https://wodolei.ru/catalog/rakoviny/iz_litevogo_mramora/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Очень серьезны! — сокрушенно воскликнул лорд.
Салена глубоко вздохнула, и этот вздох, казалось, шел из самой глубины ее души.
Она догадалась, что избежать брака с князем не удастся, еще тогда, когда отец впервые заговорил об этом.
Мысль о браке ее ужасала! Салена, словно испуганный ребенок, бросилась к отцу. Он обнял ее и прижал к себе, а когда заговорил, слова, казалось, застревали у него в горле:
— Я был тебе плохим отцом, моя крошка, но, выйдя замуж, ты обретешь защиту от всего, что может с тобой случиться.
Салена едва не крикнула, что ничего ужаснее, чем стать женой князя, с ней случиться не может, — но она понимала, как страдает отец. И из-за любви к нему она, мужественно скрывая свои чувства, произнесла:
— Я постараюсь, папа… сделать так, как ты хочешь.
Отец взял Салену за подбородок и приподнял ей голову. Он долго смотрел ей в лицо, а потом сказал, словно самому себе:
— Если бы у нас было больше времени, если бы мы могли подождать! Быть может, тогда это был бы совсем другой человек.
Салена промолчала, понимая, что никто не ждет от нее ответа.
С самого первого ее приезда в Монте-Карло многие делали ей комплименты.
Каждый вечер, приезжая в казино, Салена старалась не отходить от отца. Они вместе наблюдали за игрой, и к лорду Карденхэму то и дело подходили знакомые с просьбой представить им его дочь.
Салена очень смущалась и порой не знала, что ответить, но слова этих мужчин не вызывали в ней отвращения в отличие от витиеватых комплиментов князя.
Салена с радостью ездила в казино — потому что, как только они туда приезжали, мадам Версон сразу увлекала князя туда, где играли в баккару.
Мадам садилась рядом с ним и делала ставки его деньгами, а князь, как и прочие джентльмены, норовил сорвать банк покрупнее.
Лорд Карденхэм рассказывал Салене об игроках, и когда она наивно спрашивала его, почему эти люди не найдут себе лучшего занятия, тем более что они и так богаты, отец отвечал ей:
— Конечно, игра — занятие в немалой степени бессмысленное, но она возвращает остроту ощущений тем, кто уже пресытился роскошью.
Салена знала, что отец тоже очень хочет сыграть, но не может себе этого позволить.
Впрочем, иногда он ставил несколько франков в рулетку, и тогда Салена с замиранием сердца следила за маленьким белым шариком, сильно расстраиваясь, если отец проигрывал.
Но наставал момент, когда князь присоединялся к ним, не отрываясь, смотрел на Салену и старался коснуться ее руки.
В эти минуты Салене хотелось убежать и спрятаться, но она с отчаянием вспоминала, что он заплатил за ее платье, и значит, она обязана быть с ним любезной.
На вилле у князя останавливались лишь иностранцы, и Салена уже начала скучать по своим соотечественникам, по лицам англичан, по английской речи.
И вот однажды вечером в казино ей встретился англичанин.
Он был высок и широкоплеч; у него была очень светлая кожа, хотя волосы — темно-каштановые.
— Добрый вечер, Карденхэм, — сказал англичанин, кивком головы приветствуя отца Салены.
— Надеюсь, он будет добрым, — пошутил отец Салены. — Пока еще рано судить об этом.
Англичанин засмеялся, понимая, что лорд намекает на карты, и прошел мимо.
— Кто это был? — спросила Салена, глядя ему вслед.
Он был так же хорошо одет, как и другие мужчины в казино, но костюм сидел на нем как-то по-особенному и казался частью его самого в отличие от одежд блестящих дам и джентльменов, наряды которых производили впечатление всего лишь красивой упаковки.
— Герцог Темплекомский, — ответил отец.
— Это его яхту мы видели по дороге! — с живостью сказала Салена.
— Да, «Афродиту»! — кивнул лорд Карденхэм. — Жаль, что у меня нет возможности взглянуть на нее. Я слышал, что это одно из лучших судов такого типа во всем мире.
— Я бы тоже хотела ее увидеть, — сказала Салена.
Салена надеялась, что герцог вступит в беседу с отцом, но ни на следующий вечер, ни вечером позже он не появлялся в казино.
— Я должен кое-что тебе сообщить, — сказал Салене отец.
По его тону она поняла, что он чувствует себя виноватым.
— Что случилось, папа?
— Князь хочет, чтобы ты вышла за него замуж прямо сейчас!
— Сейчас? О нет! Это же невозможно!
— Он настаивает, — ответил отец. — И, честно признаться, мне крайне необходимы деньги, которые он обещал.
— Но… как же так? Как можно играть свадьбу… так быстро? — жалобно спросила Салена и добавила: — А что скажет мадам Версон?
Даже неопытной Салене было понятно, что мадам Версон считала князя своей собственностью.
Она не отходила от него ни на шаг, а на вилле вела себя как хозяйка. И несмотря на то, что князь не сводил глаз с Салены, дочь лорда Карденхэма не сомневалась, что его избранницей будет мадам Версон.
На вилле говорили в основном по-русски, а Салена этого языка не знала и поэтому не могла на основе кем-то оброненных фраз сделать вывод о симпатиях князя. И разумеется, ей и в голову не приходило считать князя подходящей для себя партией.
Если Салена была потрясена, узнав, что князь хочет на ней жениться, то известие о том, что свадьба должна состояться прямо сейчас, привело ее в ужас.
— Но… как же так? — вновь повторила она растерянно.
— Князь уже обо всем позаботился, — ответил лорд Карденхэм. — Он сообщил тем, кто сейчас живет на вилле, что его личный слуга заболел скарлатиной, а эта болезнь очень заразна. В данную минуту его высочество занят организацией переезда гостей в отель «Париж», он уже снял там два этажа. А когда ты выйдешь замуж и вы отправитесь в свадебное путешествие, я останусь хозяином на вилле.
— Послушай, папа… — начала Салена, но поняла, что ей нечего сказать, и замолчала, а лорд Карденхэм продолжал:
— Предполагается, что во избежание распространения инфекции на вилле должны провести специальную санитарную обработку. Через несколько дней гости вернутся, но вы к этому времени уже уедете.
Он подошел к окну и добавил:
— Не представляю, как сообщить всем о том, что князь расстался с мадам Версон. А она? Она просто умрет от злости! Хотя, надеюсь, князь своей щедростью успокоит ее оскорбленные чувства.
— Но… что я… буду делать? И куда князь меня повезет? — спросила Салена.
— О том, что вы сегодня поженитесь, никто не должен узнать. Видишь ли, Салена, князь обязан испросить разрешения на брак у царя, но поездка в Россию и обратно займет слишком много времени.
— Н-но… быть может, для него лучше сделать именно так? — сказала Салена.
— Зато для меня не лучше! — воскликнул лорд Карденхэм.
— Да… разумеется, папа. Прости, я забыла! — поспешно проговорила Салена.
— Так что изволь сохранить все в секрете, — сказал отец. — И потом все равно тебе будет весьма неприятно обсуждать эту тему со знакомыми князя, не говоря уже о мадам Версон.
— Да… конечно… мне вовсе не хочется об этом ни с кем говорить.
Салена побаивалась мадам Версон, и ей было не по себе под завистливыми и злобными взглядами других дам.
Все они как одна принадлежали к числу таких, с которыми мать Салены держалась бы очень сдержанно, холодно и безразлично.
Леди Карденхэм никогда не обсуждала знакомых своего мужа, но если они приходили в дом, она становилась молчаливой, чопорной и не улыбалась обворожительно, как обычно.
Салена часто вспоминала мать, и по сравнению с ней все женщины, которых она видела на вилле или в казино, казались вульгарными.
«Мужчинам такие нравятся, — как-то раз заметила мать об одной даме, поведения которой она не одобряла. — Но эта женщина чересчур легкомысленна, и я надеюсь, что больше ее не увижу!»
Несомненно, леди Карденхэм отозвалась бы так обо всех дамах, с которыми познакомилась Салена в Монте-Карло, и в особенности о мадам Версон.
В то же время Салена старалась не осуждать их вслух, чтобы не расстраивать отца.
Сейчас она вдруг подумала, что ей, вероятно, придется всю жизнь общаться с такими женщинами, и это будет ужасно противно.
Конечно, не все они были такими язвительными и надменными, как мадам Версон, но Салена чувствовала их лицемерие и неискренность. Кружась вокруг князя — да и любого другого мужчины, включая и ее отца, — эти женщины будто исполняли некие роли, благодаря которым надеялись скрыть отсутствие истинных чувств и желание получить то, что им нужно любой ценой. Но Салена об этом догадывалась.
— Нет… папа, — сказала она вслух. — Я не хочу… чтобы кто-то узнал… о моей свадьбе.
И, помолчав, добавила:
— А она… действительно должна состояться так скоро… Сегодня?
— Какой смысл ждать? — пожал плечами лорд Карденхэм. — Князь уже все устроил, и ни у кого не возникло никаких вопросов.
— Но ты… останешься со мной, папа?
— Боюсь, дорогая, что это невозможно, — ответил отец. — Князь настаивает, чтобы во избежание заражения все покинули виллу.
— Но… папа… как же я останусь… одна?
— Я задержусь, насколько это получится, — ответил отец. — И, разумеется, уеду последним.
— Но разве… не покажется странным, что я не еду с тобой?
— Князь позаботился и об этом. Гостям уже сказано, что твоя подруга из пансионата пригласила тебя к себе на виллу, и я дал согласие.
Салена подумала, что и впрямь неплохо было бы встретиться с подругами, а не оставаться один на один с отвратительным пожилым мужчиной, который будет называться мужем.
— Прости, моя дорогая, — сказал отец. — Прости, что все вышло так неожиданно, но поверь: если бы князь не сделал тебе предложение, я бы не знал, как сделать так, чтобы нам не пришлось ночевать в сточной канаве!
Лорд Карденхэм взглянул на платяной шкаф Салены.
Он был забит новыми платьями, которые мадам Иветт сшила для его дочери.
Платья присылали каждый день, а вместе с ними — кружевные ночные сорочки, нижние юбки, шелковые чулки, туфельки в тон платьев и накидки с меховой оторочкой.
Сначала Салена пыталась возражать, говоря, что ей не нужно так много одежды.
Но отец был с ней не согласен и настаивал, чтобы она с благодарностью принимала подарки и не забывала выражать эту благодарность в словах.
Словно прочитав ее мысли, лорд Карденхэм достал из кармана небольшую коробочку.
— Его высочество просил передать тебе это, — сказал лорд. — Он подумал, что этот скромный подарок понравится тебе и облегчит твои переживания по поводу поспешной женитьбы.
Отец протянул коробочку Салене, и ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы взять ее в руки.
Она догадывалась, что там внутри — «цепь», которая навеки приковывает ее к ненавистному мужчине.
Медленно, дрожащими пальцами Салена открыла коробочку и увидела массивное золотое кольцо с огромным рубином в окружении бриллиантов.
Кольцо явно было старинное, и лорд Карденхэм пояснил:
— Без сомнения, оно из фамильной коллекции, и я уверен, Салена, что князь осыплет тебя драгоценностями, потому что он просто с ума по тебе сходит.
Салена не ответила. Она смотрела на рубин, и ей казалось, что он горит дьявольским пламенем. Она сразу же возненавидела этот камень.
— По существу, князь признался мне, — продолжал лорд Карденхэм, — что он еще никогда не был до такой степени очарован ни одной женщиной.
И, словно говоря сам с собой, лорд добавил:
— Я думаю, князь заплатил бы за тебя любую цену.
Салена взглянула на отца и тихо произнесла:
— Он получит меня, папа, и мне… стыдно, что он и так уже заплатил… слишком много.
— Тебе совершенно нечего стыдиться, — внезапно рассердившись, ответил отец. — Ты прекрасна Салена — прекрасна, юна и невинна! Любой мужчина был бы счастлив овладеть тобой.
Он посмотрел на дочь и тяжело вздохнул:
— Если бы у нас было больше времени!
Салена закрыла коробочку и положила ее на туалетный столик.
— К какому времени я должна быть готова?
— Свадьба состоится только после обеда: князь хочет быть уверен, что все гости покинули виллу. Дамам нужно время, чтобы собраться, а князю предстоит уладить еще кое-какие дела.
— Какие… дела? — с замиранием сердца спросила Салена.
— Ему нужно подготовить яхту, — ответил лорд Карденхэм. — Я сказал ему, что ты мечтаешь увидеть Грецию. В это время года там очень красиво.
На мгновение у Салены загорелись глаза. Греция! Но тут она вспомнила, кто будет рядом с нею, и ее радость померкла.
— Князь сам тебе все расскажет. И, кстати, я полагаю, что до обеда тебе лучше не выходить из комнаты. А потом все разъедутся, и тогда…
— Не уезжай, папа! Скажи, что ты не уедешь до самой последней минуты! Пожалуйста! — взмолилась Салена.
— Ну конечно же, нет, — ответил он. — Но я бы выпил чего-нибудь. Давай-ка устроимся на балконе в соседней комнате. Я знаю, она пустует.
Открыв дверь, он выглянул наружу с таким видом, будто скрывался от кого-то, а потом потянул за собой Салену.
Соседняя комната располагалась над садом, а с балкона открывался великолепный вид на море. Балкон был задернут занавесками, и жара здесь не так ощущалась.
Лорд Карденхэм позвонил в колокольчик и, когда явился слуга, заказал шампанское. Потом он вышел на балкон, и Салена пошла за ним.
— Тебе тоже необходимо немного выпить, — сказал лорд Карденхэм. — Я понимаю, какое огромное потрясение ты испытала, но шампанское поможет тебе смотреть на происходящее не так мрачно.
Салена ничего не ответила.
Она боролась с желанием опять начать умолять отца о спасении, просить, чтобы он разрешил ей уехать одной и спрятаться где-нибудь.
Но разве можно разрушить планы отца из-за своего, как ей представлялось, эгоизма?
Мать частенько говорила Салене:
«Мужчины как дети, Салена, и мы должны за ними присматривать, даже если им кажется, что это они присматривают за нами».
«И ты правда присматриваешь за папой?» — с интересом спросила Салена.
«Разумеется, хотя он этого не замечает, — отвечала мать. — Скажу честно, моя дорогая: если бы не я, у него было бы намного больше проблем».
Салена подумала, что так оно и случилось. Мать умерла, а отец сам не в состоянии следить за собой.
«Я должна его оберегать, — решила она. — Чего бы мне это ни стоило, я должна оберегать его ради мамы».
Салена понимала, что отец себя чувствует неловко, и нежно взяла его за руку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17


А-П

П-Я