https://wodolei.ru/catalog/akrilovye_vanny/Ravak/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Варли Джон
Леденец и Липучка
Джон Варли
Леденец и Липучка
- Хрррлло. Хррр. Алло. Алло.
Кто-то обращался к Ксантии с другого конца десятикилометровой металлической трубы, перекрикивая шум, поднятый гигантскими разгневанными пчелами, натыкающимися на гонги и цимбалы. Таких помех ей никогда не доводилось слышать.
- Алло? - отозвалась она. - Что вы делаете на моей волне?
- Алло. - Помехи остались, но голос стал чуть отчетливее. - Волна. Поиск, поиск, настройка на волну... наилучший прием при... Алло? Слышишь меня?
- Да, слышу. Вы забиваете мою... Мое радио даже не... Она шлепнула панель рации ладонью, невольно прибегнув к древнему ритуалу, о котором люди вспоминают всякий раз, когда творения их рук начинают упрямиться. - Мое проклятое радио даже не включено. Вам это известно?
Она с облегчением ощутила, как внутри нее вскипает гнев. Что угодно, лишь бы не казаться самой себе потерявшейся дурочкой.
- Это не обязательно.
- Что значит не... кто вы такой?
- Кто. Испытываю... Я, местоимение, да, я испытываю трудности. Оставайся с. Мной? Да, местоимение. Оставайся со мной. Я не "кто". Что. Ч_т_о я такое?
- Ну, хорошо. Ч_т_о ты такое?
- Пространственно-временной феномен. Гравитационный и причинный колодец. Черная дыра.
Ксантии не нужно было объяснять, что такое черная дыра. Все восемнадцать лет своей жизни она охотилась на них вместе с сестрой-клоном Зоетропой. Но разговаривать с дырой ей никогда не приходилось.
- Предположим, ты и в самом деле черная дыра, - сказала она, начиная гадать, уж не Зоя ли ее таким заумным способом разыгрывает, - примем это за гипотезу. Тогда как ты можешь со мной разговаривать?
Послышался звук, напоминающий рокочущий хлопок маневрового двигателя. Потом повторился.
- Я манипулирую структурой пространства-времени... нет, пожалуйста, оставайся на связи... на связи. Я манипулирую структурой пространства-времени, испуская модулированные гравитационные волны узким... узким конусом. Я направляю его на динамик твоего радио. Ты слышишь. Меня.
- Что это опять было? - спросила она, услышав очередную какофонию.
- Я совершенствуюсь. Буду совершенствоваться. Я пронизываю само пространство, сквозь... оставайся на связи, оставайся на связи. Справка. - Послышались звуки, какие бывают, если ленту с записью быстро промотать мимо воспроизводящей головки. - Говорит Би-Би-Си, - произнес явно человеческий голос, слегка забитый статикой. Лента заверещала снова. - ...густа третьего, в год Господа нашего тысяча девятьсот пятьдесят седьмой. Сегодня в... - Лента снова метнулась мимо головки.
- Эксперимент Челсона-Морли опроверг существование мирового эфира. Тщательно продуманное расположение вращающейся призмы...
Металлический голос послышался вновь:
- Эфир. Я пронзаю само пространство, прохожу сквозь... оставайся на связи. - На сей раз процесс оказался короче. Она услышала фрагмент, похожий на приключенческий видеосериал. Сквозь пространственную деформацию в эластичном эфирном континууме...
- Погоди-ка. Только что ты говорила другое.
- Я совершенствуюсь.
- Продолжай. Нет, погоди - чем ты там занимаешься? Что это за штучки с записями?
Голос ненадолго смолк, а когда зазвучал снова, помехи немного стихли. Но все же голос не был человеческим. Компьютер?
- Я не привыкла говорить. Мне это не нужно. Но я выучила ваш язык, слушая радиопередачи. Я разговариваю с тобой посредством индетерминированных статистических конкатенаций. Гравитационные волны и вероятность, что в случае причинной сингулярности не одно и то же, обеспечивают возникновение нерационального события.
- Зоя, это ведь ты, да?
Ксантии исполнилось только восемнадцать земных лет, и это был ее первый космический полет далеко за Плутоном, в огромной кометной зоне где пространство становится по-настоящему плоским (*). Вся ее жизнь была посвящена тому, как отыскивать и ловить черные дыры, но они попадаются не очень-то часто. Ксантия родилась через год после начала полета, и еще год оставался до его окончания. Единственным человеческим существом, которое она видела за свою жизнь, была Зоя - ее абсолютный двойник. Единственное отличие состояло в том, что Зое исполнилось уже сто тридцать пять лет.
(*) Массивные объекты вызывают искривление пространства, прямо пропорциональное их массе, которое можно представить в виде тяжелого шара, лежащего на натянутом тонком резиновом полотне. Черная дыра настолько массивна, что верхние края образующейся пространственной "ямы" как бы "соединяются". Автор имеет в виду, что на таком расстоянии от Солнца деформация пространства практически исчезает. - (Здесь и далее примечания переводчика.)
Их домом был "Ширли Темпл", корабль массой пятнадцать тысяч тонн с ядерным двигателем, зарегистрированный в Лоуэлле на Плутоне. Зоя владела им целиком и полностью; во время первой своей охоты, много лет назад, ей удалось отыскать черную дыру пятого калибра, и она мгновенно разбогатела. Большинству охотников за дырами везло гораздо меньше.
Зою отличало необычное стремление к одиночеству. Почти все удачливые охотники оседали где-нибудь в комфорте, покупали крупные компании, или вкладывали деньги и припеваючи жили на проценты. Они или не желали, или не могли заставить себя провести еще двадцать лет в одиночестве. Зоя же снова отправилась в поиск, и в третьем полете снова отыскала дыру. Сейчас подходил к концу пятый.
Но по каким-то причинам (Ксантия так и не поняла ее объяснений) на сей раз она пожелала иметь спутника. А кто может стать лучшим компаньоном, чем ты сам? Установив на борту "Ширли" необходимое медицинское оборудование, она создала свою точную копию, и вырастила малышку, как свою дочь.
* * *
Ксантия с трудом развернулась в тесном отсеке управления "Леденца", сунула голову в кормовой люк, за которым располагалась комнатушка для упражнений, но ничего не обнаружила. Она сама не знала, что именно ищет. Затем, схватив отвертку, атаковала панель, прикрывающую радиоблок.
- Что ты тут делаешь одна? - поинтересовался голос.
- Почему бы т_е_б_е не рассказать об этом м_н_е, Зоя? буркнула Ксантия, снимая панель и раздраженно отпихивая ее в сторону. Из полутемного пространства, только что прикрытого панелью, потянуло запахами масла и парафина. Сморщив нос, она направила внутрь тонкий, как карандаш, луч фонарика, перемещая пятнышко света с блока на блок. Все они были ей столь же знакомы, как близлежащие коридоры для родившегося на планете ребенка. Все оказалось на месте, ничего лишнего не прибавилось. Большинство блоков было залито в пластик, защищающий самые важные схемы от влаги или пыли. Никаких следов или отметин на пластике тоже не обнаружилось.
- Связь затрудняется. Я не твоя мать. Я гравитация и причинность...
- Она не моя мать! - рявкнула Ксантия.
- Судя по моим записям, она оспорила бы твое утверждение.
Ксантии не понравилась произнесенная таинственным голосом фраза, но в душе она была вынуждена признать, что подстроить такое Зоя попросту не смогла бы. Выходит, остается последняя из возможных причин: она и в самом деле разговаривает с черной дырой.
- Она не моя мать, - повторила Ксантия. - А коли уж ты подслушивала все наши разговоры, то сама з_н_а_е_ш_ь, для чего я тут болтаюсь в спасательной шлюпке. Зачем же спрашивать?
- Я хочу помочь тебе. По вашим разговорам я поняла, что за последние несколько лет между вами возникла напряженность. А ты стала взрослой.
Ксантия уселась в кресло пилота. У нее слегка закружилась голова.
* * *
Охота на дыры - тонкое экономическое балансирование на грани между необходимостью выживания и ограничением массы. Начальные вложения средств огромны, а их возврат далеко не гарантирован, поэтому потенциальный охотник должен или иметь доступ к кредиторам, согласным на большой риск, или финансовую независимость.
Никакому консорциуму или корпорации не удалось получить прибыль за счет широкомасштабного поиска дыр. Правительство Плутона до сих пор сохраняет монополию на использование невозвращаемых роботов-разведчиков, но за многие годы оно убедилось, что как только разведчику удается обнаружить дыру, тут же начинается гонка, участники которой стремятся первыми добраться до нее и заявить о своих правах. Посланные же за такими дырами корабли обычно бесследно исчезали после схваток с пиратами вдали от закона и правопорядка.
Потребность в дырах оказалась настолько большой, что образовавшуюся экономическую нишу заполнили старатели-одиночки, которых материально поддерживали те, кто не желал платить слишком большой подоходный налог. Девяносто процентов старателей терпели банкротство. Но, как и в случае с золотом и нефтью в прошедшие времена, потенциальная прибыль была огромной, поэтому в желающих рискнуть недостатка не испытывалось.
Охотники вылетали с Плутона и разгонялись на пределе мощности двигателей, потом дрейфовали от десяти до пятнадцати лет, не спуская глаз с детектора массы. Иногда они отмахивали на половину светового года от Солнца, и лишь затем тормозили, разворачивались и летели обратно. С уменьшением массы увеличивался радиус поиска, поэтому охотились, как правило, в одиночку.
Пробовали, конечно, летать и парами, но компаньоны, наткнувшиеся на дыру, редко возвращались вдвоем - один из них, как правило, погибал от несчастного случая. За дырами охотился народ жадный, себялюбивый и корыстный.
От оборудования требовалась в первую очередь надежность. Запасные части обходились слишком дорого в смысле массы, поэтому охотнику приходилось отбирать каждый предмет, делая мучительный выбор. Что лучше: оставить его на Плутоне с риском погибнуть после поломки, или же взять с собой, уменьшив радиус поиска и упустить из-за этого вожделенную дыру, не дотянув до нее какой-то одной жалкой АЕ? (*) Охотникам поневоле приходилось учиться чинить, латать и изобретать, потому что через двадцать лет даже безотказные узлы с тройным дублированием начинают работать на последнем издыхании.
(*) АЕ - астрономическая единица: расстояние от Земли до Солнца - около 150 миллионов километров.
Зоя долго пыталась привести в чувство отказавший на ее корабле детектор массы, но в конце концов признала, что задачка ей не по силам. Основной детектор сломался еще десять лет назад, а шесть лет спустя начал барахлить и второй. Она попробовала собрать работающий детектор из блоков, выдранных из обоих, и целый год комбинировала детали и так, и сяк, скрепляя их чуть ли не шпильками и жевательной резинкой. Безнадежно.
Зато по сравнению с кораблями других охотников "Ширли Темпл" был настоящим дворцом. Отыскав целых две дыры, Зоя могла не экономить. Она накупила запасных частей, сменила двигатель на более мощный, и даже решилась на неслыханную роскошь спасательную шлюпку.
Покупка шлюпки и впрямь отдавала экстравагантностью, если бы не одно обстоятельство - ее навигационное оборудование включало и детектор массы. Зою подкупило именно это, поскольку радиус автономного полета кораблика равнялся всего восемнадцати месяцам, и был он, по сути, бесполезен - за исключением начала и конца полета, когда до Плутона еще рукой подать. На нем имелось множество съемных блоков и узлов, залитых в пластик, чтобы неопытные пассажиры не поддались соблазну в них поковыряться и стать жертвами несчастного случая или поломки. Детектор массы на шлюпке далеко уступал детектору на "Ширли" по дальнодействию или точности. Его можно было вынуть или заменить, но калибровке он не поддавался.
После поломки главного детектора они начали автономные трехмесячные полеты на шлюпке. Поначалу, еще не доверяя Ксантии управление "Ширли", Зоя брала ее с собой, но потом они поменялись ролями.
- Вот почему я здесь одна, - сказала Ксантия. - Мне нужно удалиться от "Ширли" на десять миллионов километров, чтобы ее масса не влияла на детектор. Мой инструмент откалиброван так, чтобы игнорировать массу только этого корабля, но не "Ширли". Я проведу в полете три месяца, это достаточно безопасная длительность пребывания на "Леденце", учитывая состояние его систем жизнеобеспечения. Как раз успеваешь понять, что такое одиночество. Потом возвращаюсь заправиться и пополнить припасы.
- "Леденец"?
Ксантия смутилась и покраснела.
- Ну, я так назвала нашу шлюпку, когда стала проводить на ней так много времени. У нас в библиотеке есть записи Ширли Темпл, я услышала, как она поет ту самую песенку, вот и...
- Да, я тоже ее слышала. Я слушаю радио уже очень давно. Так что, ты больше не веришь, что это шуточка твоей матери?
- Она н_е моя... - начала Ксантия, и тут же поняла, что снова упомянула Зою в третьем лице.
- Даже не знаю, что и думать, - растерянно произнесла она. - Почему ты это делаешь?
- Я чувствую, что ты все еще смущена. И хотела бы получить доказательство того, что я то, за что себя выдаю. Поскольку же ты через минуту сама об этом подумаешь, могу спросить и сама. Как по-твоему, почему меня до сих пор не засек твой детектор массы?
Ксантия рванулась, но ремни кресла удержали ее на месте. И верно, стрелка на шкале детектора даже не шелохнулась.
- Ладно, и в самом деле, почему?
Ксантия охватило бессильное отчаяние. Она была уверена, что наступил момент наказания, ведь она только что проболталась насчет "Леденца" - она держала это название в секрете от Зои - к тому же признала вслух, что Зоя не ее мать. То был ее маленький личный бунт, но у нее не хватало духу признать этот факт перед Зоей. А теперь она сбросит маску, подумала Ксантия, расскажет, как все проделала, и выставит меня дурой.
- Все очень просто, - ответил голос. - До сих пор ты была слишком далеко от меня. Взгляни-ка снова.
Стрелки прибора уже дергались, показывая наличие дыры седьмого размера. А масса такой дыры равна примерно одной десятой массы астероида Церера.
* * *
- Мамочка, а что такое черная дыра?
Маленькой девочке было семь лет. Вскоре она назовет себя Ксантией, но пока что она не испытывала потребности в имени, а мать все никак не могла подобрать подходящее. Нужда в именах или названиях возникает тогда, рассуждала Зоя, когда имеется как минимум два одинаковых предмета.
1 2 3 4


А-П

П-Я