https://wodolei.ru/catalog/installation/grohe-rapid-sl-38721001-85197-item/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На пост я в этот день заступил, как всегда, с десяти часов вечера, а кончаться пост должен в шесть утра, когда в магазине редкие товары бывают, я, чтобы от греха подальше, пораньше выхожу п стою подоле. Но в ту ночь ничего такого не было, и заведующая магазином Нина Петровна Тиунова меня ни о чем не предупреждала и не просила. Сама Нина Петровна в ту ночь в селе отсутствовала, а ездила с отчетом в район. Где-то часу в полвторого я обошел круг объекта и приспособился на приступках перекурить. Тут как раз они и прибыли. Трое подъехали на мотоцикле, на темно-голубом. Как называть его, не знаю, только что с люлькой, а на номер не поглядел. Да и поглядеть не мог, потому что встали они, до меня не доезжая, а номер у мотоциклов привешен позади. Который в люльке, вылез и сказал: "Батя, где тут выпить достать, ты посодействуй". Я ему говорю: "Это в городе таксисты в любое время тебя уважат, а здесь - где возьмешь".
Он говорит: "А ежели самогоночки". А я говорю: "У нас самогонкой отродясь не баловались, а теперь, когда к нам Николай Степанович приехали полномочным, и вообще разговора нет. Они насчет пьянства очень строгие.
Приезжайте завтра к одиннадцати, милости просим".
А он все одно: "Посодействуй да посодействуй, не обидим, мол, и тебя, поднесем стаканчик". Тут я вовсе обозлился и сказал: "В армии ты, видать, не служил, кто такой часовой не знаешь, его права и обязанности. Давай отсюдова по-доброму, а то и до греха недолго. Я ведь и стрельнуть могу в случае чего". Он посмеялся и сказал: "Не пужай, батя, я из казаков. А в армии я служил комиссаром". Сам кинулся ко мне и чем-то крепким по голове долбанул. Очнулся я, когда мне в рот что-то запихивали. Потом мой же платок и оказался.
Стал я руками, ногами шевелить, а они связанные. Так моя свобода кончилась. И ружьишко рядом лежит, дробью заряжено, а толку чуть. Я подумал кувыркаться, потом сообразил, что ни к чему: им порешить живую душу, что куру зарубить, а мне пользы от этого и вовсе нет. И обратно: брыкайся я не брыкайся, что толку, когда по рукам-ногам повязанный и рот у меня с тряпицей.
Но делать все ж таки чего-то надо, и я загундсл сколь мог. А им и дела нет, никто не кинулся даже. Сколько-то времени прошло, тот, который меня зашиб, обратно подошел и говорит: "Чтоб ты не помер, я тряпицу у тебя выну, только для того, чтобы и совсем живу быть, не базлай. Вот мы за лесок уедем, тогда только". Гляжу, у них узлишко повязан, не скажу, что богатый узлишко, но и не шибко худой. Ежели по-хорошему, то чуть мене картофельного куля. Я к имя с подходцем, что хоть взяли-то, спрашиваю, чтобы лишка кто на вас не свалил.
А что нам, говорят, жалко, чо ли, государство наше богатое, сколь ни пользуйся, на всех с избытком. С тем сели и уехали".
Дальше дед Ермолай писал, что "ворюги с ним и то душевней были, чем Славка Кошельков-дружинник (слово "дружинник" густо зачеркнуто и Урвачев разобрал его только при помощи лупы), а что Толяка за дядю своего вступился и хотел освободить его от зверства, то это очень даже понятно, потому что племянник с малолетства приучен почитать старших, а особенно когда они - родной дядя".
ПРОТОКОЛ
осмотра места происшествия
13 июня 1971 г. с. Клунниково
Участковый инспектор ОВД Усть-Дуганского р-на Урвачев в присутствии понятых:
1. Кошелькова Вячеслава Петровича, прож. с. Клунниково, ул. Лесная, д. № 18.
2. Емельянова Сергея Васильевича, прож. с. Клунниково, ул. Гагарина, д. № 8. На основании ст. 178, 179 УПК РСФСР произвел осмотр места происшествия.
Ограбление магазина. Оглушен и связан сторож магазина.
ОСМОТРОМ УСТАНОВЛЕНО
Магазин промышленных товаров № 2 райпотребсоюза расположен на улице Лесной, д. № 34 (следует описательная часть, которая для нашего повествования интереса не представляет, и поэтому мы ее опустим. Так же, кстати, как и впредь будем опускать подробности чисто служебные, которые в протокол заносятся для пользы чистого дела, а нам могут показаться скучными, а то и вовсе ненужными. Оставим мы в цитируемом документе лишь те детали, которые привлекли наиболее пристальное внимание участкового инспектора Н. С. Урвачева и заставили его мысли работать в определенном направлении).
...Вход - главный - в магазин освещен электрической лампочкой напряжением 100 ватт. В виду того, что после закрытия магазина крыльцо не подметается, наличие каких-либо следов, относящихся к происшествию, установить не представилось возможным. Связанный сторож находился в трех метрах от крыльца, место, где он лежал, освещено хорошо... Связан сторож капроновым шнуром, типа "бельевой". Ноги связаны узлом "петля", руки связаны в кистях и затянуты узлом "рыбацкий". На расстоянии полтора метра от сторожа находилась шапка-ушанка из меха кролика, козырек шапки до половины оторван. По словам потерпевшего, шапка принадлежит ему. В трех метрах от сторожа обнаружен свернутый жгутом белый носовой платок из ткани муслин. По словам потерпевшего, платок принадлежит ему н послужил кляпом. Дорога на улице Лесной, по которой расположен магазин, грунтовая, обильно покрытая пылью. На пыли ясно видны две параллельные полосы, принадлежавшие, по-видимому, мотоциклу с коляской.
По словам потерпевшего, неизвестные появились со стороны д-ни Чириково, а скрылись в сторону грейдерного тракта: р. п. Стариково-с. Горбуново. При выезде на тракт, в кювете, на сыром грунте ясно сохранились отпечатки следов от покрышек мотоцикла ИЖ. С места происшествия изъяты гипсовые слепки следов мотоцикла. Приобщены в качестве вещественных доказательств н направлены на экспертизу. На экспертизу также отправлены приобщенные в качестве вещественных доказательств шапка-ушанка и носовой платок... На задней двери магазина вырван пробой. Орудием взлома предположительно послужил мотоциклетный инструмент - монтировка стандартная. В коридоре, длиной четыре с половиной метра, шириной - один метр семьдесят пять см, обнаружены следы мужской обуви. Отпе.чатки обуви неясные и представления о ее характере не дают... В отделе "Одежда" висят семь плечиков, на которых прежде, по-видимому, находились семь мужских или женских костюмов... Ящик из-под витрины, в котором, по словам сторожа, находились часы и бижутерия, выдвинут, часов в нем не обнаружено. Изъято ли что в отделе "Ткани", сторож пояснить не смог... Заведующая магазином, она же продавец Н. П. Тиунова, на происшествии не присутствовала, т. к. находилась с отчетом в районном центре Усть-Дуганка. Показания с нее сняты 14/VI и к делу прилагаются... Во время осмотра заявлений не поступило.
* * *
Обстановка в кабинете участкового инспектора Урвачева, расположенном в правом крыле сельсоветовского дома, не то чтобы внушительна, но во всяком случае впечатляет. Основу ее определяют два предмета: полированный, под ореховое дерево, двухтумбовый письменный стол с массивным мраморным письменным прибором "Теремок" и тремя телефонными аппаратами (работает из них да и то с грехом пополам - один) и несгораемый, на верхнее и нижнее отделения, железный шкаф. В свое время этот шкаф верой и правдой служил местному лавочнику Парменову, потом в нем хранила нужные и ненужные документы целая плеяда колхозных руководителей, а пять лет назад, по распоряжению нынешнего председателя Владимира Акимовича Павлова, был выставлен в неотапливаемую кладовку.
Три года стоял он там, покрываясь в местах, где облупилась краска, рыжеватым налетом, но вдруг воспрял к жизни. Произошло это после того, как новый участковый инспектор, случайно забредя в кладовку, остановился около железной глыбы и восторженно приподнял брови. Шкаф свезли на ремзавод, отпескоструили, покрыли эмалью цвета беж и водрузили в кабинет нового владельца. Замки шкафа, несмотря на почтенный возраст, были голосистые, причем каждый - на свой лад. Верхний откликался на движения ключа тонко и упоительно, нижний же издавал звук басовитый и внушительный, словно предупреждал о том, что дела, которые он охраняет, отличаются важностью и неприкосновенностью.
Помимо стола и шкафа в кабинете стояли: резная этажерка, тесно заставленная произведениями классиков марксизма-ленинизма и юридической литературой, три стула, тумбочка с графином и стаканом. К столу с внешней его стороны прислонились два полумягких кресла, которые, по мнению Урвачева, придавали кабинету уют и, если садиться в них визави, располагали к непринужденности и откровенности. С внутренней стороны стола находился жесткий стул с прямой спинкой, который свидетельствовал о демократизме и непритязательности хозяина кабинета.
В те часы, до которых дошел наш рассказ, в кабинете находились двое: сам Урвачев и сторож магазина Ермолай Ксенофонтович Бобров. Оба сидели по разные стороны стола и молчали. Урвачев только что снял допрос и сейчас, машинально поглаживая пальцем торец столешницы, думал о том, что после ограбления магазина прошло уже более полутора суток, а он как был в неведении, так и остался. Допросы бабки Сосипатровой и Боброва ничего существенного к тому, что было и без того ясно, не добавили, а свидетельство завмага Тиуновой помогло лишь установить перечень похищенного: четыре мужских костюма, три женских платья на общую сумму семьсот двадцать рублей ноль-ноль копеек, одна штука (рулон) шерстяной ткани "трико", двенадцать метров двадцать пять сантиметров по цене тридцать три рубля метр, на общую сумму четыреста четыре рубля двадцать пять копеек, и все наличие мужских и женских часов. Пять штук "Востока" и пять штук "Славы" (триста тридцать рублей). Итого...
А какого ему черта в этом "итого". Не "итого" обязано быть, а итог. Итог, в результате которого сейчас перед ним должен бы сидеть не до одури знакомый дед Ермолай, а кто-то из неизвестных. Тем более, что одного из них, по дедову описанию, он уже представлял совершенно зримо. Лет двадцать семь-двадцать восемь, лицо продолговатое, маленькое, подстриженные аккуратно успкн ("точь-в-точь, как у Николай Митрича, колхозного зоотехника"), брови густые (опять же точь-в-точь как у Николая Митрича - в этом месте допроса участковый даже позволил себе пошутить: "Л не сам ли Николай Дмитриевич это и был?"), губы толстые, больше бабские, чем как у мужика, а волос дед не разглядел:
во-первых, на грабителе была кепка, а во-вторых, при лампочке можно и соврать, но, в общем-то, вроде темнорусые.
Результаты экспертизы еще не поступили, да когда и поступят, что от них толку. Все вещественные доказательства Урвачев и без этого изучил вдоль и поперек.
Носовой платок-кляп с характерным дедовым прикусом (у деда и было-то всего четыре зуба на верхней челюсти, да пяток на нижней), бельевой капроновый шнур с косым срезом и двумя узлами "петля" и "рыбацкий", шапка из кролика, к делу, в общем-то, не относящаяся, и гипсовый слепок со следов мотоцикла ИЖ. Никаких характерных особенностей следы не имеют. По ним можно только установить, что прошли покрышки тысяч восемьдевять километров, модель шины Л-130, развал колес нормальный, заднее колесо либо накачано чуть меньше нормы, либо пассажир, сидевший на заднем сидении, достаточно грузен. Мотор мотоцикла хорошо обкатан и мощен: кювет грейдерной дороги имеет крутизну в двадцать восемь градусов, а мотоцикл преодолел этот подъем сходу, чуть буксанув лишь на самом выезде. Значит:
1. Либо машина новая и прошла именно восемь-девять тысяч километров, либо у нее сравнительно недавно сменен мотор. Скорее всего первое, потому что в Л-130 обувают ИЖи, как правило, на заводе, в свободной же продаже сколько ни приходилось замечать, бывают шины модели И-68. 2. Водитель мотоцикла за рулем уже поднаторел, ибо разгон определен правильно и учтено, по сути, все: возможности мотора, скорость, угол подъема и вес груза. Новичку такое не под силу. Он наверняка бы на этом подъеме запурхался и пассажирам пришлось бы помогать... Если взять за отправную точку девять тысяч километров, стало быть, мотоцикл приобретен два-два с половиной года назад. Сельские жители в среднем наезжают за год на мотоцикле три-четыре тысячи...
Н-да... выводы, не сказать, чтобы очень... В районе два года назад продана не одна сотня мотоциклов...
А если (и даже скорее всего) к делу причастны не районные, а гастролеры?
- Значит, вы, Ермолай Ксенофонтович, утверждаете, что неизвестные не стреляли? Ни в вас, ни вообще?
И огнестрельного оружия они не обнажали.
- Ни они не стреляли, ни я. Да если б знать, я б его, гада, издаля не допустил. У меня не смотри, что ружье старо, пуляет без осечки.
Эго верно, из ружья сторожа не стреляли: канал ствола был чистым. И опять-таки прав был Бобров, утверждая, что оружие его надежно. В этом Урвачев убедилсч сам. Очень часто бывает: ружья сторожей не более, чем муляжи. На вид вроде и огнестрельное оружие, а на поверку палка и палка. Ствол, годами не чищенный, на палец обрастает ржавчиной, гильза, вложенная когда-то, вынимается от случая к случаю, а то и вовсе не вынимается и, бедняга, аж зеленеет от старости. Три раза спускал Урвачев курок бобровского ружья и три раза оно безотказно посылало заряд в цель. Нет уж, в чем в чем, а в небрежном хранении оружия Ермолая Ксенофонтовича не упрекнешь. Но как же он все-таки оплошал? Коль его связали, значит, подпустил он незнакомых людей на неположенное расстояние. А ведь не должен, не имеет права отца родного подпускать, не то чтобы чужих. Вообще-то, понять его, конечно, можно:
сколько существует магазин в селе, ни разу никаких поползновений его ограбить не было. Поэтому по-человечески понять сторожа можно. Другое дело, что перед законом ему так или иначе отвечать придется, но Урвачеву-то от этого не легче. Ждал, ждал серьезного дела, и вот дождался, радуйся! С этим выстрелом еще. Бабка Сосипатрова утверждает, что стреляли, и притом - дважды, а Бобров выстрелы отрицает. Да и другие свидетели говорят, что ничего не слышали. Значит, врет бабка?
- А все-таки, может, вспомните какую-нибудь еще малую малость, а, Ермолай Ксенофонтович? - Урвачев вышел из-за стола, обошел его и сел в кресло напротив Боброва, колени в колени. - Да курите, сколько угодно курите, - горячо сказал он, заметив нерешительный взгляд, который Бобров бросил на лежащую около "Теремка" пачку "Опала".
1 2 3 4 5 6


А-П

П-Я