https://wodolei.ru/catalog/rakoviny/uglovye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


У одних дегенерантов бывает слишком мало волос, у других – слишком много, и они растут там, где не следует; так, есть мохнатые люди, у которых все тело покрыто густыми длинными волосами, есть женщины с бородами и усами. Иногда бывает разный цвет волос на голове; иногда наступает слишком рано седина. Ногти у дегенерантов часто растут неправильно, испорчены бороздами, слишком ломки.
11. Часто голос у дегенерантов ненормален, напр., у мужчин сохраняется детский голос до старости; иногда бывает отсутствие голоса. Со стороны речи – часто у идиотов и дегенератов замечается немота (большею частью глухонемота) или неправильности речи в форме заикания, картавости, невозможности произносить некоторые звуки. Часто у дегенерантов речь развивается очень поздно.
12. Общий вид (habitus). Часто поражает непропорциональность в размерах головы и туловища, туловища и конечностей, чрезмерная сутуловатость и пр. Кроме гигантизма и нанизма, нужно здесь иметь в виду так называемую микросоматию…при которой у человека очень малого, карличь-его роста, размеры головы находятся в таком же отношении к размерам других частей тела, как у людей высокого роста. Дело в том, что у обычных карликов голова чрезмерно велика по отношению к их росту (так же, как у детей), и мы привыкли на человеке малого роста видеть большую голову; а при микросоматии размеры головы в отношении к телу сохраняют приблизительно то же отношение, что у нормальных взрослых людей, но т. к. тело очень мало, то и голова поражает своею малою величиною, что придает субъекту птичий вид; таков показывавшийся в музеях человек-птица Добос Янос.
К аномалиям общего строения тела должна быть отнесена так называемая патологическая детскость (infantilismus). Бываю субъекты, достигшие среднего возраста вполне, но сохранившие в своем теле все особенности детского строения – детские половые органы, отсутствие волос на лобке и под мышкой, отсутствие бороды и усов у мужчины, – отсутствие грудей у женщин, – также своеобразный детский склад сложения, детский голос и большею частью детскую степень развития ума. Это и суть инфантилики. Большею частью при этом бывает нарушение деятельности щитовидной железы, вследствие чего развивается микседема (микседематозный инфантилизм или спорадический кретинизм); но иной раз мы не замечаем у таких людей признаков микседемы, и они грациозны и тонки (инфантилизм типа Лорена). Иной раз бывает женское строение у мужчин, а мужское у женщин или соединение мужских и женских признаков в одном теле (гермафродитизм).
Затем, к общим морфологическим изменениям организма должно быть отнесено также извращенное положение органов (сердце на правой стороне, печень на левой стороне и пр.).
Различные аномалии далеко не всегда нужно причислять к признакам неправильного развития. Так, некоторые недостатки могут быть совершенно случайные, напр., отсутствие пальцев, могущее быть от ранений, вдавление на черепе – от ушибов головы.
Особенный интерес эти признаки представляют в виду существования того взгляда на дегенерацию, что вырождение характеризуется обнаружением в современном человеке тех свойств, которые были ему присущи в период его доисторического, почти дикого состояния.
Если сравнить число душевнобольных, у которых попадаются вышеописанные аномалии, и число душевноздоровых, то процентное отношение первых к общему числу исследованных будет значительно больше, чем процентное отношение вторых. Это процентное отношение также больше у преступников, чем у непреступников. Всё это заставляет признать за вышеописанными аномалиями несомненное значение как признаков, довольно тесно связанных с расположением к душевным заболеваниям и невропатическою наследственностью; поэтому они и заслуживают название «физических признаков дегенерации».
Для заключения о дегенерации нужно констатирование нескольких достаточно важных физических признаков вырождения и на ряду с этим – психических признаков, характеристичных для вырождающихся. При этом нужно всегда взвешивать и влияние расовых особенностей, потому что многое, что считается аномалией для людей одной расы, составляет явление нормальное для людей другой расы.
(Корсаков С. С. Курс психиатрии. Издание третье, посмертное, переработанное автором. Под редакцией Комиссии Общества Невропатологов и Психиатров, состоящего при Императорском Московском Университете. Том 1-й, стр. 254–264. М., Типо-лит. В.Рихтер, Тверская, Мамоновский пер., соб. дом. 1913. Публикуется с сокращениями)
А. П. Богданов. О красоте русских типов
Мы сплошь и рядом употребляем выражения: «это чисто РУССКАЯ красота, это вылитый РУСАК, типичное РУССКОЕ лицо» …Подмечая ряд подобных определений русской физиогномии, можно убедиться, что не нечто фантастическое, а реальное лежит в этом общем выражении «русская физиогномия, русская красота». Это всего яснее выражается при встрече физиогномии тех из родственных племен, кои исторически сложились иначе, например: малоруссов и белоруссов, а еще более инородцев, и при сравнении их с русскими. В таких случаях «нет, это не русская физиогномия» звучит решительнее, говорится с большим убеждением и с большей определенностью. В каждом из нас, в сфере нашего «безсознательного» существует довольно определенное понятие о русском типе, о русской физиогномии; что же это, мираж, устроенный нашим воображением или отражение действительно чего-то существующего, не только исторически и этнографически русского, но и антропологически русского?
Еще в 1867 г. по моей просьбе в Русской фотографии составлен был антропологический альбом русских. Не особенно легко собирать подобные портреты, особенно чисто русских физиогномии, даже мужских. Если встретится физиогномия, вполне интересная как выражение русского лица, то получить с нее портрет в 99 случаях из ста бывает невозможно вследствие отказа в позволении снять с себя портрет в фас и профиль. Такой отказ почти постоянно встречается у мужчин, а относительно женщин он был безусловен. Приходилось ограничиваться весьма тесным кругом более знакомых лиц, которые в виде одолжения соглашались удовлетворить странному требованию, от которого они не ожидали ничего путного, но соглашались из желания не противоречить безвредной мании знакомого и близкого человека.
По появлении альбома русских я получил несколько замечаний. Некоторые русские и иностранцы упрекнули меня за предвзятый выбор особенно хороших лиц и за тенденциозную прикраску материала, хотя в альбом сняты были исключительно крестьяне. Правда, я в главе альбома поставил двух умных и очень симпатичных владимирцев, бывших в то время у меня плотниками, но за ними следовал ряд других, безупречных в отношении прикрашения, т. к. это были представители наиболее часто встречающихся типов, самых обыденных физиогномий. Но иностранцы, да и многие русские поражаются во всем, касающемся русских выдающимися отрицательными сторонами, и не только проглядывают, но даже считают ненормальным все более или менее говорящее в пользу их. Вероятно, я не был бы подвергнут упреку от подобных ценителей, если бы выбрал для своего альбома лиц с узкими лбами, с носом в форме луковицы, с лукавою и глупою физиогномиею. Другие высказали то мнение, что великоруссов в антропологическом отношении не существует и что альбом есть сборник фотографий некоторых физиогномий, попадающихся в России, и что он вовсе не антропологический альбом, т. к. антропологического типа великоруссов в чистоте, вследствие смешения, не существует на деле. Т. к. эти мнения высказаны были с серьезною целью, то они имеют право на то, чтобы к ним отнестись спокойно и научно.
Если мы какой-либо народ озаглавим просто термином «смешанный», то этим скажем еще очень мало. Смешение народонаселения может быть чисто механическое, может быть и физиологическим. Оно может совершаться в различных степенях напряженности, зависящих как от относительной численности особей каждой из смешивающихся групп, так и от физиологической устойчивости рас в отношении передавания своих свойств и признаков. Без предварительного уяснения себе этих данных мы вряд ли сможем с ясностью судить об отрывочных фактах, получаемых из наших наблюдений. Все говорят, что великоруссы – смешанное народонаселение, и изучая их с антропологической точки зрения следует спросить себя прежде всего, как происходило это смешение, основываясь по крайней мере на письменных памятниках и на происходящем ныне перед нашими глазами.
Все данные говорят нам за то, что с Юго-Запада и Северо-Востока России шел приток тех колонизаторов Средней России, которых история называет Славянами. Путь их шел преимущественно по водным большим дорогам и по большим торговым и между племенным трактам. На первобытные племена, занимавшие центральную Россию, постоянно был наплыв в течение веков пришельцев, представителей высшей культуры и племени. В какой же относительной численности встречались друг с другом эти два различные антропологически элемента, как могли действовать они друг на друга кровным путем? Если в густонаселенную местность, представляющую более или менее компактную массу, однородную по своему кровному составу, попадает незначительное число переселенцев иной расы и если они выше по культуре, то оставляют несомненные следы своего прихода в языке, в нравах и обычаях, но с кровной точки зрения они совершенно исчезают в первобытном населении. Иное дело бывает, если в редко разбросанное, малочисленное население попадает сравнительно значительное число новых колонизаторов. Оно подчиняется новым колонизаторам земли, и притом не в смысле политическом или бытовом исключительно, а в смысле антропологическом, если только оба племени при соединении могут давать плодущия поколения. Известно, что кровные связи европейцев с некоторыми дикарями оказываются безплодными в результате: особи смешанной крови не выживают и удаляются самым естественным путем – раннею смертностью или просто вследствие отсутствия плода. Если мы соберем сведения об имевшейся в прежние времена густоте населения, то соединяя все эти данные, мы можем смело сказать, что новые пришельцы встретили сравнительно очень редкое народонаселение, тем более, что их число увеличивалось постоянно как прибытием новых пришельцев, так и в кровных сувенирах, оставленных в семьях первобытных жителей.
Может быть, некоторые и женились на туземках и делались оседлыми, но большинство первобытных колонизаторов было не таково. Это был народ торговый, воинственный, промышленный, заботившийся зашибить копейку и затем устроить себя по своему, сообразно созданному себе собственному идеалу благополучия. А этот идеал у русского человека вовсе не таков, чтобы легко скрутить свою жизнь с какой-либо «поганью», как и теперь еще сплошь и рядом честит русский человек иноверца. Он будет с ними вести дела, будет с ними ласков и дружелюбен, войдет с ними в приязнь во всем кроме того, чтобы породниться, чтобы ввести в свою семью инородческий элемент. На это простые русские люди и теперь еще крепки, и когда дело коснется до семьи, до укоренения своего дома, тут у него является своего рода аристократизм, выражающийся в отвращении к инородкам. Часто поселяне различных племен живут по соседству, но браки между ними редки, хотя романы и часты, но романы односторонние: русских ловеласов с инородческими камелиями, а не наоборот. Чтобы получить в этом фактическую уверенность, стоит просмотреть рассказы этнографов о вольности нравов многих инородцев в женских своих представителях в настоящее время. Граф А.С.Уваров сообщил мне сделанные им наблюдение в его имении, в котором русские находятся поблизости с мордвою, а именно, что русские никогда не женятся на мордовках, не веря их твердости нравов, искушать кои легко, как они знают по собственному опыту. Если мы допустим такие отношения, то увидим, что хотя мордва женится только между собою, но великорусское влияние, кровное и антропологическое, мало-помалу завоевывает в ней свое место. Этнограф, видя с одной стороны постоянную женитьбу мордвы в кругу своею племени и замечая, не смотря на то, все большее и большее постепенное обрусение, отнесет его к влиянию обычаев, языка, распространению русских нравов. Антрополог несколько скептически отнесется к этому исключительному влиянию языка и нравов, а припишет кое-что и природе, и постоянному, хотя и медленному, влиянию русской крови на народонаселение.
При обсуждении подобного влияния смешения рас на антропологические признаки нужно принять еще в соображение следующий, почти постоянно наблюдаемый факт. Женщина, сравнительно более доступная влиянию представителей более высокого развития, более высокой расы, редко снизойдет до представителя расы, считаемой ею за ниже стоящую. Помеси европеек с неграми крайне редки и принадлежат к случайным, можно сказать, эксцентричным явлениям, но негритянки и мулатки падки до европейцев. Не обязательные, а совершенно свободные сношения между негритянками и европейцами не редкость, как не редкость связи между последними и представительницами слабого пола у диких племен. Мужчины, неохотно налагающие на себя брачные узы с представительницами низших рас, весьма благосклонны к их жертвам, когда они приносятся без всяких обязательств с их стороны. В соприкосновение с инородцами, как это мы видим и теперь везде, куда проникают европейцы, приходят не семьи европейцев с семьями туземцев, а безсемейная европейская толпа мужчин в виде войска, матросов, искателей приключений, торговцев, весьма много вредящая антропологу в сохранении чистоты типа первобытных племен. Французы, англичане, испанцы при своих вековых сношениях с различными туземцами в своих колониях внесли весьма мало, если только внесли, придачи посторонней крови в свои семьи, но везде оставили резкие черты своего пребывания и своего культурного влияния в изменении туземных рас помощью образования значительного числа помесей с ними.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29


А-П

П-Я