https://wodolei.ru/catalog/sushiteli/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Морден слушает,- и на экране появилось лицо Лорда Галактики; при виде Роффрея по нему пробежала смутная тень:
- Я как раз собирался связаться с вами. В соответствии с результатами предварительной проверки вы и Толфрин включены в состав Игроков.
- Какого черта, Морден? Мне это до лампочки! Поговорите с Толфрином, а мне о больной жене надо заботиться.
- Толфрин уже здесь,- лицо Мордена осталось невозмутимым.- Дело важное, хотя вы можете и не отдавать себе в этом отчета. Речь идет о войне не на жизнь, а на смерть, в которой мы участвуем. Я уполномочен непосредственно Аскийолем мобилизовать любого мужчину, который, на мой взгляд, поможет нам победить. Мы с вами уже достаточно намучились. Так вот, я наделен властью приговорить к высшей мере любого, виновного в нанесении урона нашей безопасности. Давайте-ка на Игровой корабль, и быстро! Если откажетесь, будете доставлены силой. Вам ясно?
Роффрей отключился, не ответив.
Демонстрируя явное неповиновение, он остался у ложа Мери. Все говорило о том, что физическое состояние ее улучшилось, но каким окажется ее сознание, когда она очнется от вызванного лекарством сна, он не представлял.
Вскоре последовало предупреждение о прибытии двух офицеров ГП, и почти сразу же их катер причалил к его кораблю. Полицейские угрожали в случае необходимости взломать шлюз и войти через пролом. Он впустил их.
- Что изменит лишняя пара рук? - спросил Роффрей.
- Любой мужчина, который может отразить вражеское нападение, будь он хоть одноруким, нужен для Игры. Вот и все, что нам известно,- ответил старший.
- Но я не…- Роффрей осекся, не он был хозяином положения.
Полицейский заговорил с подчеркнутым нетерпением:
- Вы, по-видимому, сами не понимаете, капитан Роффрей, но вам совсем недавно удалось сделать невозможное. Вы отразили комбинированную атаку, ментальную и физическую, десяти вражеских кораблей; большинство людей не смогло бы противостоять и одному.
Другой подхватил:
- Это дорогого стоит. Сами подумайте - мы чертовски близки к поражению. В первых же атаках чужаки разделали нас в пух и прах. Мы, последние остатки человечества, должны держаться плечом к плечу и сотрудничать во имя общего блага. Вот единственное, чем вы можете помочь супруге в нашем долгом полете. Неужели вам не ясно?
Нет, упрямца Роффрея это отнюдь не убедило. Им и сейчас руководил некий атавистический импульс, неизменно побуждавший его держаться подальше от стада - а заодно подальше от закона - и полагаться исключительно на собственную инициативу и сообразительность. Но у него хватило ума ограничиться легким кивком и словами:
- Что же, я подчиняюсь, но мне придется обратиться к Лорду Мордену.- Он оглянулся на Уиллоу: - Если Мери станет хоть чуть хуже, дай мне знать.
- Конечно, Адам.
- Ты побудешь с Мери, чтобы за нее можно было не беспокоиться?
- Само собой. Но пока действует транквилизатор, у меня есть еще одно дело.
- Да, я понимаю.
Он подошел к полицейским и вместе с ними направился к выходу.


14


Игровой корабль был крупнее большого линкора и выглядел более функциональным, хотя и чуть менее удобным. Да он и не пытался притворяться боевым кораблем. На борту царила сосредоточенная тишина, так что, когда они шли коридором, ведущим к каюте Лорда Мордена, перестук их шагов отдавался особенно гулко.
Вот и надпись, жирными черными буквами прямо на белой двери: "Лорд Морден, заместитель руководителя Игры. Личные апартаменты".
Полицейские, сопровождавшие Роффрея, постучали.
- Войдите!
Они оказались в каюте, сплошь заставленной приборами.
Некоторые Роффрей узнал - энцефалограф, опти-граф-проектор, аппаратура для оценки мозговой активности, способности к визуализации образов, коэффициента умственного развития и тому подобного.
За письменным столом, по другую сторону от Мордена, в удобном кресле сидел Толфрин; оба стиснули руки - Толфрин на коленях, Морден на пустой столешнице.
- Садитесь, Роффрей,- сказал Лорд Морден, будто и не слышал о пресловутом неповиновении Роффрея приказам. На первый взгляд он полностью владел собой. Пожалуй, даже слишком, подумал Роффрей и на какой-то миг посочувствовал Мордену: разве не в таком же состоянии находится он сам?
Он сел - но не раньше, чем вышли ГП, и сразу перешел к делу:
- Ну, что у вас там?
- Я как раз объяснял Толфрину, насколько важно участие вас обоих в этом проекте,- бодро сказал Морден.- Вы готовы сотрудничать с нами на первой стадии испытаний?
- Да,- Роффрей почти поддался напору Мордена.
- Отлично. Нам предстоит точно установить, какие именно качества вашей психики позволили нанести поражение флоту чужаков. Не исключено, конечно, что вам просто повезло или что благодаря неподготовленности к воздействию на ваше чувственное восприятие и непониманию его природы вы оказались психологически более подготовлены к отражению атаки. Ответ мы узнаем позже, а пока, с вашего позволения, я сначала резюмирую недавние события.
Слова Мордена зазвучали резче и быстрей:
- Как вам известно, мы вошли в эту вселенную несколько недель назад и почти сразу столкнулись с ее обитателями. Здешняя раса, как и можно было ожидать, относится к нам как к захватчикам. Это достаточно справедливо, на их месте мы, естественно, вели бы себя точно так же. Но они и не попытались оценить наш военный потенциал, вступить с нами в переговоры или по крайней мере приказать нам удалиться. Они сразу напали. Мы понятия не имеем даже о том, как эти чужаки выглядят. Вы сами видели, насколько быстро они организовали нападение на наш флот, куда раньше, чем у нас появилась хоть какая-то возможность обратиться к ним и рассказать, почему мы тут оказались.
- А что произошло после того первого и единственного боя, который я видел?
- Еще несколько. Мы потеряли массу всевозможных кораблей. В конце концов Аскийоль доступными ему средствами вошел с ними в контакт и заверил, что мы вполне удовлетворимся, если заселим одну или несколько непригодных для них планет и будем жить в дружеском соседстве с ними. Но это их, видимо, не устроило. Тем не менее они выдвинули альтернативу открытым военным действиям.
Он вздохнул и взмахом руки указал на нагромождение приборов.
- Мы не учли господствующий здесь тип общественного сознания. Оно основано на кодексе поведения, ряд положений которого весьма труден для нашего понимания.
Смысл его, если говорить привычным нам языком, в том, что статус отдельной личности или группы определяется их способностью к военной игре, в которую в этой галактике играют веками. Мы называем ее Багряной или Кроваво-красной Игрой, поскольку один из главных их "видов оружия" - это способность так запутать наше чувственное восприятие, что мы испытываем единое сенсорное ощущение - кроваво-красного цвета. Думаю, вы с этим уже столкнулись.
Роффрей кивнул:
- Ну ладно, а для чего чужакам эта Игра, кроме того, чтобы сбить нас с толку? И как в нее играют?
- Мы думаем, чужаки пришли к выводу, что им следует положиться на более хитроумное оружие, чем энергетические пушки или что-нибудь в этом роде. Мы, если пожелаем, можем и дальше воевать с ними нашим традиционным оружием, что и делали вначале, но оно дало бы нам мало шансов на победу. Их оружие наносит, с их точки зрения, больший урон, чем смерть. Они обращают вас в безумца. Если бы вы умерли, вас просто сбросили бы со счетов. А если вы остаетесь в живых, но не годитесь как боец, то истощаете наши ресурсы и во многих отношениях становитесь обременительным. И это далеко не всё. Есть жесткие, сложные правила, с которыми вам придется ознакомиться по мере продвижения.
- А что на кону? - спросил Роффрей.
- Если мы выиграем достаточно раундов Игры, не прибегая к обычному вооружению, чужаки отдадут нам абсолютную власть в своей галактике! Так что на кону немало, капитан Роффрей. Мы ставим жизни, они - власть.
- Должно быть, они уверены в победе.
- Аскийоль считает, дело не в этом. Ясно, что сейчас они побеждают, но они прониклись такой любовью к этой Игре, что с радостью воспринимают любое разнообразие. Видите ли, для обеих сторон Игра непроста: у тех возникают дополнительные сложности из-за незнания наших способностей, восприимчивости, психологии и так далее, и в этом мы равны. В других отношениях, скажем в опыте Игры, преимущество на их стороне.
- А мы каким боком здесь нужны?
- Мы надеемся, что вы послужите нашим главным козырем в борьбе за победу. Ваш корабль - единственный с человеческим экипажем, которому когда-либо удалось отразить этот фантастический удар. Так или иначе, есть у вас нечто необходимое нам для победы над чужаками!
- Но вы не знаете, что именно?
- Да.
- Оно, это нечто, есть у каждого из нас, или отражать атаку может только тот, кто от природы обладает соответствующей защитной способностью, в чем бы она ни состояла?
- Вот это мы и собираемся выяснить, капитан Роффрей. Потому мы подвергнем обследованию вас обоих. Хотя кораблем управляли вы, позади вас, насколько я понимаю, стоял Толфрин.
- Думаю, нам стоило бы опереться на моральный перевес над чужаками,- заговорил Толфрин.- Вопрос не в том, кто будет первым, кто вторым, а в престиже. Если мы победим, мы обретем в их глазах достаточный статус, и они примут наше правление. Если же проиграем… что тогда?
- Если мы проиграем, то будем совершенно беспомощны. Припасов у нас осталось так мало, что мы не можем рисковать и переходить в новую вселенную - слишком поздно.- Лорд Морден снова обращался только к Роффрею.- Вы это понимаете, капитан? На данный момент ваша жена - лишь одна из немногих жертв безумия во флоте. Но если мы не победим в Игре, все мы окажемся сумасшедшими - или мертвыми.
Доводы Мордена казались Роффрею логичными, и все же подозрения не оставляли его.
- Давайте подождем, что покажет тестирование. Тогда, может быть, и поймем, куда ветер дует. А уж потом я подумаю и решу.
Морден, поджав губы, чуть заметно кивнул.
- Как знаете,- сказал он, адресуясь, по-видимому, к столешнице.- Попросите зайти исследовательскую бригаду.
В загроможденную приборами каюту Мордена вошли трое.
Морден встал, чтобы представить их.
- Профессор Зелински,- сказал он.
От троицы отделился самый высокий, подошел к Роффрею и Толфрину, протянул пухлую руку, приветливо улыбнулся:
- Рад, что вы с нами. Похоже, вы и ваш друг смогли бы помочь нам справиться с кое-какими трудностями.
Пожав им руки, он со словами: "Познакомьтесь с моими ассистентами. Доктор Цунь" - указал на мрачного малорослого человека монголоидного типа,- "и доктор Манн",- на молодого блондина с наружностью героя приключенческого романа.
- Наслышан о вас, профессор,- хмыкнул Толфрин.- На Земле вы руководили кафедрой физиологии.
- Верно,- кивнул Зелински.- Мы начнем с банального энцефалографического исследования. Потом уложим вас спать и посмотрим, удастся ли нам добраться до подсознания. Полагаю, вы не станете возражать против такого обследования.- Он вопросительно посмотрел на Мордена, но ответа не последовало.
- Да,- сказал наконец Роффрей,- если только оно не предусматривает промывания мозгов.
- Сейчас, знаете ли, пятый век после войны, а не до нее,- резко парировал Зелински.
- Мне кажется, девиз Аскийоля и Лорда Мордена: "На охоту ехать - собак кормить",- проворчал Роффрей, усаживаясь в приготовленное для него доктором Цунем кресло.
На Мордена замечание не произвело никакого впечатления, наверно, он его и не слышал. Привычка Роффрея укрываться за цитатами была частью его архаичной манеры поведения. Мери как-то упрекнула его, что он сознательно затемняет свои намеки и читает старые книги единственно с целью выудить непривычную цитату и запустить ею в тех, кого не любит или презирает. Роффрей согласился и добавил: одна из граней
привлекательности Мери в том и состоит, что она хотя бы понимает смысл его слов.
Роффрею без предисловий нахлобучили на голову тесный шлем из какого-то стекловидного сплава. Он терпеть не мог такие штуковины, да и всю эту музыку на дух не выносил. Дайте срок, обещал он себе, я им покажу, что значит независимость…- с этой мыслью он и уснул.
Такие вот мысли и переживания позволили ученым добыть немало интересной информации - но, увы, абсолютно бесполезной с практической точки зрения.
Профессор Зелински, просмотрев материал, собранный во время сна Роффрея и Толфрина, остался невозмутимым.
- Все это, естественно, требует более детального анализа,- резюмировал он, пожав плечами.
- К чему вы пришли? - спросил Морден.
- Честно говоря, я не вижу однозначного объяснения, почему им удалось то, что не удавалось никому из остальных. Обоим интеллекта не занимать, а Роффрей в этом отношении - человек совершенно выдающийся, но, в сущности, они лишь незначительно отклоняются от нормы. Естественно, дело это тонкое, мы понимаем, и все же Роффрей - не единственный психопат среди человечества, да и не единственная личность с высоким коэффициентом умственного развития,- Зелински закончил тираду вздохом.
- Но у них великолепная память на чувственный опыт,- горячо добавил доктор Манн.- Они, во всяком случае, помогут усилить состав команды.
- Секундочку,- раздался скрипучий голос Цуня; он отключил электроды и раскладывал свое оборудование по ящикам.- Я согласен, что каждый Игрок, которого нам удается привлечь, необходим, но эти люди вот-вот помогут нам разобраться, как победить чужаков. На что мы и надеемся, так ведь, профессор?
Зелински ответил:
- Этот проект полностью истощает все наши силы, Цунь. Для вашего чрезмерного оптимизма нет ни малейших оснований, как нет их и у вас, Манн. Мы сможем проанализировать результаты обследования, только покончив с более срочной работой, а ее невпроворот. Тем временем,- он адресовался уже к Мордену, тот восседал в кресле, по мере сил изображая на сотканной из морщин и шрамов физиономии полицейской ищейки беспристрастность и компетентность,- полагаю, этих людей целесообразно ввести в наш регулярный состав.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25


А-П

П-Я