https://wodolei.ru/brands/Jacob_Delafon/odeon/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Йу'шаа, — сказала Тахири. — Почему ты носишь маскуна?
С помощью Силы она уловила реакцию Коррана — его резко возросшую подозрительность. Но вслух он ничего не сказал, и Тахири посмотрела на Пророка — что он ответит?
Однако Пророк не выказал ни тени удивления; удивляться было, собственно, нечему: для йуужань-вонгов маскун был всего-навсего организмом, отображавшим фальшивое лицо хозяина.
— Ты знаешь наши обычаи, — сказал Пророк. — Я ношу этого маскуна ради своих подопечных. Я поклялся не снимать его, пока наше избавление не свершится. Для вас я могу его снять, но он приклеен дхур-киритом. Это займет очень много времени.
«Значит, маскун приживлен к его лицу». Это имело некоторый смысл: в прошлом некоторые йуужань-вонгские секты практиковали ношение маскунов в качестве повседневного ритуала. В сущности, углиты и были созданы как раз для этой цели, а не как средства маскировки.
Но здесь, в данном контексте, Тахири это обстоятельство почему-то не нравилось. Судя по всему, Коррану тоже.
— Извини, Йу'шаа, — сказал он, — но нам с Тахири надо поговорить наедине.
— Разумеется.
Они отошли на безопасное расстояние.
— Что думаешь? — спросил Корран.
— Мне все это не нравится, — ответила Тахири. — Но отчасти это может быть просто рефлекторная неприязнь к «опозоренным».
— Ты полагаешь, что это мешает тебе правильно оценить ситуацию?
— Надеюсь, что нет. Я стараюсь пересилить этот инстинкт. Но что-то в этом типе мне не нравится, в этом я уверена.
— Ладно, здесь я с тобой согласен. Но вопрос не в том, нравится он нам или нет, и даже не в том, можно ли ему доверять. Вопрос вот в чем: он сообщил нам всю правду или что-то утаил?
— Не могу сказать наверняка, — ответила Тахири. — Но для ловушки это все слишком сложно.
— Вот и я о том же. Смысла нет: если бы они хотели что-то с нами сделать, то почему не сейчас? Нет, похоже, план настоящий, хотя и довольно вычурный. Я бы сказал, что это даже утешает. — Он улыбнулся. — Ты по-прежнему в игре?
— Конечно. Я думала, что как раз ты будешь против.
— Мы забрались уже довольно далеко. Ты доказала, что на тебя можно положиться. И Кент правильно сделал, что послал тебя со мной: сам я ни за что бы не догадался про этого маскуна. Давай хотя бы послушаем, в чем этот план заключается.
— Существуют потайные пути, ведущие во дворец Шимрры, — сказал им Йу'шаа. — Часть их обнаружена, но за один я ручаюсь. Я не хотел его использовать, потому что после этого он был бы для нас потерян. Оказавшись внутри, мы должны будем пробраться к формовочному комплексу.
— Если у нее есть корабль, почему ей просто не улететь оттуда? — спросила Тахири.
— Не знаю, — отвечал Пророк. — Ей нужна сильная защита, иначе побег будет невозможен.
— За этим что-то кроется, — проворчал Корран. — Она хочет, чтобы это выглядело как похищение, верно? Чтобы потом она могла оправдаться.
— Вполне возможно, — согласился Йу'шаа.
— Хм-м. У тебя есть карта-схема комплекса?
— Да.
— Сколько там воинов?
— Само собой, мои ученики вам помогут, — сказал Йу'шаа. — Они устроят поблизости беспорядок, и воины побегут в другую часть комплекса. Ну, а внутри дамютека вы найдете друзей.
— Это все здорово, — произнес Корран, — но все-таки, сколько там воинов?
— Я могу лишь догадываться, но, по моим оценкам, не меньше десятка.
— А конкретно?
— В худшем случае? Несколько сотен.
— Ага, — сказал Корран. — Значит, те, кто будут отвлекать внимание…
— Да, скорее всего, они погибнут. Но они с радостью готовы умереть.
— Я не хочу, чтобы они умерли, — запротестовал Корран. — Не надо за меня умирать.
— Они умрут не за тебя, джедай Хорн, а за свое избавление. Их смерть будет напрасной, лишь если наша миссия закончится неудачей.
— Однако все же… Нет, погоди-ка!
С помощью Силы Тахири почувствовала, что его осенила какая-то мысль. Корран уставился на светящиеся растения, которые они перед тем обсуждали.
— Кажется, у меня есть идея, — сказал он. С некоторой неохотой в голосе, как показалось Тахири.
— Вот это обеспечит нам нужный гандикап, и при этом с меньшими потерями для вас.
— Джедай покажет путь, — молвил Пророк. — Расскажи мне свой план.
— Зря ты это говоришь, — сказал Корран. — Идея вот какая…
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Когда они выбрались из темного туннеля и увидели ярко освещенный дворец Верховного Владыки Шимрры, Тахири моментально почувствовала слабость в коленях. Наверху здания стоял огромный корабль главнокомандующего, похожий на сферу с крыльями, как будто весь дворец представлял собой некий скипетр, символ власти.
— Весьма впечатляюще, — признал Корран. — Что теперь?
Йу'шаа протянул палец в направлении куда более скромного сооружения звездообразной формы.
— Вот дамютек формовщиков, — сказал он. — Надо подождать несколько минут. Мы атакуем вон там, — он показал рукой на большое шестиугольное здание с низкой остроконечной крышей, напоминавшей шляпку гриба. — Это гла, где выращивают змеежезлы. Охранники решат, что мы хотим завладеть оружием.
Корран насчитал по меньшей мере пятдесят воинов, патрулировавших обширную площадь.
— Твои ученики будут перебиты.
— Они не будут долго сражаться. Они убегут и, благодаря твоему блестящему плану, почти все смогут скрыться беспрепятственно.
Корран вздохнул.
— Не сказал бы, что план такой уж блестящий.
— Они спасутся, — сказал Йу'шаа. — Ты дал им больше шансов, чем у них было. Если же нет, они погибнут с честью, то есть получат то, в чем отказал им Шимрра. Они умрут, зная, что своей смертью осветили путь к избавлению.
Корран снова посмотрел на дамютек.
— А мы что, просто возьмем и войдем через парадную дверь?
Тахири тоже смотрела на здание. Рефлектороное чувство благоговения, которое она испытала при виде дворца Шимрры, почти сразу исчезло, сменилось холодным ощущением, лежащим на границе гнева и страха. Ужасные вещи происходили когда-то с ней в подобном месте.
— Да, — сказала она. — Мы просто войдем через парадную дверь.
— А где мы встретимся с тобой? — спросил Корран Пророка.
— Здесь неподалеку есть святилище Йун-Харлы. Формовщица знает, где это. Если я останусь жив, мы встретимся там.
— Тебе не открылось, выживешь ты или нет? — спросил Корран.
Пророк улыбнулся:
— Я уверен, что выживу.
— Все равно, удачи тебе, — сказал Корран.
— Спасибо. Да пребудет с вами Сила.
И Пророк зашагал прочь. Корран открыл было рот, чтобы что-то сказать, но остановился. Он взглянул на Тахири.
— Да, — подтвердила та. — Мне тоже стало не по себе.
Простившись с двумя джедаями, Ном Анор шел и ухмылялся. Хотя ничего нельзя было гарантировать, он надеялся пережить предстоящую битву, потому что не собирался в ней участвовать. Пусть его ученики сражаются и умирают, он же выйдет обратно тем самым путем и направится прямиком в святилище. Если джедаи и формовщица тоже погибнут, он снова исчезнет в подземельях и будет пробовать что-нибудь другое.
Его ничуть не радовало, что в эту миссию назначили Коррана Хорна. Хотя ученики были в восторге, сам он чувствовал себя в постоянной опасности. Хорн был не из тех, чью бдительность легко усыпить. Ном Анор подозревал, что, если ему станет известно истинное имя «Пророка», нынешние добрые намерения не смогут перевесить прошлых деяний против джедаев.
Само собой, Тахири тоже была проблемой. Знание культуры йуужань-вонгов делало ее еще одним источником потенциальной опасности. Похоже, ее совсем не убедили его обьяснения насчет маскуна.
Ном Анор остановился посреди темного туннеля, задумался. «Может, бросить все это дело?»
Нет. Отступать было нельзя. После гибели Нгаалу влияние Анора стало ослабевать. Шимрра принялся с величайшим усердием выискивать шпионов в своем окружении, в том числе среди самых высокопоставленных лиц. Чистки среди низших сословий усилились, и «опозоренные» были отстранены от работ, где они могли причинить вред. Хуже того, число учеников Анора хотя и не убывало, но и не возрастало — отчасти из-за того, что слишком много их гибло без заметного продвижения к цели, то есть к «избавлению». Восстание, на волне которого Ном Анор собирался вознестись к вершинам власти, сейчас казалось как никогда далеким. Ему был нужен новый катализатор, новый источник силы. Короче говоря, он нуждался в новых союзниках.
Все же… Он притронулся к живому карману, пристегнутому к телу у него в подмышке. В кармане хранилась одна вещь с того времени, когда он был всеми уважаемым исполнителем. Ном Анор не знал точно, зачем он рискует, таская ее с собой, но… если Шимрра получит двух джедаев, интриганку-формовщицу и планету Зонаму-Секот, то этого может хватить, чтобы…
Нет, этого не хватит. У Шимрры не должно появиться ни малейшего подозрения о связи Нома Анора с Йу'шаа.
Значит, придется работать с тем, что имеется в наличии. Отступать слишком поздно, так же как нельзя впадать в панику при мысли о грядущем путешествии.
В отличие от своих суеверных учеников, Ном Анор не верил в судьбу: свою судьбу он создавал сам, силой своей воли, которой у него было в избытке. Итак, он будет играть для джедаев роль святого мужа, исполненного сочувствия. Он завоюет их доверие, или они умрут.
Для Анора существовало только два направления: вперед и вверх. Слова «назад» и «вниз» были не для него.
Первое время ничего не происходило; затем из-под стены одного из зданий на той стороне площади взметнулось желто-зеленое пламя, и внешняя стена конструкции рассыпалась бесформенными кусками, как будто ее расплавило. Все воины, находившиеся поблизости, побежали к месту взрыва, однако, прежде чем они успели туда добраться, из соседней ямы выскочили толпой «опозоренные» и набросились на них, орудуя ножами-куфи, змеежезлами, дубинками, на худой конец камнями и арматурой.
С такого расстояния было трудно определить, что происходит, однако Тахири видела, что сражение складывается не слишком удачно. Хотя «опозоренные» дрались отчаянно — некоторые из них сознательно напарывались на змеежезлы воинов, обездвиживая их и давая товарищам возможность задавить врага числом — этот бунт не мог продлиться долго. Тахири напружинилась, приготовившись к броску.
— Стой, — сказал Корран. — Дождемся, когда…
Едва он произнес эти слова, как на сцене появились новые действующие лица — четыре фигуры в коричневых плащах; в руках у них были пылающие световые трубки. Отовсюду послышался крик «Джеидаи!», издаваемый одновременно воинами и «опозоренными». Однако звучал этот крик весьма по-разному; если «опозоренные» ликовали, то в боевых кличах воинов звучал вызов, ярость — и, возможно, некоторый страх. Мало что могло покрыть воина большей славой, чем победа над джедаем: хоть воины и не обожествляли рыцарей, как «опозоренные», однако уважать их они научились.
«Джеидаи» вдруг развернулись и побежали; стража с воем и улюлюканьем ринулась за ними. Все охранники, которые еще не побросали свои посты, теперь сделали это. Корран просчитал все совершенно точно. Если что и могло заставить воина забыть все текущие обязанности, то именно джедаи.
Разумеется, когда до ушей их начальников дойдет весть о том, что они покинули свои посты, погнавшись за «опозоренными», вооруженными стеблями светящейся травы, растущей у них под ногами — что ж, тогда никому из этих воинов не поздоровится.
— Бегом марш, — скомандовал Корран.
Тахири помчалась вперед, сосредоточив все внимание на одиноком стражнике, который все еще стоял у входа в дамютек.
К чести этого стражника, он не настолько увлекся происходящим, чтобы не заметить их. К несчастью, его внимательность мало чем могла ему помочь против двух джедаев.
Приблизившись к двери, Тахири положила ладонь на мембрану:
— Века, Кваад.
Вход открылся.
— Как просто, — поразился Корран.
— Конечно, — ответила Тахири. — Это дамютек моего домена.
— Мастер Йим, — произнес кто-то из дверей.
Она оторвалась от серии эмбрионов кул, которые подвергала вивисекции. Оказалось, пришла Кела Кваад.
— Что такое?
— Снаружи какая-то заваруха. Говорят, это «опозоренные».
— Заваруха? Что они делают?
— Атакуют питомник змеежезлов.
— Должно быть, пытаются добыть себе оружие, — сказала Нен Йим. — Иди, закрой лаборатории.
— Слушаюсь, мастер Йим.
Адепт поспешно удалилась.
«Ну, — подумала Нен Йим, — должно быть, это оно и есть».
Она отложила свою роботу и подошла к стене. Из кармашка, прилепившегося к ее животу, она извлекла существо в виде тонкой, жесткой раковины с выступающим шипом, нашла в стене определенный нервный узел и воткнула в него иглу. Создание-шприц начало с легким шипением впрыскивать в дамютек токсин; этот токсин парализует защитные системы живого здания, чтобы тем, кто пришли за ней, не пришлось воевать с герметизирующими мембранами коридоров и с оглушающим газом. Конечно, эта защита не остановила джедая на Явине, но сейчас нужно было все сделать быстро. Тапик быстро разложится, не оставив следа ни от самого вещества, ни от факта вмешательства.
Нен Йим схватила свиток оберточной ткани, в которую были завернуты кахса и маленький набор отобранных формовочных биоинструментов, и торопливо направилась по коридору туда, где стоял секотский корабль. К собственному удивлению, она была совершенно спокойна. Правда, пока что она не сделала ни одного необратимого шага. Она могла нейтрализовать действие тапика и, вероятно, имела в своем распоряжении средства, чтобы остановить джедаев. Но нет. Зонама-Секот являлась тайной, которая не давала ей покоя. Планета звала ее. Нет, она должна лететь, если только переживет следующие несколько минут.
Корабль выглядел так же, как и день назад — он слабо мерцал, ожидая ее. Формовщицу охватило волнение. Она шагнула вперед, прикоснулась к корпусу своей рукой мастера, и в этот миг через дверь в комнату влетело несколько фигур.
Двое из них были людьми и, судя по тому, что они размахивали пылающими неживыми факелами, определенно джедаями. Они сражались с восемью воинами. Оба человека уже получили по нескольку кровоточащих царапин, однако на глазах у Нен Йим еще два йуужань-вонгских воина упали с пузырящимися обожженными ранами.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35


А-П

П-Я