https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/bolshih_razmerov/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На что они могли бы рассчитывать, чтобы добиться успеха?— На хитрость, — медленно ответил человек. — В предположении Хемо есть смысл.Хемо испытывал гордость из-за того, что Глобин поддержал его, и ненавидел себя за это.А человек, наморщив лоб, продолжал размышлять:— Но оставшиеся добровольно обрекли бы себя на смерть. Они должны были бы понимать, что предводители Торговцев не смогут оказать им помощь — из-за конвоя Флота вокруг Халии это было бы смертельно опасно. Хемо, это верная идея, и мы найдем способ заставить Флот произвести у себя расследование, чтобы выявить предателей. Но Торговцы не вернутся на Халию. Вы напрасно расходуете время, топливо и воздух. Возвращайтесь.— Ты отговариваешь меня, когда есть только один шанс отомстить?! — завизжал Хемо. — Молчи, предатель! Не пытайся ослабить мою решимость…С экрана прозвучал сигнал тревоги.Хемо развернулся. Его наблюдатель указывал на экран и пронзительно кричал:— Враги! Они приближаются!— Вперед, навстречу им! Всем боевым постам! Приготовить лазерные орудия и торпеды! — Потом Хемо обратился к оператору: — Направьте всю информацию с датчиков на канал связи с Баратарией!Оператор заколебался.— Противник засечет нас, лейтенант, а заодно и Баратарию.— Нет, у нас новая система связи, которую не могут обнаружить Торговцы! — Оператор все еще колебался, и Хемо, хотя это уязвляло его, сказал: — Используйте систему Глобина!Экран неожиданно разделился на четыре части, на одной из которых был вид космоса с командного мостика Хемо, другой представлял полярную проекцию области пространства, в которой находились корабли, третий — эклиптическую проекцию всех четырех кораблей сбоку, а последний показал сияющее лицо торжествующего Хемо:— Убедились? Кто говорил, что они не вернутся? Ну что, я оказался болтуном? Пришло время возмездия! — Сделав яростный жест, Хемо повернулся к подчиненным: — Огонь торпедами на предельной дистанции! Первая батарея, огонь на средней дистанции!— Их трое, — доложил наблюдатель.Глобин и Троб увидели, как разросшаяся точка на первой четверти экрана превратилась в три. Изображение запрыгало, потом корабли Торговцев стали отчетливо видны впереди на расстоянии нескольких километров. Их корпуса отражали свет звезд. Картинка снова прыгнула, выделяя одного противника, сделавшего поворот, и позволяя на мгновение увидеть его профиль…— Такой же! — крикнул Хемо. — Такой же силуэт, как у кораблей, убивших капитана! Это Торговцы!— Записывайте, — бросил Троб оператору.— Запись ведется с момента поступления сигнала тревоги, — ответил техник.— Они окружают Хемо, — произнес Глобин низким, напряженным голосом.На экране два корабля Торговцев метнулись в сторону. Не обращая на них внимания, Хемо несся прямо на центральный корабль — два других отстали и начали заходить с боков.— Они окружат тебя, Хемо! — крикнул Троб.— Первая батарея, огонь по ближайшей цели! — скомандовал Хемо. — Вторая батарея, огонь по правому борту!Рубиновые лучи ударили с обеих сторон корабля пиратов и рассыпались ослепительными искрами на защите Торговцев. Желтый луч протянулся в сторону центрального корабля Торговцев, указывая траекторию торпеды, но красная полоса ответного выстрела коснулась желтой линии, и в месте соприкосновения возникла вспышка.— Торпеда уничтожена, — доложил носовой наблюдатель.— Вторая торпеда, огонь! — откликнулся Хемо.Потом рубиновый луч с переднего корабля скользнул сквозь место взрыва и вызвал вспышку на передних экранах Хемо. Багровые лучи, срываясь с обоих зашедших с флангов кораблей, окутывали пламенем защиту пирата.— Хемо, нет! — простонал Троб. — Они перегрузят твои экраны, они поджарят тебя!А пиратское судно рванулось в сторону и вверх, и рубиновые лучи погасли: вражеские корабли боялись поразить друг друга. Через мгновение лучи вспыхнули опять, снова поймав Хемо, потом опять погасли, когда он сделал следующий маневр; затем беспорядочно замигали, когда пиратское судно начало свою дикую и непредсказуемую дьявольскую пляску, оказываясь то здесь, то там и всегда, всегда ведя ответный огонь по противнику или осыпая его торпедами. Золотые вспышки омывали экраны врагов; огонь лазеров заставлял их сиять.— Он взорвет реактор, он опустошит батареи! — прорычал Троб. — Истратит весь боезапас, у него кончатся торпеды! Ему нужно отступать!— Он не может, — холодно отозвался Серум.Торговцы начали сжимать кольцо. Пространство, где отчаянно и безумно метался корабль Хемо, становилось все меньше. Рубиновые лучи делались все короче…Но экраны Торговцев тоже сияли уже нестерпимо, перегруженные натиском батарей Хемо.Внезапно центральный корабль Торговцев стремительно рванулся вперед. В этот же момент боковые корабли одновременно выстрелили.— Вверх! — рявкнул Хемо. — Развернуться!Крейсер сделал маневр, и экран эклиптического вида показал, что он неожиданно оказался намного выше плоскости, в которой три корабля Торговцев сжимали петлю.А на экране, демонстрировавшем полярную «проекцию, две рубиновые вспышки настигли друг друга.— Здорово! — крикнул Троб. — Как здорово! Он сманеврировал так, что они оказались на одной линии, но не знали об этом! До чего здорово!— Как это смело, — прошептал Глобин. — Как отважно! — Он почувствовал себя посрамленным доблестью Хемо, его презрением к смерти, почти тягой к ней.…Багровая вспышка настигла судно Хемо.Две дюжины халиан закричали одновременно.— Тихо! — оборвал их Хемо. — Батареи, вести одиночный огонь! Держите противника на расстоянии! Контроль за повреждениями, что там у вас?— Разрушена хвостовая часть, — коротко сообщил офицер службы контроля за повреждениями. — Все проходы и трубы заблокированы, и атмосфера сохраняется, но мы лишились двигателя.— Он не может маневрировать, — простонал Троб.Лицо Хемо на экране выражало непреклонность:— Значит, мы погибнем, но и они сдохнут! Батареи, стреляйте при малейшей возможности!— У них не будет такой возможности, — выдохнул Серум.Было похоже, что он не ошибся. Корабль Торговцев неторопливо кружил у неподвижного судна пиратов, огибая его на большом расстоянии, совершая непредсказуемые маневры и выбирая наиболее уязвимую точку для последнего смертельного удара. Даже маневрируя, он выпускал торпеды, вынуждая стрелков Хемо тратить энергию, сбивая их лазерами. А корабль Торговцев стегал и стегал крейсер своими орудиями, доводя ослабленные экраны до белого каления, раня корабль Хемо, нанося ему многочисленные мелкие уколы.— Разве ты можешь отказать ему в помощи, Глобин? — требовательно спросил Троб.Но Глобин, казалось, не слышал — взгляд его был далеко, а ум лихорадочно работал. Он понимал, что, хотя халиане не были способны принимать сигналы Торговцев, те вполне могли прослушивать пиратов. В конце концов, именно Торговцы снабдили Халию аппаратурой связи и наверняка уже разобрались в новом методе передачи Глобина и расшифровали его новый код. Если враги могли слышать каждое слово, произнесенное пиратами, надо было помочь Хемо так, чтобы Торговцы не поняли его.— Хемо, — коротко скомандовал он. — Прыгай! Полградуса, куб!Возникло секундное молчание; потом Хемо заорал:— Навигатор! Прыгаем! Полградуса в кубе!Глобин затаив дыхание смотрел на экран. Троб требовал объяснений:— Что это означает?Корабль Торговцев нанес удар из всех орудий, поток красного света — но он унесся в пустоту: Хемо исчез.— Он не мог прыгнуть в гиперпространство! — недоумевал Троб. — Не мог сделать это на таком небольшом расстоянии! Это граничит с самоубийством!А корабль Хемо уже появился на краю экрана, позади судна Торговцев, в пределах действия оружия.— Залп! — взвизгнул Хемо, и рубиновый свет сорвался, казалось, со всей поверхности пиратского корабля. К нему примешивались желтые следы торпед. Торговец стал красным, потом желтым — его экраны перегружались. Два слабых луча метнулись к пирату, но вскоре погасли, когда внутри желтого пузыря Торговец начал поворачиваться бортовыми орудиями к кораблю Хемо. Однако сфера перегруженной защиты становилась все ярче и ярче, все горячее и горячее, почти белой.Белизна, абсолютная белизна, расширяющаяся, рассыпающаяся брызгами, подобно фантастическому фейерверку в тишине бесконечной ночи.Потом фейерверк погас. И только корабль Хемо в одиночестве дрейфовал на экране.Команда крейсера ликовала. Они вопили. Они пели.Хемо восторженно орал, как и все остальные. Потом он со сверкающими от радости глазами метнулся к экрану:— Спасибо, Глобин! Я никогда не думал, что мне придется сказать тебе это — но, спасибо! Ракетные двигатели были повреждены, но оставалась сверхсветовая тяга! Я прыгнул на полградуса в сторону Торговца, на полградуса вбок и на полградуса вверх — полградуса в кубе! Мы рисковали, но были бы обречены, если бы не сделали этого! И я выжил мы все выжили, а он мертв! Ты действительно один из нас, действительно из команды капитана! Ты, безусловно, достойный пират!— Не такой достойный, как ты, Хемо! — ответил Глобин, сверкая глазами. — Твое мужество посрамляет мое. Мы не можем потерять тебя. Держись, пока мы не пришлем команду, чтобы забрать вас.— Я продержусь, ведь мой капитан теперь отмщен!— Да, мы насытились местью. — Лапа Троба твердо лежала на плече Глобина. — Не правда ли, это сладкий вкус, мой друг Глобин? Он удовлетворил твой голод?— Это только начало, — ответил Глобин. ИНТЕРЛЮДИЯ Военный кодекс Статья IIЕсли адмирал, капитан, капитан младшего ранга или командир подразделения, подпадающий под действие данного акта, по сигналу» к бою «, либо при виде судна неприятеля не выполнит нижеследующее:а) не приложит максимум усилий для скорейшего приведения своего судна в боевую готовность;б) во время боя личным примером и в соответствии со своим званием не сумеет вдохновить подчиненных и матросов проявить мужество и самоотверженность;в) не исполнит своего Священного Долга не сдавать корабль врагу, пока существует возможность успешно обороняться, либо же во время боевых действий отдаст несвоевременный приказ выйти из сражения……В случае, если он совершит это сознательно, из побуждений измены — карается смертью; в случае, если он совершит это по причине трусости — карается смертью либо несет одно из наказаний, предусмотренных ниже; если же это преступление совершено им по неосторожности или в силу какой-либо ошибки — увольняется со службы без разжалования либо несет одно из наказаний, предусмотренных ниже.Герои — это капитал. Один из главных парадоксов войны заключается в том, что самые великие из героев слишком ценны, чтобы рисковать ими в бою.Современная война остро нуждается в героях, причем в живых героях, которые могут отрапортовать налогоплательщикам, что их деньги тратятся на впечатляющие свершения и выдающиеся подвиги. Пример героев гораздо больше, чем принудительные меры, вдохновляет гражданское население производить продукцию, вкладывать деньги в оборону, а иной раз даже идти воевать.Рой и Минерва были настоящими героями. Они уцелели в таких переделках, когда остаться в живых, казалось, было совершенно невозможно. Они расчистили путь к планетной системе Цель, сокрушив оборонную сеть из сотен спутников-роботов. Более того, однажды они напоролись на объединенный флот Семейств — и сумели выбраться с честью. Совершив такие подвиги. Рой и Минерва были просто обречены носить тяжкое бремя героизма…Когда по омнивидео транслировали их тридцать пятое за неделю интервью. Роя начал душить неудержимый нервический смех. Самое потрясающее — Минерва (со своей орбиты через тахионную линию связи) вместо того, чтобы призвать его к порядку, стала подбрасывать какие-то лишь им двоим понятные каламбуры.Флотовские эксперты по пропаганде, которые часто имели дело с героями, тут же поняли — пришло время убрать их обоих как из эфира, так и вообще с глаз долой, в какой-нибудь безопасный отдаленный уголок…И черт же дернул Минерву сделать этот расчет по заказу Роя! Вышло, что, если допотопный дредноут, который они сейчас пилотируют, будет идти на предельной скорости, до ближайшей зоны дислокации кораблей Синдиката от портовой Академии Флота он доберется ни много ни мало — за два месяца… четыре дня и пять часов…Получив результат вычислений, Рой полдня заливал свое горе этиловым спиртом, то и дело цитируя ужасные цифры. Для них подыскали самое безопасное место во всей вселенной.Но, увы, в условиях современной войны абсолютно безопасных мест не существует… Питер Морвуд, Диана Дуэйн. ВЫПУСКНОЙ ЭКЗАМЕН — Скоростная канонерка Девятнадцать вызывает стыковочный узел. Запрашиваем отстыковку.— Стыковочный узел — Девятнадцатому. Переключаю на стартовый режим. Частота — два — ноль — ноль — дробь три — ноль. Катер Девятнадцать в зоне запуска.— Хорошо пошел, Рой, Минерва. Есть стыковочный контроль.— Девятнадцатый к старту готов. Все в норме. Убрать причальные мачты!— Причальные мачты отошли… Причальные мачты убраны и зафиксированы.— Освободить центровой держатель!— Центровой держатель освобожден. Корабль в открытом космосе.— Мистер Пизон!— Сэр?— Вы управляете кораблем. Выполняйте отход. Режим контроля — ручной.— Ручной?! Твою ма… То есть — слушаю, сэр! Устанавливаю рычаги на удержание курса.— Мистер Пизон!— Сэр?— Если рычаги установлены, почему на экране слежения траектория имеет трехградусное отклонение влево?— Сэр?— Поправить траекторию, мистер Пизон!— Сэр?!— Мистер Пизон!!— Сэр?— Я приказал вам поправить траекторию, а не перекосить ее в другую сторону. Контрольный экран показывает семь градусов вправо. Скажите-ка, мистер Пизон, почему корабль опять приближается к причалу.« ВНИМАНИЕ, ОПАСНОЕ СБЛИЖЕНИЕ! ВНИМАНИЕ, ОПАСНОЕ СБЛИЖЕНИЕ!»— Зар-р-раза! Подаю рычаги вперед на одну треть!— Куда, чтоб тебя, рано!!« ВНИМАНИЕ, ОПАСНОСТЬ СТОЛКНОВЕНИЯ! ВНИМАНИЕ, ОПАСНОСТЬ СТОЛКНОВЕНИЯ!»Корабль с искусственным мозгом РМ — 14376 класса» Олимпус» воткнулся под углом сорок градусов в одну из главных опор орбитального причала;
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40


А-П

П-Я