водолей интернет магазин сантехники 

новые научные статьи: пассионарно-этническое описание русских и других народов мира,   действующие идеологии России, Украины, США и ЕС,   конфликты в Сирии и на Украине по теории гражданских войн  
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Обычно эта картина навевала на него грусть, но сейчас дорожная кантата манит его своими загадочными обещаниями. Он не понимает их, но чувствует, что ему придется подчиниться этому зову и пуститься в путь.
Киллер одевается и собирает вещи.
На улице пустынно. На стоянке безлюдно, только машины ждут утра в ожидании путешествий. В нише ближайшего автомата, где продают всякую мелочь, слышится звон монет, щелканье и треск сатуратора с газированной водой. Киллеру кажется, что он один во всей Вселенной.
Через несколько минут он уже мчится по Семидесятому шоссе в направлении Топики. Рядом, на сиденье, лежит пистолет, прикрытый полотенцем из мотеля.
Что-то зовет на запад от Канзас-Сити. Он не знает, что это, но чувствует, что его неумолимо притягивает запад, как магнит притягивает железо.
Как ни странно, но киллера это нисколько не беспокоит, и он подчиняется своему желанию. Ведь до сих пор он ездил повсюду, не ведая цели своей поездки, пока не достигал места своего назначения. Он убивал людей, не зная, зачем они должны умереть и кто заказал убийство. Так было сколько он себя помнил.
Он был уверен, однако, что от него не ждут такого скоропалительного отъезда из Канзас-Сити. Предполагалось, что он переночует в мотеле, а утром отправится... в Сиэтл.
В Сиэтле его, вероятно, ждут указания начальства, которое киллер не мог припомнить. Но он так и не узнает, что могло произойти с ним в Сиэтле, так как этот город вычеркнут из его маршрута.
Ему было интересно знать, когда его боссы, как бы их ни звали и что бы они из себя ни представляли, поймут, что он предал их. Когда они начнут искать его и как они его найдут, если он уже не действует по их программе?
В два часа ночи машин на трассе немного, в основном Это грузовой транспорт, и он обгоняет эти машины, вспоминая фильм о Дороти и ее собачке Тото. О том, как налетевший смерч подхватил их и они оказались в каком-то незнакомом месте.
Позади остался Канзас-Сити штата Миссури и Канзас-Сити штата Канзас. Вдруг киллер сознает, что шепчет:
- "Мне необходимо, мне необходимо".
На этот раз он чувствует, что откровение уже близко. И очень скоро он даст точное название своему желанию.
"Мне необходимо... быть... мне необходимо быть... мне необходимо быть..."
Когда он проехал предместья и темные прерии, он заволновался. Он находился на грани проникновения в тайну, которая перевернет его жизнь.
"Мне необходимо быть... быть... мне необходимо быть кем-то".
В ту же минуту до него доходит смысл произнесенных им слов. Произнося слова "быть кем-то", он имел в виду совсем не то, что мог подразумевать любой другой мужчина; он имел в виду не то, что ему необходимо стать знаменитым и богатым. Он просто хотел быть кем-нибудь. Кем-то, у кого есть настоящее имя. Просто Джо, как говорили в фильмах сороковых годов. Кем-то, кто более осязаем, чем призрак.
По мере продвижения вперед притяжение неизвестной путеводной звезды, влекущей его на запад, становится все сильнее. Он слегка наклоняется вперед, сгорбившись над рулем и пристально глядя в ночь.
За горизонтом, в городе, который он пока не видит, его ждет настоящая жизнь. Место, которое он сможет назвать своим домом. Семья. Друзья. Где можно не стыдиться своего прошлого. Где-то ведь должны быть его домашние тапочки. Жить, имея впереди цель. И будущее, в котором он будет принят, как свой. В котором он не будет парией.
Рассекая ночь, машина мчится на запад.
* * *
В половине первого ночи, отправляясь спать. Марти Стиллуотер остановился у детской комнаты, приоткрыл дверь и неслышно переступил порог. При свете настольной лампы в виде Микки Мауса он мог видеть, как мирно спят его дочери.
Он любил иногда наблюдать за их сном, просто для того, чтобы убедиться, что они настоящие. Он уже получил свою долю счастья, благополучия и любви. Даже больше того. Не потому ли теперь многие его молитвы не доходили до Бога? Не могла ли. теперь вмешаться судьба, чтобы восстановить баланс?
В древнегреческой мифологии Судьба была олицетворена тремя сестрами: Клото, которая пряла нить жизни. Лаке, которая измеряла длину этой нити, и Антропос, младшей, но самой могущественной, которая обрезала нить по своему усмотрению.
Марти иногда казалось, что так и нужно смотреть на вещи. Он мог представить себе лица этих женщин в белых одеждах явственнее, чем лица своих соседей в Мишн-Виэйо. У Клото доброе лицо с веселыми глазами, она похожа на актрису Анжелу Лансбери. Лаке так же мила, как Голди Хон, но с божественной аурой. Смешно, но он представлял их именно так. Антропос стерва, прекрасная, но холодная, со сжатыми губами и угольно-черными глазами.
Нужно было исхитриться и остаться на хорошем счету у первых двух сестер, не привлекая к себе внимания третьей.
Пять лет тому назад Антропос покинула свое небесное жилище и спустилась на землю. Под видом болезни крови она хотела получить свою часть нити жизни Шарлотты, но, к счастью, не смогла перерезать ее полностью. Эта богиня отзывалась еще на ряд имен помимо имени Антропос. На такие имена, как рак, кровоизлияние в мозг, тромбоз коронарных сосудов, пожар, землетрясение, яд, убийство и многие, многие другие. Не исключено, что она решила нанести им повторный визит под одним из своих псевдонимов, но на этот раз выбрала в качестве своей жертвы не Шарлотту, а Марти.
Зачастую такая буйная фантазия романиста была сущим проклятием.
Вдруг Марти вздрогнул, услышав какой-то щелкающий звук, доносящийся с половины Шарлотты. Звук был низкий и угрожающий, как предупреждение гремучей змеи. И тут до него дошло, кто это мог быть. Половину большой клетки хомяка занимал тренажер в виде колеса, и неугомонный грызун надумал на ночь глядя позаниматься спортом, с ожесточением вращая его.
- Пора спать, Уэйн, - тихо произнес Марти.
Он еще раз посмотрел на спящих девочек, потом вышел из комнаты и тихо закрыл за собой дверь.
* * *
Он приезжает в Топику в три часа утра.
Его всё еще тянет к западному горизонту, как какое-то мигрирующее существо, вынужденное с наступлением зимы улететь на юг, повинуясь неслышимому зову, спеша на невидимый сигнальный огонь, будто в его крови есть металл, притягиваемый неизвестным магнитом.
До сих пор он ехал по безлюдным местам. Теперь же, в городе, ему нужна другая машина.
Где-то живут люди, знающие его под именем Джон Ларрингтон, пользуясь которым, он арендовал "форд". Когда киллер не явится в Сиэтл, его странные, безликие и безымянные хозяева, без сомнения, начнут искать его. Он подозревает, что эти люди располагают значительными ресурсами и большими связями. Ему необходимо полностью порвать с прошлым и не дать им возможности выследить его.
Он оставляет свой "форд" в жилом районе, а сам проходит пешком три квартала, пробуя ручки дверей у стоящих на обочине автомобилей. Только половина машин закрыта. Он уже собирается завести машину без ключей, как вдруг в синей "хонде" за солнцезащитным козырьком находит ключи.
Перегрузив в "хонду" свои чемоданы и пистолет, киллер делает на ней широкие круги в поисках ночного супермаркета.
Он не держит в голове карты Топики, так как никто не знает, что он сюда заглянет. Он чувствует себя беспомощным, так как ему неизвестны названия улиц и площадей. Он не знает, куда ведет та или иная дорога.
Здесь он чувствует себя изгоем больше, чем где-либо.
Через пятнадцать минут он подъезжает к супермаркету. Войдя в него, опустошает почти все полки с сосисками "Слим Джимс", сырными крекерами, земляными орехами, маленькими жареными пирожками и другой снедью, которую удобно есть в дороге. Он на грани голодного обморока. Если учесть, что в пути быть еще не менее двух дней и все это время дорога будет идти вдоль побережья, ему необходимы большие запасы провианта. Киллеру не хочется тратить время в ресторанах, однако его ускоренный обмен веществ требует приема больших количеств пищи и чаще, чем это делают другие люди.
Добавив к уже набранным продуктам еще три упаковки пепси, по шесть бутылок в каждой, он идет на контроль. Единственный кассир замечает:
- У вас, должно быть, ночная пирушка или что-то в этом роде, не так ли?
- Да.
Заплатив по чеку, он сознает, что трехсот долларов, лежащих в его бумажнике (эту сумму наличными он всегда имеет при себе на задании), ему хватит ненадолго. С тремястами долларами он далеко не уедет. Пользоваться поддельными кредитными карточками (а их у него осталось еще две) он больше не может, кто-нибудь обязательно вычислит его по его покупкам. С сегодняшнего дня ему придется расплачиваться наличными.
Он относит три полные сумки с едой в машину и возвращается в супермаркет с пистолетом "Р7". Убивает выстрелом в голову служащего и опустошает кассу. Его улов, однако, небогат: всего пятьдесят долларов да еще то, что он заплатил за продукты. Сойдет. Это лучше, чем ничего.
На заправочной станции он заливает в бак "хонды" бензин и покупает карту Соединенных Штатов Америки.
Припарковав машину рядом с заправочной станцией, он с жадностью поглощает сосиски при свете желтых огней рекламы, затем переходит к пирожкам, начав одновременно изучать карту. Он и дальше может двигаться по Семидесятому шоссе либо ехать на юго-запад к Уичито, пока не доедет до Оклахома-Сити. Далее нужно будет свернуть и вновь ехать на запад по Сороковому шоссе.
Он не привык к тому, что у него есть выбор. Обычно он делал то, на что... запрограммирован. Теперь же, столкнувшись с альтернативой, ему нелегко принять решение. Он сидит в нерешительности, боясь, что так и не сможет сделать выбор.
Наконец он выходит из "хонды" в прохладную ночь, надеясь, что это поможет ему найти решение.
Ветер качает телефонные провода над головой. Этот звук, тихий и унылый, напоминает испуганный плач мертвых детей в иной, загробной жизни.
Он поворачивает на запад с такой уверенностью, с какой стрелка компаса ищет и находит север. Эта притягательная сила лежит на уровне подсознания, однако остальные связи менее сложны, они находятся на биологическом уровне, воздействуя на его кровь и мозг.
Он опять за рулем. Оставляет позади Канзас-Терн-пайк и едет по направлению к Уичито. Как и раньше, ему не хочется спать. При необходимости он может не спать две и даже три ночи подряд, и при этом не теряет ясности ума и сохраняет физическую форму. Но это только некоторые из его необыкновенных способностей.
Он так взбудоражен перспективой стать кем-то, что способен ехать без остановки до тех пор, пока не встретит свою судьбу.
* * *
Пейдж знала, что Марти ждет повторения приступа амнезии. Он боялся, что в этот раз он произойдет на людях. Она восхищалась его способностью сохранять спокойствие.
Он казался таким же беспечным и веселым, как девочки. Девочки очень любили воскресенье, считая его превосходным днем.
Утром Стиллуотеры поехали в гостиницу "Ритц-Карлтон" в Дана-Пойнте отпраздновать день Благодарения. Они приезжали сюда только в особых случаях.
Девочки, как всегда, пришли в восторг при виде роскошных садов, красивых гостиных и предупредительно-вежливого персонала в накрахмаленных сорочках. Они были в своих лучших платьях, с бантами в волосах и наслаждались, играя молодых леди. Это наслаждение можно было сравнить разве что с двумя набегами на буфет с десертом.
Днем, переодевшись, так как было де по сезону Тепло, они отправились в Ирвин-парк. Они гуляли по живописным уголкам парка, кормили уток в пруду и даже посетили небольшой зоопарк.
Шарлотте понравился зоопарк, потому что здесь животные, как и в ее домашнем зверинце, содержались в клетках, где они были в безопасности. Здесь не было экзотических образцов фауны - все звери были из данного региона. Но от избытка чувств Шарлотта расхваливала их, называя самыми интересными и милыми существами на свете.
Эмили вступила в состязание "кто кого переглядит" с волком. Большой, с янтарными глазами и блестящей серебристо-серой шерстью хищник встретил взгляд девочки и продолжал удерживать его, стоя за огороженной цепями оградой.
- Если кто отведет взгляд первым, - спокойно и рассудительно сообщила Эмили, - волк тут же его съест.
Это противостояние длилось так долго, что, несмотря на крепкую решетку, Пейдж начала беспокоиться. Первым сдался волк. Он опустил голову, понюхал землю, лениво зевнул, чтобы дать понять, что он не испугался, а просто это ему надоело, и пошел гулять по клетке.
- Я знала, что он ничего мне не сделает, ведь он даже трех маленьких поросят не смог поймать, а я ведь умнее поросят, не правда ли?
Она имела в виду мультфильм Уолта Диснея. Саму сказку про трех поросят она не читала.
Пейдж была настроена не давать ей читать версию этой сказки, написанной братьями Гримм, где речь идет о семи маленьких козлятах, а не трех поросятах. Волк проглотил шестерых козлят целиком. Их спасла в последнюю минуту их мать-коза, которая вспорола волку живот и вытащила их оттуда.
Уходя, Пейдж оглянулась и посмотрела на волка. Он внимательно смотрел вслед Эмили.
* * *
Воскресенье киллер провел полноценно, по полной программе.
На рассвете, у Уичито, он свернул с главной магистрали. В таком же, как в Топике, жилом районе, он меняет номерные знаки "хонды", чтобы затруднить поиски украденной им машины.
Чуть позже девяти часов утра он приезжает в Оклахома-Сити штата Оклахома, где заправляет бак машины бензином.
Через дорогу от бензозаправочной станции расположен торговый центр. В углу обширной по площади, но недействующей парковочной зоны сиротливо стоит бесхозный мусорный бак компании "Гудуилл индастриз", огромный, как садовый хозблок. Он ставит свои чемоданы вместе со всем их содержимым на дно бака, оставляя себе только пистолет.
Ночью, в пути, у него было много времени, чтобы обдумать свое странное существование. Он думал о вероятности существования где-то поблизости миниатюрного передатчика, с помощью которого боссы могут засечь его. Не исключено, что они ждали его измены и подготовились к ней.
Он знает, что передатчик средней мощности, работающий от маленькой батарейки, можно спрятать так, что его не заметишь. В стенку чемодана, например.
По небу плывут грязные серые облака. Он сворачивает на Сороковое шоссе и едет на запад. Через сорок минут начинается дождь цвета расплавленного серебра и - моментально смывает всю краску с обширных пустынных отрезков земли по обе стороны дороги. Мир окрашен двадцатью, сорока, ста оттенками серого цвета, и нет даже молнии, которая бы осветила эту беспросветную скучную и гнетущую картину.
Одноцветный пейзаж за окном не отвлекает, и он может и дальше предаваться мыслям о своих безымянных преследователях, которые, может быть, уже совсем близко. Интересно, не паранойя ли это - думать, что передатчик встроен в его одежду? Киллер раздумывает, не может ли он быть спрятанным в складках его брюк, в рубашке, свитере, нижнем белье или в носках. Но тогда он наверняка почувствовал бы его вес, либо просто заметил при визуальном осмотре. Остаются еще ботинки и кожаная куртка.
Он исключает пистолет: это могло бы вывести его из строя. Кроме того, раньше он обычно уничтожал выданное ему оружие сразу после убийства.
На полпути между Оклахома-Сити и Амарилло, к востоку от границы с Техасом, он съезжает с трассы и останавливается в зоне отдыха, где, кроме его "хонды", стоят еще десять легковых машин, два больших грузовика и два домика-прицепа. Все они пережидают ненастье.
Зону отдыха окружает роща вечнозеленых деревьев, которые, выглядят серыми, а не зелеными. Их пропитанные дождем серые ветви низко клонятся к земле; Большие набухшие сосновые шишки кажутся какими-то необычными.
Комнаты отдыха располагаются в блочном доме. Сквозь проливной холодный дождь киллер спешит в мужской туалет.
Он входит в одну из трех кабинок. Дождь громко стучит по металлической крыше. Влажный воздух тяжел от известковых испарений мокрого бетона. В туалет входит мужчина шестидесяти с небольшим лет. У него густые седые волосы, лицо в глубоких морщинах. Широкий, в форме луковицы нос испещрен капиллярами. Он проходит к третьему писсуару.
- Дождь, кажись, разошелся? - бросает незнакомец.
- Да, льет как из ведра, все крысы пойдут ко дну, - отвечает киллер, вспомнив услышанную в каком-то фильме фразу.
- Надеюсь, он скоро кончится.
Киллер отмечает, что старик примерно его роста и сложения. Застегивая ширинку на брюках, он спрашивает:
- Куда путь держите?
- Сейчас в Лас-Вегас, потом еще куда-нибудь и еще куда-нибудь. Так и живем на колесах. Мы с женой на пенсии, живем почти все время в автоприцепе. Мы всегда мечтали посмотреть страну, и теперь нам такая возможность представилась. Ни с чем не сравнимые впечатления, каждый день новые пейзажи, первозданная свобода.
- Да, здорово!
Моя руки над раковиной, киллер медлит, размышляя, не впихнуть ли ему сейчас этого косноязычного и без умолку тараторящего старого дурня в кабину и там пришить. Но на стоянке слишком много народа, кто-нибудь может неожиданно войти.
Натягивая брюки, незнакомец говорит:
- Френни... моя жена... с ней проблема... она терпеть не может путешествовать в дождь. Если дождь чуть сильнее моросящего, она просит отогнать машину на стоянку и переждать. - Он вздыхает: - Сегодня, похоже, мы далеко не уедем.
Киллер включает фен, чтобы обсушить руки.
- Ничего, Лас-Вегас никуда не убежит.
- И то верно. Казино там будут открыты даже в День Страшного Суда.
- Надеюсь, вы сорвете банк, - произносит киллер и выходит из туалета.
Мокрый и продрогший, он садится в "хонду", заводит мотор и включает отопление, однако с места не трогается.
На стоянке вдоль тротуара в специально отведенных местах стоят три автоприцепа.
Через минуту муж Френни выходит из туалета. Сквозь струящиеся на ветровом стекле капли дождя киллер наблюдает за седовласым мужчиной, бегущим к большому серебристо-голубому "Властелину дорог". Он входит в машину через дверцу водительской кабины. На дверце кабины нарисовано сердце с двумя именами посередине: Джек и Френни.
Удача отвернулась от Джека, пенсионера и обожателя Лас-Вегаса. Автоприцеп "Роуд-кинг" стоит всего в нескольких метрах от "хонды", и эта близость облегчает киллеру его задачу.
С неба на землю проливается настоящий океан воды. День безветрен, и вода льется нескончаемыми прямыми потоками, разбивающимися о похожие на зеркала лужи.
Легковые машины и грузовики периодически съезжают с дороги, паркуются на стоянке и через какое-то время уезжают, а между "хондой" и автоприцепом "Роуд-кинг" появляются новые машины.
Он терпеливо ждет. Выдержка - составная часть его обучения.
Мотор автоприцепа молчит. Сквозь занавешенные боковые окна струится теплый янтарный свет.
Он завидует их удобному дому на колесах. О таком уютном доме он может только мечтать. Он также завидует их долгой совместной жизни. Интересно, что значит иметь жену? И как себя чувствует мужчина в роли любимого мужа?
Проходит сорок минут. Дождь не прекращается, но машины покидают стоянку. Теперь "хонда" - единственная машина, припаркованная рядом с автоприцепом со стороны кабины водителя.
Киллер берет пистолет, выходит из машины, быстро направляется к автоприцепу, глядя на боковые стекла. Ведь Френни или Джек могут раздвинуть шторки и выглянуть в окно в самый неподходящий момент.
Он бросает взгляд на комнаты отдыха. Никого.
Прекрасно.
Хватает холодную хромированную ручку двери. Дверь не на замке. Взбирается по ступенькам наверх и смотрит, свободно ли место водителя.
Кухня расположена сразу же за открытой кабиной. Чуть поодаль размещается обеденный уголок, затем - гостиная. Френни и Джек обедают. Френни сидит спиной к киллеру.
Джек первым замечает его, хочет одновременно встать и выйти из-за узкого стола, а Френни оглядывается назад. В ее глазах больше любопытства, чем тревоги. Первые два выстрела ранят Джека в грудь и горло. Он оседает на стол. Забрызганная кровью Френни открывает рот, чтобы закричать, но третий выстрел буквально раскраивает ей череп.
Глушитель не сработал, и звук выстрела лишь чуточку тише обычного выстрела.
Киллер открывает дверцу кабины, выглядывает из окна на улицу, осматривает территорию зоны отдыха. Вокруг никого.
Взобравшись на место, где обычно сидят пассажиры, он оглядывает через лобовое стекло другую сторону. На стоянке всего четыре машины. Ближе других стоит грузовик. Водителя в кабине нет, он; должно быть, в туалете.
Вряд ли кто-нибудь слышал выстрелы. Шум дождя в этом смысле идеальное прикрытие.
Он делает оборот на вращающемся сиденье и проходит в салон автоприцепа. Остановившись рядом с убитыми супругами, он трогает рукой Джека... затем Френни, лежащую на столе в луже крови.
- Прощайте, - произносит он тихо, желая подольше продлить этот торжественный момент.
Здесь, на этом самом месте, им овладевает бешенное желание сменить одежду. Надеть что-нибудь из гардероба Джека. И вновь тронуться в путь.
Он убедил себя в. том, что передатчик встроен в резиновые каблуки его ботинок и что сигналы, передаваемые им, помогают опасным для него людям найти к нему дорогу.
За гостиной он находит ванную комнату, а в ней - платяной шкаф, битком набитый платьями Френни. В спальне, в шкафу чуть меньших размеров, он находит одежду Джека. Менее чем за три минуты он раздевается. донага, одевает новое нижнее белье, белые спортивные носки, джинсы, рубашку в красно-коричневую клетку, ношеные спортивные туфли на резиновой подошве и коричневую кожаную куртку вместо своей черной. Брюки приходятся ему впору, лишь немного широки в талии, но он утягивает их ремнем.
Туфли немного свободны, но тоже сойдут, а рубашка и куртка подходят как нельзя лучше.
Он относит свои ботинки на кухню. Для того чтобы удостовериться, что его опасения не напрасны, он вынимает из ящика зазубренный нож для резки хлеба, разрезает каблук одного ботинка на несколько тонких резиновых пластинок и обнаруживает в его пустом углублении множество проводков. Этот миниатюрный передатчик соединен, в свою очередь, с целой серией часовых батареек, занимающих весь каблук и уходящих вниз, в подошву.
Значит, он все же не параноик.
Они приближаются.
Оставив резиновые обрезки на кухонном столе, он лихорадочно обыскивает Джека и достает из его бумажника деньги. Шестьдесят два доллара. Ищет кошелек Френни и находит его в спальне. В нем сорок девять долларов.
Он выходит из вагончика. Небо, обложенное серо-черными грозовыми тучами, низко нависает над землей. Дождь, мощностью в одну мегатонну, дубасит землю. Кольца густого тумана обволакивают сосны и киллера, шлепающего по воде к своей "хонде". Вновь выехав на трассу, он включает на полную мощь отопление и гонит машину сквозь нескончаемую мглу. Вскоре он пересекает границу штата Техас. Местность полога и ровна, нет и намека на какие-нибудь холмы или возвышенности. Избавившись от последних воспоминаний о своей старой жизни, он чувствует себя свободным. Холодный дождь промочил его до нитки, и он не может сдержать дрожи. Но эта дрожь вызвана еще и волнением и ожиданием чего-то нового.
Его судьба ждет его где-то на западе.
Он вынимает из целлофана сосиски "Слим Джимс" и ест их. К вкусу подкопченого мяса добавлен еле уловимый привкус, напоминающий ему металлический привкус крови в том особняке, в Канзас-Сити. Там, где он оставил незнакомых ему супругов спать вечным сном в их огромной георгианской кровати.
Киллер гонит "хонду" по отшлифованной дождем трассе. Он готов уничтожить любого, кто посмеет остановить его.
Добравшись в сумерках до Амарилло, он обнаруживает, что бензин практически на исходе. Он останавливается только для того, чтобы заправить машину; принять душ и купить чего-нибудь съестного.
Оставив позади Амарилло, он устремляется в ночь. Он мчится на запад. Проезжает Уилдорадо. Впереди граница с Нью-Мексико. Внезапно его осеняет, что он пересекает бесплодные земли самого центра Старого Запада, где снято столько прекрасных фильмов. Джон Уэйн и Монтгомери Клифт в "Красной реке", сцены с Уолтером Бреннаном. "Рио-Браво", "Шейн" также снимались в Канзасе. Джек Паланс, убивающий Элина Купера. "Дилижанс", "Стрелок", "Настоящая выдержка", "Непрощенные", "Желтое небо" - великолепные фильмы. Не все они сняты в Техасе, но все - в духе Техаса, с Джоном Уэйном и Грегори Пеком, Джимми Стюартом и Клинтом Иствудом. Легенды, мифические места теперь стали реальными, вот они, по обе стороны шоссе, сокрытые дождем, туманом и темнотой. Он мог даже представить себе, что эти фильмы снимаются здесь, сейчас, в приграничных городках, которые он проезжает, что он Бутч Кессиди или еще какой-нибудь супермен начала века, убийца, но, по сути, неплохой парень, которого не понимает и не приемлет общество, вынужденный убивать из-за роковых обстоятельств, преследуемый полицейскими...
Воспоминания сцен из фильмов, увиденных им в кинотеатрах или во время поздних телевизионных показов (а это составляет основную толику его воспоминаний), охватывают его встревоженное сознание, успокаивая, и на какое-то время он настолько уходит в своя фантазии, что не обращает внимания на дорогу. Постепенно он осознает, что снизил скорость до сорока миль в час. Грузовики и легковые машины, проносясь мимо "хонды", обливали ее грязной водой из-под колес.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":


1 2 3 4 5
Загрузка...
научные статьи:   закон пассионарности и закон завоевания этносазакон о последствиях любой катастрофы,   идеальная школа,   сколько стоит доллар,   доступно о деньгах  


загрузка...

А-П

П-Я