https://wodolei.ru/catalog/kuhonnie_moyki/granitnie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Пешеходы не помещались на тротуарах и заполняли проезжую часть, пробираясь между огромными фургонами, с трудом прокладывавшими себе дорогу по широкой улице.
Почти не было видно частных автомобилей.
Женщина, лежавшая на диване позади Дэниела, застонала. Дэниел обернулся и увидел, что она сидит. Ее волосы спутались, сильно исцарапанное лицо — все в красных пятнах антисептика и белых полосках пластыря. Под одним глазом пролегла легкая тень, а второй полностью заплыл и был теперь темно-лилового цвета. Нос не сломан, но сильно распух и был заклеен пластырем.
— О, господи, — простонала женщина. Одной рукой она провела по лицу, а другой потрогала бинты на боку.
— Пара сломанных ребер, — сказал Дэниел. Женщина кивнула. Она попросила пить, и
Дэн принес ей стакан воды из своей копии старинной кухни.
— Который час? — спросила она. — боже, какой сегодня день?
Дэниел ответил.
— Господи, я должна позвонить в офис, не могу себе позволить потерять работу.
Дэниел удивился.
— Потерять работу? После того, как на вас напали, избили до полусмерти, а затем в полиции обращались как с преступницей, а не с жертвой? Вы можете не беспокоиться о работе.
Женщина резко повернулась к нему.
— Мистер, я не понимаю, что вы имеете в виду, но вы ничего не знаете о работе. Ее очень сложно получить и очень легко потерять. Им не нужны ваши оправдания, а нужно, чтобы к началу рабочего дня вы были на месте, желательно даже на полчаса раньше. Я должна идти на работу!
— Послушайте, — сказал Дэниел. — Я принесу сюда телефон. Он только звуковой, подойдет? Или вам нужен экран?
Она сидела на диване, подоткнув под себя одеяло, и удивленно смотрела на него.
— Если вы не можете держать трубку, я сам наберу номер, — предложил Дэн. — Я объясню им, что случилось. Вам нельзя выходить на работу по крайней мере неделю.
Женщина криво улыбалась. Дэниел увидел, что она лишилась нескольких зубов. Губы ее сильно распухли.
Он пододвинул стул к дивану и принес старинный телефон.
— У меня такое чувство, что я попала в прошлое, — сказала женщина.
— Вроде того, — кивнул Дэн. — Послушайте, вы должны мне сказать, где работаете. Вы помните номер? Как зовут вашего начальника?
Она медленно и осторожно покачала головой, продиктовала длинный номер телефона и имя управляющего. Дэниел испытал чувство удовлетворения от того, что с первого раза запомнил все цифры. Он набрал номер и услышал, как голос на другом конце провода произнес название неизвестной ему фирмы, производящей электронику. В этой области новые фирмы всегда возникали с неимоверной быстротой, подобно воинам, вырастающим из зубов дракона.
— Прошу прощения, но у меня отсутствует изображение, — сказал голос.
— Все в порядке. У меня нет экрана. Дэниел почти видел, как поднялись брови
собеседника.
— Это шутка?
— Нет. У меня старинный телефон. Без экрана.
— Ладно, это ваши проблемы. Что вы хотите?
Дэниел попросил пригласить управляющего. После повторных объяснений причины отсутствия картинки, его наконец соединили.
— Я вас слушаю.
Дэниел принялся объяснять ситуацию и вдруг обнаружил, что даже не знает имени женщины, которая сидит на диване в пижаме его жены. Но собеседница пришла ему на помощь:
— О, да. Это, наверное, Лидия Хаддад. Она произнесла имя с испанским акцентом,
а фамилию — на семитский манер. Получилось так: Лии-диа Кха-тод.
— Да, она работала здесь.
— Работала? — возмутился Дэниел. — Что вы хотите сказать?
— Ее нет на месте, и она уволена. Слишком много желающих получить работу и не получающих пособие.
— Но это не ее вина. На нее напали и избили. Она вся забинтована и с трудом может двигаться.
— Подождите, — сказала женщина. Во время паузы Дэниел слышал стук клавиатуры и стрекотание печатающего устройства. — Ее нет
Собеседница рассмеялась.
— Послушайте, — сделал еще одну попытку Дэниел. — Если вас волнует жалованье мисс Хаддад за время болезни, то я позаОочусь об, этом. Меня зовут — вы можете проверить мою кредитоспособность, — меня зовут Дэниел Китаяма, и я...
— Кончай, парень! — перебила она. — Это хорошая шутка, но с меня довольно.
— Послушайте, я не шучу. Я могу возместить зарплату мисс Хаддад за время ее отсутствия. Я не понимаю, почему она должна быть наказана за...
— Вы действительно Дэниел Китаяма? — спросил голос. — В вашем телефоне отсутствует экран, а вы настоящий Дэниел Китаяма и хотите возместить сумму жалованья Лидии Хаддад за дни ее отсутствия, когда она вернется на работу? Мы не будем наказывать ее, несмотря на то, что она покинула зону компании и имела неприятности с полицией... Еще какие-нибудь указания, мистер Китаяма? Повышение по службе для вашей протеже? Может быть, объявить два выходных для всех работников? Организовать фейерверк в честь вашего возвращения?
— Оставьте это, забудьте, — Дэниел повесил трубку и откинулся на спинку стула, жалобно скрипнувшего под его весом.
Лидия Хаддад сидела боком на диване и смотрела на него одним глазом.
— Вы действительно Дэниел Китаяма? Дэниел кивнул. Ее голос звучал приятнее,
чем он предполагал.
— Правда? Это не шутка?
Дэниел в растерянности развел руками.
— Да, да, я действительно Дэниел Китаяма. Ну и что?
Хаддад громко рассмеялась.
— Тогда зачем вы церемонились с моим боссом, мистер Китаяма?
— О, пожалуйста. А что я мог сделать? И не называйте меня мистером. Я думал, что в полицейском участке вы слышали мое имя. Поэтому нас и отпустили, помните?
Она потерла лоб.
— Думаю, да. Прошлая ночь... у меня все перепуталось... Я... — она заплакала и принялась вытирать слезы рукавом пижамы. — О черт, Дэниел. Я могу называть вас Дэниелом?
— Или Дэном. Я предпочитаю Дэна. Можно я буду звать вас Лидией?
Ее улыбка была похожа на уродливую маску.
— Лидия, я могу пригласить сюда врача. Или нанять сиделку. Вы уверены, что не хотите в больницу?
— Со мной будет все в порядке. О-О! — она вскрикнула, пытаясь переменить положение.
— Вы не против, если мы немного побеседуем? — спросил Дэниел.
— Только немного. Если бы я могла еще отдохнуть...
— Я хотел спросить о событиях прошлой ночи. Если, конечно, вы в состоянии говорить об этом. Вам столько пришлось вынести. Любой бы на вашем месте...
Она покачала головой.
— Это только моя вина, Дэн Выход за пределы зоны компании всегда связан с определенным риском, но все так делают. Только...
— Подождите. Все говорят об этих зонах. Я ничего не понимаю. Что это такое?
Единственный открытый глаз Лидии широко раскрылся от удивления.
— Ах, да. Вы ведь столько отсутствовали, — она повернулась на диване, пытаясь сесть прямо. — Компания сама заботится о собственной безопасности. Всем работникам предлагается жить в резервации. Они, конечно, не обязаны, но обычно никто не отказывается. Компания следит за порядком и безопасностью в своей зоне. Понимаете? У нас есть все необходимое — медицинские учреждения, магазины, школы и тому подобное. Вы можете всю свою жизнь не выходить за пределы зоны. То же самое делают и другие компании.
Она посмотрела на него, ожидая ответа. Теперь пришла очередь Дэниела удивляться.
— Но ведь есть правительство. Разве больше не существует государственных школ? А муниципальные службы? Уборка улиц, полиция... с полицией мы уже имели дело! — он поморщился.
— Да, с полицией мы уже встречались, — согласилась она.
— Послушайте, но то, что вы описали, —
— Сколько времени вы отсутствовали?
— Восемьдесят лет, — он ожидал услышать удивленное восклицание и неизбежные вопросы, но их не последовало.
— Ах, да, — кивнула Лидия. — Я просто забыла.
Теперь пришла очередь Дэна удивляться.
— Я не предполагал, что пользуюсь такой известностью. Разве обо мне все знают?
— Когда-то ваше имя было известно всем, — сказала Лидия. — Но не сейчас. Вы больше не являетесь гвоздем программы новостей, Дэн. Но для нашей компании вы остаетесь легендарной личностью.
— Почему?
— Вас не проинформировали?
— Нет.
Она рассмеялась.
— Вот здорово! Вы являетесь владельцем компании!
— Глупости. В 2009 году я владел несколькими акциями фирмы, в которой работал. Руководство поощряло покупку акций работниками. Считалось, что это дополнительный стимул в работе, — гарантирует лояльность и повышение производительности. И в какой-то мере страхует от охотников за мозгами из других фирм. Но я никогда даже не слышал название компании, в которой вы работаете.
— Понятно. Пока вы находились в замороженном состоянии, на ваш счет поступили значительные суммы. Ваши доверенные лица вкла-
дывали деньги в развитие этой компании. После слияния с другими фирмами и реорганизации образовалась наша компания, в которой вам принадлежит пятьдесят один процент акций.
Дэниел опустился на стул и обхватил голову руками.
— О, господи!
Он пригладил волосы и посмотрел на Лидию.
— Ладно. По крайней мере, вы теперь не потеряете работу.
Она устало улыбнулась.
— Спасибо.
Лидия пошевелилась.
— О боже, как больно! Послушайте, вы не могли бы помочь мне дойти до ванной, Дэн. А потом, если вы не против, я посплю.
— Хорошо. Пока вы отдыхаете, я посмотрю программу новостей. Похоже, мне предстоит узнать гораздо больше, чем я предполагал.
— Прекрасно. Только вовсе не обязательно сидеть рядом и сторожить меня. Я никуда не собираюсь.
— Но...
— Если мне понадобится помощь, я позвоню.
— Хорошо.
— Как самочувствие? Вы выглядите лучше. Она кивнула.
— Я никогда раньше не завтракала яйцами и пивом. Только вряд ли смогу много съесть с разбитым ртом.
Дэниел кивнул.
— Послушайте, — сказала Лидия. Она положила руки на его запястья, и он
увидел, что опухоль уменьшилась, хотя синяки остались. Ее лицо тоже выглядело гораздо лучше. Губы были не такими опухшими, а лиловый глаз чуть-чуть приоткрылся.
— Послушайте, — повторила она. — Я хочу поблагодарить вас за то, что вы вернули мне работу. Вы не представляете, значит потерять ее.
— Думаю, нет.
— Я хочу вернуться на работу. Я хочу вернуться к своему делу и к своей подруге. Вы очень добры, Дэн, что позаботились обо мне — привезли меня сюда, привели врача, вернули мне работу. Но мне не терпится вернуться.
Дэниел опять кивнул.
— Я несколько раз спускался в полицейский участок.
— Не шутите.
— Те двое, что напали на вас... нужно ваше заявление. Я имею в виду полицию, — он заметил, как побледнела Лидия, и поспешил успокоить ее. — Все в порядке. Ведь вы жертва. Почему вы так волнуетесь? У вас что, еще какие-то неприятности?
— Нет, нет. Разве вы не видели, какая у нас полиция?
— Даже в этом случае, — он встал, посмотрел на нее и принялся мерить шагами старый ковер, — они не могут быть настолько плохи, Лидия. Я буду с вами. Это ведь на вас напали. Полиция не может быть настолько плоха.
— Может, — она отвела взгляд, а затем
снова посмотрела н и Милли?
— С кем?
— С людьми, которые... — она прищурилась, а потом на секунду закрыла глаза, — насиловали меня.
— Он мертв, а она парализована.
— Ого! И сильно?
— Довольно-таки. Странная ирония — полицейский сказал, что ее можно вылечить, если использовать разработанные для меня нейропротезы. Если она сможет оплатить их.
— Сомневаюсь.
— Или если я оплачу счета.
— И вы?..
Он пожал плечами.
— Как это все произошло? Когда я прибежал на Перрин Плэйс... Они что, просто набросились на вас? Вы шли по улице и подверглись нападению? Мне показалось, что улицы были совершенно пустые этой ночью.
— Это только моя вина. Мне стало так скучно в зоне. А подруга ничего не хотела. Поэтому я отправилась в город. Это немного рискованно, но все так делают. Все.
Она встала и подошла к окну. Дэниел наблюдал за ней. Прошло уже несколько дней, и она двигалась довольно уверенно. Он подумал, что завтра она сможет вернуться на работу. Если захочет. Приятно, когда есть с кем поговорить и есть о ком заботиться. Но он не может удерживать ее. Дэниел не был уверен, что сам захочет надолго остаться здесь.
Проживание в копии его старого дома походило на погружение в ностальгическую фантазию. Не хватало только нанять актрису, исполняющую роль Мари-Элейн, включить видео с записями новостей восьмидесятилетней давности и жить в прошлом. Это было слишком заманчиво, слишком легко. Прежде чем он не увяз глубоко в этом придуманном мире, он должен уехать и покончить с воспоминаниями декабря 2009 года и с последующими восемьюдесятью годами.
Он обнаружил, что Лидия продолжает говорить.
— Извини. Что ты сказала? Она нахмурилась.
— Я говорила, что встретила их в дешевом ресторанчике. Одном из тех полуподпольных заведений типа «не делайте ничего запрещенного, пока сидите здесь». Знаете? В ваше время были подобные?
— Более или менее. Я туда не ходил.
— А я хожу.
Он пожал плечами.
— Но, возможно, больше не буду. Знаете, все считают, что ужасные вещи всегда происходят с другими. Пока однажды... — Она передернула плечами, как будто хотела избавиться от прикосновения чего-то гадкого. — Пока однажды это не случится с тобой. Я встретила их, Милли и Джеда, в этом ресторане. Они показались мне отличными ребятами, особенно Милли. Мы приняли пару таблеток, выпили, потанцевали. Потом они пригласили меня провести вечер в их берлоге.
— Ха. «Куда поедем: к тебе или ко мне?».
— Что?
— Просто клише.
Она немного подумала.
— Да, я поняла. Выражение нескольк странное, но суть передает верно. Они жил в городе, а не в зоне компании. Это придавало всему приключению особую дерзость и привлекательность. Посмотрите на меня, — она протянула руки. — Я уже взрослая девушка, Дэниел. Я должна была знать. Но до этого я вела слишком беззаботную жизнь. Неприятности случались всегда с другими. Я все еще не уверена, хотели ли они чего-нибудь, кроме...
— Чего?
— Острых ощущений. Ну знаете, сексуального возбуждения, удовольствия.
— Угу.
— Да. Я подумала, что мы приедем к ним домой, послушаем музыку, возможно, примем еще по таблетке, а затем заберемся в постель Все тихо и безопасно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37


А-П

П-Я