https://wodolei.ru/catalog/mebel/mojdodyr/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Медленный старт и переход на полную энергию, –Скотт посмотрел на Костаса, затем на Нерона. – Готовы?
– Настолько готовы, насколько возможно за столь короткое время, –нервно сказал Костас.
Нерон просто кивнул. – Готов.
– Ладно, тогда начинаем. Запустить двигатели! –Скотти набрал команду на главной консоли. На панели над их головами замигали индикаторы, и уровень энергии начал расти.
– Двигатели на одну четверть, –Скотти медленно поднял рукоятку до четвертной отметки. Когда не загорелось никаких предупреждающих сигналов, повторил это еще раз. – Половина импульса.
Земля оставалась устойчивой. – Что бы вы не делали там наверху, кажется, оно работает. Перехожу на три четверти.
– Три четверти, –подтвердил Кирк. Его голос звучал немного неровно, словно во время поездки по ухабистой дороге.
Компьютерный комплекс, расположенный на северном полюсе, даже не задрожал. Скотти не знал бы о том, что происходит, если бы не индикаторы. Даже экраны сейсмического контроля горели зеленым светом, на всей планете. – Запускаем на полную мощность, – сказал он.
Двигатели плавно наращивали мощность. Один из них – только один из 29713 оставшихся! – подал сигнал тревоги, да и то вспышка была желтой, а не красной. Оказалось, что внутренний диагност засек дисбаланс подачи топлива, что стало бы критическим через шесть часов. Скотти оставил его работать. Они нуждались в каждом двигателе, чтобы скомпенсировать потерю двухсот оставшихся.
Костас, в неверии смотрящий на монитор, наконец расслабился. Усмехнулся: – Ну что ж, похоже, это работает, – сказал он.
– Не накаркайте, –сказал ему Скотти, но он тоже улыбался. Даже Нерон в удивлении огляделся.
– Угловая скорость растет, –сказал Скотти. – Двигатели работают на 99.6 процента. Капитан, думаю, я смогу уговорить их выдать стопроцентную мощность, если хотите.
– В этом нет нужды, мистер Скотт, –голос Кирка казался еще более резким, чем раньше, и Скотти отчетливо слышал грохот на заднем плане.
– Капитан, –сказал он, внезапно встревоженный. – У вас все в порядке?
Кирк хотел бы знать ответ на этот вопрос. "Энтерпрайз" трясся подобно ящику, падающему с лестницы. С тяговым лучом, направленным прямо на планету, каждая вибрация коры планеты передавалась прямо на оболочку судна. Именно этого они и добивались, однако находиться внутри этой оболочки было по меньшей мере волнующе, если не сказать больше. И, кроме того, они должны были форсировать орбиту на высокой скорости, чтобы охватить всю планету, и это означало, что каждая космическая флуктуация ударяла их в десять раз сильнее.
Инерциальные гасители не могли в полной мере приспособиться к необычному новому перемещению. Это была вибрация, а не простой вектор, и гравитационные генераторы не могли скомпенсировать ее достаточно быстро. Вся команда мостика держалась за свои станции, и Кирк тоже крепко вцепился в подлокотники кресла.
– Мы пока еще в одном куске, если вы об этом, –ответил он Скотти. – Но я боюсь, что у вас появится пара болтов, которые нужно будет закрутить, когда вы вернетесь.
– Не позволяйте ему рассыпаться на куски, пока меня нет рядом, –предостерег Скотти.
– Мы постараемся, –ответил Кирк. Корабль качнуло так, что клацнули зубы. Он повернулся к Споку. – Вы слышали, Спок? Мистер Скотт будет очень огорчен, если вы растрясете нас на кусочки без него.
Спок, не поднимая глаз от графика мощности тягового луча, сказал: – Мы примем его на борт в любое время.
Кирк едва не рассмеялся. Словно кто-то захочет подняться в эту карусель. Потом он вспомнил, с кем разговаривал. Скотт определенно предпочел бы быть здесь, особенно теперь, вместо того чтобы интересоваться судьбой своего корабля, сидя в безопасности на земле. Хотя Кирк не мог приказать ему вернуться на борт. Он был куда нужнее внизу.
Еще одна волна встряхнула корабль. Металл застонал под необычным давлением, и раздался громкий треск, когда сломалась какая-то переборка.
Еще раз, Кирк подумал, что возможно, Скотти сможет сделать куда больше здесь.
Спок думал о том же, но по другой причине. Компенсирующий эффект тяговых лучей на движение поверхности был не столь эффективен, как показала симуляция. Естественные процессы редко в точности соответствовали предсказаниям, но это отклонение было намного больше, чем он ожидал, и продолжало увеличиваться.
Эффект был слишком слаб, чтобы быть замеченным на земле, но силы, действующие на "Энтерпрайз", были в несколько раз больше, чем должны бы быть. Даже со своей вулканской силой, Спок едва мог усидеть за своей станцией, и дважды набирал ошибочные команды, так как клавишная панель неожиданного двигалась под пальцами. Визг и стоны металла были зловещим напоминанием, что они уже превысили допустимые нагрузки, и если он не сможет определить ошибку в вычислениях достаточно скоро, все усиливающееся напряжение просто разорвет корпус корабля на кусочки.
Он проверил новые данные. Сейсмическая активность соответствовала расчету, разве что развивалась не настолько быстро, как модель. Словно порода имела более высокую плотность, нежели показало сканирование. Если бы она была более массивна, тяговый луч оказывал бы меньшее воздействие, но и частота колебаний также отличалась бы от расчетной, а это не имело места.
Нет, причина было в чем-то еще. Возможно, взаимодействия подпространства были более сложны, чем он ожидал. Если они взаимодействовали более энергично, тогда потребовалась бы бо льшая мощность тягового луча, чтобы вызвать контрвибрацию. Но если бы это было так, тогда узловые точки вибрации были бы иными, а они, опять же, полностью совпадали с моделью.
Единственной вещью, которая была неправильна, был сам сглаживающий эффект. Тяговый луч передвигался от участка к участку сотни раз в секунду, вызывая гармонические колебания сразу в тысячах участков; возможно, это вызвало некоторый сорт собственных колебаний из-за эффекта переноса.
Потребовалось меньше минуты, чтобы опровергнуть и эту теорию. Это была минута резких толчков и ударов, и рапорты о повреждениях приходили во всех палуб корабля, однако сенсоры не обнаружили никаких колебаний луча.
Но он исчерпал все возможности. Если это не была плотность горной породы, неточное моделирование, или влияние эффекта переноса, это вело к неизбежному заключению: что-то случилось с самим тяговым лучом.
Он приостановил движение луча на время, достаточное для полной диагностики системы. Звездолет замер на три секунды, которые для этого потребовались, и люди вздохнули с облегчением; затем корабль задрожал снова, когда Спок освободил луч, и единый стон вылетел из уст всей команды мостика. Офицер по науке проверил показания, которые четко указывали на проблему: фазовый сдвиг в коллиматоре гравитонов, который уничтожал действие луча
– Капитан, –сказал Спок сквозь грохот трясущегося звездолета. – У нас проблема.
Из- за особо сильного толчка Кирк едва не вылетел из кресла. Судорожно вцепившись в подлокотники, он посмотрел на Спока.
– Даже не буду пытаться отгадать. Что теперь?
– Коллиматор гравитонов выпадает из фазы. Луч теряет фокус.
– Насколько это плохо?
– Двадцатипроцентная утечка мощности, но эффект растет. Я попытаюсь это исправить, но для этого придется оставить программу без контроля, а она не приспособлена к изменению мощности луча. Кто-то должен контролировать ее и отключить луч, если ситуация станет хуже.
Скотти, слышавший этот разговор, неожиданно вмешался. – Нет, мистер Спок. Позвольте мне сделать это. Я работал над этим, когда мы повернули к этой планете, и я думал, что исправил его, но, наверное, из-за тряски резонаторы снова сместились.
– Мистер Скотт, разве вы не нужны на земле? –спросил Спок.
– Теперь нет. А если мы не сможем заставить "Энтерпрайз" продолжить делать то, что он делает, то и не буду. Костас и Нерон справятся.
– Нерон? –переспросил Кирк. Спок также почувствовал удивление при упоминании диверсанта, но немедленно осознал, что должно было произойти. Он одобрил использование Скотти в кризисной ситуации доступного таланта; это было логичное решение.
– Это долгая история, –сказал Скотт Кирку, – но суть в том, что здесь сейчас все под контролем. Позвольте мне вернутся на борт и укрепить эти резонаторы, и может, мы сможем все наладить.
– Хорошо, –сказал Кирк. – транспортаторная, поднимите на борт мистера Скотта.
Спок повернулся к своей станции. Фазировка тяговых лучей понизилась еще на три процента. Эффективность сцепления с землей была соответственно более слаба, однако это не означало, что корабль получит хоть какую-то передышку от колебаний. Без сглаживающего эффекта тягового луча, колебания планеты усиливались, что, в свою очередь, влияло на корабль еще сильнее, чем прежде.
Из- за очередного сильного толчка автоматически включилась тревога. "Нарушение герметичности на палубе Двенадцать", –раздался механический голос компьютера. –"Включены сдерживающие поля в секциях Один и Два".
Неудивительно. На палубе Двенадцать находились гасители инерции. Они и устройства тяговых лучей подвергались наибольшему давлению. И если оболочка там нарушится, корабль будет в серьезной опасности.
Кирку пришлось кричать, чтобы его услышали.
– Спок, мы должны отключить тяговый луч!
Это казалось наиболее очевидным курсом действий, но Спок знал, что эта ситуация обладала противоречивой логикой. Ему тоже пришлось повысить голос, чтобы быть услышанным через шум. – Фактически, капитан, мы должны увеличить энергию, чтобы сгладить сейсмическую активность, если мы хотим уменьшить наше движение. Или же нам придется вообще выключить тяговый луч и уменьшить также мощность двигателей.
– Мы сможем потом возобновить процесс, если это сделаем? –спросил Кирк.
– Боюсь, что нет, капитан. Влияние на подпространство со стороны других планет слишком возрастет, чтобы мы смогли его скомпенсировать. Мы должны сделать это сейчас или никогда.
Корабль вновь тряхнуло. Кирк переключил кнопку интеркома. – Мостик инженерной. Мистер Скотт, когда вы сможете дать нам полную энергию?
– Я только что прибыл, капитан, –ответил Скотти. – Дайте мне минутку, чтобы снять шляпу.
– Придется вам поработать со шляпой на голове, –ответил Кирк. – Мы выпадаем из графика.

Глава 24

Зулу бросил свое генетическое модулирование. В любом случае, очевидно, что римиллианцам оно не понадобится. Судя по тому, как трясся "Энтерпрайз", планета должна была вращаться подобно гироскопу.
Конечно, он не знал наверняка. Из-за неотрывного сидения перед симулятором в течение последних дней, у него не было даже времени, чтобы взглянуть на звезды или на планету под ними. Он надеялся, что сможет получить видео на монитор, но из-за того, что приходилось держаться обеими руками, решил не пробовать это.
Он услышал грохот в лазарете, и раздраженное ворчание Маккоя: – Я думал, что мы уже пережили все, что только возможно, но теперь у нас космотрясение. Я всегда знал, что у Спока есть чувство юмора.
Зулу рассмеялся, но ненадолго. Корабль стонал, словно собираясь расколоться по швам, и серия очередных толчков бросила рулевого на пол.
Внутренняя гравитация неожиданно исчезла, и он бы подлетел к потолку, если бы не уцепился за пульт. Не успел он встать на ноги, как гравитация вернулась, и он вынужден был припасть к земле, словно кот, готовящийся к прыжку.
Он услышал, как Хэйдар сказала Джорай:
– Не могу поверить. Я покинула это!
– Я всегда мечтала побывать в космосе, –ответила Джорай, – но теперь я в этом не уверена.
– Расскажите мне об этом, –сказал Маккой. Он добавил еще что-то, но слова были затоплены гулом очередного удара.
Когда голоса из соседней комнаты снова стали слышны, Зулу услышал окончание фразы Джорай:
– …просто хотела сидеть под деревом с хорошей книгой и смотреть на закат.
Непохоже, что все случится, как она хочет, подумал Зулу. Ко времени, когда у Римиллии будет достаточный период вращения, чтобы на ней появились рассвет и закат, каждое дерево на планете будет давно мертво. Можно будет высадить новые леса, но, если они не буду расти с невозможной скоростью, Джорай станет старухой прежде, чем под ними можно будет сидеть.
Зулу намеревался присоединиться к ним в соседней комнате в момент относительного затишья, но мысль о деревьях заставила его остановиться и снова сесть в свое кресло перед симулятором. Он видел множество деревьев за последние несколько дней, но одно из них привлекло его внимание. Если бы только найти его среди тысяч возможных комбинаций…
Если бы только суметь добраться до терминала, криво усмехнулся он, когда очередной удар сотряс корабль. Экран симулятора замерцал, но это происходило и когда корабль был в нормальном положении, так что ни о чем не говорило. Зулу уцепился за консоль и начал пролистывать изображения полученных им мутаций.
Это не заняло много времени. Вот оно: огромная коричневая колонна ствола и конический навес зеленых ветвей. Феноменальная скорость производства кислорода, да и растет очень быстро. Семь метров в год за первое десятилетие и ненамного медленнее после. Размер отдельных деревьев достигал двухсот метров – достаточно древесины, чтобы обеспечить все население небольшого городка. Учитывая, сколько всего римиллианцам придется построить заново, древесина будет вовсе нелишней.
Зулу переждал еще одну ударную волну. Затем, улучив момент, переслал копию файла на компьютер у кровати Джорай.
– Что это? –спросила она.
Он встал и шагнул в дверной проем. Джорай сидела в кровати, силовое поле которой держало ее на месте. Хэйдар и Маккою было куда хуже – они цеплялись за стены, словно моряки в море. Держась за косяк, Зулу сказал:
– Это то, на что могут быть похожи ваши леса, если вы захотите. Думаю, я смогу сделать их для вас, если мы переживем эти землетрясения.
Значит, проблема в тяговых лучах, думал Скотти, снимая защитную панель с консоли и рассматривая изношенные резонаторы.
Это беспокоило его уже три месяца.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26


А-П

П-Я