https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya_vanny/s-dushem/Rossiya/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но туг же покачала головой. - Нет, спасибо. Повоюю пока сама, у меня еще несколько дней до отъезда. Вы не знаете тети Корнелии. - Она смущенно опустила глаза и посмотрела на свои руки. - Я же никогда не уезжала из дома одна. Живу так, будто... - она замолчала и улыбнулась; Корин показалось, что совершенно обворожительно. - Разве это важно? Я счастлива, что приехала сюда, вот и все.
- Где вы остановились, милая? - осторожно поинтересовалась Корин.
- В "Уолдорфе". Скорей всего, мы пробудем до следующего воскресенья. - Мисс Крофт хихикнула. - Тетя Корнелия не доверяет слугам, опасается за столовое серебро. Причем больше других - _н_о_в_о_й_ кухарке - ясное дело: служит у нас всего девять лет и не успела как следует себя зарекомендовать.
Корин рассмеялась - от души рассмеялась. Ей вдруг показалось очень несправедливым, чтобы эта умненькая молодая особа вернулась в Вермонт с неосуществившимися или почти неосуществившимися желаниями.
- Мэри - могу я называть вас Мэри? - начала Корин.
- Банни. Никто не зовет меня Мэри.
- Банни, вы бы могли пожить немного у нас, когда ваша тетя уедет. Если она разрешит. Правда. У нас есть отличная комната, куда мы даже и не...
Расчувствовавшись, Банни Крофт пожала Корин руку. Затем она засунула руки в карманы жакета. Ногти у нее были обкусаны до мяса.
- Я что-нибудь придумаю, - сказала она твердо и улыбнулась.
Было заметно, что Банни не склонна мириться с безнадежными обстоятельствами. Через какое-то время Корин уже казалось, что Банни водит ее по своему вермонтскому дому, с любовью и отвращением подмечая все, что там стояло, росло или валялось. Вот появилась и тетя Корнелия: смешная старая дева, лишенная чувства юмора, ведущая в одиночку войну на множество фронтов, но, главным образом, против прогресса, пыли и развлечений. Корин слушала с интересом, то посмеиваясь, то с сочувствием покачивая головой.
Но задвигавшиеся по дому слуги задели ее за живое всерьез. Когда Банни с неописуемой нежностью заговорила о старике-дворецком Гарри, которого обожала и которому была предана как родному, Корин с внезапной горечью вспомнила Эрика, отцовского шофера, давно покойного.
- А Эрнестина! - с чувством восклицала Банни. - Бог мой! Если бы вы видели Эрнестину! Горничную тети Корнелии. Жуткая клептоманка, сколько ее помню, - с удовольствием припечатала она. - Но когда я попала в дом тети, одна Эрнестина - кроме Гарри - понимала, что маленькая девочка - не низенький взрослый. - Банни усмехнулась. Глаза ее погрустнели; глаза были красивые, серо-зеленые и большие.
- Многие годы я брала на себя вину за всякие мелкие пропажи, которые случались в доме. Да и до сих пор беру. Бог ты мой, тетя Корнелия тут же уволит Эрнестину, если узнает о ее... _н_е_д_о_с_т_а_т_к_е_. - Она улыбнулась.
- А как поступала тетя, я имею в виду, когда вы были маленькая, когда вы признавались в грехах Эрнестины? - изумленно и с любопытством спросила Корин. Она поразилась и даже немного позавидовала находчивости, благодаря которой ее гостья, как видно, безболезненно пережила детство.
- Как поступала? - Банни передернула плечами - жест показался Корин чересчур ребячливым для ее возраста. Банни улыбнулась. - Да так, ничего особенного. Запрещала пользоваться библиотекой. А Эрнестина все равно добывала для меня ключ. Ну или не позволяла ездить верхом. Что-нибудь в этом роде.
Корин вдруг взглянула на часы.
- Рэй должен был уже прийти, - сказала она виновато, - мне ужасно неловко, что он задерживается.
- Неловко! - вид у Банни сделался перепуганный. - Бог ты мой, миссис Форд. Я и надеяться не могла, что он... что он вообще выберет время, чтобы встретиться со мной... - Банни в волнении потерла хрупкое запястье, однако спросила: - А ему удалось просмотреть мои стихи? Я хочу сказать, у него нашлось время?
- Ну-у, насколько я знаю... - принялась выкручиваться Корин, но тут же почувствовала облегчение, услыхав, как открываются двойные двери гостиной.
- Рэй! Наконец-то. Присоединяйся к нам, дорогой.
Корин представила гостью. Банни Крофт заметно разволновалась.
- Садись, милый, - обратилась молодая жена к молодому мужу. - У тебя усталый вид. Выпей чаю.
Форд уселся на стул между двумя женщинами, потом чуть отодвинулся назад и тут же спросил:
- Вы пытались напечатать что-нибудь из своих стихов, мисс Крофт?
Корин невольно съежилась. Ее муж задал вопрос ледяным голосом.
- По правде говоря, нет, мистер Форд. Мне не кажется, что стихи... нет, не пыталась, - ответила Банни Крофт.
- А могу я узнать, почему вы прислали их мне?
- Ну, бог ты мой, мистер Форд... не знаю. Я просто подумала... захотела узнать, получается у меня хоть что-то или нет... я не знаю, - в глазах Банни Корин увидела мольбу о помощи.
- Милый, выпей чаю, - повторила Корин испуганно. Ее муж вошел в комнату живой и невредимый. Его красивая голова была при нем. Гений тоже. Но куда делась его доброта?
- Не хочу, Корин, спасибо, - отказался Форд. Без доброты ему определенно чего-то не хватало.
Корин налила Банни Крофт еще чашку чая и отважно взглянула на мужа.
- Интересные стихи, дорогой? - спросила она.
- Что значит - интересные?
Корин осторожно налила себе в чай сливок.
- То есть, я хотела сказать - хорошие?
- У вас хорошие стихи, мисс Крофт? - спросил Форд.
- Ну... я... я... я надеюсь, мистер Форд...
- Вы не надеетесь, - сдержанно возразил Форд, - неправда.
- Рэй, - огорченно сказала Корин. - В чем дело, дорогой? Но Форд смотрел на Банни Крофт.
- Неправда, - повторил он.
- Бо-ог ты мой, мистер Форд, если мои стихи... ну-у, совсем не хорошие... то я даже не знаю. Я хочу сказать... бог ты мой! - Банни Крофт покраснела и убрала руки в карманы жакета.
Форд вдруг встал. Глядя в пол, он сказал Корин:
- Мне надо идти. Вернусь через час.
- Идти? - спросила Корин.
- Я обещал заглянуть к доктору Фанку, если мы вернемся сегодня.
Это было вранье, причем неприкрытое. Корин не имела возможности ответить. Взглянув на мужа, она молча кивнула. Обратившись к Банни Крофт, Форд сказал:
- До свиданья, - что в данных обстоятельствах было более чем логично.
Молодой муж наклонился и поцеловал молодую жену, которая немедленно обрела дар речи.
- Милый, если бы ты сделал мисс Крофт несколько толковых замечаний, которые бы...
- Ой, нет! - взмолилась Банни Крофт. - Прошу вас. Это совсем... я хочу сказать, не обязательно... правда!
Форд, который по дороге из Канады подхватил насморк, достал носовой платок и высморкался. Убирая платок, он медленно произнес:
- Мисс Крофт, я прочитал ваши стихи, все до единого. Я не могу сказать вам, что вы - поэт. Потому что это не так. Дело вовсе не в том, что ваш язык плох, метафоры избиты или надуманны, а редкие попытки писать просто - беспомощны до того, что у меня от них раскалывается голова. Это бы еще куда ни шло.
Он внезапно сел, как будто только и мечтал посидеть.
- Придумывать, вот что вы умеете, - объяснил он гостье, причем в его тоне не было слышно упрека.
Он посмотрел на ковер, собрался с мыслями и откинул кончиками пальцев свесившиеся на виски пряди.
- Поэту не надо придумывать стихи, они открываются ему сами, говорил Форд, не обращаясь ни к кому. - Место, где протекает Альф, священная река, - продолжал он не спеша, - было открыто, а не придумано.
Он смотрел в окно, словно, сидя на стуле, видел то, что находилось очень далеко отсюда.
- Не выношу, когда придумывают, - заключил он.
Приговор был окончательным.
Минуту Форд сидел неподвижно. Потом встал так же неожиданно, как до того сел. Вынув из кармана пиджака пачку листков со стихами мисс Крофт, он без слов положил ее на чайный столик, ни перед кем, просто так. Сняв очки для чтения, он, как все близорукие люди, прищурился. Надев другие очки, для улицы, он еще раз наклонился и поцеловал на прощанье молодую жену.
- Рэй, милый. Мисс Крофт такая юная. Ведь может быть...
- Корин, я опаздываю, - Форд выпрямился. - До свиданья, - повторил он многозначительно. Потом деловито вышел.
Что хорошо, а что плохо, Корин всю жизнь чувствовала слишком тонко, а, следовательно, то, как ее супруг удалился из дому в четыре тридцать пополудни, то, как он повел себя по отношению к гостье и то, как неловко и явно лгал, было для нее совершенно непереносимо: хоть по отдельности, хоть все вместе. Однако около шести вечера случился обычный для супружеской жизни эпизод, из тех, что лишают жен - иногда на месяцы - дара речи. Нечаянно открыв дверцу стенного шкафа, Корин уронила прямо себе на голову пиджак Форда, которого никогда прежде не замечала. Пиджак не только подействовал на ее обоняние, но и сверкнул протертыми до дыр локтями. Каждая дыра сама по себе могла заставить Корин навеки онеметь от сострадания к ближнему. Поэтому, когда в семь Форд явился, она уже целый час знала, что ни за что в жизни не станет требовать от него объяснений.
Сам Форд за весь вечер ни разу не вспомнил о том, что было днем. За ужином он был молчалив, но поскольку молчалив и задумчив он бывал нередко, то ничего необычного или загадочного в его поведении не было.
После ужина заехали Фаулеры - без предупреждения и сильно навеселе навестить молодоженов. Засиделись они за полночь. Уэлси Фаулер без передыху долбил одним пальцем по клавишам пианино, а Джинни Фаулер, отложив скандал на потом, не переставая дымила сигаретой. К тому времени, когда Фаулеры наконец от них выкатились, Корин то ли забыла о дневном происшествии, то ли убедила себя, что воскресенье было как воскресенье так, ничего особенного.
В понедельник, когда около полудня Банни Крофт позвонила Корин в журнал, та сперва удивилась, а затем даже рассердилась. Рассердилась на себя, так как сама предложила Банни Крофт встретиться: "Может быть, вы позвоните мне завтра на работу и мы пообедаем вместе?", и рассердилась на Банни Крофт, которая не только приняла ее вчерашнее приглашение за чистую монету, но и до сих пор не убралась из Нью-Йорка. Пристают тут всякие, портят отношения с мужем, мешают сбегать в перерыве на Пятую авеню к "Саксу".
- Знаете, где "Колони"? - спросила Корин у Банни по телефону, понимая, что вопрос с подвохом.
- Нет, не знаю. Но я найду.
Корин объяснила. Только ей вдруг не понравился ее собственный голос, и она предложила:
- А может быть, и тетя Корнелия присоединится к нам? Мне было бы приятно с ней познакомиться.
- Ей тоже наверняка, но она в Паукипси. Поехала навестить приятельницу, с которой училась в Вассаре. Очень больную, ее даже кормят через трубки...
- О, понятно...
- Миссис Форд, вы уверены, что я не затрудню вас? Мне бы очень не хотелось...
- Нет, нет! Нисколько. Значит, в час?
В такси, по дороге в "Колони", Корин решила держаться за обедом любезно, но твердо дать понять Банни, что десертом ее радушие исчерпывается.
Обед, между тем, вышел совсем не таким, каким она его вообразила. Обед удался. Обед очень даже удался - пришлось признать Корин. За обедом было весело, даже очень весело. После первого мартини Банни Крофт принялась описывать, как бы со стороны, но очень точно, своих ухажеров из Харкинса, в Вермонте: студента-медика и студента факультета драматического искусства. Оба молодых человека, по ее словам, были совсем юными, очень серьезными и забавными, и Корин несколько раз смеялась. Легкомысленная болтовня Банни, ее бесконечные рассказы о колледже, а также принесенный официантом третий мартини заставили Корин вспомнить студенческие годы. Конечно же и ей захотелось сделать Банни что-нибудь приятное.
- Давайте я вас с кем-нибудь познакомлю, пока вы не уехали, предложила она ни с того ни с сего, - у нас в журнале полно молодых людей. Встречаются приятные и умные... я, кажется, пьяная.
Банни, казалось, заинтересовало предложение Корин. Но она покачала головой.
- Не стоит, я думаю, - произнесла она задумчиво. - Мне хочется походить здесь на лекции. И потом... я пишу понемногу, если тетя Корнелия не заставляет меня любоваться вместе с ней огнями или еще что-нибудь вроде этого. Но вам спасибо. - Опустив глаза, Банни посмотрела сперва на стакан с мартини, потом куда-то поверх стола. - Наверное, было бы разумней совсем бросить писать, - заметила она грустно.- Особенно... ну, бог ты мой! После того, что сказал мистер Форд.
Корин выпрямилась.
- Вот это вы напрасно, - запротестовала она. - У Рэя ужасный насморк, он простудился, когда мы возвращались из Канады на машине. Он сам не свой. Его продуло насквозь. Он отвратительно себя чувствует.
- Ой, я, наверное, все равно не брошу. Не сумею. - Банни улыбнулась и скромно отвела взгляд.
Корин, немедленно расчувствовавшись, предложила:
- Пойдемте сегодня с нами в театр. Я должна посмотреть спектакль, для журнала. Для мужа у меня есть билет, а еще один я наверняка раздобуду. В пьесе есть отличные сцены.
Она заметила, что Банни явно заинтересовалась, хотя и повела себя так, как того требовали обстоятельства.
- Я боюсь, мистер Форд будет... - смутившись, она запнулась. - Со вчерашнего дня меня не покидает ощущение, что я, бог ты мой!.. даже не знаю. Старуха, которая явилась с мешком отравленных яблок.
Корин рассмеялась.
- Прекратите немедленно. Вы идете с нами. Мы заезжаем за вами в "Уолдорф", договорились?
- Вы уверены, что это удобно? - с беспокойством спросила Банни. - Все же мне не стоит идти.
- Нет, стоит. - Голос Корин зазвучал глуше от переполнившей ее любви. - Поверьте, - сказала она, - вы глубоко ошибаетесь. Муж исключительно добрый человек.
- Я ужасно хочу пойти, - призналась Банни простодушно.
- Вот и прекрасно. Мы подъедем за вами в "Уолдорф". Давайте есть, а то я совсем опьянела. Должна заметить, что вы умеете пить, как старый вояка.
- А можно мне встретиться с вами в театре? В шесть я должна быть у кого-то в гостях вместе с тетей.
- Конечно, как вам удобнее.
Вот записка, которую прислала мне Корин:
"Бобби,
Я не собиралась ничего от тебя скрывать, когда пришла в Большой Бизнес. Мне просто не хотелось говорить об этом. Но я тебе написала. Написала отчет частного детектива, использовав прием из собственного сочинения по-английскому, написанного на первом курсе в Уэлсли, когда я решила стать женщиной-детективом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9


А-П

П-Я