https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya_dusha/Elghansa/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он уже на пределе. Снова пауза в разговоре.– Можно попробовать. Все равно оборудование предназначено для людей и мне ни к чему. Надо было тебе захватить амуницию Шивы, прежде чем покидать лагерь.Тирдал внезапно почувствовал боль Хорька, как свою собственную. Эти душевные и физические страдания разведчика на какое-то мгновение совместились, и Тирдал понял, что Хорек не лжет.– Я тебе верю. Я тебя чувствую и могу встретиться с тобой. Но я хотел бы, чтобы ты разоружился. И еще…– Разоружился? – услышал сенсат испуганный ответ. – Ни за что!– Тебе не надо избавляться от оружия. Просто не держи его в руках, когда я появлюсь. После того как я тебе помогу, мы сможем обсудить положение дел.– А ты? Разоружишься?Тирдал предугадал этот вопрос и ответил незамедлительно:– У меня нужные тебе медикаменты и артефакт стоимостью в миллиард кредитов. Так что моя позиция выгоднее твоей. И, встречаясь с тобой, я рискую больше, чем ты.– Понятно. Я знал, что ты так ответишь.– Тогда скажи мне, где ты сейчас. Может, тебе придется переместиться в более безопасное место.– Да, Тирдал, – был ответ.И снова сенсат почувствовал честность разведчика. Он почти как Благовест. Открыть свое местоположение очень страшно. Этот страх Тирдал тоже ощутил.– Я на опушке леса, южнее тебя. Расстояние приблизительно один километр четыреста метров.Тирдал действительно не мог возвратиться, чтобы не подвергнуть себя серьезной опасности. Там, где он сейчас, есть хоть какое-то прикрытие. Если удастся подлечить раненого разведчика, то у них двоих появится тактическое преимущество. Однако Хорек станет задавать вопросы и придется на них отвечать. Убедительного вранья что-то не придумать и правду говорить нельзя.Лечение Хорька займет время, а Кинжал явно не будет стоять на месте. Вообще-то, закон жизни предельно прост: раненому и слабому надо дать спокойно умереть, чтобы не портить кровь. Сейчас не время этот закон оспаривать.Вместе с тем люди отвергают такое простое правило и не примут его даже как канон жизни другой расы.– Ты в очень плохом месте, Хорек. Слишком опасно. Можешь еще двигаться?– Могу, – ответил разведчик неуверенно, – но не вечно же.– Вечный путь и не нужен. Если дотянешь до темноты, я смогу тебе помочь. Нам всем троим нужен отдых, и Кинжал вряд ли попытается настигнуть нас ночью. А мы, если договоримся, сможем переломить ход ситуации в свою пользу.В действительности самому Тирдалу отдых был не так уж необходим. Просто он достиг той степени усталости, которая вызывает некоторую дезориентацию. И как еще люди держатся? Загадочные создания. В них есть нечто такое… что стоит изучать и дальше. То они мягче масла, то тверже шаммагонового дерева… А пока пусть думают, что дархелу тоже необходим отдых. Может, на пути Хорек допустит какую-то ошибку и Кинжал выстрелом обнаружит себя. Может, получится использовать Хорька как наживку, поставив между собой и снайпером. Эта затянувшаяся игра должна быть окончена.Разведчик с разочарованием и смирением в голосе сказал:– Попробую дотянуть.– Тогда будем держать друг друга в курсе, – ответил сенсат.– Хорошо.
Кинжал радовался тому, что услышал от Хорька. Тот уже подошел к "последней черте" и скоро перестанет быть угрозой. Снайпера удивлял сам факт, что разведчик протянул так долго. Пора заканчивать с этой нервотрепкой. Кинжал специально выдал свое местоположение в надежде, что Хорек попробует подкрасться к нему незамеченным. Не получится: снайперская винтовка обладает убойной силой на расстоянии семи километров. У Хорька лучшая возможность для обзора, но луч энергетической винтовки рассеется в атмосфере из-за процесса распада фотонов. И еще, вся опушка просматривается через прицел. Если разведчик шевельнется, он будет тут же убит.Кинжал нашел отличное место для стрельбы. Двигался он пригнувшись, поскольку забота о безопасности была почти инстинктивной. Уже с такой высоты открывался панорамный обзор раскинувшейся перед ним равнины, освещенной полуденным солнцем. По желтым и бледно-зеленым травам, как по волнам, бежала рябь от ветра. Здесь и там, словно заплатки, виднелись голубые и охристо-коричневые пятна другой растительности. А маленькие темные точки, движущиеся в разных направлениях, – это, конечно, травоядные насекомые. Ветер дул снайперу прямо в лицо. Он совсем не мешал, наоборот, дарил приятную прохладу.Кинжал не любовался пейзажем. Он искал цель. Он всегда называет своих врагов «целями». Стрелок вспомнил, как однажды читал лекцию группе слушателей. Их руководительница была милашкой, но никак не реагировала на Кинжала. Оставив надежду соблазнить ее, он решил просто поиздеваться. Один из слушателей задал вопрос: "А как правильно целиться?" Кинжал, краем глаза косясь на старшую, ответил, что нет ничего проще: мол, целишься прямо в лоб, нажимаешь курок и вышибаешь мозги. Надо было видеть ее лицо.И Тирдал скоро ощутит, каково это – умирать. Как только Кинжал его найдет.Снайпер включил сенсоры и принялся за работу, сидя на траве и скрестив ноги. Он пристально следил за фауной, потому что на средней дистанции паслись два супержука. Если они нападут, снайперу несдобровать, а если испугаются – для Хорька это будет знак. Тирдал, возможно, ничего не заметит, а ежели и заметит, ничего не предпримет.Артефакт был где-то в той стороне. Кинжал искоса глянул вниз, затем поднял винтовку и посмотрел через прицел. Песчаный берег реки. Тирдал прячется за ним. Движение. Много движения. Разные животные пробираются сквозь траву. Тирдал там, где именно – снайпер сказать не может. Рано или поздно этот кретин покажется. Кинжал опустил винтовку и достал из нагрудного кармана несколько кабелей. Одним он подключил к визору устройство слежения, другим – прицел, чтобы всегда видеть внутри шлема увеличенную картинку в любой части спектра. Конечно, чтобы стрелять, Кинжал воспользуется непосредственно прицелом, а пока и так сойдет.Остается только ждать. Было не жарко, просто тепло, но от нагрузки и солнечного света стрелок сильно потел. Слава богу, он еще может потеть. Если потоотделение прекращается, это означает полное обезвоживание и скорую смерть ввиду отсутствия помощи.
Краем глаза Хорек заметил движение в небе и поднял голову.– Черт, Тирдал, на тебя движется стая гигантских летучих мышей.Секунду помедлив, сенсат ответил:– Вижу. Но они еще не у меня над головой.– Скоро будут. Вспомни, что было, когда мы только внедрялись? Что капитан про них говорил?Шесть огромных тварей, отбрасывая тени на траву, кружили над степью. Они явно приметили добычу. Хорек поймал себя на мысли, что по-настоящему беспокоится о Тирдале, и не потому, что он профессиональный медик.– Я тоже пропустил этот разговор, Хорек. По-моему, он был между капитаном и Гориллой. Во всяком случае я не знаю, что делать.– Они хоть и плотоядные, но это не единственная опасность. Если Кинжал поймет, что летучие мыши кружат над тобой, тебе крышка.– Знаю, – был спокойный ответ, – но ничего предпринять не могу. Твои предложения?– Подстрели кого-нибудь. – Для Хорька ответ был очевиден. – Если у них будет свежее мясо, они от тебя отстанут.– Конечно, если бы в радиусе действия моей винтовки было какое-нибудь крупное насекомое… – После некоторой заминки сенсат продолжил: – И если бы я был уверен в том, что выдержу очередной психический удар от убийства разумного существа…Хорек все понял. Ну конечно. Большинство сенсатов – дархелы. И все они такие же, как Тирдал. Если эмоции живых существ открыты для него, то понятно, отчего он избегает больших скоплений народа. Неудивительно, что ему трудно убивать. Даже думать о том, что вот-вот придется убить. Хорек вспомнил, как и ему часто становилось не по себе в подобных ситуациях. Все же убивать – неправильно и совсем не приятно, что бы там ни говорил этот Кинжал.– Извини, Тирдал. Я не знал.– Ты и не должен был. И никто из людей не должен был знать. Но теперь я в крайне затруднительном положении и не могу это скрыть. Если бы ты сумел подобраться поближе и убить одну из этих тварей, я был бы тебе очень признателен. Тем более что другого выхода, похоже, нет.– Тирдал, как только один из нас выстрелит, Кинжал засечет место, с которого этот выстрел был произведен. И выстрелит уже сам. Поэтому мы должны выпускать заряды только в него и только наверняка.Тем временем «птерозавры» приготовились к броску.– Снижаются, – проговорил Тирдал, и вслед за этим Хорек услышал голос снайпера:– Эй, Тирдал, похоже, эти птички решили, что ты, а не ящерицы по вкусу напоминают цыпленка.– Ты о чем, Кинжал? – осведомился сенсат с деланым удивлением в голосе.Это не сработало. Кинжала так просто не провести.– Они кружат над тобой, дружище.– А, эти. Вижу, Кинжал. Они чуть вдалеке. Может, там Хорек? В последний раз, когда я с ним разговаривал, он был почти при смерти. Почему бы тебе не пойти и не проверить?Хорек едва сдержал смешок. "Да, Кинжал, пойди и проверь, а я сровняю тебе лицо с задницей".– Ты гонишь, Тирдал.– Да? Вызови-ка его. Мне он не отвечает, и я его больше не чувствую. На самом деле он давно уже ослабел, судя по его сигналу.– Ладно. Но я не так туп, как ты думаешь, эльф. До скорой встречи.– Ты мне четвертый день обещаешь скорую встречу. Может, тебе в политики податься?– Пока, эльф.Канал закрылся.– Вот так, Хорек.– Да уж.Тут в шлемофоне разведчика раздался голос Кинжала. Хорек сделал канал открытым для сенсата.– Хорек? Ты где?Разведчик молчал.– Скоро я пристрелю дархела. Ты знаешь, я это сделаю. А вот тебя не стану убивать. Оставлю здесь. Не думаю, что ты продержишься шесть недель, за которые я доберусь до базы, а потом еще шесть недель, за которые сюда доберутся люди. Если, конечно, кто-нибудь решит проверить полученные данные и мои показания. Так что тебе остается либо застрелиться, либо пробираться к базе «клякс», надеясь на аккуратный и точный выстрел.Как хотелось назвать Кинжала психом! Козлом, куском дерьма или еще чем-нибудь. Но нужно было хранить абсолютное молчание. Хорек плотно сжал губы.– Хорошо, Хорек. Если ты уже мертв, то считай, что тебе повезло. Покойся с миром.Канал закрылся, и Хорек тотчас сказал сенсату:– По-моему, дальнейший сценарий ясен.– Да. Предельно.– Когда мы убьем этого сукина сына, ты скажешь мне, как и почему коробка оказалась у тебя?– Хорек, в отличие от Кинжала я тебе врать не буду. Эта информация останется закрытой. Есть вещи, которые я не могу обсуждать с людьми, так же как вы, люди, не можете рассказывать что-то нам, дархелам. Давай пока не думать об этом. Радует уже то, что мы сошлись хотя бы в отношении к Кинжалу.– Хорошо, Тирдал, пока не будем, – сказал разведчик, охая от боли и злости. – Я не имею ни малейшего понятия, что делать с этими птеродактилями.– Я тоже.
Кинжал сидел почти неподвижно и выжидал. В ожидании он тоже лучший. Его часто раздражают длинные, нудные переходы или утомительные марш-броски. Только не ожидание. Потому что оно – плата за удачный выстрел. Солнце пригревало, одежда натирала кожу, а шлем тянул голову вниз. Снайпер снял бы его, поскольку не опасался ответного огня, но тогда пришлось бы лежать приникнув глазами к прицелу.Язык был ватным, губы потрескались, в животе не утихала свистопляска, а веки сами собой смежались. Стрелок изо всех сил боролся со сном и тем не менее периодически отключался, правда тут же просыпаясь.Кинжал не верил, что Хорек мертв. Да, жить ему осталось недолго, и снайпер с удовольствием ускорил бы этот процесс, однако сейчас Хорек жив. Играет в молчанку, вот и все. А Тирдал прямо под этими летучими тварями, что бы он там ни говорил: показания приборов не врут. Значит, первый на очереди эльф, а разведчик – на закуску.Ага, вот и движение. Равномерное. Следовательно, можно запросто рассчитать, куда стрелять. Скоро дархел окажется на пологом берегу и некоторое время будет хорошо виден. Отличная возможность. Слегка кивнув себе, Кинжал опустился на живот и осторожно пополз, остановившись у того места, где уступ обрывался, переходя в отвесную глинистую стену. Трава скрывала стрелка почти целиком. Он был практически незаметен. Вот он включил «хамелеона» и стал едва различимым.Снайпер отключил прицел от визора. Конечно, делать это было не обязательно, вполне достаточно убить изображение на экране. Но что может сравниться с настоящей, без всяких изысков, стрельбой? Кинжал нажал на кнопку, и винтовка выпустила сошку. Две ножки с основаниями, похожими на ласты, нащупали грунт и уперлись в него. Теперь оружие стояло как влитое, оставалось только ждать.Точка на экране слежения двигалась к северу, все ближе подходя к открытому месту. Кинжал видит, как вода до половины скрывает небольшие камни на берегу, блестит и переливается на солнце. Она вкусная, прохладная… Ничего, еще немного. Не расслабляться.Вот! Макушка шлема едва показалась из-за края и снова исчезла, но Кинжал уже оценил скорость перемещения и знал, куда стрелять. Пули пробьют эту мягкую почву и доберутся до эльфа. Если первым выстрелом он будет лишь ранен – не страшно. Раненого дархела не составит труда разбить на куски. Или оставить это Хорьку, не прикладывая к делу никаких усилий.Кинжал смотрел сквозь прицел, глубоко дыша и пытаясь расслабиться. Потом выдохнул часть воздуха и окончательно взял себя в руки. Тирдал пересек третью визирную нить, значит, расстояние как раз что надо. Колебания винтовки незначительны, хотя руки чуть дрожат. Снайпер надавил курок.Отдачей, бывшей обыкновенным, привычным явлением, ударило в плечо. Винтовка затихла. Раздался хлопок перехода звукового барьера. Словно воздух хотел догнать пулю, движущуюся с умопомрачительной скоростью. В оптику был виден тепловой след, оставляемый пулей. Грязь на берегу брызнула в разные стороны…И негодяй упал! ГЛАВА 16 Хорек услышал звук выстрела. Хлопок раздался неподалеку, и анализ колебаний сузил область местонахождения стрелка до квадрата со стороной приблизительно сто метров. Конечно, снайпер наверху. Но начинать стрелять наугад нельзя: Хорек будет тут же вычислен по фотонному излучению.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40


А-П

П-Я