https://wodolei.ru/catalog/rakoviny/kronshtejny-dlya-rakoviny/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я лишь передала то, что мне велели.
Глаза ее умоляюще смотрели на него, и Старк неожиданно понял, что
Фианна тоже на краю пропасти.
- Не бойся, - сказал он.
Она резко повернула свое животное, прошептав при этом:
- Будь осторожен, Эрик Джон Старк!
Старк кивнул. Он поехал за ней, думая о том, что ему нравится, как
Фианна произносит его имя.
Берилд сидела среди мехов и подушек, но даже в таком положении в ней
не было и следа вялости. Она отдыхала, как кошка, спокойно и в то же время
полная жизни. В тени носилок кожа ее казалась серебряно-белой, а
распущенные волосы сладко темнели.
- Ты упрям, дикарь? - спросила она. - Или я тебе не нравлюсь?
До этого он не осознавал, как богат и мягок ее голос. Старк взглянул
на ее прекрасное тело и сказал:
- Ты дьявольски привлекательна. Поэтому я и упрямился.
- Боишься?
- Я беру у Кайнона деньги. Неужели нужно взять у него и женщину?
Она презрительно рассмеялась.
- Честолюбие Кайнона не оставляет для меня места. Мы заключили
соглашение: у короля должна быть королева. К тому же он считает мои советы
полезными. Видишь ли, я тоже честолюбива!
Старк посмотрел на нее, стараясь разобраться в выражении дымчатых
глаз.
- А Дельган?
- Он хочет меня, но... - она помолчала и продолжила совсем другим
тоном, низким и дрожащим голосом: - Я никому не принадлежу. Я сама по
себе.
Старк понял, что на мгновение она о нем забыла. Некоторое время он
ехал молча, потом медленно повторил слова Дельгана:
- Ты забываешься, Берилд. Что для тебя я, существо на час?
Она вздрогнула, глаза ее блеснули, дыхание стало прерывистым. Затем
она рассмеялась и сказала:
- Дикарь к тому же и попугай. А час может быть долгим, целой
вечностью, если захотеть.
- Да, - согласился Старк. - Я часто думал так же, ожидая приближения
смерти в скальной расщелине. Большая ящерица жалит, и укус ее смертелен.
Он наклонился из седла, обнаженные на резком ветру плечи нависли над
ней.
- Мои часы с женщинами коротки. Они наступают после сражений, когда
для таких вещей есть время. Возможно, тогда мы с тобой и увидимся.
И, не взглянув на нее, Старк повернул животное. Спина его напряглась
в ожидании удара брошенного ножа. Но сзади послышался лишь беззаботный
хохот.
Наступил рассвет. Кайнон подозвал к себе Старка и указал на обширное
и пустое печальное пространство; лишь кое-где торчали коралловые рифы и
базальтовые скалы.
- По этой стране вы поведете людей. Изучайте ее, - он говорил,
обращаясь и к Лухару. - Изучайте каждый источник, каждую высоту, каждый
след, ведущий к границе. Нет в мире лучших бойцов, чем жители Сухих
Земель, если ими правильно руководят, и вы должны доказать, что умеете
руководить. Будете действовать совместно с вождями - Фрекой и другими,
которых встретите в Синхарате.
- Синхарат? - переспросил Лухар.
- Моя штаб-квартира. В семи днях перехода. Город на острове, старый,
как луны. В нем был силен культ рамасов, сохранилось множество легенд о
них, для всех племен это место - табу. Поэтому я его и выбрал.
Он глубоко вздохнул и улыбнулся, глядя через мертвое море песка в
сторону границ. В глазах его блеснул тот же безжалостный свет, что и в
ослепительном солнце пустыни.
- Очень скоро, - сказал он скорее себе, чем слушателям, - через
несколько дней мы потопим пограничные города в их собственной крови. А
после этого...
Он засмеялся и замолчал. Старк подумал, что Берилд сказала ему
правду: в Кайноне горел такой огонь честолюбия, что ни для чего другого не
оставалось места. Он оценил силу высокого варвара, орлиное выражение его
лица и сталь, скрывавшуюся под покровом веселости. Потом тоже посмотрел в
сторону границ и подумал, увидит ли когда-нибудь Тарак и услышит ли голос
Саймона Эштона.
Три дня двигались они без всяких происшествий. В полдень
останавливались и самые жаркие часы спали, потом двигались дальше под
темнеющим небом - длинная цепочка людей и мускулистых животных, с алыми
носилками в центре, похожими на странный цветок. Звон колокольчиков, пыль,
копыта, топчущие дно моря и движущиеся к островному городу Синхарату.
Старк больше не разговаривал с Берилд, и она не посылала за ним.
Фианна проходила мимо него в лагере, исподтишка улыбалась ему. Ради ее
безопасности он с ней не заговаривал.
Ни Лухар, ни Фрека тоже не подходили к Старку. Они явно его избегали
и встречались, лишь когда Кайнон собирал всех на совет. Но эти двое как
будто подружились и пили из одной бутылки.
Старк всегда спал рядом со своим животным, защитив спину и приготовив
пистолет. Жестокие уроки детства многому научили его, и от малейшего шума
он просыпался раньше, чем его животное.
На четвертое утро никогда не прекращающийся ветер начал стихать. На
рассвете все затихло, и восходящее солнце окрасилось в цвет крови. Пыль,
поднятая ногами животных, падала на то же место, с которого поднялась.
Старк принюхался. Все чаще и чаще поглядывал он на север, куда уходил
длинный, плоский, как ладонь, склон. В нем нарастало беспокойство. Наконец
он подъехал к Кайнону.
- Приближается буря, - сказал он и посмотрел на север.
Кайнон с любопытством взглянул на него.
- Даже направление определил верно, - ответил он. - Можно подумать,
что ты местный. - И тоже с задумчивым выражением посмотрел в пустоту. - Я
бы хотел быть ближе к городу. Но под ударами бури любое место так же
плохо, как все остальные. Остается только двигаться. Остановишься -
умрешь. - Он выругался на причудливой смеси английского и марсианского,
как будто буря была его личным врагом.
- Передай всем, чтобы облегчили груз и закопали все лишнее. Пусть
Берилд выйдет из носилок. Держись около нее, Старк. Я должен быть здесь, в
голове колонны. И не разделяйтесь. Прежде всего не разделяйтесь!
Старк кивнул и поехал назад. Берилд уже вышла из носилок и ехала
верхом. Носилки остались позади на песке - алое пятно на желтом, их
занавеси обвисли в неподвижном воздухе.
Никто не разговаривал. Животные пошли быстрее. Они нервничали,
беспокоились, готовы были нарушить строй и убежать. Солнце поднялось выше.
Час.
Безветренный воздух мерцал. Тишина жестокой рукой сжимала караван.
Старк проехал вдоль линии, подбадривая потных погонщиков вьючных животных,
которые несли теперь только мехи с водой и скудный запас продовольствия.
Фианна ехала рядом с Берилд.
Два часа.
Впервые за день в пустыне послышался звук.
Он донесся издалека, стонущий вопль, как крик рожающей великанши. Он
все приближался, превращаясь в сухой резкий треск, заполнил все небо,
потряс его, разорвал и выпустил из ада все ветры.
Буря ударила. Мгновение назад воздух был ясен и неподвижен. В
следующее мгновение он заполнился пылью, он ревел, сметая с дьявольской
яростью все на своем пути.
Старк бросился к женщинам, которые находились от него в нескольких
шагах, но уже скрылись за завесой песка и пыли.
Кто-то наткнулся на него в полумраке. Длинные волосы разметались по
его лицу, он убрал их с криком "Фианна! Фианна!" Женская рука схватилась
за него, и голос ему ответил, но слов он не мог разобрать.
И вдруг его животное столкнулось с другим. Женская рука исчезла.
Старк почувствовал удар сильных рук и смутно различил две мужские фигуры.
Лухар и Фрека.
Его животное сделало неожиданный скачок и устремилось вперед. Старка
выбросило из седла, и он упал на песок.



7

Несколько мгновений Старк лежал полуоглушенный. Сквозь вой ветра
послышался крик верховых рептилий. Мимо промелькнули фигуры животных;
дважды они чуть не наступили на него.
Лухар и Фрека дождались возможности. Все очень просто. Оставить
Старка одного, без животного, а буря и пустыня довершат дело. И обвинить
никого нельзя.
Старк встал, но что-то ударило его под колени, и он опять упал. С
рычанием сжал человека, но тут же понял, что тело слишком мягкое, к тому
же одето в шелка. Он держал в руках Берилд.
- Это была я, - выдохнула она, - а не Фианна.
Слова были едва слышны, хотя он видел, что она кричит изо всех сил.
Должно быть, когда Лухар втиснулся между ними, ее тоже выбросило из седла.
Крепче сжимая ее, чтобы не унесло ветром, Старк снова поднялся. Он
напрягал все силы, но стоять было почти невозможно.
Ослепленный, оглушенный, глубоко погружаясь в песок, он сделал
несколько шагов и неожиданно увидел бегущее с криком вьючное животное.
Старк успел схватиться за груз - спасибо Провидению и мгновенной
реакции! - и держался за него с цепкостью человека, обреченного на смерть.
Животное тащило их за собой, пока Берилд не умудрилась поймать узду.
Вдвоем они заставили животное лечь.
Старк удерживал животное за голову, а женщина прижималась к его
спине, вцепившись обеими руками в тюки. Берилд протянула Старку клок
шелка. Он обвязал им голову животного, так, чтобы оно могло дышать.
Животное немного успокоилось.
В воющем аду ничего не было видно. Определить направление невозможно.
Караван, казалось, унесло ветром, как осенние листья. За те несколько
мгновений, что он стоял неподвижно. Старка выше колен занесло песком.
Песок прибывал, как вода. Старк выбрался и попытался идти, помня слова
Кайнона.
Берилд разорвала свое тонкое платье и дала ему еще один кусок шелка.
Старк завязал нос и глаза: удушье и слепота немного отступили.
Шатаясь, спотыкаясь, избиваемый ветром, как ребенок, которого бьет
сильный человек, Старк двигался вперед, отчаянно пытаясь отыскать караван
и зная в то же время, что его надежда тщетна.
Последовали часы кошмара. Старк замкнул мозг, как не смог бы сделать
цивилизованный человек. Во времена детства бывали дни и ночи, когда перед
ним была лишь одна проблема - дожить до следующего дня или ночи. Одна
проблема, одна опасность в одно время.
И теперь оставалась только одна необходимость. Продолжать двигаться.
Забыть о завтрашнем дне, о караване, о том, где сейчас может быть
маленькая Фианна с ее яркими глазами. Забыть жажду, забыть боль при каждом
вдохе, яростные удары ветра по обнаженной коже. Только не останавливаться.
Темнело. Животное запнулось о выступ скалы и вывихнуло ногу. Старк
дал ему быструю милосердную смерть. Они сняли узду и привязались друг к
другу. Каждый захватил столько еды, сколько мог унести, а Старк взвалил на
плечи единственный мех с водой, которым удостоила их фортуна.
Они побрели дальше, и Берилд не жаловалась.
Наступила ночь, буря продолжалась. Старк поражался силе женщины: он
помогал ей, только когда она падала. Он и сам почти терял сознание. Тело
продолжало двигаться только потому, что ему приказано было не
останавливаться.
Туман в мозгу стал таким же густым, как чернота ночи. Берилд весь
день ехала в носилках, а он верхом, и даже его силам наступал конец. Он
приближался к этому концу и слишком устал, чтобы бояться.
Спустя какое-то время он понял, что Берилд упала и он тянет ее за
собой за узду. Он слепо повернулся, чтобы помочь ей. Она что-то говорила,
выкрикивала его имя, била его, чтобы он услышал и понял.
Наконец он понял. Снял покрывало с лица и вдохнул чистый воздух.
Ветер стих. Небо снова ясное.
Старк упал на свои следы и мгновенно уснул рядом с истощенной,
полумертвой женщиной.
Жажда подняла их на рассвете. Они немного попили и сидели некоторое
время, глядя на пустыню и друг на друга и думая о том, что ждет их
впереди.
- Знаешь, где мы? - спросил Старк.
- Примерно. - Лицо Берилд подернулось тенью усталости. Оно изменилось
и, по мнению Старка, стало еще прекраснее: в нем не осталось ни следа
слабости.
Она с минуту подумала, глядя на солнце.
- Ветер дул с севера. Поэтому мы сошли с пути на юг. Синхарат вон
там, за пустыней, которую называют Каменным Животом, - и она показала на
северо-восток.
- Далеко?
- Семь - восемь дней пешком.
Старк проверил запасы воды и покачал головой:
- Путь будет суховат.
Он встал и поднял мех. Берилд, ни слова не говоря, пошла за ним.
Рыжие волосы падали ей на плечи. Обрывки шелкового платья унес ветер,
оставив коротенькую юбку жительницы пустыни, пояс и драгоценное ожерелье.
Она шла прямо - ровной, чуть раскачивающейся походкой, и Старку
казалось невероятным, что совсем недавно эта же женщина, как ленивая
королева, возлежала в алых носилках.
Невозможно защититься от полуденного солнца. Солнце Марса, однако, и
в самые яркие часы - всего лишь бледная свеча рядом с солнцем Меркурия, и
оно не беспокоило Старка. Он заставил Берилд лечь в тени его тела и
смотрел на ее лицо, расслабленное и незнакомое во сне.
Впервые уловил он в ней какую-то странность. Но он так мало видел ее
раньше - в Валкисе и в пути. Теперь она вряд ли может что-то скрыть от
него в голове или в сердце.
Или все же может? Мгновениями тень странных снов набегала на ее лицо.
Иногда, в моменты пробуждения, когда она не контролировала себя, он ловил
в ее взгляде выражение, которого не мог понять, и его первобытные чувства
ощущали смутную угрозу.
Однако все эти сверкающие дни и морозные ночи, измученная жаждой и
усталая до изнеможения, Берилд была великолепна. Ее белая кожа потемнела
на солнце, волосы превратились в дикую рыжую гриву, но она улыбалась и
решительно шагала рядом с ним, и Старк решил, что никого прекраснее он не
видел.
На четвертый день они взобрались на известняковый утес, многие века
назад сглаженный морем: перед ними расстилалась пустыня, называемая
Каменным Животом.
Морское дно изгибалось под ними, как гигантский бассейн, дальний край
которого терялся в мерцающей дали.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11


А-П

П-Я