https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/elitnye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Найдем, тогда, возможно, и поверим вашим сказкам. А пока лично меня вы не убедили.
Лидия Крю заговорила снова.
Глава 44

Мисс Силвер была совершенно готова, когда примерно в половине десятого за ней заехал Крейг. Она надела свою лучшую шляпу из черного фетра, украшенную букетиком анютиных глазок. За те годы, что Фрэнк Эбботт был знаком с Моди Силвер, он уяснил, что у нее всего две шляпы, именуемые «лучшая» и «обычная». Время от времени они обретали свою былую молодость, как птица Феникс, когда их украшали новыми черными или малиновыми лентами и свежими букетиками цветов. Разумеется, эти шляпы не меняли формы, цвета и материала: фетр или соломка — в зависимости от сезона. Лучшую шляпу украшала черная с малиновым краем лента, а стебли анютиных глазок были собраны тоненькой гагатовой пряжкой. Пара серых замшевых перчаток — рождественский подарок от ее школьной подруги Сесилии Войзи — лежала наготове.
Мисс Силвер считала их слишком светлыми, чтобы носить каждый день, но для церемонии бракосочетания они как раз прекрасно подходили. По ее спокойному и торжественному виду никто бы не догадался, что она не спала всю ночь.
При обыске в кабинете мистера Каннингэма обнаружил ли рубины леди Мэлбери, после чего владельца кабинета арестовали. На Люси Каннингэм больно было смотреть — как она горевала… Когда же она забылась тяжким неспокойным сном, мисс Силвер просто не решилась оставить ее одну. Утром она призвала Николоса. Он оказался очень заботливым и был у тети до тех пор, пока его не сменила миссис Мерридью.
Мэриан Мерридью, к счастью, всю ночь крепко проспала и знать не знала, что ее подруга отперла входную дверь и ушла из дома. Ну а когда она проснулась, это уже было не важно. Арест Лидии Крю, Генри Каннингэма и милейшего мистера Сэлби затмил все остальное.
— Боже, дорогая Мод, а эти бедные девочки! Что же им делать? А Люси? Она будет страшно переживать, бедняжка! Мне надо пойти к ней! Бедный Генри — просто невероятно. Каким же он был когда-то красавцем… Лидия-то, конечно, всегда была со странностями. Глупо жить лишь прошлым, как она. В конечном счете, все эти старые дома, картины, мебель — это только вещи, а главное — люди, о них надо заботиться. Вот о чем надо помнить. Но Лидия ни о ком не желала думать — все это понимали. И кто бы что ей ни говорил, она все равно стояла на своем.
Хэзл-грин загудела пересудами. И впервые Флорри не была первой, кто сообщил новости своей хозяйке. Оказалось, что миссис Мерридью и мисс Силвер уже обо всем наслышаны и не склонны это обсуждать. Миссис Мерридью сказала лишь: «Это все очень печально, Флорри, поэтому мне нужно поскорее одеться и отправиться к мисс Каннипгэм», а мисс Силвер и вовсе закрылась в своей комнате, взяв чашку чая с собой.
Крейг прибыл, когда миссис Мерридью уже ушла в Дауэр-хаус. Мисс Силвер была готова. Они обменялись сдержанными приветствиями и, пока не миновали деревню, ехали молча. Только потом мисс Силвер спросила:
— Мистер Лестер, как они это восприняли?
— Они ничего не знают, — немного нервно ответил он.
— Вы им ничего не сказали?
— Ни слова, — помотал он головой. — Как только стало светать, я подошел к их окну и сказал, чтобы они оделись и собрались. Они ни о чем не спрашивали. Я, правда, подозреваю, что у них был какой-то скандал с мисс Крю. Дженни выглядела странно и ночевала не в своей комнате, а вместе с Розаменд. Но я тоже ни о чем не спрашивал. Решил, что все новости подождут, пока мы поженимся. Розаменд очень даже может заявить, что не переживет ареста этой безумной старухи. А когда я стану ее мужем, то смогу это все уладить, как и все прочее, с чем еще столкнет нас жизнь. И не побоюсь вам признаться: я весь как на иголках и не успокоюсь, пока Розаменд не будет в безопасности.
— Куда вы увезли их, мистер Лестер?
— Сначала я решил, что дом моего дяди вполне подойдет. Там все чинно и благородно, но возникло бы слишком много шуму. Там пожилая горничная и сиделка-компаньонка, у них там все строго по часам, ну, вы представляете. Я передумал и повез их в привокзальную гостиницу: там привыкли принимать пассажиров с утренних поездов.
Они должны нас ждать в своем номере — во всяком случае, я на это надеюсь. По-моему, Дженни не выспалась, и Розаменд постарается уговорить ее поспать.
Мисс Силвер пребывала в глубокой задумчивости. В деревне новости разносятся быстро. Случившееся взбудоражит всех. Арестованных увезли в суд Мэлбери. В гостинице уже могут пойти разговоры среди обслуги. Рубины семьи Мэлбери — это слишком волнующая тема. Мисс Силвер искре! те надеялась, что Розаменд не будет выходить из номера.
Розаменд открыла, едва Крейг постучал в дверь. Если у него были те же опасения, что и у мисс Силвер, они тотчас развеялись. Розаменд была в той же голубой кофте, которую надевала на чаепитие у миссис Мерридью.
Пускай она была не совсем новой, но она очень ей шла и замечательно подчеркивала сапфировую синеву ее глаз. На Крейга лилось их лучистое тепло.
— Мисс Силвер приехала специально на наше бракосочетание, — сказал он.
Розаменд тотчас повернулась к ней и радостно протянула обе руки:
— Как это великодушно с вашей стороны — очень, очень великодушно!
Дженни чувствовала себя почти королевой: на ней были юбка и кофта старшей сестры. Все ее платьица давно были слишком коротки, а в таком виде на бракосочетание собственной сестры идти не хотелось. Правда, вещи Розаменд тоже старенькие, но коричневая юбка мягко облегает фигуру и длинная, совсем как у взрослых. И пусть она из старого твида, и кофта тоже коричневая, но этот цвет замечательно сочетается с золотистыми волосами. Но вот странно: когда мисс Силвер взглянула на нее, Дженни захотелось заплакать.
В регистрационное бюро они ехали в машине Крейга.
Дженни решила, что вот так выходить замуж очень скучно. Как красиво смотрелась бы Розаменд в белом платье со шлейфом и летящей вуалью. А Дженни была бы подружкой невесты, тоже в белом платье и в веночке из нежных цветов. А в церкви — орган, пение, множество цветов. Эта же церемония, увы, совсем не такая интересная, как надеялась Дженни. Не успела она еще решить, надела бы венок из подснежников и плюща или из гиацинтов, а регистратор уже произнес:
— Позвольте мне, миссис Лестер, первым поздравить вас.
И на этом все закончилось.
Крейг и Розаменд даже не поцеловались, просто переглянулись. Но было в их взглядах что-то удивительное, тронувшее Дженни почти до слез. Нет, не цветы, не белое платье, не музыка создают романтику. Это что-то другое, что-то связывающее людей, вступающих в брак. И лишь на миг — когда Крейг посмотрел на Розаменд, а она ответила на его взгляд, — Дженни увидела это что-то.
Глава 45

— Она, по-моему, вообще никогда не умолкнет, — пожаловался Фрэнк Эбботт. — Это весьма утомительно. Ее увели в изолятор, а она все говорит и говорит. Обо всем, что творила последние двадцать лет, во всех подробностях.
Мисс Силвер вздохнула.
— Ужасный случай.
Уже наступил вечер этого насыщенного событиями дня.
Они сидели в столовой Белого коттеджа: Фрэнк развалился в самом большом кресле, а мисс Силвер сидела прямо, держа на коленях свое вязанье. Миссис Мерридью все еще была у Люси Каннингэм и собиралась оставаться там до тех пор, пока та не уснет. Рядом с Фрэнком на столе стоял поднос с кофе, в камине уютно потрескивал огонь.
— Знаете, — заговорил он, — начальник полиции не поверил своим ушам. Сказал, что она сошла с ума, и все эти кошмары — лишь горькая фантазия расстроенного ума.
Даже предъявленные рубины его не убедили. Род Крю обитал в Крю-хаус три сотни лет, не могут они быть преступниками и так далее и тому подобное. Если кто и был главным злодеем, так это Генри Каннингэм. Каннингэмы, как вам известно, живут здесь только тридцать лет, а что касается Сэлби, этого случайно забредшего сюда лондонца, от него, естественно, всего можно ожидать. Странно, верно? Ведь он и так очень состоятельный человек. Но чтобы хотя бы заподозрить Крю — тут начальник ни в какую. Представители старинного рода не способны на преступление, и точка.
Рейтузы для маленькой Джозефины были уже почти готовы. Шерсти должно было как раз хватить. Мисс Силвер спросила:
— Ну, умоляю, расскажи, как же ты его убедил?
Фрэнк налил себе еще кофе и положил в чашку огромное количество сахара.
— Что ж, когда она сказала, что труп Мэгги Белл находится в старом песчаном карьере прямо у обочины второй дороги к Мэлбери, и его нашли в зарослях крапивы и куманики, шеф сдался. Оставалось либо объявить ее ясновидящей, либо наконец смириться с фактом, что она помогала закапывать туда труп. Она рассказывала нам с такой гордостью, как перехватила Мэгги на ее пути к Хантам и уговорила сесть в машину Сэлби якобы для того, чтобы объяснить все насчет записки для матери Флорри. После чего Сэлби жахнул ее по голове, а потом закопал в карьере. А из-за чего? Из-за того, что Генри беспечно оставил краденые алмазы на виду, а вернувшись в кабинет, застал глазевшую на них Мэгги. Естественно, после этого необходимо было ее убрать, что Сэлби с Лидией и сделали. Как я понял. Генри они об этом не сообщили. Он лишь занимался упаковкой драгоценностей в свои чучела.
— Именно так. Мистер Лестер и я слышали, как она уверяла его, что Мэгги просто уехала, поскольку жизнь в деревне ей опостылела, а мисс Холидей покончила с собой. Он чувствовал: что-то тут не то. Но позволил себя убедить. Слабый человек, целиком и полностью ей покорился.
Фрэнк допил кофе и поставил чашку.
— Конечно, всех запутало первоначальное предположение, что исчезновение Мэгги Белл как-то связано с утечкой информации из Доллинг-грейндж. Если бы Мэгги не работала у Каннингэмов, а Николас, в свою очередь, не был причастен к строго секретным разработкам, эти события никогда бы не связали. Но службе безопасности исчезновение Мэгги не давала покоя, они рассматривали его именно под этим углом. К примеру, они навели справки о Сэлби и обнаружили, что они с братом владели вполне приличным гаражом, ну и все. Если бы эти ребятки даже докопались до того — а они этого не сделали, — что отец миссис Сэлби в свое время владел небольшой ювелирной мастерской, а потом завещал ее дочери, то им бы это все равно ни о чем не сказало. А ведь именно там сообщники продолжали обделывать темные делишки. Миссис Сэлби ничего об этом не ведала — похоже, Сэлби прибрал к рукам ее наследство. Он подыскал очень расторопного и ловкого поддельщика-ювелира, французского еврея-беженца, и они занялись изготовлением подделок. Вот что мне хотелось бы узнать — как вы до этого доехали?
Мисс Силвер покоробило последнее слово, и она продемонстрировала это легким покашливанием. Фрэнк послал ей воздушный поцелуй.
— Мои извинения и сожаления! Общение с весельчаками пагубно для хороших манер. У моего кузена плачевный словарный запас. Учитывая сию уважительную причину, смею надеяться, вы смилостивитесь и обо всем мне расскажете.
Мисс Силвер улыбнулась прощающей улыбкой.
— Милый мой Фрэнк, ты говоришь излишне изысканно. Что же ты хочешь знать?
— Как вы догадались о подделке камней?
Ее спицы продолжали мерно позвякивать. Она снова подтянула клубок вишневой шерсти.
— Это не так уж легко объяснить. Мисс Крю мне сразу очень не понравилась. И к тому же у нее были довольно странные отношения с семьей Каннингэмов, и давние. Они с Генри были когда-то помолвлены. Миссис Мерридью сказала мне, что Лидия всегда была властной и очень уж его подавляла. Однажды у одной дамы пропала редкая драгоценность при обстоятельствах, весьма щекотливых для мистера Каннингэма, и он уехал за границу, тем самым укрепив подозрения в свой адрес. Он вернулся лишь через двадцать с лишним лет совсем другим. Это был тихий и робкий отшельник, увлеченный только естествознанием. Лидия Крю настойчиво старалась подчеркнуть, что между ними все кончено. Даже не делала вид, что не замечает его при встрече на улице. Именно так она повела себя, когда шла сюда на чай. Миссис Мерридью очень это возмущало, и она заверила меня, что мисс Крю так ведет себя с так постоянно. За чаем разговор зашел о леди Мюриел Стрит, обнаружившей, что камни в броши, которую она считала очень ценной, оказались фальшивыми. Мисс Крю очень воодушевилась этой темой и припомнила, что подобное разочарование постигло леди Мэлбери, и заметила, что в отличие от чрезмерно откровенной леди Стрит леди Мэлбери помалкивала бы, но лорд Мэлбери разболтал об этом их друзьям. Если бы все начали оценивать свои фамильные драгоценности, сказала далее мисс Крю, то оказалось бы, что очень многие камни подделаны, а настоящие давно проданы. Но вообще-то здравомыслящие люди о таких вещах не рассказывают. Что-то было такое в ее манере говорить мне трудно это описать. Но я очень хорошо помню, что в тоне ее голоса чувствовалось надменное осуждение и в то же время некий налет самодовольства. Эта тема несомненно очень ей нравилась. Она все говорила и говорила. Мне показалось, что я расслышала в ее осуждающих словах — в адрес слишком откровенных людей — какую-то личную гордость точнее не могу описать.
Полуприкрыв глаза, Фрэнк слушал с пристальным вниманием.
— Так. А дальше?
— Когда пропала мисс Холидей и позже обнаружили ее труп, я проанализировала свои первые подозрения и поняла, что тут многое прояснилось. Естественно, была очевидна связь между исчезновением этой женщины и Мэгги Белл. Но мне показалось абсурдным предположение, что убийство мисс Холидей как-то соотносится с утечкой секретной информации.
— Позвольте спросить почему?
Мисс Силвер наклонила голову.
— Я все больше убеждалась в том, что трагическая смерть мисс Холидей каким-то зловещим образом связана с мисс Крю. Мисс Каннингэм встретила эту бедную женщину, когда та уходила из Крю-хаус в воскресенье вечером. Ты сообщил мне, что у полиции есть показания девушки, проезжавшей в тот момент на велосипеде мимо Крю-хаус и тех двух женщин. Она сказала, что одна из них выронила письмо, а другая его подняла. Это была мисс Каннингэм, и она объяснила, что это было письмо, которое мисс Холидей вытащила из кармана фартука вместе с носовым платком.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31


А-П

П-Я