https://wodolei.ru/catalog/mebel/90cm/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Подвыпившие спутники Вонга загоготали.
– Нафига тебе сдался этот заморыш? – поинтересовался предводитель качков и для вящей убедительности ухватил Сюзан за руку.
Та попыталась вырваться. Нахал тянул все сильнее.
И тут раздался спокойный голос:
– Эй, приятель. Отпусти девушку.
Вонг среагировал на новый раздражитель и тяжело развернулся всем корпусом. Он смерил Капитана взглядом. Поджарая фигура нового противника не производила серьезного впечатления.
– Кта эт гавкэт? – Джонни намеренно коверкал интерлинг. – Вэли атсэда казэл!
Все еще сидя на полу, Дан удивился – зачем Капитану лезть в чужой конфликт. Спасибо, конечно, но что толку, если изобьют их всех до кучи.
Массивная фигура азиата угрожающе надвинулась на стол, его компаньоны заняли позиции на флангах лидера атаки. Вонг подцепил бокал с фруктовым пуншем, что стоял перед Монахом, и демонстративно перевернул его.
В следующее мгновение вышибала получил молниеносный удар в солнечное сплетение и согнулся. Монах ухватил его за шиворот и с громовым треском врезал физиономией о темные доски стола. Аккурат в лужу пунша. Захват разжался. Джонни сполз на пол, попутно загребая тарелки с остатками пищи.
Один из соратников поверженного «героя» сделал резкое движение, тускло блеснуло лезвие.
– Спрячь зубочистку, дурачок, – почти ласково попросил его Парень-в-Кожане. – Уколешься ненароком.
Слова подкрепил крупнокалиберный пистолет.
В зале воцарилась почти идеальная тишина, нарушаемая только невнятными стонами нокаутированного Вонга.
Разум восторжествовал – громила убрал нож и вместе с напарником поволок бесчувственное тело кумира к выходу.
Капитан невозмутимо окликнул бармена:
– Риччи, прибери здесь.
– Сэр! Большое спасибо вам и вашим друзьям, сэр! – восторженно залопотал Малыш. – Меня зовут Дан. Даниил Корсаков. Если вам понадобятся настоящие специалисты по компьютерам, я и Сью всегда к вашим услугам!
Взгляд Капитана чуть-чуть потеплел.
Малыш хотел добавить еще что-то, но тут Сюзан дернула его за рукав.
– Нам пора! – шепнула она и громко сказала, обращаясь уже к компании за столом: – Еще раз спасибо, господа!
Малыш сообразил, что и в самом деле на сегодня достаточно приключений.
Под оживленный гул посетителей, обсуждавших первый и весьма эффектный матч команды Капитана, компаньоны покинули «Герб и Корону».

Глава III
Интер-сектор, Олимпик-сити, Олимпия, 1 января 3002

Алекс парил в свинцово-сером небе над Старой Крепостью. Там внизу, на подступах к взорванным и разбитым бастионам, словно трупы фантастических монстров, в беспорядке валялись остовы ТЕХНО. Он облетел дымящиеся развалины, снизился над обратным склоном горы, опустился на землю в горловине ущелья и побрел по полю боя.
Иногда он просто останавливался возле какой-нибудь из машин и молча стоял, склонив голову. Иногда подтягивался в кабины и подолгу вглядывался в лица мертвых друзей и врагов.
Скорбный путь привёл его к могучему «Апису». Искореженный стотонный гигант полулежал, опираясь спиной о скалу. Оборванные стволы излучателей навсегда застыли в боевой позиции. В груди зияла пробоина. Голова ТЕХНО с отверстой пастью кабины пародировала оскал человеческого черепа.
Воин осторожно, словно боясь потревожить покой друга, возложил руки на холодный металл.
Неожиданно раздался громкий скрежет, мелкая дрожь передалась пальцам, и Алекс отпрянул.
«Апис» ворочался, пытаясь встать. В смотровых щелях ТЕХНО разгорелось пламя. Плечи боевой машины расправились, затянулись бронёй пробоины, регенерировало вооружение.
Человек попятился ещё дальше от ожившего демона и оглянулся по сторонам. По ущелью катилась волна движений – механические убийцы возвращались к жизни.
«Апис» оттолкнулся от скалы и поднялся в полный рост. Голубые искорки статических разрядов плясали вокруг жерла плазменной пушки. Орудие качнулось в сторону человека.
Алекс не выдержал, повернулся и побежал.
– Куда ты бежишь? – прогремел ему вслед электронный голос. – Твое место здесь, среди нас!
– Нет, нет! – Он задохнулся, сделал попытку оторваться от земли и взлететь. – Я – живой!!!
Хохот перекрыл визг плазменного залпа. Нестерпимая волна жара затопила сознание и…
Майор Александр Кузнецов проснулся. Подрагивали стёкла, грохотала канонада. Он рефлекторно перекатился по кровати и упал на пол. Приподнял голову и осторожно огляделся.
Поначалу Алекс не мог понять, где находится. Потом вспомнил – номер в отеле «Империал», Интер-сектор, Олимпия.
«Фу ты, чёрт! Это же – фейерверк! – сообразил он. – Новый год, дубина!»
Ночной кошмар медленно отпускал голову, стекая по спине липким горячим потом.
Когда-то Кузнецов и предположить не мог, что станет неврастеником, но за прошедший год яд войны всё глубже разъедал его душу. Всё труднее удавалось сохранять прежнюю энергичность и собранность. Память не отпускала его, возвращала на Мьёлнир в бой за гибнущую планету. Майор словно пытался что-то изменить, исправить.
Тщетно. Так же отсчитывал последние часы пусковой механизм ядерных мин. Та же ярость берсерка туманила разум Лайонела Винсона. Тот же его приказ вёл поредевшие когорты бриидов в самоубийственные атаки. Ту же задачу выполнял сборный отряд добровольцев: оружейники, фоговцы, наёмники прикрывали эвакуацию гражданского населения. Без вариантов.
Вот и сегодня ночью накатило. Алекс заставил себя подняться, прошаркал босыми ногами в ванную комнату, включил свет и встал под душ. Вода омыла тело, успокоила дыхание. Он расслабился, прикрыл глаза… И оказался в кокпите «Аписа».
Отказала система захвата и ведения целей. Да и хрен с ней! Всё равно лупишь на сотню метров и ближе, попадаешь не в одного, так в другого. Закончились ракеты. Разрушена корпусная батарея средних лазеров. Осталось всего две кассеты к автоматической пушке. Проблема – плазменный ускоритель и крупнокалиберные лазеры медленно перезаряжаются, да и тепла производят многовато. Нагрев машины то и дело зашкаливает.
Вентиляторы надсадно гудят, без толку гоняют по кабине перегретый воздух. Остро воняет гарью, страхом, смертью. Пот ест глаза, сбегает горячими струйками по вискам и шее, капает с кончика носа. Руки-ноги взмокли, зато отчаянно студит грудь и спину, видно, разладилась подача хладагента в комбез. Терпи, майор, это война.
Тактика боя? Упереться рогом и стоять, пока жив пилот, держит удар броня и реактор даёт энергию. Вот тебе и тактика, и стратегия до кучи.
Легионеры тоже не умствуют. Идут вперёд сомкнутым строем, натыкаются на монолит обороняющихся, сдвигают его на десяток-другой метров, оставляют заслон, остальные уцелевшие машины отходят, перестраиваются, и новая атака. Словно пробку в горлышко бутылки проталкивают. Собственно, так и есть. В тылу ущелье расширяется, можно развернуть линию. Можно, да кто ж их туда пустит.
Так, опять попёрли.
– Внимание! Держать позицию!
Они не отступили. Алекс дрался наравне со всеми до тех пор, пока его «Апис» не рухнул, и сознание не покинуло пилота.
Кузнецов не видел, как пленный воин-легионер Роберта остановила бессмысленную бойню и убила претора Винсона в поединке один на один. Кузнецов не чувствовал, как командир наемников Джек Колли вытаскивал его из разбитой машины. Кузнецов не знал, как капитан Светлана Ларсон умудрилась посадить спасательный катер прямо на поле боя. Майор очнулся уже в космосе на борту транспорта. Никто и никогда ни единым словом не упрекнул его, но он хорошо помнил, что остался жив, а другие погибли.
«Совсем раскис, слабак! Ты выполнял долг тогда, будешь выполнять его и теперь! – Алекс ожесточенно вывернул кран. Поток ледяной воды разогнал вязкую муть в голове. Он было облегченно вздохнул, но тут же скривился от нового удара. – Хорошо сказал, красиво! Сколько еще чужих жизней ты готов положить за эти слова?»
Алекс закрыл воду и привалился спиной к мокрому кафелю. Он посмотрел на запотевшее зеркало напротив и встретился взглядом с искажённым отражением.
«Ты просто заблудился. – Туманный офицер с Мьёлнира криво улыбнулся. – Твое место там, среди твоих мертвецов».
Майор устал бороться и прикрыл глаза.
Обессиленный разум, лихорадочно цепляясь за ниточку жизни, искал помощи. Перед мысленным взором стали появляться лица близких людей.
Джек Колли.
Мрачная одержимость бывшего наемника давала Алексу силы, когда они вместе пытались отыскать след Антона Камински, – человека уничтожившего Мьёлнир. Вспомнился и последний разговор с Джеком.
«Ты хочешь уйти, майор?» – прямо спросил Колли.
Кузнецов честно ответил: «Извини, я перегорел. Больше не могу. Должен быть другой выход».
«Выход? – переспросил тот и грустно улыбнулся. – Приятель, наш поезд идёт в один конец. На него не продают обратных билетов».
Тогда Алекс не поверил, не захотел верить. Теперь? Теперь он уже не мог просто жить, радоваться, любить…
Светлана. Капитан Ларсон здесь, рядом, на Олимпии.
Сердце забилось сильнее и настойчиво потребовало:
«Позвони ей, поговори, попроси. Она поймёт. – И тут же жёстко: – Нет! Будь ты проклят! Не лезь к ней со своими соплями!»
Борис. Брат должен прилететь на планету пятого января.
В детстве он заменил Алексу отца и потом всегда поддерживал. Всё предвидел, предупреждал, пытался помочь. Алекс не понял его, заподозрил в трусости, оскорбил и оттолкнул.
«Найди мужество попросить у него прощения. И всё станет как раньше».
«Давай-давай, ври себе дальше. Меня-то ты не обманешь, – ухмыльнулся офицер с Мьёлнира и подначил: – Никто тебе не поможет. Нечего резину тянуть. Решил – делай. Сейчас!»
«Ну и сволочь же ты. – Алекс скрипнул зубами. – Слушай приказ, майор. Сначала завершишь дело, которое тебе поручили, а потом хоть в сортире топись!»
Он выкрутил регулятор душа до упора. Вода больно исхлестала лицо и грудь. Вот так-то лучше.
«А ты убирайся».
«До следующей встречи…» – отражение в зеркале таяло, истекая каплями по стеклу.
Алекс вышел из ванной комнаты. Часы на столике возле кровати показывали пять утра.
Рановато для утренней пробежки.
Он вздохнул и потянулся за спортивным костюмом.
Видавший виды пикапчик остановился в сотне метров от входа в отель «Империал» на противоположной стороне улицы. В кабине машины сидел плотный мужчина лет сорока. Он заглушил двигатель и устроился поудобнее.
В период терраформирования Олимпии климатические условия на планете постарались довести до комфортных субтропических кондиций, и всё же ночной перепад температур в Олимпик-сити в «зимний» период достигал пары десятков градусов.
Минут через десять неподвижного сидения в кабине водитель зябко поежился, достал из «бардачка» потёртую армейскую фляжку и свернул крышечку. Глоток – и ароматная жидкость обожгла горло, проникла в желудок, по телу разлилось приятное тепло. Мужчина протёр запотевшее боковое стекло и оглядел улицу. Основной поток празднующих уже схлынул, но перед отелем все еще толкалось достаточно народа.
«Повезет или нет? – лениво подумал наблюдатель и еще раз приложился к фляжке. – Собачья работа».
Йохан Тойфер кривил душой. На самом деле он любил именно такие минуты ожидания. Они пробуждали неповторимый вкус риска, инстинкты охотника, напоминали времена, когда Тойфер еще служил в армии и был пилотом ТЕХНО.
«Когда судьба выбрасывает человека на обочину жизни, он имеет право немного поворчать», – частенько приговаривал Йохан.
Знакомые считали подобные заявления проявлением эксцентричности характера, а коллеги по работе – позёрством. На их взгляд, ведущий обозреватель криминальной хроники новостного канала «Заксен им визир» не имел повода сетовать на судьбу.
Откуда и тем, и другим было знать, что побуждало его раз за разом ввязываться в очередную авантюру, лично участвовать в головокружительных полицейских погонях, снимать на видео бандитские стычки.
Журналист Тойфер был готов отдать все – известность, деньги, даже саму жизнь – за то, чтоб снова оказаться за рычагами ТЕХНО.
Ротмистр в отставке Тойфер, бывший командир разведки Восьмой механизированной бригады Канопуса, знал: мечта неосуществима.
Серьезная контузия навсегда изменила жизнь – он больше не мог управлять нейролинком. Всё, что ему осталось, – «собачья работа, повезёт или нет».
Йохан хмыкнул, завинтил фляжку и мысленно вернулся к предмету текущего расследования. Последние три недели он плотно занимался событиями, предшествовавшими открытию Олимпиады.
«Удивительно, как это до сих пор никто не взял труда сопоставить факты! – Он слегка тряхнул головой и саркастически усмехнулся: – Определенно – люди тупеют прямо на глазах».
Там, где речь идет об огромных деньгах, нет места честной игре. Шантаж, закулисные махинации, а иногда и прямое силовое давление на пилотов и владельцев ТЕХНО-клубов – фирменный стиль спортивного бизнеса Олимпии. Нынешнее предсезонье не стало исключением, а пожалуй, и било все рекорды.
С войны возвращались солдаты, они искали работу. Привычную работу. Приток кандидатов на участие в гладиаторских сражениях перекрыл все ожидания. Владельцы клубов получили возможность навязать пилотам крайне невыгодные контракты.
Пробные схватки и отборочные соревнования постепенно приобрели характер настоящих боевых действий. Озлобленные пилоты, забыв о благородстве и зрелищности поединков, любым доступным способом уничтожали технику противника. На стадионах участились несчастные случаи со смертельным исходом. Букмекеры буквально сходили с ума, пытаясь определить быстро меняющихся фаворитов. Необычайно возросла активность околоспортивных мафиозных формирований.
Записные эксперты в один голос талдычили о специфике первого послевоенного чемпионата, Йохан же углядел в хаосе предстартовой лихорадки нечто большее.
1 2 3 4 5 6


А-П

П-Я