https://wodolei.ru/catalog/vanni/Roca/haiti/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

А вот разг
ребем с тобой эту шваль, накипь человеческую, тогда уж в институт пойдем, д
ипломированными юристами будем. Знаешь, как называется наша специально
сть?
Ч Нет.
Ч Правоведение! Вот так-то!
Ч Ну, пока еще из меня правовед…
Ч Запомни, Шарапов: главное в нашем деле Ч революционное правосознани
е! Ты еще права не знаешь и знать не можешь, но сознательность у тебя должн
а быть революционная, комсомольская! Вот эта сознательность и должна теб
я вести, как компас, в защите справедливости и законов нашего общества!..
На лестнице было пусто и сумрачно, и от этого слова Жеглова звучали очень
громко; гулко перекатывались они в высоких пролетах, и со стороны могло п
оказаться, что Жеглов говорит с трибуны перед полным залом, и я невольно о
глянулся посмотреть, не идет ли следом за нами толпа молодых сотрудников
, которым усталый, возвращающийся с дежурства Жеглов решил дать пару нап
утственных советов.
Мы зашли в дежурку, где сейчас стало потише и Соловьев пил чай из алюминие
вой кружки. Закусывал он куском черного хлеба, присыпанного желтым азиат
ским сахарным песком.
Жеглов написал что-то в дежурном журнале своим четким прямым почерком, в
котором каждая буковка стояла отдельно от других, будто прорисовывал он
ее тщательно тоненьким своим перышком «рондо», хотя на самом деле писал
он очень быстро, без единой помарки, и исписанные им страницы не хотелось
перепечатывать на машинке.
И расписался Ч подписью слитной, наклонной, с массой кружков, крючков, из
гибов и замкнутою плавным круглым росчерком, и мне показалась она похоже
й на свившуюся перед окопами «спираль Бруно».
Ч Ну, Петюня, прохлаждаешься? Ч протянул он, глядя на Соловьева, и я подум
ал, что Глебу Жеглову, наверное, досадно видеть, как старший лейтенант Сол
овьев вот так праздно сидит за столом, гоняя чаи с вкусным хлебом, и нельзя
дать ему какое-нибудь поручение, заставить сделать что-нибудь толковое,
сгонять его куда-нибудь за полезным делом Ч совсем бессмысленно прожиг
ает сейчас жизнь Соловьев.
Рот у дежурного был набит до отказа, и он промычал в ответ что-то невразум
ительное. Жеглов блеснул глазами, и я понял, что он придумал, как оправдать
бестолковое ночное существование Соловьева.
Ч А откуда у тебя, Петюня, такой распрекрасный сахар? Нам такой на карточ
ки не отоваривали! Давай, давай, колись: где взял сахар? Ч При этом Жеглов с
меялся, и я не мог сообразить, шутит он или спрашивает всерьез..
Соловьев наконец проглотил кусок, и от усердия у него слезы на глазах выс
тупили:
Ч Чего ты привязался Ч откуда, откуда? От верблюда! Жене сестра из Кокан
да прислала посылку! Человек ты въедливый, Жеглов, как каустик!
Жеглов уже открывал один из ящиков его стола, приговаривая:
Ч Петюня, не въедливый я, а справедливый! Не всем так везет Ч и главный вы
игрыш получить, и золовку иметь в Коканде! Вот у нас с Шараповым родни Ч к
ум, сват и с Зацепы хват; и выигрываю я только в городки, поэтому мы с трудов
праведных и чаю попить не можем. Так что ты уж будь человеком, не жадись и н
ам маленько сахарку отсыпь…
Соловьев, чертыхаясь, отсыпал нам в кулек, свернутый из газеты, крупного ж
елтого песка, и, пока он был поглощен этим делом, понукаемый быстрым жегло
вским баритончиком: «Сыпь, сыпь, не тряси руками, больше просыплешь на пол
», Жеглов вынул из кармана складной нож с кнопкой, лезвие из ручки цевкой б
рызнуло, быстро отрезал от соловьевской краюхи половину и засунул в карм
ан.
Соловьев сердито сказал:
Ч Знаешь, Жеглов, это уже хамство! Мы насчет хлеба не договаривались…
Ч Мы насчет сахара тоже не договаривались, Ч засмеялся Жеглов. Ч Скар
едный ты человек, Петюня, индивидуалист, нет в тебе коллективистской жил
ки. Нет, чтобы от счастья своего, дуриком привалившего, купить отделу штук
сто батонов коммерческих! Комсомольская организация с тобой недоработ
ала, надо будет им на это указать!
Ч Ты на себя лучше посмотри! Ч недовольно пробормотал Соловьев. Ч Вме
сто того чтобы спасибо сказать, оскорбил еще…
Ч Вот видишь, Петюня, и с чувством юмора у тебя временные трудности. Нет, ч
тобы добровольно поделиться с проголодавшимися после тяжелой работы т
оварищами…
Ч А я тут что, на отдыхе, что ли? Ч спросил Петюня и улыбнулся, и я видел, чт
о вся его сердитость уже прошла и что удальство и нахрапистость Жеглова
ему даже чем-то нравятся Ч наверное, глубинным сознанием невозможности
самому вести себя таким макаром, чтобы чужой хлеб располовинить и тобой
же довольны остались.
Ч У тебя, Петюня, работа умственная, на месте, а у нас работа физическая, це
лый день на ногах, так что нам паек должны были бы давать побольше. А засим
мы тебя обнимаем и пишем письма Ч пока! Да, чуть не забыл: утром придет Ива
н Пасюк, скажи ему, чтобы никуда не отлучался, он мне понадобится…
В дверях я оглянулся и увидел, что на круглом веснушчатом лице Соловьева
плавает благодушная улыбка и покачивает он при этом слегка головой с бок
у на бок, словно хочет сказать: ну и прохвост, ну и молодец!..
На улице сразу прохватило мокрым, очень резким ветром, и мы шли к бульвару
, наклоняясь вперед, чтобы ветром не сорвало кепки. На полдороге к Трубной
площади нас догнал какой-то шальной ночной трамвай, пустой, гулкий, освещ
енный внутри неприятными дифтеритно-синими лампами. На ходу вскочили на
подножку, и до самой Сретенки Жеглов лениво любезничал с молоденькой де
вчонкой-вагоновожатой.
Вошли ко мне, я щелкнул выключателем, и Жеглов быстро окинул комнату глаз
ом Ч от двери до окна, от комода до кровати, словно рулеткой промерил, пот
ом, не снимая плаща, устало сел на стул и сказал довольно:
Ч Хоромы барские. Как есть хоромы. В десяти минутах ходу от работы. Ты не в
озражаешь, я у тебя поживу немного? А то мне таскаться на эту Башиловку про
клятущую, в общежитие Ч душа из него вон, Ч просто мука смертная! Времен
и и так никогда нет, а тут, как дурак, полтора часа в день коту под хвост. Зна
читца, договорились?
Ч Договорились, Ч охотно согласился я. Жить вместе с Жегловым будет гор
аздо веселее, да и вообще Жеглов казался мне человеком, рядом с которым мо
жно многому научиться.
Ч Ты как насчет того, чтобы подзаправиться перед сном? Ч спросил Жеглов
. Ч У меня кишка кишке фиги показывает.
Я отправился в кухню ставить чайник, а Жеглов выложил на стол кулек с саха
ром, краюху хлеба, банки с американским «ланчен мит». На днищах ярких жест
яных коробочек были припаяны маленькие ключики. Жеглов крутил ключик, см
атывая на него ленту жести быстро и в то же время осторожно, и, оттого что д
ержал он банку перед глазами, мне казалось, что он заводит мудреные часы и
следит внимательно, чтобы, не дай бог, не перекрутить пружину, иначе часы с
ломаются навсегда. Но Жеглов справился с пружиной хорошо Ч звякнула кры
шка, и он выдавил на тарелку кусок неестественно красного консервирован
ного мяса, которое видом и запахом не похоже было ни на какие наши консерв
ы.
Ч Говорят, их американцы из китового мяса делают специально для нас.
Ч Я зачарованно глядел на мясо и чувствовал, как слюна терпкой волной за
полняет рот.
Ч Уж наверное, не из парной говядины, Ч мотнул головой Жеглов. Ч Они гов
ядинку сами жрать здоровы. Ух и разжиреет на нашей беде мировой империал
изм! Нам кровь и страдания в войне, а им барыши в карман!
Ч Это как водится, Ч кивнул я, с наслаждением глотая очень вкусные конс
ервы. Ч Мы им в июле в городке Обермергау передавали «студебеккеры», что
по ленд-лизу за нами числились. Так они их требовали в полном порядке и ко
мплекте, без гайки одной не примут. А потом они их на наших глазах прессом
давили. Свинство!
Ч Во-во! А у нас в деревнях бабы на себе да на коровах пашут, мать мне недав
но отписала, как они там вкалывают, хозяйство поднимают. Да ничего, погоди
маленько, понастроим своих машин, получше их «студеров». Будет еще такая
пора, это я тебе, Шарапов, точно говорю: каждый трудящийся сможет зайти в у
нивермаг и купить себе лимузин. Ты-то сам в автомобилях смекаешь? Любишь э
то дело?
Ч Очень! Для меня машина Ч как существо живое, Ч сказал я.
Ч Ну, тогда будет тебе со временем машина, Ч пообещал твердо Жеглов и ра
спорядился: Ч Давай волоки сюда чайник… Очень вкусная китятина, ничего
не скажешь…
Выпили сладкого чая, который от желтого песка чуть-чуть припахивал керо
сином, съели толстые ломти бутербродов. Жеглов встал, хрустко потянулся,
сказал:
Ч Я на диване спать буду, не возражаешь? Быстро разделись, улеглись, и я об
ратил внимание, что Жеглов совершенно автоматическим жестом вынул из ко
буры пистолет Ч черный длинный парабеллум Ч и сунул его под подушку.
Уже в темноте, умащиваясь под одеялом, я сказал:
Ч А хорошо ты сегодня отработал Шкандыбина…
Ч Это которого? Того болвана, что из ружья пальнул?
Ч Ну да! Как-то все у тебя там получилось складно, находчиво, быстро.
Понравилось мне! Вот бы так научиться!
Ч Научишься. Это все не дела Ч это семечки. Тебе надо главное освоить: со
свидетелями работать. Поскольку в нашем ремесле самое ответственное и т
рудное Ч работа со свидетелями.
Ч Почему? Ч Я приподнялся на локте.
Ч Потому что, если преступника поймали за руку, тебе и делать там нечего.
Но так редко получается. А главный человек в розыске Ч свидетель, потому
что в самом тайном делишке всегда отыщется человечек, который или что-то
видел, или слышал, или знает, или помнит, или догадывается. А твоя задача Ч
эти сведения из него вытрясти…
Ч А почему же ты умеешь добывать эти сведения, а Коля Тараскин нс умеет?
Ч Потому что, во-первых, он еще молодой, а во-вторых, не знает шесть правил
Глеба Жеглова. Тебе уж, так и быть, скажу.
Ч Сделай милость. Ч Я заранее заулыбался, полагая, что он шутит.
Ч Запоминай навсегда, потому что повторять не стану. Первое правило Ч э
то как «отче наш»: когда разговариваешь с людьми, чаще улыбайся. Первейше
е это условие, чтобы нравиться людям, а оперативник, который свидетелю вл
езть в душу не умеет, зря рабочую карточку получает. Запомнил?
Ч Запомнил. Вот только щербатый я слегка Ч это ничего?
Ч Ничего, даже лучше, от этого возникает ощущение простоватости. Теперь
запомни второе правило Жеглова: умей внимательно слушать человека и ста
райся подвинуть его к разговору о нем самом. А как следует разговорить че
ловека о нем самом, знаешь?
Ч Трудно сказать, Ч неуверенно пробормотал я.
Ч Вот это и есть третье правило: как можно скорее найди в разговоре тему,
которая ему близка и интересна.
Ч Ничего себе задачка Ч найти интересную тему для незнакомого человек
а!
Ч А для этого и существует четвертое правило: с первого мига проявляй к ч
еловеку искренний интерес Ч понимаешь, не показывай ему интерес, а стар
айся изо всех сил проникнуть в него, понять его, узнать, чем живет, что собо
й представляет; и тут, конечно, надо напрячься до предела. Но, коли сможешь,
он тебе все расскажет…
Голос Жеглова, мятый, сонный, постепенно затухал, пока не стих совсем. Он з
аснул, так и не успев рассказать мне остальных правил. Спал он совершенно
неслышно Ч не сопел, не ворочался, со сна не говорил, ни единая пружинка в
стареньком диване под ним не скрипела, Ч и, погружаясь в дрему, я успел по
думать, что так, наверное, спят Ч беззвучно и наверняка чутко Ч большие с
ильные звери…



РОЗНИЧНЫЕ СКЛАДЫ МОСГОРТОПСНАБА ПОЛНЫ ДРОВ
Москвичи могут получить топливо без спешки, без опасения, что его не хват
ит. Однако вполне естественно, что каждый покупатель дров не хочет откла
дывать это дело: наступают холода. Поэтому на складах сейчас царит оживл
ение…
«Вечерняя Москва»

Первые дни работы в МУРе ошеломили меня количеством событий, людей, тем п
отоком человеческих горестей и бед, которые суждено мне отныне разбират
ь, устанавливать, решать и возмещать. Мои туманные представления о работ
е уголовного розыска были в один день уничтожены Ч романтики в охране с
праведливости и людской безопасности было совсем мало, а были изнурител
ьный труд, бессилие незнания, неловкость от ощущения своей бесполезност
и, обузности для бригады. И еще опасение, что мне никогда не обрести бронеб
ойной хитрости и цепкости Жеглова, неспешной, но всегда неожиданной смет
ливости Пасюка, настырной энергичности Тараскина… Но прошел еще один де
нь, за ним Ч следующий, потом закончилась неделя без выходного, и эти мысл
и как-то сами по себе ушли: для них просто не оставалось времени Ч целый д
ень на работе не было ни минуты свободной, а когда за полночь мы возвращал
ись с Жегловым домой на Сретенку, то не оставалось сил даже чаю выпить Ч к
амнем падал я в глухой, вязкий, как нефть, сон без сновидений, чтобы вынырн
уть из него полуоглушенным от глубокого забытья под душераздирающий тр
еск старого будильника, подаренного мне Михал Михалычем. Жеглов уже подр
ужился со всеми обитателями квартиры. Шурка Баранова смотрела на него с
восхищением, потому что он был не только «исключительно представительн
ой внешности», но и сумел угомонить ее мужа Ч пьяницу и скандалиста Семе
на. В первый же раз, как только Семен напился и начал безобразничать, Жегло
в вышел на шум в коридор, каким-то перехватывающе-мягким движением вывер
нул ему руку, плавно усадил в очень неудобной позе на пол и сказал негромк
о, но внятно Ч Семен-то его наверняка понял:
Ч Еще раз хвост поднимешь Ч услышу я, или Шурка пожалуется, что ты ее луп
ил, Ч в тот же миг я тебя посажу. Ты, черт гугнивый, уже года полтора на своб
оде лишнего ходишь.
То ли тихий и злой голос Жеглова подействовал, то ли унизительность поло
жения, в которое он так мгновенно и легко был приведен, Ч во всяком случа
е, Семен, даже напившись, воздерживался буянить.
Другим соседям Жеглов нравился за аккуратность и чистоплотность Ч по у
трам он влезал в ванну и поливался из душа ледяной водой, оглушительно ух
ая, крякая и даже подвизгивая от удовольствия и холода.
1 2 3 4 5 6 7 8 9


А-П

П-Я