ванна roca купить 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Кохан Василий
Месть
Василий Кохан
Месть
Перевод с украинского Г.Ашаниной.
В сборник вошли приключенческие произведения украинских писателей, рассказывающие о нелегком труде сотрудников наших правоохранительных органов - уголовного розыска, прокуратуры и БХСС. На конкретных делах прослеживается их бескомпромиссная и зачастую опасная для жизни борьба со всякого рода преступниками и расхитителями социалистической собственности. В своей повседневной работе милиция опирается на всемерную поддержку и помощь со стороны советских людей, которые активно выступают за искоренение зла в жизни нашего общества.
ПРЕДИСЛОВИЕ К СБОРНИКУ "ВОЛЧЬИ ЯГОДЫ"
Предлагаемый читателям сборник смело можно бы назвать "Украинский детектив-86". А что значит - украинский? Отличается ли он от других чем-нибудь, кроме имен и фамилий действующих лиц? Пожалуй, читатель и сам убедится в этом...
Отличительная черта произведений украинских мастеров приключенческого жанра - повышенная "лирическая температура" повествования, о каких бы трагических событиях ни шла речь. И дело не только в том, что роман, давший общее название книге, начинается... с пения ночных соловьев на берегу Днепра, которых звукорежиссер областного радио Ярош успевает записать перед самым отъездом в отпуск. Нет, лиризм пронизывает всю ткань повествования, и мы не можем не сочувствовать безнадежно влюбленному сотруднику угрозыска Ванже, рыжеусому украинскому хлопцу с чувствительной душой, или Рахиму Гафурову, по-юношески влюбленному в жену и мать своего многочисленного потомства Зинаиду - осиротевшую дочь его фронтового товарища, или даже службисту-сухарю Очеретному, который тоже, оказывается, способен страстно любить. Именно лирическая атмосфера романа и усиливает справедливый гнев читателя против тех, кто ради наживы запутывает в свои сети хороших и милых девчат с трикотажной фабрики, коверкает им жизнь, а то и безжалостно обрывает ее в самом расцвете, чтобы замести следы преступлений. Именно лирический настрой помогает автору показать каждого из действующих лиц живым человеком - в горе или радости, в душевных тревогах и волнениях.
Любовь к мужу и боязнь потерять его, любовь к детям, ставшим родными, пусть и не по крови, и страх - неужели холодные руки подлеца безжалостно разрушат это теперь уже не только личное счастье! - вот движущие пружины действия в повести "Дело Ирины Гай".
Обманутые надежды и жгучая ревность, переплетение мелких, "полудетских" обид с более глубокими, пакостно эгоистическими мотивами в основе конфликтов другой повести - "Месть".
И сквозь все эти роковые страсти, вполне в духе раннего украинского романтизма, все явственнее звучит очень важная для воспитания именно юных, неокрепших душой тема: лучше не оступаться в жизни даже случайно, преступный мир крепко держит свои жертвы... Так, в первой повести, при всем понимании благородных побудительных мотивов поступков Ирины Гай, автор суров и безжалостен в главном - непрочно счастье, построенное на обмане, человек, вступающий в любой конфликт с законом, рано или поздно понесет наказание...
Авторы сборника - не новички в литературе. Немало книг вышло из-под пера Леонида Залаты и Ивана Кирия; известен не только детективными повестями, но и очерками, фельетонами, юморесками, сборниками стихов и Василий Кохан. Произведения их, включенные в этот сборник, - не головоломные упражнения на детективные сюжеты. Живая сегодняшняя жизнь украинских сел и городов встает с их страниц острыми современными проблемами, которые коротко можно определить одним словом - потребительство. Жажда "красивой" жизни, без особого приложения сил, толкает сообщницу одесского гримера на шантаж несчастной женщины, многолетнее вымогательство у нее денег - как расплату за ее же благое дело. Жажда наживы движет "героями" романа Залаты в их отнюдь не социалистической "предприимчивости".
И закономерный крах всех этих трутней, а также привлекаемых ими для палаческих целей "недобитков", сумевших было укрыться от справедливого возмездия после войны (тоже характерная примета именно украинского детектива), снова и снова напоминает читателю: красива лишь та жизнь, где есть простор истинно человеческому в человеке, где гармонично проявляются труд и любовь, где счастье, говоря словами поэта, - это "соучастье в добрых человеческих делах"...
Валентин СВИНИННИКОВ
1
Ирина выбежала из дома.
- Дмитрий! Дмитрий!
На соседнем окне распахнулись сероватые шторы.
"Что случилось?" - приникла к холодному стеклу Феня. Она как раз, попив чаю, расстелила постель и уже собиралась было лечь. Ей и в голову не могло прийти, что кричит тихая, уравновешенная соседка Лукашук. Убедилась в этом, только когда оказалась на дворе возле растерянной Ирины, которая нервно теребила кончик новенького фартука, переступала с ноги на ногу, словно не знала: бежать ей или оставаться на месте, - и все больше съеживалась от каждого вспыхнувшего окна, разбуженного ее криком.
Ирина и не заметила, как и когда возле "Москвича" под уже сбросившим листву ясенем собрались люди. Двое в пижамах попробовали поднять Дмитрия, но тут же опустили, отошли в сторонку и принялись вытирать руки палыми листьями.
Феня подступила поближе. Человек лежал навзничь и не шевелился. Так это его звала Ирина. Значит, это Дмитрий Балагур.
- Что случилось? - шепотом спросила Феня у мужчины, который только что отошел от Дмитрия. - Драка?
- Может быть...
В толпе переговаривались:
- За что его?
- Наверное, из-за нее. - Старичок неодобрительно кивнул головой в сторону Ирины.
- Безобразие!..
- Милиция разберется.
У Ирины закружилась голова. Она прислонилась спиной к стене. Как сквозь сон, до нее доносилось:
- Ирина одинокая.
- Деток в капусте нашла...
Во дворе остановилась "скорая помощь". Женщина в белом халате выскочила из кабины, обошла вокруг Дмитрия, всмотрелась в его лицо и тонкими пальцами обхватила у запястья безвольную руку. Скомандовала:
- Носилки! Осторожно.
- Па-а-па!
Митя цеплялся за носилки. За братом семенила Марьянка в зеленом платьице, белых туфельках, с розовой ленточкой в мягких волосиках.
- Возьмите детей! - попросила врач.
Митя и Марьянка из объятий Фени проводили глазами машину, которая увозила раненого Балагура.
Еще не развеялся дымок за "скорой помощью", как подъехала оперативная милицейская машина, осветила фарами ту часть двора, где толпились возбужденные люди.
- Кто вызвал милицию? - спросила следователь Наталья Филипповна Кушнирчук.
Толпа стала редеть: кто-то вспомнил про оставленное на плите молоко, у кого-то остались без присмотра дети, а кто-то просто не хотел лишних хлопот.
- Граждане, - сказала старший лейтенант, - кто может дать какие-нибудь сведения, прошу остаться.
Полненькая девушка назвалась Калиной Касиян. Возвращаясь с работы, она увидела, как за стволом ясеня прятался человек среднего роста в расстегнутом плаще, простоволосый, в руках что-то блеснуло, похоже на нож.
- Это его "работа", - закончила Калина, - я же видела, как он прятался. А честные глаза в сторону не смотрят.
- А может, это портсигар блеснул?
Наталья Филипповна записала в блокнот имя девушки.
- Что-то блеснуло, - сказала уже неуверенно Калина.
Свидетелей больше не оказалось.
Эксперт-криминалист осматривал "Москвич", снимал отпечатки пальцев с дверец, капота.
Взгляд Натальи Филипповны остановился на букете привядших цветов, лежащем позади машины. Кто принес его? Пострадавший или кто-то другой?
Вдруг она наклонилась: из прелой листвы торчала рукоятка ножа. Лезвие вдавлено в размокший грунт - должно быть, кто-то наступил, когда поднимали Балагура. Собака обнюхала нож, но след не взяла. Не помог и букет. Дунай ткнул в него нос, а потом спокойно прилег. Проводник собаки не принуждал ее: на месте события топтались жильцы дома, санитары, врач...
- Товарищ старший лейтенант, - обратился к Наталье Филипповне участковый инспектор Пасульский. - В подъезде под лестницей обнаружен пьяный. А может, притворяется, что выпил.
Мужчина - ему было где-то под сорок, - опираясь на локти, пытался подняться, но это ему не удавалось. После очередной неудачи он стал бить кулаком, словно гвозди загонять, о каменную стену и бормотать: "Я его... Я ему... Я ей..."
Придирчивый взгляд Натальи Филипповны заметил на смятом пиджаке небольшие красноватые пятна, похожие на кровь. Среди прочего, вынутого из карманов - сигарет, спичек, платка, шнурков, ключей, перочинного ножа, внимание следователя привлек клочок бумаги с цифрами 12-16. Такой же номер у "Москвича" пострадавшего Дмитрия Балагура. Случайно? А если нет? Преступник заранее готовился к нападению, записал номер машины, стерег... А выпить мог для храбрости. Подобное случается.
Наталья Филипповна велела Пасульскому отправить подозреваемого в медвытрезвитель, установить его личность, место работы и жительства, изъять пиджак для проведения экспертизы...
В комнате у Ирины празднично накрытый стол. На вышитой скатерти минеральная и фруктовая вода, торт, конфеты, на небольших плоских тарелках колбаса и мясо. Стол накрыт на четверых. Безучастно глядит лежащая на постели Ирина, около нее топчутся Митя и Марьяна, "Их трое. Кто же должен был быть четвертым? Дмитрий или кто-то другой?.." - думает Кушнирчук.
Ирина жадно глотнула холодной воды и тихо сказала:
- Я заметила: со двора убегал человек. Вот так втянул голову в плечи... На мой крик не оглянулся. Дмитрий появился неожиданно. Вошел в комнату, расцеловал Митю и Марьянку. "Я сейчас", - сказал - и к "Москвичу". Когда я выбежала, он уже лежал...
Ирина дернулась, будто что-то острое кольнуло в спину.
Наталья Филипповна пододвинула стул ближе к кровати.
- Какого роста был убегавший?
- Так он же горбился.
- Может, цвет плаща заметили?
- Темно же было...
Кушнирчук поймала на себе по-взрослому суровый взгляд Мити. Погладила мальчика по голове, глянула на Марьянку - она напоминала перепуганного мышонка. Сердце защемило: готовились к празднику, а тут - беда. Вместо знакомых - чужие...
В тихом кабинете Наталья Филипповна набрала телефонный номер хирургического отделения больницы.
- Идет операция, - услышала в ответ.
Может быть, Дмитрий Балагур застал возле своей машины автомобильного вора, попытался задержать. Спасаясь, тот ранил его. Вполне вероятно. А может, выйдя во двор, Балагур встретился с кем-то из новых знакомых Ирины. Дмитрия на день рождения она не ждала, пригласила другого. Из-за ревности ссора, драка... И вот Балагура увезла "скорая". Поза, в какой он лежал, не зафиксирована. Придется устанавливать с помощью свидетелей.
Еще со студенческой скамьи Наталья Филипповна усвоила правило: ничего не знаешь о преступнике - хорошо изучи потерпевшего. И привычным жестом достала из шкафа вылинявшую от времени синеватую папку с надписью "Балагур Дмитрий Владимирович". С пожелтевшей фотографии на старшего лейтенанта смотрел молодой человек: округлое лицо, под нависшими бровями зоркие глаза, над крутым лбом топорщится короткий чуб. "Вот какой ты, Балагур. Сколько же ты когда-то задал хлопот".
Телефонограмма переполошила районный отдел внутренних дел. "Из колонии сбежал Балагур Дмитрий Владимирович. Возможно, появится в Орявчике, где проживает жена Ирина Петровна Лукашук. Цель побега неизвестна. Просим принять оперативные меры для задержания..." Балагура подстерегали постовые милиционеры и дружинники, участковые инспектора и оперуполномоченные уголовного розыска. А Наталья Филипповна по тревоге поехала в Орявчик.
"Смотри, - напутствовал ее начальник, майор Карпович, - волк на барабанный бой не пойдет". И Кушнирчук под видом студентки-практикантки устроилась на квартиру по соседству с хатой Фитевки, у которой жила Ирина. Дом прятался за высокой оградой и освещался уличным фонарем. Когда стало светать, в хате вспыхнуло и погасло окно. "Кто-то пришел", - подумала Кушнирчук. Немного погодя Фитевка с хозяйственной сумкой пошла в направлении автобусной остановки. "Идет вместо Ирины на встречу с Балагуром", - решила Кушнирчук. У кассы встала в очередь за Фитевкой. В автобусе села позади нее.
В село Гаевское приехали после обеда. Фитевка подалась напрямки, узкой тропкой через молодую дубовую рощу. "Куда ведет эта тропинка?" - спросила Кушнирчук встречную девочку. "На поселок Дол", - услышала в ответ. "Вряд ли Балагур прячется в лесу, - размышляла Наталья Филипповна. - Он у кого-то в Доле".
Под вечер добралась до поселка. С откоса сбежал мальчуган. "Не страшно так бежать с горы? - потрепала его по голове и протянула шоколадку. - Как тебя звать?" - "Юрась", - "Ты всех знаешь в поселке?" - "Ага". - "А что это за тетка пошла с сумкой?" - "Она из Орявчика. К нашей соседке пошла. Вон ихняя хата под шифером. Там какой-то гость у нее или родич..." - "Он из армии вернулся?" - "Таких в солдаты не берут - нету того пальца, каким на курок нажимают, когда стреляют".
"Балагур! Тот тоже без пальца..." - вспомнилось Наталье Филипповне.
...Когда стемнело, в дом под шифером вошел участковый инспектор Пасульский. Попросил незнакомца предъявить паспорт. "Что вам нужно ночью?" возмутился гость. "Извините - служба", - сказал Пасульский. "Мои документы в городе". - "Придется пойти в сельсовет".
Оконное стекло вылетело вместе с рамой. Как кот, выпрыгнул беспалый. "Стой! Руки вверх!" - Сторожившая снаружи Кушнирчук держала пистолет наготове.
Задержанный оказался злостным алиментщиком, дальним родственником Фитевки.
"Где же Балагур? Не просмотрели ль мы его?" - не давала покоя мысль до тех пор, пока из районного отдела внутренних дел не сообщили: "Отбой тревоги". Уже потом стали известны подробности бегства.
...Шел третий год после лишения свободы, и был на исходе второй месяц, как Дмитрий без конвоира ездил за рулем автомобиля из исправительно-трудовой колонии на станцию за продуктами. Привозил их в точно назначенное время. "По тебе, Балагур, можно часы сверять", - шутил лейтенант Сизов.
В колонии Дмитрия знали тихим, исполнительным.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16


А-П

П-Я