https://wodolei.ru/catalog/vodonagrevateli/nakopitelnye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Тогда почему?
Феликс обернулся к Артии. Его глаза были задумчивы и прекрасны. В них таилась глубина, напомнившая Артии неотразимую тягу моря. Но смотреть в морские глубины ей нравилось, а глаза Феликса, если долго вглядываться в них, вызывали в ней гнев.
— Наверное, — ответил Феликс, — я хочу понять, почему ты на это решилась. И если ты действительно на это способна, то как можешь этим заниматься.
— Белиберда какая-то…
— Я пытаюсь понять, как вообще ты можешь думать о морских грабежах. Не говоря уже о том, чтобы заниматься этим по-настоящему.
— Легко, мистер Феникс. — Артия вытащила пистолет и приставила дуло к его подбородку. — Вот так. Легко и просто.
— Но ты говорила, что никогда не станешь убивать.
— Не стану. И моя команда тоже. Вы сами видели, что случилось на корабле, когда он еще назывался «Слоном». Мы его захватили. Если у человека достаточно ума и хитрости, заниматься пиратством можно, и не проливая кровь. Как Молли.
— Нет, — возразил Феликс. — Это срабатывало на сцене. В реальной жизни тоже может иногда получаться — до поры до времени. Но в конце концов…
Артия сунула пистолет обратно за пояс.
— К сожалению, у вас не будет возможности оплакать наш печальный конец. Вы должны с нами расстаться. И хватит спорить. Это хороший город. Кругом арки и ослики…
Но не успел Феликс ответить, как в дверях таверны показался взволнованный Эйри.
— Не прогоняй нашего Феликса, Артия! Он наш счастливый талисман.
Феликс с улыбкой опустил глаза, глубокие, как море.
Артия сказала:
— Он нам не нужен! А вот кто нужен — так это один или два человека, способные управляться с кораблем. Что скажешь? Нужен нам бесполезный груз?
Ее взгляд упал на ослика, тащившего тяжелые вьюки. Без сомнения, с весьма полезным грузом…
Но тут к Эйри присоединился Соленый Уолтер:
— Артия, нельзя оставлять его здесь!
Оказывается, они подслушивали. Нестройным хором — из таверны высыпали все до единого, кроме Дирка и Питера, которые отправились в город закупить сыра и апельсинов, и Черного Хвата, Эбада и Планкветта, оставшихся на корабле, — люди умоляли ее оставить Феликса на борту.
— И не тверди нам без конца, что ты капитан, — добавил Вускери, — потому что, клянусь акульими галошами, у нас пиратское судно, и все мы имеем право голоса.
Отчасти забавляясь, отчасти злясь, Артия решила не дразнить их.
Они еще не стали настоящей Командой. Актеры не до конца верили в то, что делают, и в глубине души по-прежнему считали это игрой. Это помогало подталкивать их к цели, но с практической точки зрения создавало массу помех.
Она подумала: когда Феликс Феникс увидит, на что они способны в истинно пиратском качестве, он попросту прыгнет за борт.
* * *
Сумерки опустились по-южному быстро. Под ярко сияющими звездами, похожими на перевернутые огни рампы, «Незваный гость», стройный и быстрый, гордо отчалил от берега. На его носу красовалась деревянная фигура женщины, лицо которой скрывала густая черная вуаль. Женщина протягивала руку в угрожающем, жадном жесте. Фонарь на верхушке мачты освещал ярко-розовый флаг. Черный череп с перекрещенными костями на таком фоне казались странными, безумными — как во сне.
Сгустилась темнота.
Над кормой взошла полная луна.
Из камбуза донесся запах стряпни.
Феликс Феникс безразлично смотрел, как люди Артии занимаются повседневной моряцкой работой. Теперь их пистолеты были настоящими, и, возможно, в них были заряжены настоящие пули.
На Феликса навалилась печаль, тяжелая, как само время. Он подошел к борту, вертя на пальце рубиновое кольцо.
— Что бы ты сказал мне, отец? — тихо спросил он у вечернего моря.
Но море промолчало, и лишь едва заметная вспышка молнии над горизонтом была ему ответом.
* * *
А наутро посреди широкой, ярко освещенной сцены под названием «море», где до самого горизонта не было видно ни клочка земли, появился корабль.
Это было торговое судно с тяжелым округлым корпусом и множеством парусов. Оно бодро скользило по волнам под красно-сине-фиолетовым флагом Франкоспании. На борту можно было разглядеть название, написанное по-франкоспански. Судно называлось «Ройял», что значило «Королевский».
Артия подлетела к борту, как кошка, заметившая птичку, и поднесла к глазам подзорную трубу Эбада.
— Он наш!
И ее вечно недовольная команда… зааплодировала. Но Артии некогда было удивляться. Изящным, взмахом руки она подала оркестру сигнал о начале представления.
* * *
Пиратские пушки — три из семи — выстрелили широким бортовым залпом. Ядра, намеренно не долетев до цели, упали в море. Тем не менее торговый корабль содрогнулся от носа до кормы и подпрыгнул на волне. Потом дал ответный залп.
Не отрываясь от подзорной трубы, Артия громко отдавала приказы. «Незваный гость» совершил маневр, и выстрелы торговца прошли мимо цели. Пушек на нём было всего две.
— Вот это да! Ну и молодец наша Артия! Где она, черт возьми, этому научилась?
— На сцене, — ядовито ответил Дирк.
«Незваный гость» вернулся на прежний курс и двинулся наперерез франкоспанскому судну.
Тем временем оркестр наяривал дьявольскую мелодию — Честный на двух барабанах, Вускери на трубе, ревущей, как ураган, Уолт на свистульке. Так они играли в каждом спектакле.
Эти и многие другие музыкальные инструменты они нашли на борту «Слона». Видимо, они предназначались для продажи там, где любят музыку. Четвертое доброе предзнаменование?
На вершине грот-мачты грозно реял флаг с черным черепом и костями на ярко-розовом фоне, да порхал среди снастей красно-зеленый попугай.
С «Ройяла» раздался еще один выстрел — плохо нацеленные ядра с шипением упали далеко за левым бортом.
Артия стояла на полубаке, держась за бушпритные снасти над головой, и весело смеялась. Ей казалось, что «Незваный гость» налетает на торговца, как бог, спускающийся из машины на театральные подмостки. Еще издалека она громко крикнула по-франкоспански — благо в свое время Молли выучила ее этому языку:
— Вот и мы! Доброе утро, господа!
Мгновение спустя «Незваный гость» ткнулся носом в борт «Ройяла», и круглобокий торговец закачался. С «Незваного» бросили абордажные крюки. Обнажив кортики, пираты ринулись на корабль, будто свора гончих псов, выращенных и натасканных для охоты. Маневр был рассчитан с ювелирной точностью.
На палубе несчастного торговца метались перепуганные матросы.
Артия ухватилась за веревку и единым махом перелетела через полосу воды, разделяющую суда. Она приземлилась в самую гущу схватки, держа в руках по пистолету, и тотчас же выстрелила из одного из них в воздух. Пуля попала в грот-мачту, обрушив вниз колючий дождь деревянных щепок. Она всегда была отличным стрелком.
И всегда это знала.
— Сдавайтесь! — крикнула Артия, снова на франкоспанском — и на всякий случай повторила это по-ангелийски. — Сдавайтесь, или вам всем конец!
На палубе «Ройяла» столпилось немало народу. Большинство кричали и плакали от страха. Вскоре прибыл капитан — маленький пухлый человечек в безукоризненно отглаженном мундире, увешанном орденами и медалями.
Он упал перед Артией на колени и взмолился по-франкоспански.
— Всемогущий повелитель, не губите нас!
— Наша цель не в этом. Нам нужны только ваши товары.
— Всё, что угодно! — вскричал капитан и принялся сбрасывать с себя кольца и украшения — на палубу снова посыпался дождь, на этот раз золотой. — В трюме хранятся кошели с монетами…
— Тащите! И без фокусов. Мои ребята свирепы, как голодные волки.
Капитан покорно встал и приказал своим людям принести товары.
— У нас есть индейские шелка… жемчуга из Катая и Антиохии.
Артия дружески обняла его за плечи.
— Я верю вам, сэр. Но одно неверное движение — и я вас убью.
— Ох… клянусь священной синевой небес…
— И поверьте, смерть от моей руки гораздо лучше, чем то, что могут сделать с вами мои люди…
Капитан взглянул на людей Артии и задрожал.
Пираты с «Незваного» стояли, грозно сомкнув ряды, нацелив заряженные пистолеты на дрожащую команду «Ройяла». Их лица светились гордостью и — как у всех победителей — были страшно безжалостны. Пожалуй, ни один настоящий пират не сумел бы лучше изобразить свою готовность к самым ужасным деяниям.
Артия дружески улыбнулась капитану.
Команда и пассажиры «Ройяла» затаили дыхание, а матросы тем временем выносили из трюма корзины и тюки.
— Вы что, девушка? — шепотом спросил капитан, бледный, как свежевыстиранное полотно.
— Да. Разве вы обо мне не слыхали?
— Простите — нет! Разрешите поинтересоваться, как ваше имя?
— Меня зовут Артия Стреллби, сэр. Я дочь Пиратики — а она была самым грозным пиратом на просторах Семи Морей.
Несчастный капитан хлопнулся в обморок. Артия подхватила его и аккуратно передала с рук на руки второму помощнику, припавшему к палубе в нижайшем поклоне.
— Если не станете чинить нам препятствий, вашей жизни ничего не грозит.
По «Ройялу» прокатилась волна отчаянных стонов. Тут вперед вышел какой-то человек и бросился к ногам Артии.
— Достославный сэр… мадемуазель! Разрешите вступить в ваши ряды! Я хочу служить под вашим знаменем. Клянусь, я готов умереть ради вас!
Артия задумчиво оглядела его. Он был мускулист и смугл — должно быть, франкоспанец — и, без сомнения, хорошо умел управляться с кораблем.
— Зачем?
К ее удивлению, доброволец перешел на ангелийский с сильным ландонским акцентом.
— Раньше я служил на другом корабле, но меня взяли в плен пираты. Пираты, правда, оказались никудышными. Я от них сбежал и в конце концов оказался здесь. Звать меня Глэд Катберт. И я умею играть на шарманке — она у меня своя, вот, глядите. Сгожусь для вашего оркестра.
Несчастный капитан «Ройяла», бережно поддерживаемый вторым помощником, медленно возвращался к жизни.
— Заберите этого парня, — взмолился он. — Это ангелийский пират. А играет он — прости меня господи! — мерзопакостно.
Когда они перебирались обратно на «Незваного гостя», Глэд Катберт присоединился к ним. С собой он прихватил свой инструмент — неуклюжий деревянный ящик с ключами и кривой рукояткой.
С ними же отправились жемчуга и шелка, золото и украшения с «Ройяла».
Даже Планкветт спустился с реи посмотреть.
Как легко! Неужели это возможно?
Почти как в театре…
* * *
— Вам очень повезло.
— Нет, мистер Феникс. Просто мы способные.
* * *
Море было лиловым, как фазанье перо, с редкими вкраплениями бронзы и зелени. Вокруг корабля прыгали серебристые дельфины. Громадные косяки рыбы — голубые, как небо, и розовые, как фламинго, — сопровождали «Незваного гостя». Зима осталась далеко позади. В этих краях всегда было лето.
Сияя в солнечных лучах, будто налитые медом соты, мимо проплывали земли Берега Золота и Слоновой Кости. Повсюду призывно белели не знающие закона гавани, словно приглашая команду «Незваного гостя» отдохнуть на их гостеприимных берегах.
Люди, черные, как Эбад Вумс, одетые в ярко-красные рубахи, подходили на лодках к кораблю, стоящему на якоре вдали от берега, и предлагали товары. На борт поднимались корзины из пальмовых листьев, полные бананов, манго и кокосовых орехов.
Позднее они высадились на берег аквамариновой лагуны, окаймленной пальмами в изумрудно-зеленых перистых венках. Честный Лжец весело плескался в теплой как парное молоко воде, Эбад сурово учил Эйри плавать. Эйри решительно тонул.
— Черт возьми, я же не рыба!
Артия, одетая, как и мужчины, в рубаху и подвернутые штаны, плавала как электрический угорь.
Феликс, которого тоже отвезли на берег, сидел под пальмами с Глэдом Катбертом и учился играть на шарманке.
— Вот я и назвал себя Глэдом, в честь моей супружницы — Глэдис, — рассказывал Катберт, по ходу дела объясняя Феликсу премудрости игры на хитром музыкальном инструменте. — Когда-нибудь я снова ее увижу, старую перечницу. Ну и норовистая же баба! Я по ней день и ночь скучаю. И во сне ее вижу, и всякий раз мне снится, как мы с ней бранимся. И до того радостно делается на душе! Ну, а ты-то кого на берегу оставил?
— Да в общем-то, никого, — ответил Феликс.
— У такого смазливого парня наверняка кто-нибудь да есть.
— Кого-нибудь — сколько угодно, — сказал Феликс. — А всерьез — никого.
— И семьи нету?
— Нет.
— Так откуда же ты взялся? Из вороньего яйца вылупился?
Феликс рассмеялся. Он посмотрел на пиратов, плавающих — и отчасти тонущих — в голубых водах лагуны. Вот из воды вынырнула Артия, в ее каштановых волосах, поблескивающих водяными каплями, светилась тонкая оранжевая прядь. Вынырнула и тотчас же снова нырнула. Уже почти научившийся плавать Уолтер испуганно взвизгнул — невидимая Артия дернула его за лодыжку.
— Нравится тебе наша капитанша, да? — спросил Глэд Катберт.
— Не очень.
— Мог бы улизнуть на том франкоспанском корабле, откуда я пришел. Они б тебя взяли. Сказал бы, что ты не пират и просишь о помощи. Ты это знал? Знал! Тогда почему остался?
— Все об этом спрашивают. По-видимому, у меня были свои причины.
— Не понимаешь ты, почему человек — мужчина или женщина — уходит в пираты, — вздохнул Катберт. — Это сразу видно. Но у нас тоже есть свои причины. По-видимому…
Никто не сказал Глэду Катберту, что он единственный на «Незваном госте» настоящий пират. И Феликс тоже решил помалкивать.
У них за спиной пальмы сменялись непроходимыми лесами, полными огромных зверей; люди часто слышали их рев, но старались не попадаться на пути. Яркие, будто радуга, птицы возмущенно загалдели, когда среди них приземлился мокрый как курица Планкветт.
— Этот попугай, он тоже плавать умеет. Никогда в жизни такого не видал. Я-то думал, они разговаривают, птицы эти. А наш всё больше помалкивает. Словно и не попугай… — размышлял вслух Катберт. — Ну и шуму от этих птиц. Я уже стал скучать по ландонским голубям.
Соленый Уолтер, только что вылезший из воды, кивнул.
— Мы с Питом раньше держали почтовых голубей. Пересылали с ними письма. Заработали на этом немного деньжат. Не поверите, как далеко они могут залетать…
Питер тоже выбрался на берег и похлопал брата по плечу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36


А-П

П-Я