https://wodolei.ru/catalog/mebel/shkaf/dlya-stiralnoj-mashiny/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ты как привидение, честное слово! Это ведь не из-за отъезда, да? — Девушка наклонилась, пытаясь заглянуть ему в глаза, но лис отвёл взгляд. — Юр! Что случилось?! Ты меня пугаешь!Она и в самом деле испугалась. В груди что-то кольнуло и вдруг стало тяжело дышать. Юр резко поднял голову и схватил её за руку.— Вирта, — он ещё крепче сжал её пальцы. — Ты знаешь… знаешь, как я тебя люблю.— Конечно, — она попыталась отшутиться. — Мне кажется, во дворце только ленивый об этом не знает.— Подожди. Дай мне сказать!… Я люблю тебя, Вирта! Люблю! Но…— Что но?— Понимаешь… это тяжело говорить. Особенно мне. Особенно тебе. Но нам не надо больше видеться… — словно в доказательство своих слов он выпустил её руку из своей ладони, — нам придется… нам нужно расстаться, Вирта, понимаешь?— Не понимаю, — она нахмурила тонкие брови.Юр снова отвернулся. Он сидел, не поворачивая головы в её сторону, сцепив пальцы в замок, слегка раскачиваясь в такт своим словам, и глухим хриплым голосом, лишённым интонаций, говорил — и слова его падали монотонно, тяжело и вязко, будто булыжники в глину…— Я люблю тебя и потому хочу, чтобы ты была счастлива. Мы не можем быть вместе. Твой отец никогда не согласится на наш брак. Если бы у нас была хоть малейшая надежда… Но её нет. Между нами пропасть, и нам эту пропасть никогда не преодолеть. Мы должны расстаться. Так будет лучше. Лучше для тебя.Вирта облегченно вздохнула, её руки взлетели к плечам любимого, разворачивая его лицом к лицу.— Юр, ты дурак, — ласково сказала девушка. Её голос странным образом изменился: он обрёл силу и уверенность, в нём появились низкие горловые нотки и даже какая-то игривость взрослой женщины, знающей что-то, недоступное собеседнику. — Её величество права — вы мужчины сначала придумываете всякие глупости, а потом мучаете ими нас — бедных женщин. — Она не выдержала и рассмеялась. — Поверь мне, всё будет хорошо!Лис непонимающе посмотрел на неё:— Ты смеёшься?!У него был такой удивлённый вид, что Вирта развеселилась ещё больше.— Дурак, ты Юр! — повторила она, игриво потрепав любимого по волосам. — Ты мой самый милый дурак на свете!— Подожди, — он упрямо мотнул головой и снова взял её за руку, — подожди, Вирта, твой отец, он что, согласился? Эрр Лэктон согласен на наш брак?! Этого не может быть! А как же закон Грава IV?— Тсс… — девушка приложила палец к его губам. — Я же сказала тебе: всё будет хорошо. Скоро ты обо всём узнаешь.Она прильнула к его плечу, решив до поры до времени не рассказывать ему о той маленькой лазейке в законе, которую обнаружила королева.— И никогда, слышишь, никогда больше не говори таких слов! Мы всегда будем вместе. Всегда! До самой смерти, — прошептала она…
Вирта снова улыбнулась, вспомнив этот разговор и вдруг, побледнев, охнула и осела на землю. Острая нестерпимая боль пронзила её сердце, словно в него вогнали раскалённую иглу. «Юр!!» — полыхнула мысль.— Вирта, что с тобой?! — испуганно вскрикнула Ирэн, бросившись к ней.— Ничего, — слабым голосом произнесла воспитательница. — Успокойся, я просто оступилась.Она подняла вверх правую руку, сигнализируя невидимым провожатым о том, что у них всё в порядке, и поднялась на ноги. «Скорей бы добраться до охотничьего замка. Скорей бы, — думала она, — а там к королеве! Просить её, умолять, чтобы отпустила в столицу. Она поймёт, она знает, что такое любящее сердце, и знает, что оно никогда не обманывает. Только бы не самое страшное! Молю тебя, Шаур, только бы не…»
День третий. пять часов после Полуночной службы. Вейдж свернул на главную аллею парка, и сразу увидел бежавшего ему навстречу посыльного.— Второй лис Редж, служба наблюдения за Салийским Посольством, со срочным донесением от первого лиса Докса, — представился посыльный, затормозив в двух шагах.— Поехали! Доложишь по пути, в карете, — не останавливаясь, приказал Вейдж.Карета уже стояла перед главными воротами. Как только она сорвалась с места, посыльный начал докладывать:— В середине 5-го часа из посольства вышел фельдъегерь в сопровождении трёх морских офицеров. Через несколько минут один из них бегом вернулся в посольство, ещё через несколько — во всех окнах зажёгся свет, и из здания выбежали двенадцать вооружённых охранников. Вслед за ними выехали карета и две крытые повозки в сопровождении полувзвода охраны в тяжёлой броне. Первый лис Докс послал за ними хвост, тот довёл их до улицы Вязов, где салийцы выставили оцепление вокруг одного из домов. Скрытно проникнуть в дом было невозможно, но через окна и двери удалось разглядеть трупы в прихожей, холле и в одной из комнат — не менее восьми. Старший лис Докс принял решение вызвать на место патруль городской стражи и послать за вами, господин тёмный лис.— Молодец, чётко излагаешь. — Вейдж с некоторым удивлением для себя обнаружил, что он совершенно спокоен. Что ж, у него и в самом деле не было иного выхода, как принять предложенные оборотнем правила игры. Лис прекрасно понимал, что Винс посвятил его лишь в малую часть своего плана, и молил Шаура о том, чтобы тот укрепил его духом и дал силы разобраться в остальном…Карета ещё только приближалась к злополучному дому, а Вейдж уже почувствовал напряжённость обстановки, которая, казалось, пропитала всё вокруг — даже воздух. Когда карета остановилась у дома, лису открылась картина противостояния, грозящего взорваться в любое мгновение: у входа в дом стояла шеренга тяжело вооружённых салийцев из охраны посольства, а напротив них, лицом к лицу — семеро патрульных из городской стражи. Арбалеты тех и других были взведены, захваты мечей в ножнах ослаблены, сами ножны передвинуты на перевязях в положение «изготовиться к бою», глаза солдат только что не слезились от напряжения — так внимательно они фиксировали каждое возможное движение противника.К Вейджу подбежал офицер с бляхой квартального на груди:— Господин тёмный лис, докладывает квартальный офицер Юс! Дом захвачен вооружёнными салийцами. Они отказываются пропустить нас внутрь! Какие будут указания?— Для начала — пусть твои люди сделают шесть шагов назад. Только медленно, спокойно и не оборачиваясь, — приказал Вейдж.Повинуясь команде квартального, стражники отступили от дома, и тёмный лис подошёл к входной двери. Безошибочно выделив среди салийцев старшего, он спросил:— Кто из вас говорит по-грайворски?Эту фразу на салийском Вейдж помнил ещё со времён войны с Аурией: среди захваченных в плен частенько попадались салийские добровольцы, хоть и считалось, что официально империя в той войне сохраняла нейтралитет.— Подождите! — на ломаном грайворском ответил офицер, пролаял что-то своим солдатам и скрылся в дверях.Через минуту в дверном проёме появился салиец:— Я — переводчик посольства Салийской Империи в Грайворе. Кто вы и что вам нужно?— Вейдж, тёмный лис при дворе короля Грава XIII, — церемонно кивнул лис. — Что здесь происходит и на каком основании вооружённые солдаты Салийской империи захватили здание на территории Грайворского королевства?Переводчик обернулся, обменялся парой фраз с кем-то из находившихся внутри дома, после чего сделал шаг в сторону и предложил Вейджу войти в дом.Как бы ни был лис подготовлен разговором с оборотнем, но то, что он увидел внутри, повергло в кратковременный шок даже его: такого жестокого побоища он не видел со времён захвата Астура и отдания его «на поток и разграбление» степнякам-наёмникам. В холле вповалку лежали тела, в воздухе стоял чуть сладковатый запах крови, которая пропитала покрывавшие пол ковры настолько, что они местами чавкали под ногами салийцев, деловито сновавших из угла в угол с какими-то папками, ларцами и бумажными свитками. А ещё, в воздухе стоял тошнотворный запах содержимого кишечников — у нескольких трупов были распороты животы.Один из имперцев шагнул навстречу. Его грайворский был почти безупречен — если не обращать внимания на крайнюю степень враждебности интонации, с которой он процедил:— Я — первый секретарь посольства богоравной императрицы Салии в Грайворе, барон Ойба э'Илом. Час назад в этом доме убит светлейший посол барон Ямин э'Батим-и-Ажа, да отдыхает его чистая душа в мире и покое. Мы находимся здесь, чтобы не допустить осквернения неверными святынь, находившихся в распоряжении покойного. Кроме того, мы намерены перевезти в посольство документы, с которыми работал посол, и забрать его тело, дабы похоронить его в священной земле Великой Салийской Империи. По поручению вице-посла я веду расследование этого чудовищного злодейства.Барон не приветствовал Вейджа церемониальным поклоном, как то было положено по этикету, и дистанция, на которой он остановился перед лисом, была слишком короткой — почти на грани неприкрытой агрессии.— Я уважаю религиозные чувства салийцев, господин барон. Я знаю также, что вы отвечаете за безопасность в посольстве, и ценю ваше служебное рвение, но не лучше ли оставить расследование преступления местным профессионалам? — сухо осведомился Вейдж.— Не лучше, господин лис! Я должен донести до Великой Императрицы правду — а не фальшивку, истинную картину того, что стоит за происшедшим — а не ту гнусную ложь, которую вы подсунете посольству, притворившись, будто провели беспристрастное расследование! — прошипел салиец, приблизив своё лицо почти вплотную к лицу лиса.— Вы только что сделали заявление, оскорбительное для королевства Грайвор, барон. Кроме того, вы задели и меня лично, оскорбив мою профессиональную честь и достоинство. У вас должна быть веская причина для подобного поведения. Каковы ваши основания полагать, что результаты следствия грайворской стороны будут сфальсифицированы? — голос Вейджа похолодел.— Не вам говорить мне о чести, господин нюхач! Не думайте, что нам не известно о заговоре, который плели ваши люди против нашей великой страны! И будьте спокойны, мы изложим эти основания по официальным каналам, как того требует дипломатический протокол. А пока — пока полюбуйтесь на дело ваших рук. Вы ведь именно за этим и пришли сюда? — барон картинно описал кистью руки полукруг, но при этом остался на месте, заступая Вейджу дорогу в дом.— Я не понимаю, о чём вы говорите. Давайте-ка лучше вместе осмотрим место происшествия…— Я уже осмотрел его, господин заговорщик. Барон Ямин был убит настоящими профессионалами. Всё подстроено так, чтобы преступление выглядело как нападение с целью грабежа: преступники взломали дверь, убили охрану и несчастного барона, под пытками выведали у него место хранения драгоценностей, но вынести их не успели, потому что «совершенно случайно» в этот момент рядом проходил патруль городской стражи. Силы стражников и нападавших были примерно равными, и в схватке погибли все. Посольский фельдъегерь и офицеры посыльного пакетбота застали здесь только мёртвых и умирающих. Когда приехал я — двое стражников и двое налётчиков ещё дышали, но были без сознания. А сейчас — и они уже мертвы. И никто никому ничего не расскажет, правда же? Вы только одного не учли — я ведь тоже профессионал. Посмотрите-ка вот на этих, лис… Узнаёте кого-нибудь? — барон шагнул в сторону и развернулся вполоборота.Вейдж узнал. Он узнал их ещё до того, как увидел трупы: почувствовал своим лисьим чутьём…У самого входа лежал Гурман с арбалетным болтом в переносице. Чуть поодаль от него — сцепившиеся в последней смертельной схватке патрульный и одетый подмастерьем налётчик. Его Вейдж тоже узнал — это был тоже стражник — из той самой пятёрки, которую по его указанию комендант города направил для наблюдения за корчмой. Ещё двое ряженых из этой же команды, лежали в стороне, бок о бок с патрульными в форме. «Эти четверо умерли последними», — догадался Вейдж.— Интересная картина, правда, господин лис? Наверху то же самое. Не знаю как вы, а я грайворского стражника за лигу узнаю — хоть в форме, хоть без. А у этих, к тому же — мозоли характерные на пальцах, от тетивы арбалетной, и на бедре — от меча… Вам самому не жалко было своих же собственных людей на смерть посылать? Они же, поди, и не подозревали ничего… — Салиец внимательно смотрел на лиса, стараясь прочесть его реакцию.— Вот что, барон! Я не собираюсь вступать с вами в перепалку, и в догадки тоже играть не будем. Сейчас вы отдадите своим людям приказ покинуть здание, а я начну расследование, как того требуют законы королевства Грайвор. Дальнейшие наши с вами отношения будут идти по официальным каналам. Это всё, что я могу вам сказать сейчас, — невозмутимо сказал Вейдж.Секретарь посольства сделал вид, что раздумывает. После короткой паузы он кивнул:— Хорошо же, лис, будь по-вашему. Полицейские из охраны посольства сейчас погрузят на повозки ящики со святынями и документами и вывезут тела погибших подданных Императрицы, да продлится вовеки её царствование.Вейджу показалось, что в голосе салийца прозвучали нотки облегчения. Лис насторожился:— Вначале я осмотрю их.— Тела — пожалуйста, ящики — нет, — чуть быстрее, чем того требовала ситуация, отреагировал Ойба.Лис решил прощупать:— Это невозможно, барон! Вы намерены вывезти на территорию посольства, которая по условиям договора между нашими государствами находится под юрисдикцией империи, нечто с территории королевства — без формального досмотра?— Да, Вейдж, именно так! Никто, кроме посвященных, не вправе видеть алтарь Многоликого, и я не допущу подобного святотатства! Равно как не могу позволить вам ознакомиться с бумагами, которые хранил здесь покойный господин посол.— А если я не соглашусь, Ойба?Салиец хищно оскалился:— Тогда я прорвусь силой! Это лишь подтвердит мою правоту насчёт заговора. Ведь тогда тебе уже не придётся никому объяснять, откуда взялись в этом доме трупы переодетых стражников. Всё и так станет ясно. Понятно, лис?От Вейджа не ускользнуло, что салиец намеренно перешёл на «ты», подчеркивая тем самым своё презрение к собеседнику. «Потерял самообладание, или раскачивает?» — мелькнула мысль.— Ты не уйдёшь дальше своего посольства, Ойба. Попытка прорыва будет означать начало войны между империей и королевством.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45


А-П

П-Я