https://wodolei.ru/catalog/stalnye_vanny/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я послужу этим моим друзьям по мере своих сил, прежде чем начать служить всему человечеству. Вериасс, если бы Галлен не украл тот ключ, мы вышли бы из ворот и увидели, что вся планета ополчилась против нас. Мы должны им помочь — ты должен им помочь. Смотри, вот и Галлен.
Галлен с Ориком мчались по лесу. Молодой человек был в переливающемся зеленовато-синем одеянии фэйлского торговца, но его наряд загрязнился от жизни в лесу, и волосы растрепались. Он едва переводил дух, когда добежал до машины.
— Орик говорит, что Мэгги похитили, — сказала Эверинн. — Известно вам, кто это сделал?
— Лорд Картенор, глава аберленов, — с трудом выговорил Галлен. — Я произвел в городе разведку и намерен забрать ее назад.
Эверинн подивилась тому, как уверен в себе этот простодушный парень.
— Если Мэгги забрал Картенор, — сказал Вериасс, — то она в руках у большого негодяя. Он мог бы продать ее тебе, предложи ты ему достаточно денег — а мог бы передать тебя своим приспешникам, чтобы выяснить, зачем она тебе нужна. Есть возможность с помощью нужного оборудования освободить Мэгги от вожатого и украсть ее, но дело это очень опасное. В обоих планах есть свой риск, и мне сдается, что ты и в том и в другом случае потерпишь неудачу.
Эверинн колебалась, не зная, как предложить им самый логичный выход. Она облизнула губы кончиком языка.
— Галлен, Орик — не согласитесь ли вы оставить Мэгги здесь и последовать за мной через Лабиринт Миров?
— Что? — воскликнул Галлен, не веря своим ушам.
Эверинн постаралась изложить свои доводы как можно короче:
— Я хочу попытаться свергнуть власть дрононов. Если мне это удастся, мы освободим Мэгги. Если я потерплю поражение, Мэгги станет ценным членом дрононского общества и будет жить в полном довольстве. Я снова спрашиваю вас: согласны вы идти со мной?
Галлен и Орик переглянулись.
— Нет, — сказал Галлен. — Мы не можем так поступить. Мы останемся здесь и попробуем освободить ее.
Эверинн кивнула.
— Понимаю, — печально сказала она. — И вы, и я должны следовать своему долгу, хоть наши пути и расходятся. — Эверинн обратилась к Вериассу: — Есть ли у тебя здесь союзники, которые могли бы ему помочь?
— Те малочисленные сторонники, которые у меня здесь были, ныне все мертвы. Галлену придется полагаться только на себя. И первое, что ему следует сделать, — это узнать как можно больше о нашем мире.
— Я уже побывал в пидке, — сказал Галлен.
Эверинн посмотрела ему в глаза и поняла, что он говорит правду. Взгляд стал тяжелым, как у того, кто знает слишком много.
— Пидк может научить многому, но дрононы все-таки контролируют его, — заметил Вериасс. — Многое из того, что касается нашей техники, остается засекреченным. Галлен, если ты хочешь освободить Мэгги, ты должен сделать это без ее ведома. Вожатый смотрит ее глазами, слушает ее ушами, притом он связан с другими вожатыми. Это твой злейший враг, и пока он управляет Мэгги, она сама окажет тебе сопротивление при попытке ее освободить. Первым делом ее нужно будет избавить от вожатого, а для этого тебе понадобится помощь мастера. Кроме того, аберленов тщательно охраняют. В коридорах их сектора установлены микрокамеры, во всех окнах — детекторы движения. Вряд ли тебе удастся проникнуть туда незамеченным. Сектор, возможно, патрулируют сами дрононы, а они очень опасны. Тебе потребуется оружие, и надо будет разработать план отхода. Галлен, не спеши с освобождением. Обдумай как следует план своих действий и разведай обстановку. — Вериасс снова посмотрел на хронометр. — Эверинн, дитя мое, нам в самом деле пора, иначе завоеватели перекроют нам дорогу.
Эверинн скрипнула зубами. Вериасс поставил перед Галленом невыполнимую задачу — с ней мог бы справиться только сам Вериасс.
— Удачи тебе, — сказала она Галлену, испытывая стыд за то, что бросает его в беде.
— В какой мир вы уходите? — спросил он. — Быть может, мы последуем за вами туда?
Эверинн не знала, следует ли говорить ему правду. Разумнее было бы не говорить, чтобы не подвергать себя опасности, но она понимала, каким одиноким и брошенным должен чувствовать себя Галлен. Она тарринка, и ту уверенность, которую Галлен испытывает в ее присутствии, больше никто не в силах ему дать. Притом мир, в который она уходит, не захвачен врагом.
— Это планета Сианнес, — сказала она. — Ворота находятся милях в трехстах к северу отсюда, в четверти мили от правой стороны дороги. Когда ты поднимешь ключ вверх, он должен загореться золотым светом — значит, ты на верном пути.
Галлен с тоской смотрел на нее, и Эверинн не могла больше этого выносить.
— Береги себя, — сказала она, нажала на стартер и умчалась прочь.
9
Галлен смотрел, как Эверинн и Вериасс исчезают за деревьями в своем магникаре. Орик заворчал и в досаде поскреб лапой землю:
— Ну, что теперь? Есть у тебя план, как спасти Мэгги?
Галлен призадумался. Ресурсы его невелики: пара ножей да ключ от Лабиринта Миров. Всего несколько дней назад он говорил Эверинн, что мерилом мужчины служит то, чем он себя считает, но теперь он в этом сомневался.
— Ты же слышал, что сказал Вериасс, — ответил он. — Если мы попытаемся похитить Мэгги, ее вожатый предупредит Картенора. Единственный выход — захватить врасплох и ее, и вожатого.
— Да разве вожатого можно перехитрить?
— Сомневаюсь. Он, пожалуй, будет поумнее нас с тобой. Но, может, я придумаю, как выманить Мэгги из города, будто бы по приказу Картенора — тогда другие вожатые ее не услышат.
— Хорош твой план, нечего сказать! Никакой это не план, вот что.
Орик был прав, по крайней мере в этот момент.
— Тогда надо узнать, как обезвредить вожатого, — сказал Галлен. — Я поищу мастера, который в них разбирается.
— Ага, зайдешь, значит, в лавку и спросишь: «А как бы мне сломать эту штуку?» И думаешь, тебе ответят?
— Нет. — Галлен знал, что способ есть, надо только немного подумать. Если бы ты был самым смышленым телохранителем на свете, Галлен О'Дэй, что бы ты сделал? Галлен подождал немного, и знакомый трепет пронизал его тело. Он уже знал ответ. — Я поговорю с бывшим служащим компании по производству вожатых. С мертвым служащим, если точнее.
— Что? — вскричал Орик.
— Когда мы только что пришли в город и я отправился побродить, я видел у одного торговца прибор, позволяющий говорить с мертвецами, если они как следует набальзамированы и не слишком разложились.
— А если ты не сможешь найти такого мертвого мастера? Тогда что?
— Тогда зарежу живого — вот и будет мертвый мастер! — Галлена просто бесило недоверчивое отношение Орика.
— Здорово! — проворчал медведь. — Просто здорово. Уж и спросить нельзя.
Было раннее утро. Птички-поцелуйки щебетали, прыгая с ветки на ветку, трепеща зелеными крылышками.
— Пойду прямо сейчас и разузнаю, — решил Галлен.
— А я? Опять бросишь меня здесь одного?
— Не могу я взять тебя с собой. Орик, нам понадобятся еда, крыша над головой, одежда, оружие. Твоя задача — раздобыть все это и устроить здесь настоящий лагерь. Может, мы надолго тут застрянем.
— Ладно.
Галлен расслабил плечи. Мускулы у него ныли от напряжения, и ему вдруг захотелось домой на Тирглас — шагать бы теперь за купеческой повозкой, охраняя ее. Легче было бы каждый день встречаться в одиночку с десятком разбойников. Эх, доброе старое время…
Он отправился в торговый квартал Тукансея и продал шиллинги, бывшие у него в кошельке, и бусы с шеи торговцу экзотическими товарами.
Потом отправился к продавцу «покойницких колпаков» и начал клянчить, ибо на покупку денег не хватало. Колпаки предназначались для желающих ознакомиться «с последними драгоценными мыслями дорогих усопших». Галлен устроил целое представление, плача и горюя о своей умершей сестре, и уговорил-таки торговца дать ему колпак напрокат.
— Но пойми, — напутствовал его торговец, — что сестра твоя умерла. Она узнает тебя и поговорит с тобой через колпак, но никаких новых воспоминаний у нее уже не возникнет. Если ты придешь к ней опять, она не вспомнит о твоем первом посещении, хоть бы ты вернулся через пять минут.
Галлен кивал, но торговец все не отпускал его, и Галлен наконец не выдержал:
— Ну, говори прямо, что хочешь сказать!
— Да ничего особенного — умершие всегда удивляются и радуются, когда к ним приходят, а потом начинают рассказывать то, о чем помнят. Ну… повторяются, словом.
— То есть общаться с ними скучновато, — уточнил Галлен.
— В большинстве случаев да, — неохотно сознался торговец.
Расставшись с ним, Галлен пошел в пидк и по общедоступным каналам получил справку о том, что вожатые в Тукансее производятся под руководством лорда Паллатина. Галлен запросил список работников этого лорда за последние десять лет. Потом занялся проверкой их биографических данных и узнал, что некий Бревин Макалри отдал концы не далее как три месяца назад и ныне почивает в подземных гробницах, где хранится на холоде, чтобы вдова могла порой с ним беседовать.
И вот Галлен отправился по запутанным подземным коридорам на встречу с беднягой Бревином. Гробница была темным, мрачным местом, где почти не встречались посетители. Длинные ряды умерших покоились в стеклянных гробах, которые выдвигались наружу. Температура здесь стояла, как в морозильнике, — скорбящие родные не задерживались надолго отчасти и поэтому. Тела хранились в подземелье год перед окончательным погребением. И все же Галлен удивился, увидев здесь сотни покойников и встретив только пять живых душ. Он нашел Бревина Макалри, лежавшего на положенном ему по алфавиту месте, и выдвинул его гроб.
На запотевшей стеклянной крышке выросли морозные узоры, напоминающие листья папоротника. Галлен открыл гроб. Господин Макалри выглядел не слишком хорошо. Лицо у него побагровело и опухло, а наготу прикрывали одни только белые трусы. У покойника были темные волосы, жидкая бороденка и кривые ноги с торчащими суставами. Галлену подумалось, что этот и при жизни-то явно не был красавцем.
Галлен надел на промерзшую голову колпак, сделанный из какой-то металлизированной ткани; электромагнитные волны, излучаемые колпаком, стимулировали мозговые клетки умершего. Когда покойник хотел что-то сказать, колпак регистрировал мозговые волны и переводил мысли в слова, которые и произносились монотонным голосом из маленького динамика.
Галлен включил аппарат, выждал несколько мгновений и спросил:
— Бревин, Бревин, ты меня слышишь?
— Слышу, — произнес динамик, — но не вижу. Ты кто?
— Меня зовут Галлен О'Дэй, и я пришел попросить у тебя помощи в одном мелком деле. Моя сестра носит вожатого и не может его снять. Не подскажешь ли, как избавиться от этой пакости?
— Так она носит вожатого? — повторил Бревин. Мимо Галлена по проходу шел человек.
— Ну да, — прошептал Галлен, нагнувшись пониже. — Нельзя ли его как-то снять?
— Это рабский вожатый?
— Ясно, что рабский, — прошипел Галлен. — Иначе мы бы его запросто сняли.
— Если она рабыня, я не должен ей помогать. У меня могут быть неприятности.
— Какие еще неприятности? Ты ведь умер!
— Умер? Как я умер?
— Упал с лошади, полагаю. А может, подавился цыплячьей костью.
— Нет-нет. Я ничем не могу тебе помочь. Меня накажут.
— Никто не узнает, что это ты мне сказал.
— Уходи, не то я вызову охрану, — завопил Бревин.
— Как ты собираешься ее вызвать? Говорю же тебе — ты умер. — Бревин замолчал, и Галлен поторопил его: — Ну, отвечай, проклятый мертвяк! Как мне снять вожатого?
Бревин упорно молчал, и Галлен завертел головой, ища, что бы такое предложить ему взамен.
— Ты умер, понимаешь ты это, Бревин? Тебе не о чем больше беспокоиться, нечего бояться. Может, тебе хочется чего-то и я могу тебе это дать? Скажи!
— Мне холодно. Уйди, — ответил Бревин.
— Ладно, я уйду. Только сначала скажи, как снять вожатого с человека, не включив при этом тревоги.
Бревин не отвечал, и Галлен решил его принудить:
— Ну ладно. Мне очень не хочется поступать с тобой так, но придется.
Галлен взял мертвеца за розовый палец и стал выгибать этот палец назад под жутким углом — еще немного, и сломается.
— Ну, как тебе это?
— Что? — спросил Бревин.
Любая пытка была бесполезна. Мертвец ничего не чувствовал. Галлен почесал голову и решил попробовать другую тактику:
— Хорошо, ты сам меня толкаешь на это. Я не хотел тебе говорить, но тебе так чертовски холодно потому, что в гробу ты лежишь голый. Известно это тебе?
— Голый? — испугался Бревин.
— Ага, — заверил Галлен. — В чем мать родила. Я тут как раз гляжу на твой член, и должен тебе сказать — не слишком приятное это зрелище. Ты, видать, никогда не был особо одарен в этом смысле, но сейчас он у тебя съежился до размера булавочной головки. Известно это тебе?
Бревин испустил тихий стон, а Галлен продолжил:
— А знаешь, что я сейчас сделаю? Я вытащу твою голую тушу наверх и оставлю в коридоре — пусть все, кто проходит мимо, увидят, какой у тебя жалкий член. Это покроет позором всю твою семью, точно тебе говорю. Весь Тукансей увидит твой усохший стручок, и при встрече с твоей женой все будут посмеиваться и думать: «Как это она прожила столько лет с таким маломощным?» Ну, что ты скажешь на это, мой друг?
— Нет, — сказал Бревин. — Пожалуйста, не делай этого!
— Ты знаешь, что от тебя требуется. Несколько слов и ничего более. Скажи мне эти слова, и я надену на тебя штаны, и твое достоинство останется при тебе. Ну так как? Услуга за услугу.
Бревин немного поразмыслил:
— Для этой цели существует универсальный съемник. Это стержень, который ты наводишь на раба и нажимаешь при этом синюю кнопку. У лорда Паллатина в секретном хранилище заперто три таких.
— Расскажи мне об этом хранилище. Как туда попасть?
— Никак. У лорда Паллатина есть электронный ключ, но хранилище оборудовано персональным интеллектом, который отпирает дверь лишь самому лорду и больше никому.
— Ну, значит, до твоих съемников мне не добраться. Я хочу одного: освободить свою сестру побыстрее и попроще и чтобы меня при этом не поймали. Ты, конечно, знаешь, как это сделать.
У Бревина напряглись брюшные мускулы, и Галлен испугался, что мертвец сейчас сядет в гробу — даром, что твердый, как деревяшка.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42


А-П

П-Я