Доступно магазин Водолей 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Черному берету даже не сообщили, что меня следует задержать, пока дело не будет сделано. Им следовало заранее все подготовить. Удивительно, что этот сукин сын Эймс не сбежал со всеми документами Проекта. С тех пор прошло… сколько? А они ни хрена не усвоили!
Тут Стэннер заметил, что думает о военной разведке «они», а не «мы». Он фыркнул и посмотрел в зеркало заднего вида.
Если хвост за ним и пустили, он его не заметил. Может, все-таки они чему-то научились… За последние два дня он три раза уходил от ребят, которые его пасли, и не всегда это оказывалось легко. При ясной погоде за ним можно следить со спутника.
Стэннер жалел об оставленной папке. Она была у него пятнадцать, нет, восемнадцать лет. Ничего особо нужного в ней не было; статистика по грабежам в Силиконовой долине.
Значительные кражи чипов с компьютерных складов – дело нередкое: русская мафия продает краденые компьютерные чипы оптом, но в последние несколько недель их количество возросло практически в четыре раза. Уносят чипы, другое компьютерное оборудование – кажется, в основном разного рода усилители.
И еще банк. То крупное дело в Квибре. О нем никто не знает.
В СМИ о нем почти ничего не было. В обычных обстоятельствах ограбление банка такого масштаба собрало бы тучи репортеров. Но не в этом случае.
Теоретически говоря, некая группа либеральных сенаторов-демократов и даже несколько республиканцев из более совестливых приостановили проект «Истина». В начале восьмидесятых ЦРУ и администрация Рейгана использовали этот термин для обозначения структурной программы дезинформации, но после 11 сентября министерство юстиции получило карт-бланш в контроле за СМИ. Эшкрофт довел дело до конца, и Пентагон создал Службу стратегического влияния – ОСИ. Денежки налогоплательщиков, и немалые, пошли на пропаганду – истинную и ложную. Денежки на ложь, которую иногда надо было распространить во всемирном масштабе, должны были помогать борьбе с терроризмом. Публично правительство признало, что в ОСИ нет необходимости, тем не менее, она продолжала существовать. Первая же ложь, выданная на-гора Службой стратегического влияния, утверждала, что ее, этой службы, не существует. Такая мрачная ирония неотделима от разведки и контрразведки.
Повернув к мосту через Залив и притормаживая, чтобы не привлекать к себе внимания, Стэннер отметил про себя, что вовсе не осуждает правительство. После 11 сентября осадная психология стала до некоторой степени оправданной. Возникло чувство, что почти весь мир ополчился на Америку, и это чувство не было совсем уж ложным.
И все равно… Кто может утверждать, что в случае с ограблением банка в Квибре Пентагон не затыкает глотку средствам массовой информации так же, как это делал в свое время проект «Истина»? Да-а-а, им приходится на многое идти, чтобы защитить Контору. Да и глупо считать, что будет иначе, ведь удалось же замять историю с катастрофой спутника, и он, Стэннер, в этом помог.
Его мысли перенеслись к Шеннон. Где она? В безопасности ли? Могут они воспользоваться ею, чтобы заманить его, если он не захочет явиться по собственной воле? Может, стоит предупредить ее? Господи, как она взбесится!
Пап! Как ты смеешь втягивать меня в свой параноидальный мирок?!
Он снова посмотрел в заднее зеркало. Не следит ли за ним этот синий «форд-таурус»? Возможно. мужчина и женщина оба выглядят абсолютно незаинтересованно, но перестроились вскоре после него и держатся недалеко, всего через несколько машин.
Стэннер оглянулся на дорогу – пришлось вильнуть, чтобы не выскочить за полосу. Вот блин! Они могли догадаться, что он их заметил.
В задницу их! Пусть тащатся, пока он не доедет до Ист-бей. В Беркли он сбросит их с хвоста. Там полно тупиков, где он сумеет отцепиться, а потом поедет вверх, через Тильден-парк, и в объезд доберется до Квибры. Прежде чем перейти на следующий уровень, он должен побывать в Квибре.
Где-то в записной книжке у него есть адрес того филиппинского офицера из полицейского управления Квибры. Коммандер Крузон, вот как.
Всю последнюю неделю его не было на месте. Когда Стэннер заходил в управление, ему говорили, что тот болен. На этот раз Стэннер поедет к Крузону прямо домой. Они должны сравнить свои наблюдения, хочет этого маленький сукин сын или нет.
Бентуотерс. Этот чертов паразит должен помочь. Стэннеру нужна схема того электромагнитного передатчика. Но в следующий раз, когда Стэннер к нему отправится, он с собой кое-что прихватит – например, автоматический пистолет с глушителем.
Въезжая на мост через Залив, он размышлял, когда же, сам того не заметив, он пересек границу между тем, что называл «все то же старое дерьмо», и влип в «очень серьезное дерьмо»?

13 декабря, днем
Лэси взглянула на маленький зеленый экранчик своего сотового телефона. Вроде бы связь с сервером есть. Батарея показывает полную зарядку. Со времени зарядки почти не пользовалась телефоном. Но вот пожалуйста – четыре раза звонит, а звонок не проходит.
Лэси сидела за маленьким столиком у окна кафе «Круляер» в так называемом деловом центре Квибры. Перед ней стоял нетронутый кофе. Она потянулась, оперлась локтем на стол, стол покачнулся на неровных ножках, кофе плеснулся через край. Лэси тихонько выругалась и салфеткой промокнула бурую лужицу. Нет, лужа слишком велика. Она бросила туда салфетку целиком и наблюдала, как та пропитывается кофе, втягивает горячий кофе в себя, поглощает. Лэси вздрогнула и еще раз попробовала позвонить. Похоже, звонок прошел. Она приложила телефон к уху, но услышала лишь треск помех и непонятную мешанину слов, что-то вроде той, которую поймал Вейлон своим частотным искателем. Потом диапазон помех вдруг словно бы изменился, и линия очистилась, Лэси услышала сигнал.
– Алло! – Голос Рубена.
Она чуть не вышла за Рубена замуж, еще до того, как встретила парня, который стал теперь ее «бывшим». Еще несколько недель назад она считала, что лучше бы ей было остаться с Рубеном, но отношения с Бертом становились все серьезней, и Рубен окончательно утвердился в категории «экс-бой-френд», который всегда под рукой. Сейчас ей вообще было не до «отношений».
– Хай, Рубен! Ты меня хорошо слышишь? Здесь какие-то проблемы с сотовыми.
– Лэси? Конечно, слышу. Так приятно тебя слышать. Эй, послушай, тут ходили слухи, что ты и…
– Так и есть. Мы расстались. Я сейчас живу у… в общем, у сестры в Квибре. Но послушай, ты получил бандероль? Записку и… этот предмет?
– Какую бандероль? И какую записку?
– Я послала тебе бандероль. Там какой-то странный компьютерный чип, он… припаивается к другому прибору. Он был в пузырчатом пакете вместе с моей запиской. А у тебя степень Доктора компьютерных наук, должна же она хоть на что-то сгодиться?
– Нет, я ничего от тебя не получал. И почему это ты посылаешь мне странные компьютерные чипы?
– Длинная история. Но я надеялась, ты поможешь мне разобраться, зачем нужно эта штука. То есть, понимаешь, она кажется каким-то… В общем, я не знаю.
– Ничего не приходило. Ты пробовала узнать на почте?
– Гм-м-м… Мне не очень хочется это делать здесь… Честно говоря, я даже на конверте не написала свое настоящее имя. Воспользовалась прозвищем, которое ты вроде бы должен был вспомнить. И адрес тоже фальшивый. Я и насчет этого звонка сомневалась, но думаю, они здесь не в состоянии контролировать все.
Наступила долгая, сопровождаемая треском пауза.
– Послушай, с тобой все в порядке? Может, мне приехать и повидать тебя? Ты… то есть… у тебя…
– Нет ли у меня паранойи, Рубен? Наверное, есть. Но пока еще не совсем. Иногда я и сама так думаю. Особенно сейчас. Они, видимо, перехватили ту бандероль.
Снова пауза и треск. Лэси заметила, что наблюдает за людьми, которые проходят мимо витрины кафе. Вот сутулый пожилой мужчина, почти горбун, идет с молодой девушкой, вероятно, дочерью. Навстречу им еще один пожилой человек с всклокоченными волосами, в красной рубашке с серебристым галстуком; это местный агент по недвижимости.
– Лэси?
За агентом по недвижимости шла женщина в голубых джинсах и жакете «левис», с длинными черными волосами, высокими скулами и темными глазами – местная индианка. Казалось, что все они, проходя мимо, вглядываются в Лэси. Как будто… Она тряхнула головой. Как будто – что?
– Лэси! Эй, очнись!
– Да, Рубен, извини.
– Я действительно думаю, тебе надо…
– Рубен! Со мной все будет о'кей. Не приезжай в Квибру, что бы ни случилось. Через несколько дней я тебе позвоню. – И пока он не успел возразить, повесила трубку.
Мимо кафе проходили две довольно полные девочки лет тринадцати с сумками «Тако белл». Они тоже посмотрели на Лэси. Как будто…
Ну-ка возьми себя в руки! – скомандовала она себе. – Надо отстраниться от этого. Займись чем-нибудь обычным, например, рождественскими покупками.
Она встала и вышла, махнув на прощание рукой круглолицей женщине за прилавком. Оказавшись на улице, почувствовала на лице ветер, влажный, но не холодный, не спеша прошла мимо салона красоты и остановилась у витрины ювелирного магазина. Может, сережки для Адэр?
Лэси вошла, и сначала ей показалось, что она перепутала вывески. Все прилавки оказались пустыми. То тут, то там валялись лишь какие-то обломки: одна серьга с жемчужиной лежала рядом с чем-то вроде сломанного браслета, а в основном черный бархат под стеклом был пуст. Может, здесь меняют весь ассортимент?
– Привет! Есть кто-нибудь? Вы открыты?
Прошло несколько секунд, Лэси решила плюнуть и уже повернулась, чтобы уйти, но тут из задней двери показалась женщина, и Лэси осталась. Серебристые волосы довольно пожилой, невысокой, полной женщины была уложены в изысканную прическу, на глазах – синие тени. Очки в украшенной драгоценными камнями оправе. Но помада на губах казалась смазанной, да и весь макияж словно бы расплывался, как будто она только что плакала.
– Да? – спросила женщина.
– Гм-м-м… Вы открыты? Похоже, товаров нет?
Женщина бросила мутный взгляд на пустые витрины.
– Да, ничего нет. У нас ничего не осталось. Ничего.
– И это перед Рождеством? У вас, наверно, был просто бум продаж?
– Вовсе нет. Пришли люди и все забрали. Просто украли.
– Украли? А что говорит полиция?
– Полиция? – Женщина покачнулась и ухватилась за стеклянную витрину, словно боялась упасть. – За день столько всего случилось. Поразительно, правда? Теперь нельзя вызывать полицию. Вы не из них?
Лэси сглотнула.
– Из… из кого?
Женщина сильно замигала, как будто в глаза ей бил яркий источник света, потом опустила глаза на пустые витрины.
– Мой муж пытался уехать из города. Поговорить с кем-нибудь из полиции штата. Должен был вернуться вчера к полудню. Его до сих пор нет.
И тут она сползла вниз. На мгновение Лэси потеряла ее из виду, потом приблизилась к прилавку и заглянула за витрину. Женщина сидела на полу, раскачивалась из стороны в сторону и плакала.
Лэси не знала, что делать.
– О Господи, давайте я вызову вам врача! Или… родственника, кого-нибудь…
– Нет! – Женщина в панике подняла голову. Лэси увидела, как она побледнела. – Нет! Пожалуйста! Не надо никого звать!
Женщина вскочила на ноги, спотыкаясь, бросилась в заднюю комнату и захлопнула за собой дверь.
Лэси попятилась от пустых витрин, развернулась, быстро вышла и заспешила по улице – один квартал, потом налево, еще квартал – в полицейский участок.
– Черт побери, – запыхавшись, пробормотала она у дверей полиции. – Я разберусь, что, черт возьми, происходит!
Внутри, по ту сторону приемного окна, сидел мужчина, а не женщина, которая была тут пару дней назад, когда Лэси, проходя мимо, заглянула в окно. Загорелый мужчина, около пятидесяти, с глубокими, словно бы от постоянной улыбки, морщинами и чуть заметно вьющимися волосами. Но Лэси его знала. Берт познакомил их, когда они встретились в новом бистро. Это был мэр, а зовут его Роузе.
– Добрый вечер, мэр. Вы… э… занимаетесь полицейской работой здесь? Или просто кого-то ждете?
– Я здесь на подмене, – ответил Роузе, улыбнулся и склонил голову набок. – Да, на подмене. Конечно.
– Очень необычно, правда?
– Нет-нет. Ничего необычного, когда полиция так занята. Занимается большим проектом. Конечно. Я смог здесь помочь. Но что я могу для вас сделать? Какая-нибудь проблема? Хотите о чем-то сообщить?
– Гм-м-м… Ну… – Она уже открыла рот, чтобы рассказать ему о женщине в ювелирном магазине, о ее муже, о краже. Но вдруг почувствовала, что просто не может заставить себя говорить. Нет, не «не может», а не хочет. Чувствует, что это неразумно, и сама не знает почему.
Мэр продолжал на нее смотреть. Как будто… Она покачала головой.
– Нет. Я просто заглянула, чтобы поздороваться с дамой, которая здесь работает. Мы с ней тогда хорошо поболтали, но… э-э… Мне надо идти, сделать кое-какие покупки. Мы… э-э… еще увидимся.
Она развернулась и поспешно вышла. Дошла до взятой напрокат машины, села внутрь и поехала домой.
Надо все это обдумать, – говорила она себе по дороге, – решить, что делать. Но обдумать это было практически невозможно – не хватало фактов. Кроме одного – она знала, что надо выбраться из города. Надо найти Адэр, Берта и Кола и позвать с собой.

13 декабря, вечер
Капитан Гейтлэнд сидел за рулем фургона. Здоровенный лейтенант Мейджи из военной полиции, у которого были негритянские черты лица, но светлая кожа – как у Колина Пауэлла, – сидел рядом с ним. А на заднем сиденье устроился коренастый «зеленый берет» – сержант Дирковски. Сержант был в форме, остальные – в штатском. У каждого под пиджаком был автоматический девятимиллиметровый «смит-вессон». Позади Дирковски находилось отделение для груза, там стоял пустой гроб военного образца. На полу фургона, у левой ноги Мейджи, лежал металлический кейс. По другую сторону кейса размещалось нечто, напоминающее небольшой громкоговоритель.
Фургон только что свернул на Квибра-Вэлли-роуд.
– Вам не кажется, что копы из Квибры вроде как за нами следили? – спросил Мейджи. – Ну, те, на заправке «Шелл».
– Нет, сэр. Я в это не верю, – ответил Дирковски.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52


А-П

П-Я