https://wodolei.ru/catalog/chugunnye_vanny/franch/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

их коллективное решение было обязательным для дальнейшего исполнения. Традиционной формой опроса населения являлись плебисциты, в ходе которых каждый член сообщества мог изложить свое мнение в специальном бюллетене. Этим способом уже на памяти Мэтби были погашены многие серьезные политические штормы.
Нервно ломая тонкие пальцы, женщина произнесла:
— За четыре дня какая-нибудь другая группа населения Федерации может решиться на измену; тогда возможность получить преимущество для нас будет потеряна. Ультиматум землян поставил правительство в критическое положение, и Ханстон считает, что мы должны действовать немедленно. Позднее можно будет опросить людей и скорректировать действия комитета в соответствии с их пожеланиями.
— Сейчас решается судьба целой цивилизации, — ответил Мэтби. — Может ли взять на себя ответственность за решение один человек, или небольшой комитет, или даже сообщество из нескольких сотен тысяч наших людей? Я полагаю — нет; ведь в Федерации живет шестьдесят миллиардов граждан. Передайте мое мнение комитету и — прощайте.
Мэтби остановил аэрокар и спрыгнул на землю. Он не поворачивал головы, пока не оказался за стальной оградой, окружавшей одну из небольших баз Космических вооруженных сил, расположенных на Ланте.
Охранник у ворот базы проверил удостоверение Мэтби и сказал:
— Капитан, мной получен приказ сопровождать Вас в здание Капитолия на совещание членов правительства с военным командованием. Готовы ли Вы следовать за мной?
— Конечно, — ответил Мэтби без колебаний.
Минутой позже он пересекал город в военном аэрокаре.
Ситуация, как понимал Мэтби, еще не являлась необратимой. В одно мгновение он мог определенным образом сконцентрировать свою волю и взять под телепатический контроль сопровождающего его охранника и пилота воздушной машины. Все зависело от цели, с которой его, рядового капитана флота, вызывали в столь высокое собрание. Подумав, Мэтби решил не предпринимать ничего.
Маленький воздушный корабль приземлился в небольшом дворе между двумя высотными зданиями. Мэтби провели в широкий, ярко освещенный коридор и затем пропустили в зал, где два десятка мужчин восседали за длинным столом. О его прибытии немедленно доложили; как только он вошел, беседа за столом прервалась и все повернулись к Мэтби, внимательно его рассматривая. Мэтби также окинул быстрым взглядом сидевших за столом людей. Двоих он знал лично; они носили форму высших офицеров флота. Оба приветливо кивнули ему.
Со всеми остальными людьми, включая четырех мужчин в военной форме, Мэтби не был знаком. Он узнал нескольких членов правительства Федерации и местных офицеров. Среди сидящих за столом можно было легко различить деллиан и не-деллиан. Первые, все без исключения, были стройными, красивыми людьми. Внешний вид последних довольно широко варьировался. Один из не-деллиан, коротенький и толстый, сидел во главе стола. Мэтби узнал его по фотографиям в местных газетах; это был Андре Крейг, министр внутренних дел.
— Господа, — сказал Крейг, — давайте приступим к беседе с капитаном Мэтби. Капитан, предмет нашего разговора связан с угрозой вторжения так называемого земного космического корабля. Я полагаю, Вы слышали ультиматум, который предъявила нам эта женщина, командир их звездолета.
— Я слушал передачу, — кивнул головой Мэтби.
— Хорошо. Рассмотрим создавшуюся ситуацию. Всем присутствующим более или менее ясно, что мы не должны себя обнаруживать, несмотря на сделанные нам заманчивые предложения. Некоторые участники нашего совещания считают, что теперь Земля рано пли поздно пошлет свои корабли в Большое Магелланово Облако. Но временной интервал до следующего посещения может составлять тысячи лет. В течение ближайшей декады мы можем снарядить и выслать экспедицию в главную галактику, которая осуществит там предварительную разведку. Получив более полную и достоверную информацию, мы сможем окончательно решить вопрос о возможности установления отношений с Землей. Как видите, это достаточно благоразумное предложение.
Он сделал паузу и пристально посмотрел на Мэтби. В поведении Крейга было нечто, вызывавшее тревогу. Мэтби спокойно ответил:
— Несомненно, ваше предложение является разумным. Еле слышный вздох облегчения раздался среди сидящих за столом.
— Однако, — продолжал Мэтби, — можете ли Вы быть уверены в том, что какая-нибудь группа населения или даже целая планета не откроет земному кораблю наше местоположение? В Федерации много народов и много планет, имеющих свои частные интересы.
— Это, — заявил толстяк, — мы хорошо понимаем. Вот почему Вы и приглашены на наше заседание.
Мэтби не был уверен, что его доставили сюда в качестве приглашенного, — однако он промолчал. Крейг продолжал:
— Мы получили сообщения от всех местных правительств Федерации Пятидесяти Солнц. Они считают, что мы должны действовать скрытно, не вступая в связь с земным кораблем и не обнаруживая своего местоположения. Однако всем ясно: если мы не достигнем соглашения с гиброидами о том, что они не воспользуются создавшейся ситуацией, наши усилия окажутся тщетными.
В эту минуту Мэтби догадался, зачем его пригласили. Он почувствовал, что наступает кризис в отношениях между гиброидами и народами Пятидесяти Солнц. Он также ясно понял, что данная ситуация является критической и для него лично. Он сказал:
— Господа, насколько я понял, Вы просите меня связаться с другими представителями моей расы. Считаю, что любой подобный контакт ставит меня, как капитана вооруженных сил Федерации, в очень трудное положение.
Вице-адмирал Дрейхан, командир крейсера «Акмион», на котором Мэтби служил помощником астрогатора, сказал ему:
— Капитан, Вы можете свободно дискутировать по любому высказанному здесь предложению. Не бойтесь, что ваше сложное, двусмысленное положение не будет понято.
— Как Вы уже догадались, капитан, — продолжал Крейг, — мы хотим, чтобы Вы передали наши предложения правительственному комитету гиброидов. Мы полагаем, Вы имеете возможность установить контакт с комитетом достаточно быстро.
— Несколько лет назад, — признался Мэтби, — я информировал своего командующего, что ко мне обратились эмиссары гиброидов, поддерживающие непрерывные связи со всеми планетами Пятидесяти Солнц, на которых имеются представители этой группы населения. Было решено не показывать какой-либо осведомленности о существовании таких агентов, так как в будущем они могли вывести меня на их тщательно законспирированные центры. Однако агенты устанавливают связь со мной нерегулярно и я не имею возможности разыскать кого-либо из них.
В действительности решение Мэтби информировать вооруженные силы Пятидесяти Солнц о существовании подобных агентов утвердил плебисцит гиброидов. В противном случае его контакты с эмиссарами комитета могли бы выглядеть подозрительно. Это решение было совершенно правильным. Никто не беспокоил агентов комитета — кроме самых крайних случаев. Такая крайняя ситуация наступила сейчас.
— Откровенно говоря, — произнес Крейг, — мы уверены, что в данном случае гиброиды не упустят возможности выторговать для себя некоторые привилегии. — Крейг имел в виду политический шантаж, и сделанный им намек был достаточно многозначительным. — Я уполномочен предложить им ограниченные гражданские права везде, кроме некоторых планет Федерации, право проживания в городах, возможность пересмотра и дальнейшего расширения прав каждые десять лет, если поведение этой группы населения за предыдущий период будет достаточно благоразумным.
Крейг сделал паузу, и Мэтби заметил, что все смотрят на него с выражением напряженного внимания. Наконец один из сидящих за столом деллианских политиков нарушил молчание:
— Что Вы думаете относительно этих предложений, капитан?
Мэтби вздохнул. Если бы подобные предложения были сделаны до появления земного корабля, их следовало бы считать великолепными. Старая истина — со временем производятся некоторые послабления, когда власти не способны более контролировать ситуацию. Он сказал уже достаточно много, причем с позиции полной беспристрастности, не прибегая к угрозам и шантажу. Когда Мэтби говорил, он тщательно взвешивал свои слова и ему казалось, что они были здравыми и честными. Информируя присутствующих о возможном поведении некоторых экстремистски настроенных групп гиброидов, Мэтби полагал, что его откровенность будет оценена. В этом случае следовало рассчитывать на дальнейшие уступки — вплоть до восстановления полных гражданских прав — в том случае, если удастся ликвидировать опасность, угрожающую со стороны гиброидов их более миролюбивым соседям в Федерации Пятидесяти Солнц. В прошлом относительно гиброидов также вводились ограничения, которые сменялись периодами испытания на благонадежность. Поэтому Мэтби считал необходимым поддержать сделанные правительством предложения, которые могли послужить толчком к восстановлению нормальных отношений между всеми группами населения Федерации. Однако свою точку зрения он выразил достаточно осторожно:
— Могу заверить Вас только в одном: мы будем ожидать и оценивать ситуацию.
После его краткого ответа наступило молчание; затем один из не-деллиан резко сказал:
— Мне кажется, что эта трусливая игра является бесполезной. Хотя в течение длительного времени Пятьдесят Солнц живут в мире, мы все еще имеем более ста военных космических крейсеров, не считая множества более легких кораблей. В конце концов, в наше пространство вторгся только один земной звездолет. Я предлагаю отправить наш флот и уничтожить его! Таким же образом мы будем уничтожать каждого представителя человечества Земли, которому станет известно о нашем существовании. Может пройти десять тысяч лет, пока они снова найдут нас.
Вице-адмирал Дрейхан сказал:
— Мы обсудили это предложение. Оно нежелательно; люди Земли могут обладать мощным оружием, которое уничтожит нас.
— Не думаю, что вооружение одного корабля может быть столь сокрушительным, — спокойно заметил другой офицер. — Если флот выполнит свой долг, все наши проблемы будут решены наиболее простым и надежным способом.
Крейг коротко резюмировал:
— Это последний выход.
Затем он снова обратился к Мэтби:
— Вы можете передать гиброидам — если они отвергнут наши предложения, мы вышлем против земного корабля мощный флот. Другими словами, если они вступят на путь предательства, они не получат ничего. Можете идти, капитан.
Верховный Капитан «Звездного Роя», Достопочтенная Глория Сесили Лоу, леди Лоу из рода Благородных Лоу, сидела за пультом в рубке управления, пристально всматривалась в глубины космического пространства и размышляла над сложившейся ситуацией.
Прямо перед ней находился огромный прозрачный экран мультипланара. Темнота космоса заливала экран, вечная тьма, в которой редкими проблесками огней мерцали звезды. В левой части экрана угадывалось тускло светящееся огромное и размазанное образование; это была главная галактика, в которой совершала свой вечный путь Земля — одна из планет одной из звездных систем, одна из крупинок песка в комической пустыне.
Женщина едва ли замечала эту величественную картину. Ее глаза смотрели на экран мультипланара, но, погруженная в свои мысли, она не видела этой великолепной сцены, на фоне которой разворачивалась ее жизнь, жизнь ее корабля и тысяч подчиненных ей людей. Она улыбнулась и решительно нажала кнопку видеоселектора внутренней связи. Худощавое мужское лицо появилось на засветившейся панели селектора; темные глаза в сеточках глубоких морщин внимательно смотрели на Глорию. Она резко сказала:
— Я информирована, капитан, что имеются недовольные нашим решением остаться в Большом Магеллановом Облаке с целью поиска цивилизации Пятидесяти Солнц.
На лице мужчины отразилась нерешительность; затем он вежливо ответил:
— Ваше превосходительство, я действительно слышал, что ваш приказ произвести этот поиск не встретил единодушною одобрения экипажа.
Тонкая ирония, с которой он заменил ее слова «наше решение» на «ваш приказ», не укрылась от Глории; капитан продолжал:
— Естественно, я не мог выяснить мнение всех членов экипажа по этому поводу, так как их около тридцати тысяч.
— Естественно, — с сарказмом ответила она. Офицер, казалось, не слышал раздражения в ее голосе.
— Мне кажется, ваше превосходительство, нам следует провести всеобщее голосование по этому вопросу.
— Голосование! Вздор! Они все проголосуют за возвращение домой. Слишком мало разума осталось в их головах и твердости — в сердцах. После десяти лет в пространстве они стали похожи на медуз. Капитан, — ее голос был мягок, но глаза грозно сверкнули, — я чувствую по вашему тону и поведению, что эмоционально, подсознательно Вы согласны с ними, что Вы заражены ребяческим инстинктом стадности. Напомню Вам древний закон космических полетов: кто-нибудь на борту корабля должен иметь волю и силу, чтобы идти впереди и вести за собой других, более малодушных. Офицеры подбираются с крайней осмотрительностью; они не должны поддаваться этой слепой тяге к возврату домой. Вы не хуже меня знаете, что часто людям, которые неистово тяготеют к своей планете, своему дому, возвращение доставляет краткое эмоциональное удовлетворение; затем они снова стремятся присоединиться к любой длительной экспедиции. Такова человеческая природа, капитан. Мы вышли за пределы галактики, вышли не для того, чтобы допускать срыв экспедиции из-за недостаточной дисциплинированности экипажа.
Офицер спокойно сказал:
— Эти аргументы мне хорошо известны.
— Рада слышать это, — прозвучал сухой ответ Верховного Капитана. И Глория нажатием клавиши прервала связь. Затем она вызвала отделение астронавигации. Ответил дежурный навигатор, еще совсем юный офицер. Глория распорядилась:
— В наикратчайшее время представьте мне проект орбитального картирования, которое будет производиться при нашем движении через Большое Магелланово Облако.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10


А-П

П-Я