https://wodolei.ru/catalog/uglovye_vanny/assimetrichnye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Бывало и похуже.
– Но такого не было никогда, – возразила Фалькон. – За мной могут прийти. Пожалуйста, иди. И… и скажи парням, что я… я люблю их.
У Кейт перехватило дыхание. Весь ее мир рушился, и она не могла воспрепятствовать этому.
– Я никуда не пойду без тебя. Ведь мы неразлучны, если помнишь?
– Я не хочу, чтобы ты пострадала из-за меня.
– Никто не причинит нам больше вреда. – Кейт очень хотела бы быть уверенной в этом. – Кто видел, что произошло между тобой и Дрейком?
– Меня никто не видел. Я незаметно вылезла через открытое окно в его комнате. Его экипаж находился прямо под окном; он то и уберег меня от падения. Однако его люди поймут, что это я убила его, когда обнаружат мое исчезновение.
Кейт задумчиво наморщила лоб, и в голове ее постепенно начало формироваться решение.
– Дрейк держал тебя на складе, так ведь? На лице Фалькон отразилось недоумение.
– Да, ну и что? Он мертв, и даже ты не сможешь изменить это.
– А я и не намерена пытаться что-то менять, – ответила Кейт. Подняв вазу, которую поставила ранее рядом с собой, она протянула ее Фалькон. – Возьми это, хорошо?
Фалькон приняла вазу и держала ее на вытянутых руках, глядя поверх нее.
– Что это?
– Это ваза, которую я взяла у… у его светлости, – ответила Кейт, стараясь думать об Алеке как о постороннем человеке. Но это оказалось невозможно. – Я должна была отдать ее Дрейку, чтобы вернуть тебя.
– Но кажется, ты говорила, что уже отдала ему бриллиантовое ожерелье?
– Так и есть.
– А Дрейк оказался слишком жадным, верно? На этот вопрос не было необходимости отвечать.
– Послушай, я хочу, чтобы ты вернула эту вазу назад его светлости от меня.
– Почему я?
– Потому что я прошу тебя. – Кейт отвернулась на мгновение, а потом добавила: – Я очень сомневаюсь, что он захочет снова видеть меня.
– Я не понимаю. Где же ты будешь при этом?
– Не беспокойся, я вернусь. Только передай вазу ради меня, хорошо?
Фалькон засомневалась, глядя на Кейт своими голубыми глазами.
– Ну хорошо.
– После этого я хочу, чтобы ты нашла парней. Ты знаешь, где они обычно обитают. – Она положила руку на плечо Фалькон. – Если по какой-то причине я не вернусь к утру, то ты должна обратиться к его светлости. Он поможет тебе и парням.
– Я не понимаю, что происходит?
– Ничего особенного, – ответила Кейт, надеясь, что так оно и есть, хотя сомневалась в этом. – Его светлость хороший человек. Очень порядочный.
А так же добрый, милый, удивительный – к нему подходили любые положительные эпитеты, какие только могли родиться в голове Кейт.
– Похоже, ты заинтересовалась этим аристократом, – сказала Фалькон.
– Ничуть. – Однако Кейт чувствовала, что это прозвучало неубедительно. Она не могла признаться Фалькон и не хотела даже думать об этом. – Иди и найди парней, скоро увидимся.
– Что передать на словах этому лорду, если я увижу его?
Кейт уже повернулась, чтобы уйти, но вопрос Фалькон остановил ее. Взглянув через плечо, она тихо ответила:
– Скажи ему… скажи ему, что я очень сожалею.
Глава 24
После ухода Энтони Алек долго сидел в своем кабинете, размышляя. Он предпочел довольствоваться спиртным вместо обеда и перешел на мадеру, когда кончилось виски.
Он поклялся, что завтра навсегда выбросит из головы эту черноволосую уличную девчонку.
Однако пока он намеревался в последний раз позволить себе жаловаться на судьбу и предаваться самобичеванию.
Алек сидел в полутьме возле медленно угасающего камина, который еще излучал тепло, согревающее его тело, но неспособное изгнать холод, поселившийся в его душе.
Он проклинал Кейт. И когда основания для проклятий иссякали, он отыскивал новые.
В моменты просветления сознания он говорил себе, что каждый имеет право на ошибку и Кейт по кличке Фокс была его ошибкой, которую он больше не повторит.
Алек встал и ухватился за спинку стула, слегка пошатываясь. Утром не избежать ужасной головной боли, но это будет последняя неприятность, связанная с Фокс.
Сейчас надо лечь в постель.
Алек уже был готов направиться в свое убежище, когда услышал какой-то шум. Было поздно, и все, кроме него, давно спали. Поэтому он подумал, что, возможно, ему показалось, так как сознание его было недостаточно ясным. Но когда шум повторился, он понял, что это не мнимый, а реальный звук.
Алек мгновенно протрезвел, осознав, что за дверью его кабинета кто-то старается двигаться по возможности скрытно.
Это означало только одно…
В его доме находился посторонний человек.
«Кейт? – промелькнуло в его воспаленном заторможенном мозгу. – Она снова вернулась, чтобы причинить мне боль?»
Алек отверг такую возможность. Она не так глупа, чтобы вернуться во второй раз.
Но ведь однажды она сделала это.
«О, значит, она считает меня доверчивым простаком?» На этот раз подобный номер не пройдет. Если милашка Кейт вернулась, чтобы снова одурачить его, он сделает так, что она на всю жизнь запомнит, что бывает с людьми, которые ведут с ним двойную игру.
Алек тихо занял позицию за дверью своего кабинета. Его не застанут врасплох. Того, кто отважился проникнуть в его дом, ожидает незабываемый сюрприз.
Дверь скрипнула и медленно открылась. Человек в нерешительности остановился на пороге, вероятно, приглядываясь, что из ценных вещей можно стащить.
Алек почувствовал определенное удовлетворение, когда фигура в темной одежде отважилась войти в комнату. Он не хотел гоняться за незваным гостем по всему дому, чтобы поймать его.
Выйдя из-за двери, он последовал за неизвестным к письменному столу, обратив внимание на то, что тот был ниже ростом и более худой, чем Кейт. Может быть, это один из ее парней? Наверное они узнали, что его легко обокрасть, и решили поживиться? Эта мысль вызвала у него приступ невероятного гнева.
– Ты выбрал не тот дом, ворюга! – прорычал он низким голосом. – И ты сурово поплатишься за свою ошибку.
Неизвестный в черном испуганно обернулся, и предмет, который он держал, выпал из его рук, ударившись об пол и разбившись. Глаза незнакомца, цвет которых Алек не мог различить в тусклом свете комнаты, расширились от страха и тревоги. Но ни страх, который увидел Алек, ни тот факт, что он был гораздо массивнее и выше воришки, не могли остановить порыв его гнева, и он ударил незваного гостя кулаком в лицо. Тот рухнул на пол, не проронив ни единого звука.
Алек посмотрел на распростертую фигуру, затем на свой кулак. Он не мог поверить, что ударил более слабого, кем бы он ни был. Он вообще никогда не применял силу.
Боже, куда подевались его спокойствие и хладнокровие? Отказ от применения насилия без особых на то оснований? Он ни разу не притронулся к Уитфилду, хотя, Господь знает, если кто и заслуживал хорошей трепки, то, несомненно, Энтони. За короткое время Алек совсем потерял разум. Раньше эмоции никогда не управляли его действиями.
Алек опустился на колени рядом с упавшим, чья голова склонилась набок и на лице виднелся синяк. Он был без сознания, и неудивительно после такого удара. Алек чувствовал себя ужасно. С тех пор как он встретил Кейт, его жизнь вышла из-под контроля.
Он был уверен, что непрошеный гость в конце концов очнется и ощутит сильную боль. Алек проклял себя за свою несдержанность. Ему трудно было поверить, что он опустился настолько низко, что начал бить тех, кто физически слабее его. Он вполне мог схватить тощего паренька и привязать его к стулу до прихода властей.
Должно быть, он сошел с ума, но ему пришла в голову мысль перенести парня в гостевую комнату – ту, что занимала Кейт, – пока тот не очнулся. Алек сознавал, что, возможно, к утру он обнаружит, что ограблен.
Он поднял паренька и с удивлением ощутил, что тот гораздо легче, чем можно было ожидать. Алек покачал головой, пораженный тем, до чего может довести образ жизни, который вели этот мальчишка, Кейт и многие другие. Он полагал, что должна существовать некая система помощи бедным и отверженным. Однако в списке решений парламента эта помощь, очевидно, стояла на последнем месте.
Слова Энтони, обращенные к Алеку в тот день, который теперь казался в далеком прошлом, снова возникли в его голове.
«А что ты сделал для своего ближнего?»
Алек старался помочь Кейт, хотя, возможно, он просто лицемерил.
Он поднялся, осторожно держа мальчишку на руках, и направился к двери. Он прошел не более трех шагов, когда полоса света из коридора осветила лицо паренька. Бросив на него взгляд, Алек судорожно втянул воздух.
Лицо мальчишки было ужасно бледным, и под глазом красовался огромный синяк, что можно было предсказать. Но не это поразило Алека, ошеломленно смотрящего на паренька в полной тишине.
– Боже милостивый, – прошептал он осипшим голосом. – Кейт?
Алек поспешно отошел от двери и сел на кушетку, прижимая к себе хрупкое безжизненное тело.
– Милорд? – раздался голос дворецкого.
Алек поднял голову и обнаружил его, стоящего в дверном проеме. Холмс нерешительно вошел в комнату, и глаза его расширились, глядя на разбитую вазу, затем на неподвижное тело в руках Алека и, наконец, на самого Алека.
Потом, как бы очнувшись, Холмс встряхнулся и подошел к подсвечнику, закрепленному на стене.
– Не надо света, – предупредил его Алек, не желая, чтобы дворецкий увидел следы его кулака на лице мальчишки.
– Но, милорд…
– Проклятие, Холмс, не испытывайте мое терпение!
– Вы не хотите, чтобы я позвал врача, милорд?
– Нет, – ответил Алек, вставая и прижимая свою ношу к груди. – Однако я хочу, чтобы вы принесли мне салфетку и чашу с холодной водой. – Вслед за этим он направился к двери.
– Это… мисс Кейт? – спросил Холмс, когда Алек проходил мимо него.
Алек кивнул в ответ, стараясь не смотреть на то, что он сделал с лицом Кейт.
– Принесите салфетку и воду в спальню для гостей. – Он двинулся вперед, но слова Холмса остановили его:
– Это не мисс Кейт.
Алек решил, что Холмс выбрал неподходящий момент, чтобы разозлить его.
Выйдя в коридор, он остановился, стараясь сдержаться, и, посмотрев на девушку, поморщился, увидев вздувшийся синяк у нее под глазом. Однако потом он обнаружил то, что не заметил в относительно темном кабинете, и это подтверждало слова Холмса.
Девушка в его руках была не Кейт.
Но будь он проклят, если она не обладала разительным сходством с Кейт. У нее была такая же гладкая кожа и утонченные черты, как у Кейт, такие же высокие скулы и невероятно длинные ресницы. Однако черты лица отличались и губы не были такими полными. Ее брови тоже не были иссиня-черными, но…
Он медленно стянул с ее головы шапочку грубой вязки, которая прикрывала волосы девушки.
Они оказались не такими длинными, как у Кейт, доходя лишь до плеч, и были не черными, а рыжими.
Алек был озадачен.
Холмс подошел и встал позади него, безуспешно пытаясь заглянуть через его плечо. Отказавшись от этих попыток, он зашел сбоку.
– Это не мисс Кейт, – повторил дворецкий.
– Я это уже слышал. – Алек недоумевал. – Как я мог не заметить сразу? – сказал он скорее себе, чем Холмсу.
Холмс пожал плечами:
– Ну а я…
Алек прервал его:
– Принесите салфетку и холодную воду. Холмс склонил голову:
– Да, милорд. – Он повернулся, чтобы уйти, но заколебался: – Милорд?
– В чем дело?
– Но если это не мисс Кейт… тогда кто же это?
– Хороший вопрос. – Именно это он хотел выяснить, как только девушка очнется.
Алек начал подниматься по лестнице, шагая сразу через две ступеньки, чтобы побыстрее оказаться в комнате Кейт. Как ни странно, но он почему-то до сих пор считал гостевую комнату комнатой Кейт.
Войдя в нее и прикрыв за собой дверь толчком ноги, он перестал думать об этом и осторожно положил девушку на кровать. Его до сих пор поражало ее удивительное сходство с Кейт.
Девушка слегка пошевелилась и застонала. Потом повернула голову на подушке и коснулась рукой своего лица.
– Ой, – снова застонала она и поморщилась, проведя пальцами по тому месту, где образовался синяк.
Алек схватил ее за запястье.
– Не надо трогать, – сказал он твердым голосом. Глаза девушки резко открылись. Впрочем, полностью открылся только один глаз, но в нем тем не менее явно сквозил страх. Затем она, ни слова не говоря, резко двинула своим маленьким кулачком. Алек, несомненно, получил бы весьма чувствительный удар, если бы не успел увернуться. Девушка не унималась и попыталась ударить его другим кулаком.
Алек схватил ее за оба запястья, но она продолжала бороться.
– Перестанешь ты, наконец? Я не собираюсь причинять тебе вред.
– Не трогай меня! – крикнула она, извиваясь. – Если не отпустишь меня сейчас же, обещаю, что тебе придется пожалеть! – Затем она в деталях обрисовала ему, каким образом собирается заставить его пожалеть.
Терпение Алека начало иссякать.
– Расслабься, наконец! Меня зовут Алек. Это мой дом, а ты явилась сюда ночью без приглашения. Вот я и ударил тебя, за что приношу свои извинения. Никто здесь больше не тронет тебя даже пальцем, так что успокойся. – Его слова, видимо, произвели должное впечатление, потому что маленькая противница перестала бороться. – Теперь, если я отпущу тебя, ты обещаешь, что не будешь махать кулаками?
Она молча кивнула, напряженно следя за каждым его движением, что приводило Алека в замешательство.
Он решил занять по отношению к ней жесткую позицию, надеясь заставить ее говорить и, главное, рассказать правду.
Он сузил глаза и скрестил руки на груди.
– Хорошо. Во-первых, кто ты? И что ты делала в моем доме?
Девушка заморгала, глядя на него.
– Отвечай мне, или тебе придется разговаривать с констеблем, – пригрозил он и почувствовал угрызения совести, увидев еще больший страх в ее глазах.
Девушка проглотила подступивший к горлу ком и заговорила, заикаясь:
– Н-но Фокс сказала, что вы не станете вызывать констебля.
Алек стиснул зубы. Значит, за всем этим стояла Кейт? Он был прав, когда подумал, что она рассказала своим сообщникам, что в этом доме можно легко поживиться.
– Она так сказала? Что ж, тебе не повезло, потому что она ошиблась. – Ему было крайне неприятно чувствовать себя злодеем, когда он увидел, что глаза ее полны слез.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32


А-П

П-Я