https://wodolei.ru/catalog/mebel/modules/dreja-dreya-q-70-66668-item/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Вижу — лежит в пыли перед входом обрез Арчера, стволы толстым слоем ржавчины покрыты. Беру его в руки. Оба курка спущены, бойки капсюли придавили. Пытаюсь открыть затвор, со второй попытки мне это удается и со скрежетом я переламываю стволы. В стволах — две гильзы пустые.Представляю себе, как Арчер видит, как на меня напали, как бегут к нему твари страшные. Я знаю, что испугаться он не мог. Я знаю и просто вижу, как Арчер стоит на пороге нашего дома и спокойно целится в приближающуюся Формику, как стреляет два раза.— Значит, ты дрался до последнего, да, Арчер? — говорю я и это мои первые слова, произнесенные вслух после возвращения.Вытираю слезы и вхожу в дом, прижимая к груди обрез, как ребенка грудного. Дом встречает меня тишиной и хаосом. Стол в зале опрокинут, стулья разбросаны, как будто в комнате что-то взорвалось. Я обхожу комнаты первого этажа, заглядываю в пустую кухню. Везде — такой же беспорядок и толстый слой пыли. Тяжелый запах брошенного дома, покинутого жилья.Поднимаюсь по лестнице наверх. Вхожу в свою комнату. Окно разбито, на полу и стенах подтеки от воды. У меня нет сил, я ложусь на кровать и проваливаюсь в тяжелый сон, успев прошептать в тишину:— Я вернулся...Я просыпаюсь ночью, оттого, что меня кто-то зовет.— Алекс, Алекс! — слышится голос.— Я здесь, — кричу, — я здесь!— Алекс, Алекс!Я бегаю в темноте по всему дому, спотыкаюсь о перевернутую мебель, падаю, поднимаюсь, бегу, снова падаю. Я кричу:— Рива! Марта! Артур! Арчер!Кто-то продолжает звать меня. Когда я бегаю по первому этажу, голос доносится сверху, когда поднимаюсь на второй — голос снизу.Я вбегаю в свою комнату и падаю на пол. Чьи-то холодные руки гладят меня по голове, кто-то пытается приподнять меня. Я встаю на колени и вижу Марту и Артура, рядом с ними стоит Арчер, впереди — Рива. Это она гладила меня по голове. Рива, моя маленькая Рива, почему у тебя такие холодные руки?«Потому, что меня нет, Аль», она молчит, но я слышу ее ласковый голос у себя в голове.— Я вернулся, Рива! — кричу я.«Мы рады, что с тобой все в порядке, малыш», — голос Артура.«Ты неплохо дрался, братишка» — это уже Арчер.«Ты так вырос, Алька» — печально улыбается мне Марта.— Почему вы такие, почему?! — кричу я.«Потому, что нас здесь нет», отвечает Марта.— Почему вы такие прозрачные, почему я вас вижу в темноте?!Они молчат и смотрят на меня. В их взглядах нет укора, только печаль и жалость и еще что-то, не могу понять что.— Вы умерли?!Они молчат.— Что с вами? Где вы? — шепчу я и слезы текут из глаз. — Почему вы молчите?Они ничего не отвечают мне.— Я не виноват, что вышел к Никишу, Рива! Я должен был выйти, я должен был взглянуть в лицо своему самому страшному врагу! Ведь Никиш был моим отражением наизнанку — он не видел снов, а я видел, он ненавидел — я любил! Я знаю, я не должен был оставлять тебя! Господи, Рива, не проходило ни дня, ни одной ночи, чтобы я не мечтал, чтобы ты была со мной! Каждую ночь я говорил себе: «Ты идиот, Аль, ты променял свою единственную любовь на возможность воткнуть нож в своего врага. Ты потерял свою любовь, потому что твой старый страх был сильнее твоей любви». Каждую ночь я видел, как я успеваю добежать до дома. Каждую ночь я добегал до дома, чтобы успеть защитить тебя, Рива, чтобы мы были друг с другом до конца, каким бы страшным он ни был! Как же я ненавидел Никиша тогда, как же я его ненавидел! Мне казалось, что с его смертью пришла смерть нашего мира, что когда его бешеное сердце перестало биться, то разорвалось наше небо! Как же я ненавижу себя, Рива! Я ненавижу себя за то, что вышел из дома. Нужно было взять у Арчера обрез и снести Никишу башку, но я не мог стрелять в него, Рива, у него не было пистолета, только нож, понимаешь, Рива?! Прости меня, Рива, пожалуйста, прости меня, прости!Я падаю на пол и плачу, мое сердце разрывается на части, мне просто не хочется жить. Я такой маленький, я хочу уйти, закрыть глаза и никогда их больше не открывать.«Мой бедный Аль, мой бедный любимый Аль» — холодная призрачная рука гладит меня по голове. Другие холодные бесплотные руки гладят меня — «бедный Аль».Мне стыдно смотреть им в глаза, я виноват перед ними, их нет, а я есть, они мертвые — я живой.Такая знакомая любимая ладонь приподнимает мой подбородок. Мне кажется или теперь рука стала немного теплее?«Ты ни в чем не виноват, любимый».Я смотрю в ее глаза и понимаю то чувство, которое я видел в их глазах и не мог понять — это чувство сострадания.«Не вини себя ни в чем, ты ни в чем не виноват. Просто так вышло».«Ты выжил, это главное, малыш» — голос Артура.«Ты вырос» — Марта.«Ты прошел такой длинный путь, брат. Ты совершил невозможное, смог вернуться. Я рад за тебя, братишка» — голос Арчера.— Я взял твое имя, — говорю я, глядя в его черные глаза.«Я знаю, смотри — не потеряй», улыбается Арчер. «Неплохое имя, правда?»— Правда, — улыбаюсь я сквозь слезы.«Прощай, малыш» — Марта и Артур стоят у дальней стены, Артур поднимает руку, Марта обнимает его и плачет.«Прощай, брат» — Арчер медленно поднимает руку.«Прощай, любимый» — Рива смотрит на меня с такой грустью, что мне больно внутри.Они исчезают, а я продолжаю стоять на коленях. Я шепчу в темноту:— Простите меня, простите...Потом я задираю голову вверх так, что хрустят шейные позвонки и кричу что есть силы, кричу от боли, от горечи, от отчаяния и одиночества, кричу, пока хватает воздуха в легких:— Рива!Потом набираю воздуха в легкие и снова кричу, и снова, и снова, и снова... Эпилог Я покидаю дом с наступлением утра. Я просто не могу в нем больше оставаться. Дом помнит меня, он помнит всех, кого я любил и продолжаю любить. Стены кричат мне голосами моих любимых, стены кричат от боли. Я не могу терпеть эту боль, не могу терпеть боль моего дома. Мне хватает своей боли. Я думал, что со временем воспоминания станут менее яркими и боль прекратится, но, когда я вернулся домой, воспоминания стали настолько яркими, что могут свести с ума, а боль стала еще сильнее.Я ухожу, но знаю, что когда-нибудь смогу вернуться. И я вернусь...Я живу в своем корабле, не замечая течения времени. Я просыпаюсь утром, завтракаю, работаю с компьютером.Много времени провожу внутри старого Корабля. Давным-давно, на Земле, его назвали «Атлант». На моей планете он, в какой-то мере, оправдывает свое имя, он — самая высокая башня Города и мне кажется, что он держит небо на своих плечах. Я запустил его силовую установку и в его темных коридорах снова горит спокойный свет. Из недр памяти компьютера «Атланта» я узнаю его судьбу, узнаю историю заселения моей планеты, страшную и дикую историю. Но Корабль в этом не виноват, вещи и механизмы, созданные человеческими руками не несут ответственность за дела людские. Вещи не виноваты в том, что делают люди с их помощью. Они — просто вещи. Я читаю временные хроники Корабля и мне жаль людей, которые оказались под пятой команды Корабля. Я ненавижу капитана корабля и экипаж, но эта ненависть не сводит меня с ума. Нельзя ненавидеть тех, кто стал прахом за полторы сотни лет до моего рождения. Я провожу в лабиринтах «Атланта» две недели и отключаю его компьютер. Свет гаснет и я закрываю за собой все люки. Корабль стоит недвижимо, все что ему осталось — это держать небо на своих плечах...Мне все еще больно. Я не знаю, видел ли я на самом деле своих любимых в ту ночь в своем доме и это терзает меня. Может, это был сон?...Много дней я провожу в каком-то странном состоянии оцепенения. Мне ничего не хочется делать, я просто ем и сплю. Ем — потому, что нельзя не есть, сплю — чтобы не видеть опустевший Город. Это назойливое состояние и я никак не могу из него выйти. Мне надо что-то сделать, чтобы прекратить этот замкнутый цикл одноклеточного создания — есть и спать. Я знаю, что мне надо сделать то, ради чего я прилетел сюда. Там, на Земле, в институте Эйнштейна, все казалось таким простым — я вернусь домой и все будет в порядке. Здесь же все не кажется таким простым...Мне снится Рива, мы лежим рядом в постели. Она спит, а я смотрю на нее. Светает, скоро утро. Она просыпается, потягивается, как маленький котенок, рассеянно целует меня. Встает с кровати, на ней тоненькая ночная рубашка. Она подходит к окну, раскрывает его и говорит мне: «Посмотри на небо. Смотри, какой будет прекрасный день!» И я просыпаюсь. Мне удивительно хорошо и легко. Я улыбаюсь — день действительно будет прекрасный.Я медленно одеваюсь, вхожу в рубку, она находится рядом с моей каютой. Включаю компьютер. Он спрашивает меня своей обычной строкой на экране: «Какие будут приказания?» Сегодня я порадую его. Улыбаясь, я запускаю программу возвращения. Компьютер радостно кричит: «Вас понял. Выполняю».Я откидываюсь на спинку кресла и потягиваюсь. Я улыбаюсь, я закрываю глаза, я знаю, что будет дальше, я, как будто собственными глазами, вижу, как поворачивается антенна дальней связи на носу корабля и как компьютер передает сигнал малому орбитальному комплексу.Из чрева комплекса, как из улья, вылетают пчелы-спутники. Они занимают свои места на орбите. Включаются видеокамеры восьми картографических спутников. Объективы камер обшаривают поверхность моей планеты. Активное картографирование началось.Я вижу, как шесть спутников погоды разворачивают лепестки солнечных батарей и выходят на постоянные орбиты. Теперь можно будет узнать погоду в любом уголке планеты. Теперь корабли, которые непременно появятся на теле моего любимого океана, не попадут в штормы и ураганы.Я вижу, как навигационные спутники тоже занимают свои места. Теперь с их помощью можно будет определить свое местонахождение на планете одним нажатием кнопки.Я слышу, как открываются грузовые шлюзы «Глории», как вздрагивает корпус корабля, когда на свободу вылетают инициаторные разведчики. Это — гордость кафедры экспериментальных технологий. Это поисковые устройства пятого поколения, они напичканы всевозможными сканерами и анализаторами разного назначения. Они производят разведку на планете по составленным на Земле программам, но, в случае необходимости, могут действовать самостоятельно. «Поисковые зонды на антигравитационной тяге» — вот их официальное название. Они будут летать по все планете, искать источники воды и плодородные земли, залежи руды и ценных металлов, производить подробные измерения влажности и температуры воздуха, изучать флору и фауну, снимать топографические кроки и выполнять еще много разных дел, о которых я даже понятия не имею. Когда они закончат свое дело на земле, они уйдут под воду, и будут исследовать океан — искать подводные течения, подводные впадины и горы, искать косяки рыбы и изучать китов — работы у них невпроворот. Десять разведчиков заменят собой сотни экспедиций и сэкономят уйму времени для людей. За год или два они проведут полное исследование планеты без какого либо вмешательства человека в их действия.Еще я вижу, как оживает компьютер «Атланта», очищенный мной от скверны жестоких программ, составленных Королями. Теперь он не будет определять нормы рождаемости и перенаселения Острова, жизненные коэффициенты и индексы социальной пригодности. Теперь он станет центром обработки информации от спутников погоды и навигации, теперь он будет составлять карты моей планеты, чтобы ими могли свободно пользоваться люди. Теперь он будет помогать людям в их жизни, а не отнимать жизнь. Теперь он будет выполнять свою единственную главную миссию — служить людям.Я устало потягиваюсь в кресле. Несколько нажатий на клавиши — а сколько дел закрутилось, сколько механизмов заработало, сколько цепей пропустило электрический ток! Не сосчитать.Теперь я могу делать то, ради чего вернулся домой — жить...Почему большинство людей радуются, возвращаясь домой? Потому что дом — это такое место, где тебе хорошо, где ты можешь отдохнуть от всего, это место, где тебя любят и ждут всегда. Потому что дом — это место, где ты родился и вырос. Потому что дом — это то, что ты любишь. Потому что дом тоже любит тебя...Теперь я спокоен, теперь я спокойно хожу по улицам своего города, не пугаясь звуков своих шагов. Тишина больше не оглушает, она отступила, спряталась в тенях домов. Теперь это ласковая и добрая тишина, в ней нет одиночества и заброшенности. Это — тишина твоего дома.Теперь я жду. Первый раз в жизни я не испытываю волнения от своего ожидания. Я смотрю в чистое небо. Осень потихоньку умирает — листья желтеют, краснеют, трава становится жесткой, небо все чаще нахмуривается тучами. Носятся стаи чаек над морем, вороны каркают с городских башен. Скоро зима.Я смотрю в небо. Я жду.Когда-нибудь это небо расступится и примет в свои объятия первый прилетевший корабль с Земли. Когда-нибудь я услышу знакомый свист посадочных двигателей. Когда-нибудь я снова услышу человеческие голоса и увижу нормальные человеческие лица. Люди выйдут из корабля и увидят ожидающие их дома и улицы, поля и луга, реку и океан. Только на Земле я узнал, какое же это богатство океан! Он помогает атмосфере дышать, он дает жизнь миллиардам организмов, вместе с атмосферой он управляет жизнью планеты, часто не замечая этого. Океан — колыбель жизни, морская вода с ее солями и минералами — самое драгоценное, что только может быть во Вселенной. Я вижу, как огромные корабли с парусами и солнечными батареями на верхних палубах выходят в океан. Это — фабрики по производству химических соединений из морской воды и океанские лаборатории, целые города на воде. Они никак не смогут отравить принимающий их океан — люди, живущие на кораблях, не позволят, чтобы это случилось.Я вижу подводные города, я вижу огромные лопасти энергетических установок, расположенных в зонах активных подводных течений. Я вижу плантации водорослей и рыбные заводы, подводные лодки, спускающиеся к жерлам потухших вулканов и водолазов-строителей на шельфе. Они строят дома для людей.Я вижу, как люди заселяют острова и мой большой Остров, я вижу множество людей на улицах моего Города, я вижу детей и их родителей, ученых и просто отдыхающих, я слышу их голоса и мне хорошо.Я надеюсь, что они будут умнее тех людей, которые прилетели сюда в первый раз.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46


А-П

П-Я