душевая кабина ранчо 90 90 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Только теперь в напевах не было приятной, ласкающей слух мелодичности. В них слышался страшный рев сшибающихся армий, грохот сталкивающихся щитов и звон скрестившихся мечей. Стоны поверженных и вопли победителей. Голый по пояс, перепачканный сажей, пылью и блестящий от пота, он был страшен. Волосы на голове стояли дыбом, в глазах, как казалось Олегу, мелькали бирюзовые всполохи.
Руки и ноги со страшной силой крушили черепа и кости. Брызгала кровь или то, что ее заменяло у вставших на их пути врагов. Скоро руки Алексея уже по локоть были обагрены ею, а шерсть исправно помогавшего ему волколака местами слиплась и торчала, как иглы ежа.
Сколько комнат и коридоров им пришлось пройти, Олег не мог и вспомнить. Где-то между первым и вторым этажом, а может, между тем и этим миром, они вломились в помещение с абсолютно прозрачными стенами и увидели… парк, окружающий проклятый дом-ловушку. Под легким ветерком трепетали желтые, бурые, багряные листья. Рубинами сверкали в ветвях гроздья рябины. Солнце, не по-осеннему яркое и праздничное, дарило тепло всему живому.
Откуда-то снизу поднимались чад и клубы жирного дыма. Алексей посмотрел под ноги и зарычал не хуже волколака. Проследил взгляд Олега и увидел, как у скрученных взрывом останков автомобиля, жадно облизываемых рыжими, как листья клена, языками огня, группа существ, штук пять или шесть, точнее было не разобрать, сгрудясь, копошилась у чего-то, напоминавшего черный мешок размером с человека. Рвали его на клочки и, кажется, жрали. Олег содрогнулся от омерзения и осенившей его догадки.
„Хана попу“…
Алексей слепо шагнул к стене, прозрачной, как стекло, но прочной, как сталь, и толкнул ее руками. На стене остались грязные отпечатки растопыренных пальцев. Толкнул еще раз. Врезал кулаком. Пнул изо всех сил ногой.
Обернулся к Олегу.
Бывший бандит, видавший виды тертый калач, явно был испуган. Волк поджал хвост между лап и пятился в страхе. Матерый волколак готов был обмочиться от ужаса, как сеголеток, гнавший оленя, а выскочивший на медведя.
– С'Тари… Антиквар… Илья… - прошелестели бледные губы. Алексей развел руки в стороны, поднял их на уровень плеч ладонями вверх, ноги приняли боевую стойку. Прозрачный пол под ногами полыхнул тем же безумным синим цветом, что и глаза Охотника. Сполохи сложились в круг, вращающийся по часовой стрелке. Незнакомые Олегу знаки по внешней стороне круга бежали против часовой стрелки.
Одна из тварей, почуяв опасность, подняла голову и вскрикнула. Вся стая кинулась врассыпную.
Взгляду Олега предстал разорванный труп. Жиденькая бороденка, испачканная красным, топорщилась в зенит. Прямо на ласковое солнышко.
Алексей громко выкрикнул:
– Ха! - и с хлопком сложил ладони перед собой. Потом резко сжал кулаки, и Олег услышал хруст. Разбегающихся уродов смяло, перекрутило, подняло в воздух. На листья брызнула кровь, и изуродованные трупы разлетелись в стороны. Один из них шмякнулся о ствол дерева и застрял в развилке. Остальные бесформенными кучами рухнули в листву и, пачкая золотой ковер осени, покатились кубарем. Последнего около минуты молотило обо все, обо что только можно: стволы деревьев, устланную листьями землю, чадно догоравший остов машины. Охотник безумным юродом метался по комнате, выкрикивал странные слова, а труп чудища вертело, крутило и молотило. Потом останки с огромной силой были отброшены вверх так, что застряли в кроне одного из деревьев.
Фатеев бессильно опустился на пол, как будто из него разом вынули все кости, и всхлипнул. Как мальчишка.
– Я гублю все, к чему прикасаюсь… - еле слышно пробормотал он, закрыл лицо испачканными ладонями и заплакал. Горько и безутешно.
Олегу захотелось подойти к другу, обнять его за плечи, утешить. Но язык прилип к глотке, как бы понимая тщетность слов лучше, чем разум. Да и волчьими лапами обниматься было малость неудобно.
Так они и сидели: Охотник, уткнувшись лицом в ладони и вздрагивая всем телом, а в двух шагах от него, насторожив уши и чутко вслушиваясь в окружающие звуки, огромный волк, в данный момент больше смахивающий на овчарку-переростка, охраняющую хозяина.
Сидели недолго, минут пятнадцать.
Алексей шевельнул пальцами, над ладонью в воздухе появилась руна Солнечного Огня, Sowelu, и тело несчастного священника, желавшего послужить своему богу, но ставшее пищей для стервятников из другого мира, вспыхнуло чистым белым пламенем. И в считанные секунды рассыпалось в прах.
Потом Охотник поднялся, отряхнул штаны от налипшего на них сплошного слоя грязи. Осознав тщетность попыток, в сердцах плюнул на пол, который неизвестно как и когда стал вновь деревянным, утратив прозрачность.
– Пойдем, добьем гадов, - кивнул он головой Олегу.
– Куда? Я тут уже ни фига не чувствую… - жалобно сознался Олег. - Я весь последний час за тобой шел.
– П-о-о-о-нятн-о-о-о, - протянул Алексей. - Компас сбился?
Прямо на глазах он вновь становился самим собой: собранным, деловитым и ироничным.
– Тогда давай и дальше шагай за мной. Я уже вижу, куда нам.
Коротко щелкнул пальцами, и к потолку вновь взмыл яркий, лучащийся Светоч. Маленькое солнце поднялось к потолку, украшенному гирляндами заросшей пылью паутины, и, не торопясь, двинулось вперед, как бы приглашая следовать за ним. Алексей первым шагнул вперед и махнул рукой волколаку.
Тот степенно поднялся, отряхнулся, будто только что вышел из воды, и тронулся следом, осторожно ставя лапы на пыльный пол.
Внезапно, так, что оба друга не успели и заметить, все вокруг изменилось. Вроде только что были в одной комнате, а потом дружно мигнули, и за это время неизвестный шутник перенес их совсем в другое место или комнату.
Обветшалые стены раздвинулись в стороны, потолок взмыл ввысь, под ногами вместо скрипучего дерева оказался твердый камень.
– Затрахали эти метаморфозы, - хрипло проговорил Фатеев. Алексей остановился, оглянулся и начал спешно плести какое-то заклятье. Потом подозвал к себе Олега и, как в сказке: дунул, плюнул, и вокруг них замерцала матовая пленка, похожая на огромный мыльный пузырь, в центре которого они и стояли.
– Сфера защиты, - пояснил Алексей. - Отражает любую атаку. Но есть минус - нет циркуляции воздуха. То, что в ней выдышим, и хорош. Потом либо сферу рассеивать, либо учиться СО перерабатывать.
Охотник двинулся дальше, осторожно ставя ноги на мраморный пол, будто боясь провалиться. Волколак старался не отставать, но, в то же время, и не наступать на пятки товарищу.
А Сфера катилась с ними, создавая непреодолимый защитный барьер. - Мне или кажется, или там впереди действительно лестница. Не видишь? - подал голос Фатеев.
– Нет.
– Странно… разберемся.
Олег огляделся по сторонам, стараясь не отставать от Алексея. Посмотреть было на что.
Судя по всему, они снова угодили в какую-то червоточину в мировом пространстве и очутились в совсем ином месте, чем родная Земля. Об этом говорила архитектура и внутреннее убранство зала. Огромного, подавляющего своими размерами помещения с колоннами, скорее напоминавшими оплывшие и изогнувшиеся от жара свечи, чем творение разумных зодчих.
Высоко под потолком были прорезаны окна столь малого размера, что, казалось, неверный полусвет - и тот едва проникал в них. Под потолком чуткие уши зверя уловили шелест и шуршание, будто на невидимых балках там, под завесой мрака, гнездились сотни маленьких крылатых существ, сейчас активно перелетавших с места на место.
Пол под ногами был из камня, который Олег определил как мрамор, хотя и не был сведущ в геологии.
Шедший впереди Алексей о таких мелочах и не задумывался. Упругим шагом двигался вперед. Шагом охотника, преследующего дичь, раненную и загнанную. Которую теперь только и оставалось добить и праздновать победу.
Весь он был какой-то… напружиненный, как будто готовый извергать молнии и огненные шары. Олег видел такое в одной компьютерной игре. Там из чернокожего мага, мечущегося в серых подземельях, так и хлестали магические молнии и шары огня, полчищами укладывавшие всякую нечисть, посягавшую на нежный филей волшебника. На мгновение показалось, что его друг вот-вот превратится в такую же машину смерти, кося всех и вся на своем пути смертельными заклятьями. А вдруг у него уже и крыша поехала, и он не узнает его, Олега, школьного товарища и университетского собутыльника. И тогда, приняв его за одного из этих, которых надлежит истреблять немедленно и неукоснительно, шарахнет по нему чем-то ужасающе мощным, как по той двери над снежной пустынею, и останутся от него только клочья паленой шерсти да белые зубы, разлетевшиеся далеко окрест. Так, что и хоронить-то будет нечего. А может, Алексей станет чем-то вроде берсерка и тогда вообще способен натворить дел голыми руками, даже не прибегая к помощи всяких там магических фейерверков. Если так, и приятель, действительно, свихнулся от пережитого, и кинется на него с голыми руками, то Олег нимало не сомневался, что физически он гораздо сильнее Охотника. Но вот проблема. И не одна: первое, Алексей все же был друг, а второе, его велено было оберегать и защищать, а никак не рвать в клочья, спасая свою серую шкуру. Которая, как известно, однозначно дороже любой другой, даже если это песец или горностай, напяленный на твою даму.
Мысли в голове крутились такие, что не дай бог кому подсмотреть - со стыда сгорел бы.
Тем временем Алексей стал подниматься, будто ступал по невидимой лестнице, и даже держался рукой за перила.
А вот Олег никакой лестницы не видел и поэтому встал, как вкопанный. Занес лапу, шагнул вперед и больно грохнулся о невидимую преграду, отделявшую его от друга, идущего наверх, и уже поднявшегося над полом метров на пятнадцать. Там, куда он стремился, в самом верху лестницы-невидимки распахнулась дверь, из которой ударил свет. Яркий, теплый и манящий.
Тем временем Алексей уже почти дошел до загадочной двери и остановился в раздумии.
Олег увидел, как его друг встрепенулся, будто кто-то позвал его по имени, в одно мгновение преодолел оставшееся расстояние до двери и исчез. Волколак бросился на разделившую их преграду и отлетел назад, как если бы с разбегу кинулся на стену из чистого каучука. Покатился мохнатым шаром по полу, вновь ставшему деревянным, и больно ударился о противоположную стену. Вскочил на лапы и застыл. Он снова был в той комнате, где Алексей одним движением рук разметал стервятников, терзавших тело прибывшего с ними священника. Осталось только завыть от горькой досады, но не было времени на глупости. Надо было искать выход, или вход или что-то, не важно что, могущее указать путь к исчезнувшему, как в воду канувшему, другу.
Волколак склонил голову к полу, уткнувшись в него влажным носом, и пошел по периметру комнаты, вынюхивая и прислушиваясь к внутренним ощущениям. Если есть вход, то должен быть и выход.

* * *
Алексей шагал по лестнице, механически переставляя ноги: левая - правая, левая - правая… Нахлынувшая непонятно откуда усталость гнула книзу стопудовым тяжким грузом. Сознание мутилось, будто не спал неделю.
Уголком разума, свободным от сонной одури, он понимал, что все это неспроста, все неладно. Однако тело двигалось и жило, повинуясь чужой воле. Алексей постарался понять, что или кто пытается на него воздействовать… бесполезно. Он не мог, или ему не давали ощутить источник этого воздействия.
„А где Олег“? - подумал Фатеев и попытался обернуться, поискать взглядом друга. Но шея будто одеревенела. Мышцы заскрипели, как старые трухлявые лесины. С неимоверным усилием удалось повернуть голову на четверть оборота и, скосив глаза, подобно камбале, бросить взгляд себе за спину.
Волколак стоял внизу. Метрах в пятнадцати. У самого основания лестницы. Вот он попытался сделать шаг вперед, и тут же отшатнулся, будто наткнулся на каменную стену.
Алексей помимо своей воли отвернулся и сделал еще шаг вперед. Последний. Он стоял на площадке перед дверью. Красный ворсистый коврик для ног с легкомысленной надписью „Welcome“ белыми буквами. Обитое черным дерматином полотно двери. Дверная ручка и замок „Булат“. Дверь его московской квартиры. В которой он собирался прожить с Ольгой долго и счастливо. Собирался до тех пор, пока она не сказала о том, что уходит. А он, как будто мелкий бес вселился, даже не остановил, не попробовал отговорить.
Мысли тревожно забились под сводами черепа. Заметались и стали складываться в стройную теорию. Не мог он сам так себя вести. Ведь любил ее так, что готов был носить на руках. Так, что замирало дыхание, когда смотрел на нее, сладко спящую. Так, что готов был жизнь положить за нее.
Да и Ольга, в чем он был уверен, любила его не меньше. Видно это было в каждом ее вздохе, жесте, взгляде… Нельзя так притворяться, просто невозможно. „Или все же может быть всякое? Нет! Только не с нами! Не со мной и не с ней“! - быстрее птицы пронеслось в мозгу.
И кусочки мозаики сложились воедино. Все те мелочи, которые не давали ему покоя вот уже двое суток, встали на свои места, будто уложенные умелой рукой мастера. Все, начиная с самого первого мгновения, с той минуты, как некий заказчик назвался его школьным другом и предложил большие деньги за пустяковый заказ. Вот тут-то и следовало насторожиться. Понять, что не все так просто, как расписывает клиент. Но банальная человеческая жадность взяла верх. Деньги нужны всегда и всем. А тут еще за машину плати, за квартиру плати… Вот и ухватился с блеском в глазах и придыханием в груди.
А следовало просто сесть и подумать, как обычно делал, прежде чем брать заказ.
Дальше - больше…
Внезапный всплеск агрессивности со стороны человека, ближе которого, как он думал, и не сыскать.
Его полное безразличие к ней.
Безумно мощный прорыв Сил у дома, с которым он не справился бы, не помоги стихийники.
И дальше, как по накатанному… сплошная подстава.
Единственное, что нарушило планы неведомого кукловода, было то, что Алексей помчался к Олегу выяснять, какого такого лешего… что за на фиг… и почему, бля. Хотел начистить морду, а обрел союзника.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37


А-П

П-Я