https://wodolei.ru/catalog/mebel/Aquanet/verona/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Иеро –

«Зов пустыни»: АСТ, Северо-Запад Пресс; Москва, Санкт-Петербург; 2002
ISBN 5-17-010703-X, 5-93698-063-1
Аннотация
Приключения отважного воина-телепата Иеро Дистина продолжаются. На сей раз странный ментальный зов манит его в Голубую Пустыню, далеко на юге континента. Вместе с ним отправляются в поход старинные друзья — эливенер, разумный медведь Горм, верный лорс Клуц. Однако воинство Нечистого готово на все, чтобы остановить смельчаков...
Тильда Гир
Зов пустыни
1
Рассвет едва начал золотить край неба, когда Иеро, священник-заклинатель первой степени, выехал из поселка, окружавшего Центральное Аббатство. Иеро направился в ту сторону, где лес подходил довольно близко к крепким приземистым домам, столпившимся возле Аббатства. Высоко над головой Иеро, в ветвях уходящих в небо гигантских сосен, подавали голоса первые утренние птахи. Скоро их щебет заполнит все вокруг… и постепенно лес оживет, встречая новый день. Чей-то мысленный писк донесся до Иеро, и сверху прямиком в него полетела огромная шишка. Священник рассмеялся, уворачиваясь. Полосатые белки любили пошутить. Но бояться их не приходилось. Здесь, в давно обжитых местах, лес был тщательно расчищен и почти безопасен для человека, и в нем почти не встречалось по-настоящему страшных зверей, разве что в больших озерах. И многие жители поселка через час-другой отправятся собирать целебные травы и ранние весенние ягоды. Но, конечно, каждый человек возьмет с собой какое-то оружие. На всякий случай.
Иеро хотелось подумать о многом, а лес всегда помогал ему в размышлениях. Верный спутник киллмена, огромный черный лорс, легко нес священника-воина, повинуясь мысленным приказам. Впрочем, сейчас Иеро не трудился что-либо приказывать Клуцу. Тот и сам прекрасно знал, куда нужно везти хозяина, если тот отправляется в лес с утра пораньше. Они направлялись на берег небольшого озера, таящегося в распадке за сосновым бором. По другую сторону озера начинался смешанный лес, растянувшийся почти на десять километров, дальше протекала довольно большая река, а за ней лежал Тайг — бесконечная путаница деревьев, кустарников и лиан, перемежавшаяся районами болот и небольшими холмистыми областями. В глубине Тайга скрывалось огромное Внутреннее море, а еще дальше, где Тайг наконец терял свою мощь, на берегу Лантического океана, находилось государство Д'Алва, родина его любимой Лучар…
Иеро прекрасно знал, что когда-то, давным-давно, еще до того, как над их планетой пронеслась, сметая все на своем пути, ядерная Смерть, их материк, Америка, выглядел несколько иначе. Но о том не стоило и вспоминать. Слишком много времени прошло после Смерти — целых пять тысяч лет. И мир, в котором жил Иеро, не имел ничего общего с тем миром, что погиб когда-то из-за собственной глупости. Сейчас стояла весна 7481 года, Иеро исполнился сорок один год, и священнику-воину было о чем подумать, кроме странного отношения к жизни далеких предков нынешнего человечества.
Прошло уже четыре с лишним года с тех пор, как жители Севера воевали с ордами слуг Нечистого, хлынувшими в их края. Да, это было время больших битв, однако объединенные силы Республики Метс и Отвианского Союза не только выстояли, но и победили. А до того Иеро пришлось отправиться в дальнее путешествие по заданию Совета Аббатств… И именно во время этого путешествия Иеро встретил принцессу Лучар, ставшую его супругой. Тогда, в те бурные и сложные дни, Иеро иной раз мечтал о том, как будут жить они с Лучар, и какие у них будут дети — при его бронзовой коже метса и почти шоколадной коже Лучар малыши, наверное, получились бы довольно любопытного оттенка… Однако все сложилось иначе. И сейчас принцесса Лучар воевала с силами Нечистого где-то в далекой Флориде, а Иеро получил приказ Совета Аббатств — заняться изучением недавно обнаруженных древних архивов.
Нет, это, конечно, не были книги, написанные предками до Смерти, — те бумажные библиотеки просто не могли просуществовать пять тысяч лет. Речь шла о рукописях другого рода. Когда человечество слегка опомнилось после вспышки ядерного безумия, люди приложили все усилия к тому, чтобы сохранить Знание. Тогда, на заре рождения новой эры, еще не было возможности заново создать книгопечатные станки, и поэтому сотни энтузиастов начали переписывать рассыпавшиеся на глазах книги. Бумаги у них тоже не было, да они и не стали бы ее использовать — слишком уж она недолговечна. Они писали на листах особого тонкого пластика, чрезвычайно устойчивого ко всем формам воздействия внешней среды. Этот пластик создали те, кто надеялся: человечество вот-вот отправится к звездам. И чернила тоже изобрели подходящие к случаю. К сожалению, их состав химикам Аббатств до сих пор не удалось выяснить. Однако эти густо-зеленые чернила не смывались с тонких серебристых листов и не выгорали. Подобных библиотек за промчавшиеся над Землей тысячелетия было найдено много, но все они оказывались, как правило, невелики, — две-три тысячи листов, и все. И вдруг Стражи Границы обнаружили в глубине Тайга архив, содержавший в себе несколько сотен тысяч листов.
Находка была почти случайной. Год назад Стражи Границы, чьей задачей было следить за тем, чтобы в обжитые районы не проникала разная злобная нечисть, натолкнулись на своем пути на плотно заросшие колючим кустарником холмики. Здесь явно когда-то была большая поляна, решили Стражи, потому что вокруг холмиков разрослись те деревья, которые после глобального потепления продвинулись далеко на север и которые с давних пор люди сажали возле своих поселков, — яблони, черная лещина, масличные пальмы, древовидный ананас и многое другое. Отряд не поленился вскрыть один из холмов — и под толстым слоем дерна Стражи действительно обнаружили остатки дома, сложенного из небольших круглых валунов. Под домом был обширный глубокий подвал. Когда Стражи увидели, что лежит в этом подвале, они осторожно прикрыли свою находку дерном, ветвями и листьями пальм, и отправили гонцов в Центральное Аббатство. Никто из людей, не обученных специально обращению с древними рукописями, не решился бы притронуться к подобной находке.
Из Центрального Аббатства спешно выехала экспедиция ученых, во главе которой стоял сам настоятель, отец Демеро. Почти месяц священники трудились, не покладая рук, и им помогали четыре десятка Стражей Границы, — но в конце концов все до последнего листа было изъято из подвала древнего дома и доставлено в Республику Метс, в Центральное Аббатство.
Теперь священникам предстояло изучить и систематизировать найденное.
И священник-заклинатель пер Иеро Дистин, Страж Границы и киллмен, тоже погрузился в мир древнего Знания.
Это была очень странная библиотека. Те люди, что чудом остались в живых после ужасов Смерти, переписывали на серебристые пластиковые листы все подряд. Исследователи Аббатства обнаружили в подвале давно рассыпавшегося дома и научные труды по биологии, математике, физике, химии, и медицинские и фармацевтические руководства, рецептурные справочники, и учебники по программированию, и руководства по строительству компьютеров, — и романы, сборники стихов, газетные статьи… Те, кто посвятил свои жизни сохранению Знания, не упускали ни единого печатного слова, сумевшего пережить огонь и яростные бури, пронесшиеся над Землей после того, как ненормальные предки-воины решили покончить с собой и со всем человечеством. И сохраняли они не только слова. Безымянные труженики старательно копировали все иллюстрации, какие только имелись в текстах. Копировали тщательно и точно… вот только, к сожалению, далеко не все они обладали нужным для рисования талантом.
Здесь были тексты на множестве разных языков, существовавших тогда на Земле. Большая часть этих языков была полностью забыта, и такие листы откладывались в отдельное хранилище — их предстояло расшифровывать. Но для этого нужно было сначала найти учебники этих языков. Если же учебников обнаружить не удастся — рукописи будут ждать лучших времен.
И еще здесь были тексты, не имевшие ни начала, ни конца. И тоже на разных языках. Те, кто копировал все это, делали перед началом текста специальную пометку, означавшую, что текст попал в руки переписчиков именно в таком виде. Иные тексты начинались с половины слова, но ни один из переписчиков даже не сделал попытки восстановить такое слово в его изначальном виде. Иеро не мог понять, почему они так поступали. Ведь они наверняка знали, что значат эти слова… ну, пускай не все, но многие. Но дело было даже не в этом. Эти обрывки в основном представляли собой куски газет и журналов, которых до Смерти выпускалось огромное количество. Тогда люди не экономили бумагу и электричество, да к тому же интересовались массой вещей, о которых теперь никто ничего не знал. Но иной раз и тут попадалось кое-что интересное. Например, на прошлой неделе Иеро, уже давно свободно владевший древним английским, прочитал о том, что земляне обеспокоены спадом рождаемости в последние годы…
Эта тема тревожила людей и сегодня.
Несмотря на то, что нынешнее человечество отделял от его предков огромный, почти немыслимый интервал в пять тысяч лет, людей на планете было совсем немного, если сравнивать их количество с населением Земли до Смерти. Тогда людей считали миллиардами. А теперь… Конечно, до сих пор никто не знал, что творится на других материках планеты, и существуют ли они вообще, но на всем американском континенте (разумеется, по очень приблизительным подсчетам) жило едва ли более миллиона человек.
И в последние четыре года детей стало рождаться даже меньше, чем обычно. Намного меньше.
А те, что рождались…
Иеро глубоко вздохнул и покачал головой. Да, может, это и хорошо, что у них с принцессой Лучар никак не складывается семейный быт. Конечно, всегда следует надеяться на лучшее и молиться о счастье. Вот только не каждая молитва доходит до тех сил, к которым зачастую в последней надежде обращаются люди. Но все же без веры в высший разум им было бы просто не выжить.
Иеро огляделся по сторонам. Его любимец Клуц, размеренно переставлявший длинные ноги с большими острыми копытами и покачивавший головой, увенчанной огромными разлапистыми рогами, уже довез седока почти до самого озера. Лорс осторожно спускался в распадок, и его копыта до половины погружались в толстый, пышный слой желтовато-коричневой хвои. Под соснами, чьи гигантские кроны почти не пропускали к земле солнечных лучей, выживали лишь немногие растения. В основном это были карликовые лианы, эпифиты, прилепившиеся к стволам сосен почти у самых корней, и небольшие кустики синей облепихи. Там, где света было побольше, землю сплошь покрывали стебли вьющейся клубники и белой морошки, уже усеянные мелкими желтыми цветочками. На пригорках торчали нелепые с виду толстые и корявые стебли дудника, на верхушках которых уже созревали гроздья фиолетовых ягод. Темно-зеленые резные листья дудника раскидывались по пригоркам веерами, и на каждом листе красовались вдоль прожилок отчетливые белые кольца. Ягоды дудника созревали первыми, уже в начале весны, и охотников до них в поселке Центрального Аббатства всегда хватало, потому что мелкие фиолетовые шарики были не только очень вкусными и душистыми, но и содержали в себе массу витаминов, столь необходимых людям даже после недолгой и теплой северной зимы.
Мысли Иеро вернулись в прежнее русло. Дети…
В последние годы детей на севере рождалось все меньше и меньше. Это происходило и в Республике Метс, и во всем Отвианском Союзе. А те, что все-таки умудрялись пробиться на свет, оказывались не слишком здоровыми. Либо вовсе уродами, без пальцев, а то и без руки или ноги. Почти половина детей умирала, не дожив и до полутора лет, причем умирали эти малыши как бы даже и без видимого повода. Ни лихорадки, ни даже обычной простуды… Целители вскрывали маленькие тельца, пытаясь отыскать какие-то внутренние дефекты, но ничего не находили. Все ученые Аббатств упорно размышляли, зарываясь в древние и новейшие медицинские трактаты, стремясь разобраться в сути этого страшного явления, но пока их усилия ни к чему не привели.
Но страшнее всего и священникам, и простым людям казалось то, что выжившие и едва подросшие малыши проявляли иной раз немыслимую жестокость по отношению ко всему живому.
Они могли не только со смехом раздавить домашнего муравья, спешащего по своим делам, но и ткнуть ножом в бок поросенка или козы, изуродовать овцу-мериноса. Могли ни с того ни с сего вытащить из клетки фазана или птенца глухаря и свернуть им шею. Они могли жестоко избить другого ребенка, могли внезапно выплеснуть кастрюлю кипящей воды на собственную мать… И никакие родительские увещевания не проникали в их странные, закрытые от всех умы.
Родители таких детей не слишком сильно возражали, когда священники предлагали им:
— Пусть ваше дитя живет в Аббатстве. Там за ним будет должный присмотр, и мы постараемся изменить его сознание…
В Центральном Аббатстве за последние четыре года таких детей собралось уже более двадцати.
И в каждом из дальних Аббатств Республики Метс, равно как и других государств севера, тоже не жаловались на недостаток воспитанников.
А если бы и у них с Лучар родились такие уроды? Иеро вздрогнул при этой мысли. Нет, лучше уж вовсе не иметь малышей… хотя, конечно, ему очень хотелось стать отцом. Хотелось иметь крепких и мужественных сыновей, которых он научил бы всему, что знал и умел сам, хотелось иметь дочурок, похожих на Лучар, ясноглазых, красивых, веселых и добрых… Но он готов подождать, пока не выяснится, кто или что виновен в появлении дурной крови.
Большинство ученых-священников сходились на том, что виновником является та сила, которую они привыкли называть Нечистым. Но эта идея, хотя и выглядела верной в своей основе, требовала конкретизации. Как именно Нечистый мог повлиять на наследственность? Что служит носителем, передающим страшную генетическую заразу?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36


А-П

П-Я