https://wodolei.ru/catalog/vodonagrevateli/protochnye/dlya-kvartiry/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Первый слог звучит как две согласные: «К…Н». Сначала я решил, что это фраза типа «кто знает» или что-то в этом роде. Но при фонетическом анализе мы выявили между К и Н одну гласную, напоминающую О, А или У.
Я потер переносицу, стараясь переварить информацию.
- Хорошо. Дальше.
- Таким образом, получается «Кан…» или «Кон…». После этого идет шум, который невозможно идентифицировать. Возможно, это просто вздох, а возможно, еще одна фонема. Наиболее вероятен звук О или Ы. Может, твой клиент хотел произнести «кино» или «Канны». Тебе это о чем-нибудь говорит?
Я с грустью покачал головой. Ни Канны, ни кино никаких ассоциаций с убийством у меня не вызывали. И все равно я был безмерно благодарен своему коллеге, так как знал, скольких трудов ему стоил такой на первый взгляд расплывчатый отчет. Шеф не поскупился, выделил для моих нужд лучшую лабораторию. И лучшего руководителя.
- Что со вторым слогом?
- Там сложнее. Побочных шумов почти нет, так что второй слог звучит именно как «эти». По крайней мере, других фонем мы не выявили.
- Видимо, Сайко не договорил эту фразу до конца, - предположил я. - Может быть, он пытался сказать «эти люди…». Или «эти двое». Все же ты дал мне ниточку. Теперь я могу предположить, что убийц было несколько. Хотя, честно говоря, в мою теорию это плохо вписывается.
Хоттабыч с сомнением почесал свою бородку.
- Видишь ли, все не так просто. «Эти», «люди», «двое» - слова довольно короткие, и человек, особенно если ему не хватает воздуха, произносит их как одно целое: «Этилюди», «Этидвое». Он не ставит смысловое ударение на слове «эти», не останавливается на нем. В твоем же случае «эти» звучит именно как отдельное слово или как конец фразы, и на последнем звуке идет явное понижение тона. Само собой все мои выкладки чисто статистические, есть люди, имеющие привычку набирать воздуха в грудь посреди фразы.
Возможно, твой клиент один из них.
Я прокрутил в памяти моменты, когда я разговаривал с Сайко и слышал его голос.
- Нет, это вряд ли, он говорил нормально, без придыхания. Скажи, а эти два слога не могут быть связаны воедино?
Роуваз Хак на экране склонил голову набок.
- Опять же трудно сказать. После первого слога в записи идет твой вопрос: «Ты узнал его?» Мы это удалили и получили шум, по составу похожий на звуки «Хо» или «Ху». Но это мог быть и просто хрип. Слово «эти» было произнесено довольно отчетливо. Чтобы так произнести его, раненый человек должен собраться с силами, вдохнуть воздуха, понимаешь, что я хочу сказать?
- Понимаю. Большая часть записи - просто шумы, из которых ничего не выкачаешь. - И, уловив в глазах Роуваза Хака легкую обиду, поспешно добавил: - А ты все-таки выкачал, не зря тебя называют Хоттабычем. Как это шеф сумел заполучить тебя для моих нужд?
Он по-мальчишески довольно улыбнулся, милый мой надежный друг. Он даже не представлял, как помог мне в моих поисках. Честно говоря, я и сам этого пока не знал, так как стройной версии у меня нет и в помине, но дорога, вернее, тропочка к ней уже наметилась, и адский труд Хоттабыча даром не пропадет, я уверен.
Хак тем временем с экрана исчез, и его сменил светлейший лик моего шефа. Глаза его были колючими. Он молчал, выжидательно глядя на меня.
- Пак меня вычислил, - сказал я. - Как - не представляю. Может, я где-то прокололся, а может, он получил информацию.
- Во всяком случае, не от меня, - проворчал шеф. - Но хозяину турбазы открываться необходимости не было. Теперь убийца наверняка знает, кто действует против него.
Я подавил вздох.
- Он распознал меня еще там, в парке. Ему не нужна была жизнь Адели Ларченко, иначе она давно была бы мертва. Он хотел уничтожить меня, и это ему не удалось. Ниндзя почувствовал во мне противника, и то, что я расшифрован, никакой роли не играет.
Шеф на экране молчал, признавая мою правоту, а я чувствовал какую-то подспудную вину перед ним, потому что не сказал ему всего.
В давние времена в Японии, начиная с эпохи правления Камакуры (1192-1333 годы), горные районы Ига и Кога стали местами сосредоточения клановых школ ниндзюцу. Лагеря ниндзя вначале пополнялись за счет ронинов, самураев, потерявших своего господина в междуусобных распрях, но со временем доступ в горные общины был прекращен. Школы ниндзя превратились в тайные организации.
Поведение ниндзя, техника боя может говорить о многом. Разные кланы культивировали свои традиции, свои уникальные приемы, коронную технику. Школа Гекку, к примеру, из поколения в поколение передавала секреты поражения болевых точек - юби-дзютцу. Школа Котто-рю специализировалась на болевых захватах, а также практиковала приемы гипноза и психического воздействия. Клан «Черный дракон» являлся носителем традиций стиля Двух лун - приемов боя двумя мечами сразу. Судя по материалам, которые мне были даны на Тойво Геллера, он изучал именно этот наиболее сложный стиль, описанный позже великим мастером Миямото Мусаши в книге «Пять колец».
Ниндзя, напавший на меня в парке, был адептом другой школы. Расчетливый, безжалостный, он вместе с тем действовал удивительно рационально. Адель представляет для него опасность, это бесспорно. Но она жива, хоть и напугана до смерти. Ниндзя сделал ей предупреждение, воткнув красную стрелу в косяк двери. Без крайней необходимости он не убивает. Он вышел на единственную жертву - Стефана Сайко, - и тот умер. Другие жизни убийце были не нужны. И он их не взял.
Я не мог определить, к какой школе принадлежал мой противник, хотя считался вторым после моего шефа специалистом в области ниндзюцу в Европе. Но я шестым чувством, всеми порами кожи чувствовал: ЭТО НЕ ТОЙВО ГЕЛЛЕР.
Ответ из проектного бюро пришел через полчаса. Капсула с двадцатью трехмерными изображениями, начиная с общего вида и заканчивая мелкой деталировкой, лежала у меня на ладони. Я вставил ее в прорезь приемного устройства и начал работать.
Два ангара. Один подземный, другой - за домом, они представляли собой большие полукруглые помещения с пластиковым покрытием.
Вход в подземный ангар - только через центральную лестницу. Отпадает, оружие и экипировка всегда должны быть под рукой. Сама лестница, имитирующая ажурную резьбу по дереву, тонкая и хрупкая на вид, но сделанная из прочного материала. Вестибюль. Нет, не то. Слишком рискованно.
Через минуту мне уже не нужно было смотреть на экран. Внешние чувства притупились, отступив на второй план. Мое тело, прямое как палка, расслабленное и спокойное, сидело в позе лотоса посреди комнаты на великолепном пушистом коврике, но дух-разум, точно привидение, блуждал по коттеджу, выстукивая каждый сантиметр от пола до потолка, ощупывая каждую ступеньку, заглядывая под каждую былинку. И вместе с моим духом по темным коридорам двигался ЕГО дух, дух убийцы. Его цель поражена. Стефан Сайко со стрелой между глаз отправился в иной мир. Теперь нужно снять с себя черную экипировку, спрятать духовую трубку и набор стрел. Из черного демона нужно моментально превратиться в обычного человека.
Второй этаж. Гостиная, бильярд, комнаты постояльцев. Если предположить, что убийца действует в одиночку, то супруги Ларченко и Бромберги отпадают. Не будет же муж на глазах у жены облачаться в черный костюм с повязкой на лице. Остаются номера люкс Влада Кунича, Артура Кейси и… Майи Борисовой. Группа инспектора Пака обнюхала там каждую пылинку не раз и не два. Но они не знали, что против них действует не обычный человек, поэтому не могли ничего найти. Тайник ниндзя может обнаружить только ниндзя.
Строительная компания воздвигала коттедж не на века. Вся его конструкция была прочной, но легкой, в стены были встроены нагревательные элементы, чтобы база могла работать зимой. Следовательно, тайник в самих стенах устроить вряд ли возможно. Бары, вделанные в ниши. Убирающаяся в пол мебель. Нет, слишком опасно. Опасно держать амуницию возле себя. Опасно держать ее далеко. Надо найти золотую середину. Это должно быть в коридоре, либо служебное помещение. Автоматическая кухня. Вероятно. Но посторонним там делать нечего. Ниндзя обязан исключить любую, даже самую малую вероятность своего обнаружения. Нет, постоялец на кухне появляться не должен. Если это, конечно, постоялец.
Коридор за кухней, короткий и пустой, как аппендикс. Окошко линии продуктовой доставки… Вот оно. Меня озарила внутренняя улыбка.
Вот оно. Вот оно! ВОТ ОНО!!!
Явственно, как будто это происходило на самом деле, я видел черную фигуру с повязкой на лице. Убийца проходит по коридору неслышно, будто скользит по воздуху. Неуловимое движение - одежда падает на пол. Открывается оконце, работает трубопровод. Можно искать до конца жизни по всему дому, экипировка ниндзя далеко отсюда. Но она рядом - достаточно назвать код и протянуть руку к выключателю.
Ак - кхомбу - шри - аума - на - мааннии…
Я несколько раз произнес мантру для выхода из состояния транса. Кончики пальцев стали чуть заметно подрагивать, и, начиная от них, по всему телу разлилась теплая вибрация. Но некоторое время я еще сидел неподвижно, закрыв глаза, давая успокоиться сердцу и голове. Радоваться рано.
В четыре утра, когда, как известно, у человека самый крепкий сон, я, прислонившись спиной к стене возле окна линии доставки, разглядывал свою находку. Я, естественно, не притронулся к ней, потому что ниндзя наверняка расставил ловушки - от незаметных постороннему глазу ворсинок из ткани, которые невозможно не сдвинуть, если дотронуться до одежды, до замаскированной взрывчатки. Я просто разглядывал ее, зажав в руке узкую ручку-фонарик. Одежда казалась беспорядочно скомканной, но я знал, что она тщательно сложена таким образом, чтобы нельзя было определить ее размер. Чуть сбоку лежала упакованная в специальный чехол духовая трубка-киудо с набором стрел. Тут же были два кинжала-сай, моток тонкой и чрезвычайно прочной веревки и великолепная разновидность самурайской катаны - ниндзя-то, меча ниндзя с укороченным клинком и прямоугольной гардой. Такая гарда очень удобна в качестве точки опоры при преодолении высоких стен, а сам меч можно использовать как насест, привязанный к двум опорам. На конце рукояти я различил маленькое отверстие. Либо там было спрятано потайное лезвие на пружине, либо меч мог служить как духовая трубка.
Убийца здесь, в коттедже. А это означает, что его задача не ограничивалась убийством Сайко. Ему нужно было что-то еще, и, к какой бы школе он ни принадлежал, он не уйдет, пока не достигнет своей цели…
Я резко обернулся, приняв боевую стойку. Нервы, черт бы их побрал.
- Майя, что вы тут делаете?
Она зябко поежилась и присела рядом со мной.
- Я тебя искала. Везде, по всему дому. И забрела сюда. Не сердись.
Я вздохнул.
- Опасно ходить одной. Ты могла на него натолкнуться.
- А ты?
- Я - это я.
Майя мягко ткнулась мне головой в плечо.
- Я боюсь за тебя. И, в конце концов, ты дал сигнал «SOS». Придется меня терпеть.
Мы помолчали. Было так тихо, что эту тишину не хотелось нарушать. Майя слегка дрожала от напряжения, хотя всеми силами старалась выглядеть спокойной.
- Он может сегодня и не прийти, - сказал я. - У меня нет уверенности, что он вообще придет. Может быть, он уже далеко.
- Но все постояльцы на месте, - возразила она.
- Это необязательно постоялец. А барахло, - я кивнул на черную одежду, - кость для приманки.
- Ты просто меня успокаиваешь. И себя заодно. И наверняка ты уже знаешь, кто этот ниндзя, но боишься сказать. Разве нет?
И неожиданно для себя я ответил:
- Наверняка я знаю только одно: он не умеет играть в шахматы.
Через некоторое время из темноты послышался ее робкий голос:
- Почему?
- Ты просматривала материалы по делу Ракши Бамира. Помнишь шахматный столик?
- Помню. Ракшу разгромили наголову, а ведь он был отличным шахматистом.
- Есть такая восточная легенда. Два великих мастера кэндо встретились в поединке. Каждый из них одержал столько побед, что успел забыть горечь поражений. Им не было равных по стойкости духа, крепости рук, остроте взгляда. И тот, и другой легко могли извлечь меч из ножен и рассечь надвое каплю воды, прежде чем она упадет на землю. И вот они встали друг перед другом и посмотрели друг другу в глаза. Они стояли как каменные целый день с рассвета до вечера, и ни один не сделал ни малейшего движения. Потом один из них вдруг встал на одно колено, поклонился своему сопернику и сказал: «Я признаю свое поражение. Ты победил».
- Красиво, - тихо сказала Майя.
- Красиво. А главное, эта легенда точно отражает суть вещей. Ведь что такое поединок, хоть в шахматах, хоть в боевых искусствах? Это балансировка на острие ножа. Победить - означает поймать ту самую долю секунды, когда противник расслабится, допустит ошибку, и тут же использовать ее. Но что делать, когда противник настолько совершенен, что не допускает ошибок? Тогда поединок идет уже на более высоком уровне, где господствуют лишь потоки мыслей и энергии. Обычному человеку такое недоступно. Фехтовальщикам из легенды не нужно было скрещивать мечи. Им достаточно было посмотреть друг другу в глаза, чтобы понять, кто сильнее. Ракша Бамир был отличным шахматистом. Если бы он встретил соперника более высокого класса, он просчитал бы комбинацию на десять ходов вперед и сдался гораздо раньше. Он не стал бы с ослиным упрямством доигрывать безнадежную партию, потому что это считается дурным тоном.
- Но, может быть, у Бамира все же была надежда на выигрыш?
Я с сомнением покачал головой.
- У него на доске оставались всего две фигуры - король и пешка. Нет, Майя, он не надеялся выиграть. Он был уже мертв, когда убийца решил создать впечатление, будто именно он выиграл эту партию. Премудрости ему были незнакомы, он просто расставил на доске побольше своих фигур и как можно меньше чужих.
- Адель… - ахнула Майя.
- Вполне возможно. Ракша Бамир, по ее словам, учил ее играть, но неизвестно, каких успехов на этом поприще она добилась. Психологически Адель могла расставить фигуры, желая отомстить уже мертвому любовнику, Но я голову даю на отсечение, что простерилизовала их не она. В лучшем случае Адель стерла бы отпечатки пальцев.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38


А-П

П-Я