https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya_kuhni/keramicheskie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


S.T.A.L.K.E.R. -


Аннотация

Роман Глушков Холодная кровь
«Он стоял у порога тайны, где прахом рассыпаются наши расчеты, где река времени исчезает в песках вечности, где гибель формулы заключена в пробирке, где царят хаос и древняя ночь и сквозь сон мы слышим в эфире хохот».
«Но я не ушел – и, должно быть, правильно сделал, потому что вы никогда не сможете уйти от того, от чего вам хотелось бы уйти больше всего на свете».
Роберт Пенн Уоррен «Вся королевская рать»


Глава 1
Кордон не зря считается визитной карточкой Зоны, которую она нахально тычет в нос каждому пересекшему периметр зеленому сталкеру. Дескать, вот она какая – Зона, – а здесь то, что она может предложить вам для ознакомления из своих образцов. Будьте осторожны: прямо перед вами – коварная аномалия. (Не видите? Уж поверьте – она там точно есть. А не верите, так проверьте. Или слабо?) В ближайшей ложбине – парочка не слишком ценных артефактов, а вон там, возле заброшенной фермы, – злобные, тупые и вечно голодные мутанты. Но это далеко не весь ассортимент Зоны. Хотите ознакомиться с ним поподробнее? Никаких проблем, пойдемте дальше. А пропала охота – проваливайте восвояси, пока еще есть возможность. Однако если примете предложение, непременно останетесь довольны. Полный спектр экстремальных развлечений ожидает вас, как только вы минуете последний блокпост и, покинув Кордон, окажетесь в настоящем «бизнесе». С этого мгновения разорвать контракт будет гораздо сложнее, а в качестве неустойки по нему Зона может затребовать вашу жизнь. Таковы правила. Вас сюда никто не звал, но раз уж вы все-таки явились, извольте подчиняться…
Майор Константин Куприянов, он же оперативник-интрудер Ведомства, работающий под кодовым именем Кальтер, был не единожды бит сукой-жизнью и, взглянув на «визитку» Зоны, сразу понял, с какой паскудной тварью ему предстоит иметь дело. Однако, в отличие от прочих искателей приключений, что подписывали с нею контракт на добровольной основе, у майора не было выбора. В этой сделке он являлся всего лишь исполнителем приказов своего командования. А оно не давало Кальтеру права отвергать сотрудничество с Зоной на основе личной неприязни к ней. И потому интрудер, осмотрев Кордон в бинокль с первого же попавшегося на пути холма, лишь раздосадованно скрипнул зубами и отправился на юго-запад, к месту встречи с осведомителем.
Тяжелые серые тучи ползли над головой Кальтера так низко, что казалось, до них можно дотянуться рукой. Вечно пасмурное, свинцовое небо Зоны походило на дополнительный саркофаг, сооруженный могучими силами природы поверх основного над Четвертым реактором ЧАЭС и прилегающей к нему территорией. Мать-природа явно не доверяла в этом вопросе своему нерадивому дитяти – строителю первого Саркофага – человеку, вот и перестраховывалась. Да и как тут доверять – ведь не кто иной, как человек построил в этих местах ядерную электростанцию и позволил четверть века назад взорваться одному из ее реакторов. Последствия того взрыва до сих пор будоражат не только Европу, но и весь мир, пристально следящий за тем, что творится в Зоне.
Где-то за тучами скрывалось солнце – желанный, но редкий гость в этих местах. Сегодня оно точно не появится. Скорее, наоборот, к полудню разразится дождь. Сухая трава и желтеющие, готовые вот-вот облететь листья деревьев шелестели на ветру, и Кальтеру почему-то не верилось, что когда-то они были зелеными. Майор скорее поверил бы, что местная флора вырастает уже сухой и пожухлой, поскольку так и не сумел представить, как в Зоне на деревьях набухают почки, а из земли пробивается изумрудная молодая травка. Если что и рождается в изобилии на этой проклятой радиоактивной земле, так только аномалии. И кто вообще додумался присвоить им этот термин? Цветы, сочные луга, обычные, а не мутировавшие в монстров, животные и птицы – вот они-то и являются для Зоны аномальными. А смертельно опасные очаги паранормальной энергии – это по тутошним меркам норма.
Так же, как тотальное запустение, разруха и «постоянно переменчивый», холодный ветер, порой меняющий свое направление по нескольку раз в минуту. Майор не хотел себе в этом признаваться, но он боялся местного ветра, поскольку тот был не просто незнакомым – он был чужим . Даже сухие и горячие ветры Ближнего Востока и Средней Азии, где Кальтеру часто приходилось бывать по долгу службы, были для него куда роднее, чем та воздушная стихия, которая дышала сейчас интрудеру в лицо. И если бы дело заключалось только в специфических, по большей части тревожных запахах Зоны. Нет, в действительности все было гораздо сложнее. Кальтер не мог объяснить, что вызывает в нем эту «антиветренную» реакцию отторжения. Вероятно, вместе с обычными запахами в здешнем воздухе витали флюиды тех самых аномалий и мутантов, которые готовились заключить вторгнувшегося сюда интрудера в свои смертоносные объятья.
Отвратительный коктейль жутких ароматов: постоянного страха смерти, ненависти, неизвестности и всеобщего увядания. Зона преподнесла Кальтеру грязную, покрытую ржавчиной чашу, наполненную до краев этим дурно пахнущим напитком, и майору предстояло осушить ее до дна. Что поделаешь – судьба, а над ней майор был не властен. За него все решало могучее Ведомство, и если оно приказывало Кальтеру «Пей!», он давился, но выпивал выставленное ему пойло до последней капли. Так было и так есть. А будет ли дальше, никому не ведомо. Доживем – узнаем…
Четверть века назад на месте южного сектора нынешнего Кордона, через который и проник в Зону Кальтер, находился советский колхоз, и, судя по всему, довольно богатый. Обширные, давным-давно заросшие травой угодья; полуразрушенные фермы, сушилки, зернотоки, мехмастерские и гаражи; брошенная повсюду, насквозь проржавевшая техника… Прошагав перелесками пару километров, майор даже наткнулся на маленькую фабрику, предназначение которой сегодня определить уже не представлялось возможным. Поначалу Кальтер хотел туда завернуть, чтобы забраться на крышу двухэтажного цеха и получше изучить окрестности, но, подойдя поближе, обнаружил, что фабрика обитаема. Десяток вооруженных типов в потертых кожаных куртках расположились там на привал или охраняли какой-то ценный груз. Но явно не тот, который интересовал вторгшегося в Зону майора.
Интрудер схоронился в кустах и, включив микрофон направленного действия, нацелил его на притаившуюся за облупленными стенами компанию. Но вскоре прекратил разведку и, обойдя фабрику стороной, продолжил свой путь. Кальтеру хватило и короткого радиопрослушивания, чтобы понять, на кого он наткнулся. Специфический жаргон, на котором изъяснялись промышляющие в Зоне бандитские шайки, позволял демаскировать эту публику даже в темноте – тоже, так сказать, визитная карточка одного из здешних стайных хищников.
Чтобы попасть в поселок, где проживал разыскиваемый Кальтером осведомитель, майору требовалось пересечь единственную в округе неширокую асфальтированную дорогу, по которой периодически курсировали армейские патрули. В отличие от бандитов, интрудер мог сделать это в открытую – выданные ему документы военного наблюдателя были подлинными. Однако показываясь раньше времени на глаза солдатам местного миротворческого контингента, Кальтер мог привлечь внимание людей, которых Стратег промаркировал ему в качестве «помехи». Что вынудило бы их насторожиться и перенести намеченную где-то в Зоне нелегальную сделку по продаже оружия. Поэтому интрудер решил перейти дорогу так, как его учили еще в детстве: прежде чем ступить на проезжую часть, внимательно посмотреть налево-направо во избежание эксцессов. Впрочем, в этих местах они могли подстерегать пешехода даже на абсолютно пустынной дороге.
Последнюю сотню метров до препятствия Кальтеру пришлось двигаться по открытой местности, и когда он, крадучись, преодолел уже половину этого расстояния, на дороге вдруг нарисовался проклятый патруль. Солдаты неторопливо следовали в направлении второго – внутреннего – блокпоста, что располагался километром севернее, неподалеку от обвалившегося железнодорожного моста, некогда переброшенного через эту же дорогу. Военных сопровождали трое гражданских в защитных куртках-ветровках с капюшонами и в напяленных на лица простеньких респираторах. Сборная команда из еще не оперившихся сталкеров и армейцев могла показаться интрудеру странной, если бы его не уведомили, что на Кордоне подобное в порядке вещей. Почти у каждого обитателя Зоны, будь он хоть отъявленным бандюком, хоть рядовым солдатом-первогодком, имелся здесь свой маленький бизнес. Даже военные сталкеры, кадровые бойцы армейского спецназа, плевали на инструкции и втихую подторговывали собранными артефактами. Ну а простая мотопехота, которой запрещалось соваться в глубь зараженных территорий, зарабатывала себе на дембель, что называется, не отходя от казарм. Например, препровождая новоиспеченных сталкеров через Кордон, дабы те не нарвались преждевременно на бандитов или мутантов, и попутно читая салагам краткий инструктаж относительно поведения в Зоне.
Именно на такую группу и наткнулся подбирающийся к дороге интрудер. Его и патруль разделяло еще довольно приличное расстояние, но майор предпочел не рисковать. Заметив нежелательных свидетелей, он метнулся к первому же оказавшемуся на пути укрытию: стоящему в кювете ржавому трактору «Беларусь», покрышки которого давно истлели и превратились в лохмотья. Под ним вполне могла оказаться аномалия, но, к счастью, Кальтеру подфартило, и даже радиацией от трактора фонило не слишком сильно. Юркнув под тракторное днище, майор притаился за массивной ступицей заднего колеса и стал практически частью нависшей над ним груды железного хлама. Благо расцветка камуфлированного майорского комбинезона была разработана лабораторией Ведомства специально для условий Зоны и позволяла незаметно прятаться хоть на мусорных свалках, хоть в поле, хоть на голых камнях. Тем более что играть в подобные прятки интрудеру приходилось уже два десятка лет, и то, что он был до сих пор жив, являлось прямым доказательством его умения обманывать «водящих». А ведь бывало, в их роли выступали такие же мастера своего дела, как сам Кальтер. Чего стоили одни только пакистанские «черные аисты», с которыми майор столкнулся в прошлом году под Пешаваром…
Майор находился в Зоне считаные часы и только вникал в правила здешней жизни. «Не спеши и осмотрись!» – гласило одно из них. Известный в Ведомстве ветеран спецотдела «Мизантроп», полевой оперативник Кальтер бывал в местах не менее отвратительных. Однако там, по крайней мере, ему противостояли обычные, а не «аномальные» враги, поведение коих было в целом предсказуемо. Здесь же нельзя было предсказать даже свой следующий шаг, не говоря об остальных местных причудах. Поэтому Кальтер старался не суетиться, пускай его и поджимало время. Иррациональные порядки Зоны требовали от майора вдумчивого их постижения, поскольку, свято блюдя конспирацию, Ведомство не предусмотрело для него проводника. Оно полагало, что «мизантроп» и сам во всем разберется. Но даже недолго походив по Кордону, Кальтер начал в этом сомневаться. Только куда деваться – приказ есть приказ, и это правило главенствовало над теми, которые интрудеру еще предстояло постичь.
Пока что единственным врагом, с которым ему пришлось схватиться не на жизнь, а на смерть, являлась не в меру агрессивная фауна. Как любой из «мизантропов», майор предпочитал изучать незнакомого противника в бою, хотя без крайней необходимости Кальтер в схватку, естественно, не лез. Драться с мутантами интрудер не намеревался, но порой чуткие твари сами раскрывали его маскировку и желали познакомиться с ним поближе.
Легче всего оказалось отделаться от стаи слепых псов, встретившихся Кальтеру сразу у внешнего проволочного заграждения. Полдюжины уродливых зверюг шарахнулись в сторону, едва услышали щелчок взводимого винтовочного затвора. Майору даже не пришлось стрелять. Ход мысли безглазых собачек сработал в правильном направлении – кто-то из сталкеров явно научил эту стаю облезлых хищников уму-разуму, лишний раз подтвердив постулат дедушки Павлова об условных рефлексах.
Однако на этом короткая разминка закончилась, уступив место нескончаемому турниру, где главным и единственным призом для Кальтера стала его собственная жизнь, ценимая Ведомством, сказать по правде, куда выше, нежели самим «мизантропом».
Жирная бочкообразная тварь на длинных и тонких, будто у гигантского кузнечика, лапах, прозванная сталкерами псевдоплотью, не собиралась лакомиться майором, но ему все равно пришлось ее пристрелить. Что-то или кто-то вспугнул мутанта, и он галопом несся прямо на притаившегося в высокой траве интрудера. И если бы он не уложил монстра из своей компактной «ВМК-3.0», оснащенной интегрированным глушителем и многофункциональной подствольной ракетницей, псевдоплоть налетела бы на Кальтера, переломав ему ребра и оттоптав почки.
А с псевдособаками, что ошивались возле оккупированной бандитами фабрики и учуяли крадущегося в кустах человека, вышел конфуз, едва не закончившийся для майора плачевно. Ничтоже сумняшеся, он решил отделаться от псевдопсов при помощи «Паникера» – специального репеллента, разработанного лабораторией Ведомства для быстрого и эффективного отпугивания хищных животных. Кальтер не стал проверять, испугаются ли щелканья затвора эти свирепые, клыкастые и, в отличие от первой встреченной им стаи, глазастые твари. Равно как и стрелять по ним интрудер тоже поначалу отказался. Пальба из автоматической винтовки, даже имеющей хороший глушитель, вблизи бандитского лагеря обязательно долетела бы до ушей двуногих хищников со стрелковым оружием.
Завидев, как бегущая псевдособачья свора разворачивается и направляется к нему, Кальтер выхватил из разгрузочного жилета нужный экспресс-распылитель и «чихнул» из него навстречу приближающемуся зверью.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10


А-П

П-Я