот, с каждым разом проходить Барьер становится легче.
– А в нем нельзя застрять? – с опаской глянул на Барьер Баслов.
– Барьер не имеет объема. Любой материальный предмет может находиться только по одну из его сторон.
Чжои занял исходное положение возле Барьера и протянул руки Вейзелю.
– Давайте. Доверьтесь мне и ничего не бойтесь.
– А я и не боюсь, – Вейзель взялся за протянутые руки.
– Готовы?
Как перед прыжком в воду, Вейзель сделал глубокий вдох и задержал дыхание. Вместе с Чжои он сделал шаг и оказался по Другую сторону Барьера.
Таким же образам перебрались через Барьер и остальные.
Дольше, чем с другими, Чжои пришлось провозиться с Басловым. Держа дравора за руки и раскачиваясь всем телом, капитан бросался на Барьер плечом, словно рассчитывая пробить его, и всякий раз невидимая преграда отбрасывала его назад. В конце концов Чжои просто взвалил Баслова себе на спину и перенес через преграду.
– Переход Баслова через Барьер, – прокомментировал появление капитана на другой стороне Киванов.
За невидимой преградой неистовствовала песчаная буря, а там, где оказались люди, с прозрачного, безоблачного неба светило заливало полуденным зноем ровное песчаное поле, раскинувшееся до горизонта. Зрелище было завораживающе-фантастическим – незримая граница, отделяющая хаос от покоя.
Первым делом все принялись чистить одежду и вытрясать из волос набившийся песок. Немного приведя себя в порядок, сели у самого Барьера, чтобы отдохнуть, перекусить и обсудить план дальнейших действий.
– Интересно, долго нам придется идти по песку?
1 2 3 4 5 6 7


А-П

П-Я