https://wodolei.ru/catalog/unitazy/deshevie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Поэтому обычно выжидают какое-то время и продолжают исследования. Как
правило, все возмущения, которые мы вносим в Канал, успевают сгладится за
два-три года, в подавляющем большинстве случаев "рубцы" так или иначе
рассасываются. Вот. А Дамин полетел в пятое щупальце как раз через три
года после катастрофы.
- И все-таки он сошел с ума?
- К сожалению, такое случается, - Ершов коротко развел руками. - Мы
еще не понимаем слишком многих вещей в Канале. Вот. А с гибелью Дамина...
Здесь сложнее. Он ведь сам взорвался.
- В каком смысле? Взорвал себя?
- Да, сам себя. У нас не принято посылать пилотов в те щупальца, где
они сходили с ума. Он пошел туда самовольно, нарушив полетное задание, и
инициировал там взрыв капсулы. Это известно совершенно точно, бортовая
автоматика успела сформировать сообщение и выбросить в Канал.
"Час от часу не легче..." - подумал Синцов.
- Зачем это могло ему понадобиться? - спросил он.
- Есть материалы расследования по этому поводу, если хотите, я могу
вас с ними ознакомить. Но, насколько я помню, к определенному выводу тогда
так и не пришли.
- Он был здоров?
- Что вы имеете в виду?
- Ну, психически здоров? Он все-таки помешался до этого.
- А, это... Здоров, сумасшедших в Канал не пускают, а такие вещи
сейчас излечиваются быстро и практически бесследно. Общение с Каналом
сильно продвинуло психиатрию вперед.
- Понятно. А, случайно, он не мог помешаться и инициировать взрыв в
таком состоянии? ("Впрочем, все равно остается неясным, зачем он пошел в
это щупальце", - подумал Синцов.) Может быть, он хотел что-то уничтожить в
этом месте? Этот самый "рубец"?
- Возможно, - кивнул Ершов, - такой вариант рассматривался. Хотя, как
правило, канальные структуры слабо взаимодействуют с веществом, Канал -
информационный объект. Но это - как правило. Одним словом, возможно, но
взрывать "рубец"... - Ершов недоуменно пожал плечами. - Это обычные
объекты, к ним привыкли.
- Понятно. Потом туда полетел Йодко...
- Да, через год. С ним, видимо, произошло то же что и Даминым, я
говорю о помешательстве.
- А сами они что сообщают? Есть ведь рапорты о полетах.
- Они отказывались от рапортов, это право пилотов. Да и строго
говоря, информативность таких отчетов невысока. Кто знает, что может
привидеться поврежденному мозгу?
- Все-таки не худо было бы поговорить с Йодко... - задумчиво сказал
Синцов. - Он когда должен из экспедиции вернуться?
- Из экспедиции? Йодко? - Ершов с легким недоумением посмотрел на
Синцова. - Кто вам сказал, что он в экспедиции? Он лежит в нашей Клинике.
- Клинике? ("Йодко соврал?" - мельком подумал Синцов.) Он должен был
лететь в дальнюю экспедицию.
- Да кто вам сказал? - уже с некоторым раздражением спросил Ершов. -
Никаких дальних экспедиций после "Плеяд" не планировалось. Он в Клинике.
- Вот как?.. И что с ним?
- Авария. Разбился на местном вертолете.
- Что-нибудь с автопилотом? - машинально спросил Синцов, пытаясь
осмыслить услышанное.
Ершов взглянул на него со скрытой досадой.
- Нет, - помедлив, ответил он. - Сам разбился. Взял управление на
себя и повел вертолет носом в бетонку. Час назад расшифровали запись
бортового "черного ящика".
- Сам?..
"Они плодят здесь самоубийц, - подумал Синцов. - Либо это как-то
связано с Островом... Оба сами. Сомнительно, чтобы совпадение..."
- Аркадий Сергеевич, - вернул его к действительности голос Ершова, -
я должен отлучиться на несколько минут. Начинаются ночные полеты, мне
нужно быть на установочной пятиминутке.
- Да-да, конечно... - рассеянно кивнул Синцов. - Он жив?
- Йодко? Разумеется жив. Я же сказал, он лежит в нашей Клинике.
- Да-да. Поговорить с ним можно?
- Я бы тоже хотел этого, но к нему сейчас не пускают. Если хотите,
когда разрешат, пойдем вместе.
- Очень хорошо... Можно воспользоваться вашим Видеофоном?
- Разумеется, - Ершов повернул к Синцову стоявший на столе видеофон.
- Извините, я должен идти, - сказал он затем и торопливо вышел.
Синцов просидел с полминуты, уже спокойно обдумывая то, что услышал
от Ершова, потом вызвал по видеофону Кочешева. Тот отозвался сразу же:
- Только собрался вас вызывать.
- Есть новости?
- Да. Я по порядку, по вашим просьбам. Эксперт на Острове был.
- И что с миной?
- Нормальная мина. Не взорвалась случайно: в корпусе оказалась
микротрещина, и дезраствор повредил электронику таймера.
- Ясно... ("Хотя, что с этим ясно..." - подумал Синцов.) Гостюжев не
сообщал, кто-нибудь пытался пробраться в Госпиталь?
- Никто. После вас приходил логов. Гостюжев провел его в здание.
- Чего он хотел?
- Логов? Осмотрел коридор на первом этаже и зал в подвале, где была
мина. Гостюжев говорит, что Логов буквально вылизал каждый метр. Мину,
что-ли, после вас искал?
- Возможно... Ты выяснил, как он начал работать в Госпитале?
- Не до конца. Я нашел в архиве любопытную запись - беседу нашего
сотрудника с Логовым, как раз примерно того периода. Хотите послушать?
- Да, конечно.
Лицо Кочешева пропало, оставив чистый зеленоватый экран, затем экран
засветился вновь, и Синцов увидел на нем Логова. Тот сидел в кресле,
сцепив перед собой пальцы упиравшихся в подлокотники рук. У человека,
разговаривавшего с Логовым, были видны только часть плеча и затылок....
- Так я вас слушаю, - сказал Логов, видимо, после приветствий.
- Павел Матвеевич, - голос собеседника Логова был незнаком Синцову, -
вы в последнее время неоднократно заявляли в кругу пилотов, и более
широко, что пристрелите любого, кто сунется на Остров. Я правильно цитирую
ваши слова?
- Да, я это говорил и готов повторить, - спокойно кивнул Логов.
- Но это же безнравственно, Павел Матвеевич. Вы должны понимать...
- Бросьте, - устало перебил собеседника Логов. - О какой
нравственности вы говорите, когда на наших с вами глазах всерьез и
громогласно обсуждается вопрос, а не вышвырнуть ли нам этих несчастных с
Острова, чтобы они покрутились год-два в какой-нибудь консервной банке
где-нибудь возле Марса, пока мы не решим, заразные они или нет? А еще
лучше - сбросить на Госпиталь бомбу, погорит все внутри, а до нас даже
запаха не долетит, благо защита так придумана, что внутрь что хочешь
пускает, а обратно ничего.
Логов говорил спокойно, почти равнодушно, он даже не старался убедить
собеседника, рассуждая словно по принуждению.
- Да что вы говорите?.. - Голос его собеседника, напротив, звучал все
более горячо. - Кто разрешит сбросить бомбу?.. Но с другой стороны, Павел
Матвеевич, вы ведь не мальчик. Если откровенно, речь идет о здоровье
человечества, 6 а может и шире. Понимаете?.. Что бы там ни было...
- Ладно, Сережа, - сказал Синцов, - достаточно. - И лицо Кочешева
появилось на экране. - Кто это, интересно, беседовал с Логовым.
- Если хотите, я выясню.
- Да нет, не надо, пожалуй, это я так. Запись приобщи к делу.
"Конечно, что касается мины - не Логов, - подумал Синцов. - Дело е в
записи, бог с ней, в конце концов, она просто старая, но осматривать
коридор... Если это игра, то слишком явная, переиграно. Логов ведь не
дурак... Ладно, пошли дальше..."
- Что по движению объектов к острову?
- Это готово. За последний месяц ни один движущийся объект не
зарегистрирован вблизи Острова. Кроме, естественно, вертолета Госпиталя,
но его обычно встречают либо Кнорре, либо Логов. Это данные материковой
службы. То же самое сообщил с Острова Гостюжев, там сохранились записи
системы охранной автоматики.
"Значит, Кнорре и Йодко?.. - подумал Синцов. - Но зачем им?
Кнорре?.."
- Что с медиками, Сережа? - спросил он.
- Я посмотрел резюме их последнего отчета, - ответил Кочешев. -
Ничего из ряда вон выходящего. Прогрессирующее улучшение, но опять же без
особых всплесков, в пределах ожидаемого.
- Понятно. Кстати, насчет ожидаемого. Когда они окончательно прийти в
себя?
- Предполагают, через год-полтора.
- Хорошо. Все?
- Пока да. А у вас есть что-нибудь новенькое?
- Как тебе сказать? - Синцов на секунду задумался. - Есть некоторые
странные вещи, но пока и только. Если что-нибудь выяснится, я тебе сообщу.
До свидания.
"В сущности, конкретного действительно ничего нет, - подумал Синцов,
выключив видеофон. - Странное поведение Йодко... И нет мотивов. Зачем
ему?.. То что разбился... Угрызения совести? Возможно... Поговорить бы с
ним, не монстр же он..."
В этот момент в кабинет вошел Ершов.
- Аркадий Сергеевич, - с порога сказал он, - разрешили посещения
Йодко. Вы пойдете?
- Да-да. Конечно, - торопливо ответил Синцов, стараясь унять
охватившую его дрожь.
В коридоре Клиники их встретил врач.
- Я прошу вас - недолго, Игорь Дмитриевич, - сказал он Ершову,
недовольно покосившись на Синцова. - В общем-то он уже в порядке,
излечение - вопрос времени, но... Иногда создается впечатление, что он
бредит, хотя объективно он в здравом уме. Говорит о каком-то Острове,
Госпитале, мине, долге...
"Значит, все-таки Йодко..." - неожиданно для себя почти равнодушно
решил Синцов.
В палате, куда они вошли, на койке возле окна лежал человек, укрытый
до подбородка простыней. От кровати к стоявшему у изголовья шкафу
жизнеобеспечения тянулись несколько кабелей и шлангов. У человека было
молодое, даже мальчишеское лицо, если бы не синюшная бледность и мешки под
глазами, лицо со слипшимися на лбу длинными рыжеватыми прядями.
Услышав шаги, человек обернулся к двери и, узнав, видимо, Ершова,
быстро спросил:
- Что нового слышно, Игорь Дмитриевич?
- О чем ты, Андрюша?
- Ну, ничего экстраординарного не случилось? - Йодко с тревогой
посмотрел сначала на Ершова, затем на Синцова. Синцову даже показалось,
что большие васильковые глаза пилота чуть побелели от напряжения. - Не
случилось ничего?.. Ну не слышали вы?.. Мне нужен видеофон, Игорь
Дмитриевич, прямо сюда, - неожиданно требовательно сказал он. - Это очень
срочно и важно... - Лицо его приобрело упрямое выражение.
Синцов понял, что он хотел узнать.
- Мина не взорвалась, Андрей Николаевич, - негромко сказал он.
Йодко нервно повернул к нему лицо:
- Откуда вы знаете?
- Я уполномоченный Управления безопасности. Занимаюсь этим делом.
Йодко порывисто вздохнул, задержал выдох, затем как-то беспомощно и
горько усмехнулся и спросил:
- Почему она не взорвалась?
- В корпусе была трещина, дезраствор повредил электронику.
- Нет, - сказал Йодко. - Вы врете. Ведь врете же?.. - Он попытался
сделать какое-то движение, но скривился от боли. Потом отвернулся и с
минуту лежал неподвижно. Все это время Синцов старался не смотреть на
Ершова, но чувствовал, что тот с недоумением поглядывает то на него, то на
Йодко. - Кто вы? - Йодко неожиданно повернулся к Синцову и посмотрел на
него так, будто увидел только сейчас. - Впрочем, это неважно... - Он
повернулся к Ершову и продолжал, не останавливаясь: - Игорь Дмитриевич, вы
должны помнить, когда-то получали решение для Канала с "пузырем". Так вот,
в пятом щупальце именно такой "пузырь", в него стекаются биения от тех,
которые в Госпитале. Я был в этом щупальце и знаю. Я знаю. Что там. Там на
всех хватит. И Дамин знал, он сжечь его хотел, я тогда все думал, чего это
он взрываться решил. Только ведь это невозможно - сжечь, вы же сами
знаете. Лопнуть он может, этот "пузырь", тогда... Да что вам рассказывать,
Игорь Дмитриевич, вы лучше меня знаете, что тогда будет. Если от них и
дальше будут биения стекаться, он лопнет. Он может, уже через секунду
лопнет... Вы же понимаете, о чем я говорю... Да?.. - Он заискивающе
посмотрел на Ершова. - Ну что же вы молчите?.. Да если бы те, в Госпитале,
об этом говорить могли, вы думаете, они другое бы сказали? Да они сами бы
попросили. Они не могут такого не понять, да и никто не может. Я плохо
говорю, извините, просто очень мало времени, может, совсем нет. Он в любую
секунду может лопнуть... У меня в квартире, в книжном шкафу, вы знаете,
где он, Игорь Дмитриевич, на второй полке лежит еще одна мина. Надо ее
туда же поставить, только, понимаете, это очень важно - туда же. Если в
другое место, только боли прибавите. И на ночь надо ставить, там, кроме
больных, никого не бывает... Я не могу, вы же видите. Если бы я мог, я бы
никогда, понимаете, никогда вам не сказал бы... Потому что на себя такое
взять...
- О чем ты таком говоришь, Андрюша? - перебил его Ершов. - Какая
мина?
- Он вам объяснит. Вы объясните ему, - обратился Йодко к Синцову. - А
вы ему про "пузырь" расскажите, Игорь Дмитриевич, нет времени сейчас по
одному разбираться. И не надо тут сейчас стоять! Уходите! Быстрее!.. -
Йодко начал задыхаться.
Шкаф с изголовье его кровати тревожно запищал...
- О чем он говорил? - спросил Ершов, когда они вышли из Клиники. -
Какая мина?
Синцов ответил не сразу.
- Проводите меня до гостиницы, Игорь Дмитриевич, - словно не слыша
вопроса, сказал он. - На сегодня, пожалуй, это все, - он посмотрел на
часы. - Ого, уже половина первого.
Они пошли по аллее.
- Так я слушаю, Аркадий Сергеевич, - напомнил через минуту о своем
вопросе Ершов.
- Под Особым госпиталем Космического центра сегодня утром обнаружили
мину, - сказал Синцов. - И выходит так, что поставил ее туда Йодко.
- Погодите, - недоверчиво сказал Ершов. - Самую настоящую мину?
- Да.
Ершов некоторое время молчал.
- Но зачем ему это могло понадобиться? - наконец спросил он.
- Я надеялся, что вы мне поможете в этом разобраться, - сказал
Синцов. - Он говорил о каком-то "пузыре", это просто бред?
- "Пузырь" - не бред, - помолчав секунду, сказал Ершов. - Во всяком
случае, не в том смысле, который вы имеете в виду. Он говорил об одной из
моделей Канала.
1 2 3 4 5


А-П

П-Я