https://wodolei.ru/brands/Villeroy-Boch/loop-friends/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

В наушниках он слышал упреки в медлительности, но они резко оборвались, когда шлюпка внезапно подпрыгнула. Уровень гравитации почти мгновенно увеличился втрое.Внизу все уменьшалось. За семнадцать секунд шлюпка достигла высоты три километра – высшей точки параболической траектории – и начала снижаться.Разработчики прыгающей шлюпки были люди умные, но совершенно не сведущие в военном деле. За редким исключением подниматься над полем боя на эту смехотворную высоту подобно самоубийству. За еще более редким исключением личному составу не нравятся такая высота и такая скорость, особенно если учесть, что приходится стоять прикованными к внешней стороне вышеупомянутого средства транспортировки ("передвижение" – слишком мягкое слово). Эта штука была совершенно неприменима в бою, и зачастую десантники просто отказывались в нее залезать. Иногда ее использовали во время спасательных операций в узких глубоких ущельях, но существовал большой риск напороться на какой-нибудь выступ. Поэтому шлюпкой в основном мучили разведчиков на тренировках. И как только эта идиотская штуковина заняла первое место на конкурсе моделей? Какой болван эту дуру спроектировал? Какие садисты в начальстве утвердили этот дебильный проект? Такими вопросами задавался каждый пассажир во время полета.Шлюпка снижалась. Те, кто прыгает на молекулярном шнуре с высотных зданий, полагают, что вот он настоящий адреналин. Если б они знали…Скоро посадка. Хотя десантники не в первый раз совершали подобные путешествия, слышался скрежет зубов. Только Кинжал и Тирдал хранили спокойствие. У Кинжала вообще был пунктик на таких вещах, он даже отказывался пристегиваться, а Тирдалу просто неведомо человеческое чувство страха высоты, типа "мама-щас-мы-все-умрем".Шлюпка ударилась о грунт, кишки стукнулись о пятки, а мозги чуть не выскочили из черепа. Кровь отлила от лиц. Оставался еще один прыжок.Запас еды нужно было брать на тренировку – для веса. Ничего, что придется таскать с собой на тренировки одну и ту же упаковку раз десять. Таковы правила.– Что-то у меня аппетит пропал, – пробормотал слегка позеленевший Тор.– Давайте немного посидим, – часто и глубоко дыша, сказала Куколка.Они уселись на тесаные скамейки под деревянным же козырьком. Туристы сочли бы подобные сиденья обворожительно-деревенскими. Для солдат это был просто знак наплевательского отношения начальства. В самом деле, зачем тратиться на обеспечение солдат, если в конференц-залах важно установить столы из дорогого шамоганского дерева?Остальные десантники подходили слегка пошатываясь, сбрасывали рюкзаки и садились рядом. Оружие, соскальзывая, падало, и разведчики отодвигали стволы друг от друга. Случайный выстрел с близкого расстояния, даже учебным патроном, испаряющимся от прикосновения к спецкостюму, мог легко оказаться смертельным.Наконец все уселись. Благовест включил виртуального инструктора – перед ними появилась голограмма.– Тирдал.– Да, сэр.Не только сенсат, но и все остальные знали, что сейчас скажет командир.– Ты ловок, как пастух тупых яков.В голосе капитана не было недоброжелательности, но слышалось явное раздражение.– Простите, сэр, – ответил Тирдал.Ему нечего было возразить. К тому же он был удивлен неожиданной образностью человеческой речи.– Кинжал. – Капитан повернулся к снайперу.– Умгум, – ответил тот, набивая рот едой из личного запаса.– "Умгум, сэр", если не возражаешь. – Не дожидаясь ответа, он сказал: – "Мочить козлов!" не очень полезное распоряжение, ты не находишь?– Вот черт! Простите, сэр. Но я хорошо стрелял, к тому же и так было ясно, что мы все равно проиграем.– "Все равно проиграем"… – Благовест помолчал секунду и произнес: – Что ж, если таким образом относиться к делу, то, пожалуй, так оно и случится. Посмотрите сюда. – С этими словами он указал на голограмму: все мигом повернули головы в ее сторону. – Если бы ты уделял внимание чему-нибудь еще, кроме своей стрельбы, то запретил бы Куколке стрелять отсюда и послал бы ее вот сюда. – Благовест снова указал на голограмму; по ней прошла рябь в том месте, где капитан коснулся изображения. – И тогда все вы были бы прикрыты. Как думаешь, вы лучше справились бы при таком раскладе?– Да, сэр, – ответил пристыженный снайпер.– Меткий глаз – это хорошо. Но хоть иногда обращай внимание на команду. Горилла!– Да.Техник знал, что получит выговор за недостаточную мобильность.– Хочешь быть сидячей мишенью – можно устроить это на следующей тренировке. С боевыми патронами.– Понял, сэр.– Но с этими тварями ты здорово придумал, – сказал командир, ухмыляясь. – Можешь делать это на ходу?– Могу. И буду.– Куколка…Они ели, разбирали свои ошибки, глядя на голографическое изображение, зло подшучивали над Тирдалом, которому доставалось не только за просчеты, но и за то, что он был новичком. Однако он тоже быстро двигался и прикрывал товарищей. Хотя оставалось еще многое, над чем стоило поработать. Например, над походкой.– Ну и наконец, – сказал Благовест, и все сосредоточились, – инциденты с послинами участились на шестьдесят процентов. На выходных три «царька» с подчиненными ворвались в Берген. Слышали, наверное.Они слышали. Это было похоже на спланированную акцию. «Царьки» вошли в город одновременно, ведя за собой почти две сотни подчиненных, вооруженных камнями, палками, найденными дробовиками и бутылками с зажигательной смесью. Городскому ополчению понадобилось полдня, чтобы всех найти и уничтожить. Потери, как всегда, «незначительные». Шесть убитых, сорок раненых, наверняка уже умерших в больницах, несколько разрушенных зданий.– Так вот, – продолжал командир, – генерал-губернатор Санди насторожен, и нас, очевидно, пошлют на зачистку. Поэтому, как вернемся с задания, отправимся на охоту. – Благовест окинул всех взглядом и добавил: – Вам понравится.Хорошего в зачистке было мало. Можно опять послать к черту график подготовки к проверке и вместо тренировок идти стрелять этих поганых зверюг.– Ну вот, теперь мы знаем, что сделали не так. Я специально не стал вас поправлять по ходу тренировки, чтобы посмотреть, как все обернется. Неплохо бы еще попрактиковаться, но времени у нас нет. Надо, по возможности, избежать столкновения на предстоящем задании. Сегодня еще позанимаемся техникой маскировки. Тирдал, поучись у Хорька ходить тихо. Затем отправимся на базу и станем собираться в дорогу.Тирдал кивнул, остальные пробормотали что-то невнятное, и поздний завтрак был завершен. Десантники еще огрызались на дархела. Так оно и будет продолжаться некоторое время, а потом прекратится, если он научится действовать настолько же аккуратно, насколько силен и решителен. ГЛАВА 4 Внутри корабля-невидимки было очень тесно. Ни одного приспособления для пассажиров, словно это грузовой корабль с одним местом, рассчитанным на курьера. Фактически так оно и было: к десантникам относились как к грузу.По потолку тянулись трубы, в переборки были встроены шкафчики, и внутреннее оборудование корабля занимало почти все свободное место. Пахло сваркой – недавно здесь велся плановый ремонт. Еще пахло озоном и чем-то заплесневелым – системы очистки воздуха не справлялись с этим запахом. Все вокруг было белым, но сильно полинявшим от изношенности и постоянного ремонта. Единственным цветным пятном был ослепительно красный замок люка шлюзовой камеры. Другой люк вел в кабину экипажа. В помещении было не протолкнуться: разведчики стояли почти вплотную друг к другу. Горилла сидел, сложившись пополам, и тихо ругался.– Когда они построят что-нибудь, в чем можно сидеть прямо?Хотя он уже привык. Всю свою жизнь провел согнувшись, а здесь просто еще раз остро почувствовал досаду на свой великанский рост.В полу под ногами зиял открытый люк. Из него бил луч яркого света прожекторов большого боевого крейсера, к которому они пришвартовались.Гравитационные поля кораблей были сориентированы в противоположных направлениях, и в зоне шлюза создавалась нулевая гравитация. Это делало перемещение из корабля в корабль весьма забавным занятием. Разведчики, шагнув в шлюз, застывали в воздухе. После некоторых усилий им удавалось продвинуться вверх до конца шлюза, болтаясь из стороны в сторону, и тут начинались проблемы. Проползать внутрь корабля-невидимки было очень неудобно, когда верхняя часть уже приобрела нормальный вес, а нижняя парит в воздухе.Как пояснил второй пилот, младший лейтенант, их пришвартовали к крейсеру ради экономии времени и обеспечения безопасности.– Частенько на этом маршруте стали пропадать корабли. Наверное, где-то орудуют пираты или экстремисты. А мы с нашими орудиями бессильны против пиратов. «Живинович» сопровождает торговый караван, и пока нам по пути. Мы отделимся от него на минимальном расстоянии от цели. Это сэкономит дней шесть.– Звучит неплохо, лейтенант, – ответил Благовест. – Чем быстрее доберемся, тем лучше.– Я тоже так думаю, – сказал офицер, кивая. – Наконец-то начальство сделало хоть что-то мало-мальски полезное. Хотите каюты на "Живе"?– Нет, спасибо, сынок, – отказался Благовест с гримасой отвращения на лице. – Мы тренируемся выживать в экстремальных условиях; лучше впасть в спячку здесь и сохранить форму к началу операции, чем заплыть жиром на чертовом корабле.– Я подозревал, что вы откажетесь, – сказал лейтенант.Идиоты командос. Вечно ищут приключений на свою задницу. Станут есть коренья, взмокнут, вымотаются на задании, как сволочи, и все равно будут чувствовать себя счастливыми.– Но меня просили настоять на приглашении.– Очень мило с их стороны. Мы с удовольствием его примем, но на обратном пути. Не сейчас. Нам не привыкать к грязи и холоду, и не стоит расслабляться, – объяснил командир, словно прочитав мысли пилота.– А что «Жив» делает на этом маршруте? – спросил Хорек, который наконец умудрился обойти Гориллу, добрался до одного из ящиков и теперь, скинув рюкзак, запихивал его внутрь. – Я думал, что «Жив» – флагманский корабль Второго Флота.– Так оно и есть. Но его отправили на ремонт – проблемы с топливным баком, – сказал лейтенант, которого Хорек до тех пор не замечал.– Отлично. Надеюсь, они починили корабль, а то полет может оказаться весьма зажигательным.Лейтенант, то ли улыбнувшись, то ли поморщившись, произнес:– Пора начинать. Переходите в отсек для анабиоза.Шутка Хорька была стара как мир, но второй пилот вряд ли понимал ее значение.Настройка силовых полей, удерживающих топливо, хоть и проста, но требует особого сосредоточения. Когда выброс водорода происходит во внутреннее пространство корабля, то системы очистки воздуха справляются с проблемой и отравления не происходит.Но при достаточно сильном разрыве поля водород быстро заполнит весь корабль, и никто не успеет ничего предпринять. Только корабли-разведчики засекут яркую вспышку в секторе.В шлюз вошел Тирдал, и Благовест пожал ему руку. Это был знак, что дархел «свой». Надо же – дархел здоровается за руку с командиром. Наверное, какой-нибудь консультант. Слух об этом наверняка распространится по всему кораблю со скоростью света. Тирдал, сложив свою амуницию, стал наблюдать, как остальные спускаются, располагаясь на нижней палубе.Палуба, на которой разместятся разведчики, еще меньше, чем верхняя. Фактически она представляла собой коридор, где даже двоим трудно разойтись. Спускаться приходилось по одному. В стенах коридора были устроены ниши, по пять с каждой стороны, а в нишах находились кушетки. Лежать приходилось слегка согнувшись – во время анабиотического сна корпус должен быть немного приподнят. Горилла спустился последним. Он знал, что пройти по коридору сможет лишь боком и пригибаясь, поэтому занял ближайшее к люку место. Техник лег, не снимая костюма с запасом воды, боевым ножом, пульсаром в кобуре и другими личными принадлежностями. Это было нормально – Горилла носил его под верхней одеждой, снимая только в душе, и частенько даже спал в костюме.Техник терпеть не мог замкнутых пространств, и все это знали.– Тепло и уютно, Горилла? – спросил Тор. – Нужен плюшевый мишка?Когда были закреплены ограждения, камера анабиоза стала действительно похожа на колыбель.С обеих сторон кушетки поднялись защитные экраны и, как створки ракушки, стали смыкаться над разведчиками, оставляя открытыми только головы.Горилла ненавидел эту процедуру – настоящий кошмар для клаустрофоба. Тор все время подшучивал над ним. Защитные экраны замкнулись вокруг шеи.– Капитан, поправь Горилле воротничок!Горилла огрызнулся:– На обратном пути надо не забыть сунуть тебе в ранец вместе с булыжником пару местных змеек.Тор прикусил язык. Он ненавидел змей.Опустились кислородные маски, автоматически подстроившись под индивидуальные особенности лиц разведчиков. Каждому в шею был вколот гиберзин – специальное вещество для погружения в сон. Лица сразу бледнели, глаза закрывались. Медсестра нажала какие-то кнопки, прозрачные защитные экраны опустились на лица, и вся команда оказалась погребенной в серых пластиковых саркофагах. До самого пробуждения процессы в их организмах максимально замедлились.Тирдал наблюдал за происходящим, стоя чуть в стороне. Медик повернулся и спросил его:– А вы собираетесь занять место?Дернув ухом, Тирдал ответил:– Нет. Анабиоз плохо влияет на дархелов. Неприятные побочные эффекты.– Странно. Мне казалось, вы изобрели гибернацию для своих целей и только потом адаптировали ее для людей.– Нет, – сказал Тирдал, укоризненно взглянув на медика. – Она была изобретена чиптами для людей по просьбе дархелов около четырех тысяч ваших лет назад.Он повернулся, легко прыгнул в люк и направился к дредноуту.Едва он скрылся, пилот посмотрел на медсестру:– Я думал, мы контактируем с дархелами только тысячу лет.– Я тоже.Они обменялись настороженными и недоумевающими взглядами. ГЛАВА 5 Когда стал подниматься защитный экран, Тор открыл глаза и увидел дархела. Потом сел и потянулся. Это было сделано скорее по привычке, нежели по физиологической потребности.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40


А-П

П-Я