https://wodolei.ru/catalog/mebel/Caprigo/ 

новая информация для научных статей по истории: теория гражданских войн,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира,   национальная идея для русского народа  и  ключевые даты в истории Руси-России
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Святослав Логинов.
Соленые огурчики

Алина! сжальтесь надо мною.
Не смею требовать любви:
Быть может, за грехи мои,
Мой ангел, я любви не стою!
Строки Пушкина звонко разносились под сводами Стекленного рынка,
удивительно контрастируя с гулом обыденных рыночных разговоров.
Заинтригованный, я поспешил на голос, но когда добрался, представление уже
закончилось. Во всяком случае, ничего необычного я не увидел. Перед
прилавком с надписью "Соленья" топтались люди, а одинокий парнишка по ту
сторону прилавка взвешивал покупательнице соленые огурчики.
Огурчики были небольшие, усеянные аккуратными пупырышками. Даже отсюда
видно, какие они упруго хрусткие. И запах от бочки шял несказанный. Ароматы
укропа и тмина, горького перца, чеснока и листьев хрена, соединившись
вместе, создавали сказочный эффект и вызывали настоятельную потребность
встать в очередь и приобрести.
Впрочем, людей в очереди стояло немного. Оно и понятно, цена на
огурчики нынче такая, что перешибет любой аромат. Хотя, ценника возле
продавца не было.
- Спасибо, - сказала покупательница и отошла.
К прилавку придвинулась дородная дама в ярком платье.
- Моя очередь, - произнесла она.
Парнишка одернул белую казенную курточку и ожидающе посмотрел на даму.
Та вдруг покрылась пунцовыми пятнами и закричала:
- Хватит глупостей! Говорите толком - почем ваш товар?
- Меняю на стихи, - негромко ответил продавец. - За одно
стихотворение, не входящее в школьную программу - полкило огурцов.
- Вот что, - подвела итог дама. - На Кузнецком рынке огурцы идут по
три рубля. Пусть у вас будет также. Мне два килограмма.
- За три рубля поезжайте на Кузнецкий.
- Да он издевается! - взвизгнула дама, но очередь, поднажав, оттерла
ее.
К весам протиснулась маленькая старушка и сходу затараторила:
Дети, овсяный кисель на столе!
Смирно сидеть, рукавов не марать.
Читайте молитву...
- Кто автор? - уважительно спросил продавец, когда старушка замолкла.
- Ну, милый, этого не скажу. Сколько лет прошло, как учила. Где
упомнить...
- Видите?.. - закричала из-за спин дама. - Это программное! Просто
программа изменилась. Не давайте ей!
- Если вы расскажете из программы церковно-приходского училища - тоже
получите огурцов, отрезал продавец, запуская в бочку огромный эмалированный
дуршлаг.
Народу в очереди было немного, и я, после секундного колебания, встал
в конец.
- Я еще Чуковского помню, и Агнию Барто, и Дядю Степу; у меня
правнуков девять душ... - доказывала старушка, пряча в сумку огурцы,
но на нее шикнули и заставили молчать - пришла пора расплачиваться
следующему покупателю.
Очередь двигалась медленно, особенно, когда попадалось длинное
стихотворение, но покупатели не роптали. Выступившие смешивались с толпой и
сами становились слушателями.
Никто больше не пытался и получить огурцы за деньги, лишь какой-то
дядька испитого вида то и дело вклинивался в очередь, невнятно произносил
что-то и отходил прочь. Было видно, что у него нет ни стихов, ни денег, но
огурцов ему хочется.
Спортивного вида парень прочел по-французски апполинеровский "Мост
Мирабо", а потом повторил его в переводе Кудинова. Вытряхнул из
пластикового мешка несколько тетрадок, зажал их под мышкой, переложил
огурчики в мешок и быстро ушел, смущаясь чего-то.
Бойкая школьница вдохновенно проскандировала Асадова и получила в
награду десяток кривобоких пупырчатых уродцев.
Следующей была моя очередь, но тут вновь появился испитой гражданин.
На этот раз он решился.
- Я тоже знаю! - гаркнул он:
Спасибо партии родной,
Что нету водки в выходной.
Но ты не плачь, моя Маруся:
Одеколону, но напьюся!
- Рассолу могу налить, - предложил продавец.
Дядька возмущенно крякнул и ретировался. Взгляды повернулись ко мне. Я
вздохнул и произнес:
Ты лучше голодай, чем что попало есть,
И лучше будь один, чем вместе с кем попало.
- Хорошо... - неуверенно сказал продавец.
- Но мало, - подсказал я.
- Да нет, дело не в количестве строк...
Мне стало жаль паренька, и я сказал:
- Дайте один огурчик, но такой, чтобы был достоин этих строк.
Я шел по рынку, хрустел свежепросольным чудом и думал, что старик
Хайям не обиделся бы на меня за такой обмен. Уж он-то прекрасно понимал,
что людям равно нужны и стихи, и огурцы. Да и другие поэты, наверное, тоже
не в претензии. Ведь их помнят, учат наизусть...
У входа в рынок я заметил даму в цветастом платье. Двумя холеными
пальчиками она держала купленную в газетном киоске поэтическую однодневку.
В глазах дамы застыло отчаяние.

1
Загрузка...
научные статьи:   закон пассионарности и закон завоевания этносазакон о последствиях любой катастрофы и  идеальная школа


загрузка...

А-П

П-Я