https://wodolei.ru/catalog/unitazy/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Хотя сомнения не развеялись окончательно. Как-то слишком уж быстро все случилось; обдумал ли Сидиус все возможные варианты?
– Я должен спросить, учитель, воистину ли Скайуокер тот человек, что нам нужен?
– Он могуч. Потенциально сильнее даже меня.
– Вот поэтому,- задумчиво произнес Дуку,- не лучше ли его убить?
– Ты уверен, что сможешь?
– Умоляю вас. Что проку в силе, если нет дисциплины? Мальчишка опасен для себя не меньше, чем для своих врагов. А эта его механическая рука…Дуку оттопырил нижнюю губу.- Отвратительно.
– Тогда предложи ему взять меч в другую руку. Граф пренебрежительно фыркнул.
– Благородный человек учится сражаться одной рукой,- Дуку отмахнулся.А он даже не полностью человек. Я еще могу простить Гривуса за использование биоконструктов. Он и без них отвратителен, так что механика его лишь украсит. Но сплав дроида и человека? Возмутительно. Дурной вкус. Как можно иметь с таким дело?
– Какой я везучий,- шелк в голосе учителя стал почти невесом. - У меня ученик, который считает возможным читать лекцию мне.
Граф приподнял бровь.
– Я зашел за черту, учитель,- с непринужденным изяществом признал он.Я не вступаю в спор, я лишь рассуждаю.
– Рука Скайуокера делает его еще более пригодным для наших целей. Она - символ жертвы, которую он принес ради мира и справедливости. Знак героизма, который он должен публично носить до конца своих дней. Каждый, кто поглядит на него, не усомнится ни в чести его, ни в отваге, ни в целостности. Он идеален. Прекрасен. Остается единственный вопрос… сумеет ли он преодолеть искусственные ограничения джедайских доктрин? И, мой милый граф, сегодняшняя операция затем и предпринята, чтобы это выяснить.
Крыть было нечем. Темный властелин не просто познакомил Дуку с океаном возможностей, каких не представишь даже в самых радужных мечтах, но Дарт Сидиус к тому же был столь тонким политическим манипулятором, что рядом с ним меркла даже мощь темной стороны, если можно так выразиться. Говорят же, когда Великая сила захлопывает люк, она распахивает иллюминаторы… и возле каждого, потрескавшегося за последние тринадцать лет, стоит повелитель ситхов, высматривает, высчитывает, как получше проскользнуть внутрь.
Дополнить план учителя почти невозможно: Дуку вынужденно признал, что его собственная идея о Кеноби рождена сентиментальностью. Определенно им нужен Скайуокер.
Наверное… Дарт Сидиус потратил много лет, чтобы сделать этого мальчика необходимым.
Сегодняшнее испытание вычеркнет слово "наверное".
Граф не сомневался в исходе. Дуку понимал, что сегодня испытывают не только Скайуокера, хотя Сидиус никогда и ничего не говорил напрямик. Дуку был уверен, что он тоже проходит тест. Сегодняшний успех покажет учителю, что его ученик достоин мантии магистра. В финале сражения он пригласит Скайуокера искупаться в лучах славы, он приведет его на темную сторону, как Сидиус привел туда его самого.
О поражении граф не думал. С чего бы?
– Но… простите меня, учитель, но если Кеноби падет от моего меча, послушает ли мои слова Скайуокер? Признайте, что биография этого юноши не пестрит упоминаниями о покорности и послушании.
– Сила его не в послушании. Сила его рождена от удачливости и изобретательности. С ним не нужно ломать голову над инструкциями, которые необходимы тому же Гривусу. Даже слепые глупцы в Совете джедаев достаточно зрячи, чтобы это понять; хотя даже они не пытаются, как делали раньше, говорить ему как, в основном они говорят ему что. Способ он находит самостоятельно. Всегда находит.
Дуку кивнул. Впервые за то время, как Сидиус раскрыл истинные детали своего шедевра, граф позволил себе вздохнуть свободнее и пофантазировать.
Героически пленив графа Дуку, Анакин Скайуокер станет несомненным героем, величайшим героем в истории Республики, возможно, самого Ордена. Потеря обожаемого напарника добавит щепотку трагедии и придаст меланхолический вес каждому его слову, когда юный рыцарь будет давать бесчисленные интервью репортерам Голографической сети, обнажая продажность Сената, когда деликатно (о, весьма деликатно, чтобы не сказать неохотно) намекнет, что коррупция в Ордене является причиной продолжительной войны.
Когда возвестит о создании нового ордена обладающих Силой воинов. И тем самым заложит основы нового порядка.
Великолепный командующий армии ситхов.
Дуку мог лишь покачать головой в священном изумлении. И подумать, что всего несколько дней назад джедаи подошли так: близко к раскрытию тайны, к уничтожению всего, над чем трудились они с учителем. Но он не боялся. Его учитель никогда не проигрывал. И не проиграет. Он - воплощение победы.
Как можно победить врага, которого считаешь другом?
И теперь одним красивым ударом учитель обратит силу Ордена на джедаев, превратив Храм в этранский уроборос, переваривающий собственный хвост.
Настал день. И час.
Смерть Оби-Вана Кеноби станет гибелью Республики.
Сегодня родится Империя.
– Тиранус? С тобой все в порядке?
– Все ли…- Дуку сообразил, что глаза его увлажнились.- Да, учитель, мне не просто хорошо. Сегодня - перелом, большой финал, кульминация… Я чувствую себя несколько усталым.
– Соберись, Тиранус. Кеноби со Скайуокером стучатся в дверь. Сыграй свою роль, ученик, и Галактика наша.
Граф расправил плечи и впервые посмотрел учителю прямо в глаза.
Дарт Сидиус, Темный повелитель, сидел в генеральском кресле, прикованный к нему за запястья и лодыжки.
Граф Дуку склонился в поклоне.
– Благодарю вас, канцлер.
Палпатин с планеты Набу, Верховный канцлер Республики произнес:
– Отойди. Они здесь.


3

путь ситхов
С шипением открылись двери турболифта. Анакин прижался к стене. Палубу вокруг него усыпали обломки боевых дроидов. Снаружи не было ничего необычного, всего лишь фойе - блеклые голые стены, пустой пол.
Получилось. Ну наконец-то.
Тело гудело в тон ослепительно-синему клинку.
– Анакин…
У противоположной стены стоял Кеноби. Учитель был спокоен, чего Скайуокер никак не мог понять. Оби-Ван выразительно глянул на лазерный меч.
– Анакин, спасение,- вполголоса напомнил Кеноби.- Не резня.
Оружие осталось на месте.
– А Дуку?
– Как только канцлер окажется в безопасности,- с тенью улыбки сказал Кеноби,- мы взорвем корабль.
Механические пальцы сжали рукоять меча, та протестующе скрипнула.
– И так справлюсь.
Оби-Ван осторожно выскользнул из кабины. В него никто не стрелял. Он поманил напарника за собой.
– Знаю, Анакин, удержаться трудно. И знаю, как лично ты все воспринимаешь. Думай лучше о том, чему можно еще научиться. И не обязательно искусству боя.
У Анакина зарделись щеки.
– Я не…
… ваш падаван, рыкнул он про себя. Но это говорил адреналин; поэтому вслух Скайуокер сказал:
– …собираюсь подводить вас, учитель. И канцлера Палпатина тоже.
– Ничуть не сомневаюсь. Просто помни, что Дуку - не просто темный джедай как та Вентресс, он - ситх. Капкан вот-вот захлопнется, и, боюсь, главная опасность - не опасность физической смерти.
– Да,- Анакин дал клинку погаснуть и прошел в фойе мимо Кеноби.
Вдалеке что-то взорвалось, палуба под ногами закачалось, будто спущенный на воду плот; Скайуокер никак не отреагировал на движение крейсера.
– Просто… столько всего… То, что он сделал… не только джедаям, всей Галактике…
– Анакин… - предостерегающе начал Кеноби.
– Не волнуйтесь. Я не сердит и не ищу мести. Я только… - он поднял меч.- Я только хочу все закончить.
– Предвкушение…
– …есть отвлечение. Я знаю. А еще я знаю, что надежда лжет, как и страх, - Анакин позволил себе улыбнуться, едва заметно.- А еще я знаю все слова, которые вы хотите мне сейчас сказать.
Несколько унылый поклон, который отвесил в знак признания Кеноби, не выражал любви и признания.
– Полагаю, когда-нибудь - в далеком будущем - я перестану учить тебя.
Губы Анакина растянулись еще шире. Скайуокер негромко хмыкнул:
– Насколько я помню, вы впервые признали это. Они остановились у дверей в генеральскую каюту: огромный овал полупрозрачного иридита, оправленный в золото. Анакин чуть было не загляделся на собственное почти-отражение, когда прощупывал помещение за дверью с помощью Великой силы.
– Я готов, учитель.
– Я знаю.
Они замерли на мгновение, плечом к плечу.
Анакин не смотрел на Кеноби, его взгляд был прикован к дверям, сквозь них, в поисках хотя бы намека на непонятное будущее.
Он не мог представить себя не на войне.
– Анакин,- голос Оби-Ван был мягким, а ладонь теплой. - Сейчас я бы не пожелал в напарники никакого другого джедая. Никого.
Анакин повернул голову и увидел в глазах Оби-Вана отражение чувств, которые учитель лишь изредка выпускал за все годы, проведенные вместе; и чистая безыскусная любовь, проснувшаяся в ответ, напоминала обещание от самой Великой силы.
– Я… а по-другому бывает, учитель?
– По-моему,- произнёс его бывший наставник, предвкушая собственные слова, - пора бы тебе привыкать называть меня по имени.
– Оби-Ван,- послушно сказал Анакин,- пошли за канцлером.
– Пора,- отозвался Кеноби.- Пошли.


***

Скрываясь в кабине турболифта, Дуку не переставал наблюдать за голографическими фигурками, которые осторожно спускались по изогнутым лестницам, ведущим с балкона центрального входа до основного уровня генеральской каюты. Корабль дрожал и подергивался от многочисленных торпедных атак. Свет вновь померк; стоит начать перекачивать энергию из систем жизнеобеспечения в контроль повреждений, первым страдает освещение.
– Мой господин,- озабочено сообщил по интеркому Гривус.- Повреждения все серьезнее. Тридцать процентов автоматических орудий вышло из строя. Вскоре мы потеряем способность к гиперпрыжку.
Граф здравомысляще кивнул своим мыслям, не отводя взгляда от полупрозрачных сизых призраков, которые подкрадывались к Палпатину.
– Отзовите все ударные отряды, генерал, и готовьте корабль к прыжку. Как только джедаи погибнут, я присоединюсь к вам на мостике.
– Как господин пожелает. Конец связи.
– Воистину так, мерзкая тварь, - сообщил граф Дуку выключенному и оглохшему интеркому.- Конец этой связи. Время вышло.
Он отшвырнул комлинк в сторону и не стал оглядываться, когда тот жалобно звякнул о палубу. Больше приборчик ему не понадобится. Пусть его уничтожат вместе с Гривусом и этими его омерзительные телохранителями и всем остальным кораблем, как только сам граф окажется в безопасности, схваченный в плен, подальше отсюда.
Он кивнул двум громоздким супердроидам, что стояли по обе стороны от него. Один открыл дверь лифта. Затем механические чудовища промаршировали, развернулись и заняли позицию за дверью каюты.
Дуку разгладил складки плаща из переливчатой армированной ткани и, сохраняя достоинство, вышел в полутемное фойе. В тусклом аварийном освещении двери, ведущие в генеральские апартаменты, все еще тлели там, где эти две деревенщины, возомнивших себя героями, поработали лазерными мечами. Сунуться в дыру - рискнуть опалить себе штаны. Дуку вздохнул, взмахнул рукой, и полупрозрачный остаток двери бесшумно отъехал в сторону.
У графа не было ни малейших намерений сражаться с джедаями, имея дыру в штанах.
Разумеется, представление будет абсолютно реальным, но он должен следовать некоторым условностям.


***

Анакин крадучись скользил вдоль ряда кресел у просторного стола посреди центральной комнаты генеральских апартаментов; Кеноби отражением двигался по другую сторону столешницы. Бесшумно расцветали и гасли вспышки за изогнутым транспаристилом в дальнем углу. Турболазеры, легкие пушки, миниатюрные сверхновые звезды, которые отмечали гибель целого корабля,- вот и все освещение.
На фоне картины космического разрушения черной тенью поднимался силуэт гигантского кресла.
Анакин перехватил взгляд Кеноби и кивнул на темную фигуру посреди комнаты. Оби-Ван ответил принятым в Ордене жестом - приближайся осторожно - и добавил сигнал: приготовься действовать.
Скайуокер надулся. Как будто ему требуются напоминания! После всех неприятностей с турбо-лифтами, тут могло быть все что угодно. Насколько им было известно, помещение могло быть битком набито дройдеками.
Включился свет.
Анакин замер на месте.
Темная фигура в кресле - канцлер Палпатин. И никаких дроидов не было вообще. И сердце чуть не выпрыгнуло из груди, но…
Палпатин выглядел плохо.
Казалось, Верховному канцлеру не меньше лет, чем Йоде. Угнетенный почтенным возрастом, измученный и больной, а хуже всего…
Анакин заметил то, что даже в страшном сне не предполагал увидеть, и открытие стерло из мыслей слова, а из легких - воздух.
Палпатин был напуган.
Анакин не знал, что сказать. Он и вообразить не мог, что следовало сказать. Ему оставалось лишь предполагать, что должны были сотворить с этим мужественным человеком Гривус и граф Дуку…
Его воображение взбудоражило кровь, затуманило сердце, а в ушах зарокотал гром. Гром Ааргонара. Гром Джабиима.
Гром кочевья тускенов.
Если Кеноби испытывал сходное потрясение, оно было невидимое. С обычной своей мрачноватой вежливостью магистр Ордена склонил голову.
– Канцлер,- приветствовал он Палпатина, словно встреча произошла совершенно случайно на площади возле Галактического сената.
А в ответ они получили торопливое:
– Анакин, сзади!


***

Скайуокер не оглянулся. Не было нужды. И дело было даже не в том, что на балконе клацнули подкованные сапоги и лязгнули намагниченные ступни механических ног; Великая сила собралась в Анакине и вокруг него, словно внезапно сжатые кулаки напуганного человека.
В изнанке мира он ощущал направление взгляда: Палпатин смотрел на источник страха, который клубился, словно теплый пар на морозном воздухе. Следом - холоднее, чем иней вокруг пасти минокки,- Анакина накрыла волна чужой силы, как будто в спину вонзили ледяной кинжал.
Забавно. После знакомства с Вентресс я всегда жду, что на Темной стороне будет жарко.
В груди словно повернули в замке ключ. Грохот в ушах растворился в кровавой дымке.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49


А-П

П-Я