https://wodolei.ru/catalog/unitazy/roca-gap-clean-rim-34647l000-podvesnoj-86042-item/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Если бы Габриэль влила в себя столько, сколько выпила Касс, она, скорее всего, неделю простонала бы в кровати.
Касс на ощупь продвинулась к грубо оструганному столу. Нащупав стул, она пододвинула его и вздрогнула от скрипа деревянных ножек о каменный пол. Видимо, она слишком болезненно воспринимала даже малейшие звуки. Возможно, по этой самой причине она отослала и своего пса, и горничную, Церберу приказав охранять дом, а Финетту отправив по какому-то срочному делу. Габриэль надеялась, что Кассандра не послала служанку за выпивкой.
Касс устроилась на стуле и указала Габриэль на место за столом. Девушка неохотно подчинилась, чувствуя, что и ей бы тоже не мешало уйти. Хотя Кассандра и попросила Габриэль остаться, она все еще не пришла в себя окончательно, сидела с изможденным лицом, опухшими, налитыми кровью глазами. Она подперла лоб рукой и удерживала на лбу холодный компресс, приготовленный Габриэль. Касс явно смущало, что ее нашли в столь жалком состоянии.
– Спасибо тебе, – прохрипела она. – Прошло немало лет с тех пор, как кто-то заботился обо мне так… так нежно. С тех пор…
– С тех пор, как ты потеряла мать? – осторожно уточнила Габриэль.
– Нет, моя мать была не из тех, кто нежит своих детей. – Касс скорчила гримасу. – Я больше думала о своей сестре… одной из моих сестер, Элен.
Элен – одна из премудрых женщин из семьи Лассель, которую замучили и сожгли охотники на ведьм. Сестра, за которую Касс приняла Габриэль. Ту, у которой Касс просила прощения. Но за что?
Кассандра вовсе не была склонна развивать эту тему. Сняв компресс, она протерла глаза и откинулась на стуле.
– Прошло уже две недели, как ты не навещала меня, и я уж подумала, что ты позабыла о своей бедной старой подруге.
– Нет, конечно, нет. – Габриэль почувствовала себя виноватой. – Я была несколько выбита из колеи последнее время, вот и все. Со мной произошло… просто случилось нечто неожиданное. Но едва ли сейчас подходящий момент, чтобы грузить тебя своими проблемами.
– Ерунда, – ответила Касс. – Я уже совершенно протрезвела. Рассказывай, что случилось. – Она вздрогнула и стала массировать виски. – Только говори тише.
Габриэль все еще что-то удерживало, но исключительная мягкость разлилась по лицу Касс. Габриэль начала медленно, затем углубилась в детали и рассказала всю историю возвращения Реми, их ссору, события бала-маскарада, рассказала про дьявольский договор, навязанный ей Екатериной, слово, взятое Наваррой с Реми, и то немыслимое положение, в котором она оказалась.
Касс слушала молча, не перебивая. Она даже не выразила удивления, когда узнала, что Реми жив и в том была причина неудачи их проникновения в царство мертвых.
– И? – спросила она, наконец, когда Габриэль затихла.
– И… и это все. Мне нечего больше сказать.
Касс потянулась через стол в поисках руки Габриэль и провела кончиками своих пальцев по ее ладони.
– Есть еще что-то, – настаивала она. – Что-то, что тебя действительно мучает. – Касс крепко схватила Габриэль за руку и не отпускала даже тогда, когда девушка попробовала освободиться. – Рассказывай.
Габриэль вздохнула, затем продолжила тихим голосом:
– Я… наверное, я полюбила Реми, – тихо призналась она. – Мне… мне это не нужно, но я никакие могу справиться с собой.
Касс сдавленно застонала. Она отпустила Габриэль и схватилась за голову, словно боялась, что та вот-вот взорвется.
– Только не это, пожалуйста, – простонала она. – Не заставляй меня, пожалуйста, смеяться.
– Я открыла тебе свое сердце, а ты находишь это смешным?
– Очень. – Касс начала хихикать, затем, застонав, остановилась. – О господи, Габриэль. Даже слепцу не составляло труда увидеть, какие чувства ты испытываешь к этому мужчине.
– Но мне не нужна эта любовь к Реми. Это… это совершенно невозможно. – Габриэль закрыла лицо руками. – Более, какое несчастье!
– Несчастье? Я не в состоянии понять, что тебя гложет. Тебе предначертано стать хозяйкой сердца короля Франции, и тебя выдают замуж за отважного капитана, которого ты обожаешь. Я бы сказала, что не стоит тебе жаловаться на судьбу, Габриэль Шене.
Девушке показалось, что она уловила завистливую злобу в голосе Кассандры. Она внимательно посмотрела на женщину, сидящую напротив, но та ласково улыбалась, и Габриэль подумала, что ей просто померещилось.
– Но, Касс, не могу же я быть женою Реми и при этом делить ложе с королем, – возразила она.
– Почему нет? Мужчины все время поступают так, имеют и жену, и любовницу. Чем мы отличаемся от них? – Касс выгнула брови, вздрогнув, как будто даже это незначительное движение усиливало ее головную боль. – Надеюсь, ты не считаешь, что твоя привязанность к капитану Реми как-то влияет на тебя? Тебе предначертано величие. Сам Нострадамус сказал тебе об этом.
– Разве он не может ошибаться?
– Нет, старый мастер никогда не ошибается. Особенно после того, как его не стало. Если он говорит, что Генрих Наваррский станет королем Франции, а ты – его некоронованной королевой, именно так все и произойдет. На судьбу нельзя повлиять. Кроме того, с чего это тебе захотелось избежать столь великолепного будущего?
И, правда, что это с ней? Габриэль оперлась на спинку стула. Перед ее мысленным взором не проплывали ни дворцовые покои, ни король, ни картины ее будущего могущества. Она видела перед собой только солдата с выгоревшими волосами и усталыми глазами. Предначертанная ей судьба, которая когда-то переполняла ее невообразимым волнением, теперь вызывала только усталость и отчаяние. Она не ответила на вопрос Касс, женщина напротив, казалось, слишком хорошо прочитала ее невысказанные мысли.
– Габриэль Шене! Неужели ты хотя бы на мгновение вдумаешься, не пожертвовать ли тебе будущим ради мужчины, который никогда не полюбит тебя сильнее, чем любит свой долг перед королем? Мужчины, который никогда не опорочил бы свою честь женитьбой на такой женщине, как ты, если бы только сам король не приказал ему поступить так?
Габриэль вздрогнула от едких и жестоких слов Касс, жалящих тем больнее, что она знала, насколько они верны.
– Тебе ведомо, что любовь безумна, – продолжала Касс, – и в лучшем случае мимолетна. Она ничто по сравнению с богатством, положением и могуществом. Только эти непреходящие ценности имеют значение. Если ты не выйдешь замуж; за капитана, король будет искать, кому бы еще навязать тебя. Используй Реми, как поступила бы с любым другим мужчиной. Оставайся сильной и безжалостной, Габриэль. Только так женщина может выжить. Кроме того, взгляни на происходящее с другой позиции. Сдается мне, твой Бич крайне неосторожен. Чем больше у тебя окажется власти, тем лучше ты сумеешь защитить его.
Касс не могла бы найти более весомый аргумент. Габриэль больше всего на свете боялась снова потерять Реми, боялась, что очередное несчастье рано или поздно постигнет его.
– Я не вижу, как осуществление моих планов в отношении Наварры защитит Реми, особенно от Екатерины, – возразила Габриэль. – Скорее я только спровоцирую ее. Несмотря на наше с ней соглашение, я не доверяю ей.
– Тебе и не следует доверять ей. Но я могу немного помочь тебе.
– В каком смысле?
– Я умею не только общаться с духами мертвых. Мне подвластно и многое другое.
Касс одарила ее хитрой улыбкой. Упершись руками о стол, она встала на ноги, но вздрогнула и закачалась, ухватившись за спинку стула. Когда Габриэль бросилась помочь ей, Касс нетерпеливо оттолкнула подругу. Она направилась к буфету и стала водить пальцами по деревянной полке, пока не нашла нужную ей маленькую коробку. Повернувшись спиной к Габриэль, чтобы гостья ничего не увидела, она тщательно перебирала содержимое маленькой коробочки. Габриэль могла слышать, как что-то постукивали друг о друга. Касс повернулась, протянув какую-то вещицу в сторону Габриэль.
– Вот. Возьми.
Заинтригованная Габриэль приняла вещицу и стала се разглядывать. Это был маленький пятигранный медальон на потускневшей металлической цепочке.
– Касс, что это?
– Амулет. Отдай своему Бичу. Заставь носить эту вещицу постоянно. Это поможет ему уцелеть.
Габриэль попыталась придумать, как ей отказаться, чтобы не оскорбить Касс и не задеть ее чувства.
– Гм-м, спасибо. Я ценю твое внимание, но матушка учила нас, девочек, не особо доверять силе оберегом и амулетов.
– Она также учила тебя обходить стороной черную магию, но ты же сама убедилась, каким мощным орудием становится некромантия в моих руках. Посмотри, это вовсе не какая-то цыганская безделушка. Взгляни внимательнее и скажи мне, разве тебе когда-нибудь доводилось видеть нечто похожее?
Габриэль поднесла медальон к факелу и начала изучать его в мерцающем свете. Медальон оказался из непонятного сплава, не похожего ни на медь, ни на железо, ни на серебро. На тусклой поверхности амулета были выгравированы незнакомые ей рунические знаки.
Габриэль наморщила лоб. Она как раз видела нечто подобное и раньше. И металл, из которого был выплавлен амулет, и знаки на нем очень напоминали удивительное кольцо, которое ее зять Ренар дал Арианн, чтобы они были связаны силой мысли, неважно, на каком расстоянии они находились друг от друга. Габриэль никогда бы не поверила, что такое возможно, если бы сама не была очевидцем этой связи.
Она покачала медальон на цепочке на уровне глаз, все же немного сомневаясь.
– И все-таки, каково предназначение этого амулета? Ты утверждаешь, что этот оберег защитит Реми?
– Не совсем. Но если он наденет амулет, то будет способен чувствовать зло, направленное против него. Предупрежден – значит вооружен.
– Невероятно, – пробормотала Габриэль.
– Верить в силу этого амулета или не верить – дело твое. Но твоего капитана не убудет, если он поносит его.
– Думаю, что ты права. Но что ты хочешь взамен за подобную вещицу? – забеспокоилась Габриэль, помня последнюю сделку, которую она заключила с ней.
Касс двинулась на голос, пока не схватила Габриэль за локоть.
– Считай это подарком, символом нашей дружбы. Ты напоминаешь мне ту мою часть, которую я потеряла. Мои сестры…
Она затихла, и лицо ее стало задумчивым и печальным. Касс была импульсивной женщиной и порой вела себя очень странно, но Габриэль чувствовала, что их многое роднит. Девушка знала, что такое потерять сестру. Но ее, по крайней мере, согревала надежда, пусть и очень слабая, когда-нибудь снова увидеть Арианн и Мири.
Касс провела пальцами вдоль руки Габриэль, потом по ее плечу и остановилась на щеке.
– Возможно, ты теперь заменишь мне сестру. Мы с тобой уже заключили нерушимый договор между собой. Ты поклялась помочь мне. Ты ведь помнишь об ном, не так ли?
Габриэль поймала руку Касс и легонько пожала ее.
– Позволь мне сейчас выполнить свое обещание, выманив тебя из этого мрачного места. Неудивительно, что тебя одолевают приступы меланхолии, ведь ты здесь совсем одна, только пес и эта противная Финетта составляют все твое общество. Нет никакой нужды продолжать скрываться здесь, в этом жутком доме. Те охотники на ведьм, которые преследовали твою семью и сами давно сгинули.
– Ну, охотников на ведьм будет хватать всегда, моя дорогая Габриэль. Они такая же неизбежность, как смерть и налоги. – Касс высвободила руку. – Я прячусь в Мезон д'Эспри не из страха, а по собственному убеждению. Я жду.
– Ждешь? Чего?
– Того, что предначертано мне судьбою. Я узнаю точно, когда настанет мое время явить себя миру и прославиться, – тихо объяснила Касс, и на ее губах появилась странная улыбка, от которой у Габриэль почему-то мурашки побежали по коже.
Девушка с опаской подумала, не повлияло ли одиночество и неуемное потребление алкоголя на рассудок бедняжки Кассандры. Но она забыла про свои опасения, поскольку наверху возникло какое-то движение и послышался неистовый лай Цербера.
– Наверху кто-то есть, – глухо пробормотала Касс, вся обратившись в слух. – Габриэль, ты уверена, что за тобой никто не следил, когда ты шла сюда?
– Конечно, – кивнула Габриэль. После того случая со шпионом Екатерины Габриэль стала вдвойне осторожнее везде, где бы она ни была. И все же, несмотря на это утверждение, тревога все больше охватывала ее, по мере того как суета наверху усиливалась. Сверху доносился ожесточенный лай Цербера и звуки шагов.
– Не беспокойся. Никому не найти вход в мою тайную комнату, и, кто бы там ни был, Цербер скоро заставит пожалеть…
Ее ободряющие слова зависли в воздухе, когда Цербер замолк. Не слышалось ни лая, ни даже тихого рычания. Тишина пугала значительно больше, чем предшествующая ей возня.
– Моя собака! – Касс побелела. – Что-то случилось с моей собакой.
Она рванулась к лестнице и второпях наткнулась на стол.
– Нет, оставайся здесь. – Габриэль схватила Касс за плечи. – Пойду я.
Если это она навлекла беду на дом, ей не оставалось ничего другого, как защитить Касс любой ценой. Но та безумно переживала за свою собаку, Габриэль с трудом заставила ее оставаться в подвале.
Девушка огляделась в поисках чего-нибудь, что могло послужить ей оружием, и вспомнила про амулет, который сжимала в руке. «Вот и проверка для амулета Реми», – подумала она, криво усмехнувшись. Она не почувствовала ни малейших признаков приближающейся опасности.
Она засунула медальон в карман платья и нащупала трость Касс. Зажав в руке кривоватую деревянную палку, стала медленно подниматься по узким ступенькам.
– Будь осторожна, – с тревогой прошептала Касс.
Габриэль не ответила, сосредоточив все внимание на продвижении в кромешной тьме, окутавшей ее. Она нажала на рычаг, который управлял дверью тайной комнаты. По указанию Касс, Габриэль повернула ручку на несколько градусов влево. Этого было вполне достаточно, чтобы слегка отодвинуть буфет. Габриэль показалось, по механизм заскрипел слишком громко, чтобы насторожить любого, кто проник в дом.
Она подождала несколько секунд и осторожно высунула голову в проем. Большой зал был окутан сумеречным светом, пыль на полу казалась нетронутой. Но свирепое шипение заставило волосы на ее голове встать дыбом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63


А-П

П-Я