https://wodolei.ru/catalog/rakoviny/Kerasan/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Попов Виктор Николаевич
Свадебный подарок
Виктор Попов
СВАДЕБНЫЙ ПОДАРОК
С вечера бушевал ветер. Он путался в проводах, надрывно стонал в водосточных трубах, колотил по окнам промерзшими, безлистными ветвями тополей. Свист его то спадал, то поднимался до бесноватого воя, заставляя людей, сидевших в теплых комнатах, ежиться и зябко поводить плечами. Часов около одиннадцати, когда буря пошла на убыль, сторожу 12-го технического училища показалось, что в комнате, примыкающей к бухгалтерии, звякнуло стекло. Он торопливо бросился к двери, распахнул се. В лицо ударила свежая сквозняковая струя. Одна из рам зияла пустой глазницей, на полу, в пучке света, падавшем из коридора, поблескивали осколки стекла. В комнате никого не было. Недобро помянув "треклятый ветрило", сторож заставил выбитый паз перевернутой табуреткой и, выходя, покрепче прихлопнул дверь. Утром, сдавая дежурство, он лишь вскользь упомянул о ночном происшествии: не одно, небось, в городе окно пострадало от бурана.
А около полудня в краевом управлении милиции раздался звонок. Директор училища сообщал, что из сейфа пропало 6514 рублей. Деньги только вчера были получены и предназначались для выдачи стипендии. Через пятнадцать минут у училища скрипнула тормозами милицейская автомашина. Hа место происшествия прибыл оперативник 3-го отделения милиции Алексей Матвеевич Снопков, помощник дежурного по управлению Михаил Александрович Дорофеев и эксперт НТО Степан Николаевич Клочихин.
Касса училища отдельного помещения не имела.
Двухсекционный сейф располагался в общей комнате бухгалтерии. Как войдешь - у двери, направо. Кассир, молодая, до беспамятства испуганная женщина, говорила длинно и путанно. Казалось, что она даже не понимает вопросов, а на следователя смотрит как на человека, который непременно хочет ее арестовать. Растирая дрожащим кулаком и без того покрасневшие от слез глаза, она весь разговор сводила к тому, что денег не брала и что она вообще человек честный.
Постепенно Снопкову удалось выяснить следующее.
Минувшим днем кассир получила в банке деньги и па ночь оставила их в сейфе - 6539 рублей в верхней секции и около полутора тысяч - в нижней. Сегодня она открыла сейф лишь около полудня и сразу увидела, что денег в верхней секции нет. Воры оставили лишь изорванную двадцатипятирублевую купюру. О пропаже кассир немедленно заявила директору. И вот...
- А в нижней секции деньги целы?
- Даже не смотрела.
- Откройте.
В нижней секции деньги оказались целы. Они лежали нераспечатанными пачками в аккуратной стопке.
- Ключи к секции дубликатов не имеют?
- Нет, у меня единственные экземпляры.
- Кто кроме вас ими пользуется?
- Никто.
В том, что сейф был вскрыт без взлома сомневаться не приходилось. Не действовала здесь и отмычка: при самом тщательном исследовании эксперт не обнаружил на замке даже легких царапин. Стало быть, преступник пользовался либо ключами кассира, либо поддельными.
Опросы свидетелей ничего не дали. Сторож, рассказывая о ночном происшествии, утверждал, что он вошел в комнату, как только услышал звон разбитого стекла.
В помещении никого не было. Скорее всего, стекло выбил ветер.
Нет, не ветер! Стекло было выдавлено. Если виновник - ветер, то все осколки лежали бы в комнате.
Л здесь в комнату попала незначительная их часть, боковые же верешки валялись снаружи. Нет, не ветер виновник, а человеческая рука, которая аккуратно вытащила и бросила осколки.
Следственной практикой давным-давно доказано, что даже самый опытный преступник оставляет после себя следы. Более или менее заметные. Умело или неумело замаскированные, но они есть обязательно, и наметанный глаз оперативника их непременно найдет. Ведь следы - это не только отпечаток ботинка или руки. След - это еле заметная царапина, которую преступник может сделать даже ногтем, это неравномерный слой пыли на давно не вытиравшейся поверхности. С самого края облетела пыль, нарушила равномерность всего слоя. Но для экспертизы этого достаточно. Эксперт безошибочно определит: здесь был человек, это след его дыхания.
В комнате с выбитым стеклом (так ее мысленно называл Снопков) следов не было. Это установил и сам Алексей Матвеевич, и подтвердил эксперт. Да, следов не было. Было другое: попытка запутать следствие, направить поиски по ложному пути. Прием заурядный, к которому по большей части прибегают преступники неумные и неопытные.
Грабитель вошел в бухгалтерию не через окно, а через дверь. Вошел вместе со всеми служащими и, может быть, когда ищущие - в который раз внимательно осматривают сейф, настороженно следит за их действиями.
Снопкову даже показалось, что он уловил на себе чей-то внимательный взгляд. Он оглянулся. Кроме оперативных работников в бухгалтерии никого не было. Из коридора, перекрывая гул голосов - сотрудники училища на все лады обсуждали происшествие, - доносился высокий девичий голос, убеждавший кого-то, что преступников обязательно найдут.
В училище больше делать было нечего. В свой кабинет Снопков вернулся с твердой уверенностью, что преступника надо искать среди персонала училища. Больше того, грабитель в какое-то время имел доступ к ключам от сейфа, значит, он был человеком, хорошо знакомым кассиру, может быть, близким другом. Такой вывод значительно суживал круг поисков, давал в руки следователю определенную нить. Помимо этого он снимал подозренис с десятков людей, освобождал их от допросов, очных ставок и прочих следственных атрибутов, ставящих под сомнение честь человека. Обо всем этом Алексей Матвеевич долго беседовал с подключившимся к делу следователем прокуратуры Владимиром Сергеевичем Корончиком.
Па допросе кассир вспомнила, что давно, еще когда она уходила в отпуск, ее замещала завскладом Ударцева. Это заявление вновь расширяло следственную орбиту: преступник мог быть связан с Ударцевой.
Характеристика, данная дирекцией училища Ударцевой (как, впрочем, и кассиру Распонамаревой), была положительной: честна, с самого начала работы в училище зарекомендовала себя исполнительным, добросовестным работником. И характеристики, и личные беседы, и особенно интуиция подсказывали следователям, что Ударцева и Распонамарева к преступлению не причастны. Единственно, в чем можно было обвинить их - в ротозействе. Ведь как бы то ни было, а ключи, может быть, очень малое время, но все-таки побыли в руках злоумышленника.
И вот на допросе одна из подруг Распонамаревой, секретарь директора Лидия Алексеевна Шляхова. Лидочкой зовут сослуживцы эту симпатичную девятнадцатилетнюю девчушку. Она сидит против Корончика прямо, смотрит на него доверчивыми большими глазами и говорит:
- Я... мы... все комсомольцы училища надеемся, что вы все-таки найдете преступников... Нам так неприятно, что это случилось в нашем училище...
- Постараемся, Лидия Алексеевна, постараемся, с вашей помощью, разумеется...
О, Шляхова готова помочь всем, что от нее зависит...
Что за кассиром? Нет, она ничего не замечала. Вот если уборщица...
И тут вопрос в упор:
- А скажите, зачем вы входили вечером, накануне ограбления, в бухгалтерию? Когда все были на курсах кройки.
- За мной пришел муж.
- Если не ошибаюсь, за последние несколько месяцев это первое занятие, которое вы посетили? Вы же бросили курсы.
- Теперь я решила заниматься снова.
- Как раз в тот вечер, когда кассир оставила в столе ключи от сейфа?
- Я вас не понимаю!..
Шляхова говорит это медленно и очень спокойно.
Как знакомо следователям такое деланное спокойствие, как часто выдает оно истинного преступника! Теперь следователь уже не сомневается. Несколько перекрестных вопросов, путающих, но целенаправленных, и Лидочка как бы начинает линять. Кажется, что становится она меньше ростом и гораздо старше. А в глазах - беспомощность и страх. Страх тупой и отчаянный, который делает лицо неживым.
И радетельница чести комсомольской организации училища начинает рассказывать.
В декабре минувшего года ее знакомый, бывший ученик этого же училища, Геннадий Егоров познакомил ее со своим братом - Борисом. Подружив около месяца, они поженились. Хотелось справить свадьбу, но денег не было. И она решила взять из сейфа. Воспользовавшись головотяпством кассира, она выполнила свой замысел. Вот и все. Муж? Нет, нет он ничего не знает об ограблении. Геннадий? Подавно. Если бы знали они об этом, задушили бы се своими руками.
Все было гладко в этом рассказе, кроме одной детали. Ключи от сейфа были в связке, почему же вскрыта лишь верхняя секция?
- Я боялась, что кто-нибудь войдет.
- Так. Вы не боялись, перебирая деньги отложить рваную двадцатипятирублевку, но не захотели открыть на мгновение дверцу, за которой лежали еще полторы тысячи. Знаете, почему вы не взяли эти деньги? - быстро возразил Снопков, озаренный внезапной догадкой.
- Боялась, что войдут.
- Лжете, Шляхова, лжете!
- Честное слово...
- В вашем положении честное слово звучит парадоксально. Деньги вы украли не вечером, а утром. И не вскрыли нижней секции лишь потому, что имели всего один поддельный, понимаете: поддельный ключ. Кто вам его подделал?
- Никто. Деньги я взяла вечером, - Лидия Алексеевна говорила это с упрямством человека, собирающегося с мыслями. - Почему вы думаете, что я взяла деньги утром?
- Потому, что перед уходом кассир случайно могла заглянуть в сейф и, не найдя там денег, обвинить вас.
По нервному движению губ Шляховой следователь понял, что не ошибся. Он ожидал, что именно теперь она расскажет правду. В следствии бывает такой момент, когда у преступника окончательно ломается воля и его оставляет чувство сопротивляемости. Но у Шляховой эта ломка закончилась неожиданной истерикой:
- Ничего, ничего не буду говорить! - выкрикивала она. - Генку и Борьку замести хотите... Не выйдет... Не продам. Я, я одна воровала...
Сейф Шляхова открыла поддельным ключом. На заводе, где Геннадий Егоров проходил практику, следователь установил, что ключ подделал именно он его видели несколько рабочих. Но пока ключ не найден и, говоря языком криминалистов, вещественная улика не приобщена к делу, следствие не имеет права успокаиваться Суд, решающий дальнейшую судьбу человека, суров, но дотошен. Ему нужно установить бесспорную вину подсудимых А для этого иногда мало даже их собственных признаний.
Геннадий вел себя нагло.
- Ключ? Моя работа. Договорился с Лидкою, что она заделает сейф и смастырил. Я Лидку с Борькой познакомил, я их и сосватал. Hа свадебный подарок и на саму свадьбу деньги нужны были, я и решил из сейфа занять. А Борьку вы не трогайте, он не в курсе.
Однако и младший Егоров оказался "в курсе": спутавшись в показаниях и на очных ставках, эта "ушхая троица" выложила наконец перед следователем недостающие звенья - окно, действительно, разбили братья Егоровы, чтобы замести следы. Нашелся и ключ - он лежал под застрехой в сарае. Отыскались и украденные деньги. Напрасно родители Егоровых, с молчаливого согласия которых Геннадий, Борис и Лидия пошли на преступление, сначала утверждали, что выиграли по заиму, а потом - что скопили эту сумму честным многолетним трудом. Прижатые к стенке неопровержимыми доказательствами, они, наконец, были вынуждены назвать своих детей страшным словом: грабители.

1


А-П

П-Я