https://wodolei.ru/catalog/podvesnye_unitazy/Laufen/pro/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Марья Моревна. Русская сказка

МАРЬЯ МОРЕВНА
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был Иван-царевич; у
него было три сестры: одна Марья-царевна, другая Ольга-царевна, третья
Анна-царевна. Отец и мать у них померли; умирая, они сыну наказывали:
- Кто первый за твоих сестер станет свататься, за того и отдавай -
при себе не держи долго!
Царевич похоронил родителей и с горя пошел с сестрами во зеленый сад
погулять.
Вдруг находит на небо туча черная, встает гроза страшная.
- Пойдемте, сестрицы, домой! - говорит Иван-царевич.
Только пришли во дворец - как грянул гром, раздвоился потолок, и вле-
тел к ним в горницу ясен сокол, ударился сокол об пол, сделался добрым
молодцом и говорит:
- Здравствуй, Иван-царевич! Прежде я ходил гостем, а теперь пришел
сватом; хочу у тебя сестрицу Марью-царевну посватать.
- Коли люб ты сестрице, я ее не унимаю - пусть с Богом идет!
Марья-царевна согласилась; сокол женился и унес ее в свое царство.
Дни идут за днями, часы бегут за часами - целого года как не бывало;
пошел Иван-царевич с двумя сестрами во зеленый сад погулять. Опять вста-
ет туча с вихрем, с молнией.
- Пойдемте, сестрицы, домой! - говорит царевич. Только пришли во дво-
рец - как ударил гром, распалась крыша, раздвоился потолок, и влетел
орел; ударился об пол и сделался добрым молодцом:
- Здравствуй, Иван-царевич! Прежде я гостем ходил, а теперь пришел
сватом.
И посватал он Ольгу-царевну. Отвечает Иван-царевич:
- Если ты люб Ольге-царевне, то пусть за тебя идет; я с нее воли не
снимаю.
Ольга-царевна согласилась и вышла за орла замуж; орел подхватил ее и
унес в свое царство.
Прошел еще один год; говорит Иван-царевич своей младшей сестрице:
- Пойдем во зеленом саду погуляем!
Погуляли немножко; опять встает туча с вихрем, с молнией.
- Вернемся, сестрица, домой!
Вернулись домой, не успели сесть - как ударил гром, раздвоился пото-
лок и влетел ворон; ударился ворон об пол и сделался добрым молодцом:
прежние были хороши собой, а этот еще лучше.
- Ну, Иван-царевич, прежде я гостем ходил, а теперь пришел сватом:
отдай за меня Анну-царевну.
- Я с сестрицы воли не снимаю; коли ты полюбился ей, пусть идет за
тебя.
Вышла за ворона Анна-царевна, и унес он ее в свое государство.
Остался Иван-царевич один; целый год жил без сестер, и сделалось ему
скучно. "Пойду, говорит, искать сестриц". Собрался в дорогу, шел, шел и
видит - лежит в поле рать-сила побитая. Спрашивает Иван-царевич:
- Коли есть тут жив человек - отзовись! Кто побил это войско великое?
Отозвался ему жив человек:
- Все это войско великое побила Марья Моревна, прекрасная королевна.
Пустился Иван-царевич дальше, наезжал на шатры белые, выходила к нему
навстречу Марья Моревна, прекрасная королевна:
- Здравствуй, царевич, куда тебя Бог несет - по воле аль по неволе?
Отвечал ей Иван-царевич:
- Добрые молодцы по неволе не ездят!
- Ну, коли дело не к спеху, погости у меня в шатрах.
Иван-царевич тому и рад, две ночи в шатрах ночевал, полюбился Марье
Моревне и женился на ней.
Марья Моревна, прекрасная королевна, взяла его с собой в свое госу-
дарство; пожили они вместе сколько-то времени, и вздумалось королевне на
войну собираться; покидает она на Ивана-царевича все хозяйство и прика-
зывает:
- Везде ходи, за всем присматривай, только в этот чулан не моги заг-
лядывать!
Он не вытерпел, как только Марья Моревна уехала, тотчас бросился в
чулан, отворил дверь, глянул - а там висит Кощей Бессмертный, на двенад-
цати цепях прикован. Просит Кощей у Ивана-царевича:
- Сжалься надо мной, дай мне напиться! Десять лет я здесь мучаюсь, не
ел, не пил - совсем в горле пересохло!
Царевич подал ему целое ведро воды; он выпил и еще запросил:
- Мне одним ведром не залить жажды; дай еще!
Царевич подал другое ведро; Кощей выпил и запросил третье, а как вы-
пил третье ведро - взял свою прежнюю силу, тряхнул цепями и сразу все
двенадцать порвал.
- Спасибо, Иван-царевич! - сказал Кощей Бессмертный. - Теперь тебе
никогда не видать Марьи Моревны, как ушей своих! - и страшным вихрем вы-
летел в окно, нагнал на дороге Марью Моревну, прекрасную королевну,
подхватил ее и унес к себе. А Иван-царевич горько-горько заплакал, сна-
рядился и пошел в путь-дорогу:
- Что ни будет, а разыщу Марью Моревну!
Идет день, идет другой, на рассвете третьего видит чудесный дворец, у
дворца дуб стоит, на дубу ясен сокол сидит. Слетел сокол с дуба, ударил-
ся оземь, обернулся добрым молодцем и закричал:
- Ах, шурин мой любезный! Как тебя Господь милует?
Выбежала Марья-царевна, ветрела Ивана-царевича радостно, стала про
его здоровье расспрашивать, про свое житьебытье рассказывать. Погостил у
них царевич три дня и говорит:
- Не могу у вас гостить долго; я иду искать жену мою, Марью Моревну,
прекрасную королевну.
- Трудно тебе сыскать ее, - отвечает сокол. - Оставь здесь на всякий
случай свою серебряную ложку: будем на нее смотреть, про тебя вспоми-
нать.
Иван-царевич оставил у сокола свою серебряную ложку и пошел в дорогу.
Шел он день, шел другой, на рассвете третьего видит дворец еще лучше-
го первого, возле дворца дуб стоит, на дубу орел сидит. Слетел орел с
дерева, ударился оземь, обернулся добрым молодцом и закричал:
- Вставай, Ольга-царевна! Милый наш братец идет.
Ольга-царевна тотчас прибежала навстречу, стала его целовать-обни-
мать, про здоровье расспрашивать, про свое житье-бытье рассказывать.
Иван-царевич погостил у них три денька и говорит:
- Дольше гостить мне некогда; я иду искать жену мою Марью Моревну,
прекрасную королевну.
Отвечает орел:
- Трудно тебе сыскать ее; оставь у нас серебряную вилку: будем на нее
смотреть, тебя вспоминать.
Он оставил серебряную вилку и пошел в дорогу.
День шел, другой шел, на рассвете третьего видит дворец лучше первых
двух, возле дворца дуб стоит, на дубу ворон сидит. Слетел ворон с дуба,
ударился оземь, обернулся добрым молодцом и закричал:
- Анна-царевна! Поскорей выходи, наш братец идет.
Выбежала Анна-царевна, ветрела его радостно, стала целовать-обнимать,
про здоровье расспрашивать, про свое житье-бытье рассказывать. Иван-ца-
ревич погостил у них три денька и говорит:
- Прощайте! Пойду жену искать - Марью Моревну, прекрасную королевну.
Отвечает ворон:
- Трудно тебе сыскать ее; оставь-ка у нас серебряную табакерку: будем
на нее смотреть, тебя вспоминать.
Царевич отдал ему серебряную табакерку, попрощался и пошел в дорогу.
День шел, другой шел, а на третий добрался до Марьи Моревны. Увидала
она своего милого, бросилась к нему на шею, залилась слезами и промолви-
ла:
- Ах, Иван-царевич! Зачем ты меня не послушался - посмотрел в чулан и
выпустил Кощея Бессмертного?
- Прости, Марья Моревна! Не поминай старого, лучше поедем со мной,
пока не видать Кощея Бессмертного; авось не догонит!
Собрались и уехали, а Кощей на охоте был; к вечеру он домой ворочает-
ся, под ним добрый конь спотыкается.
- Что ты, несытая кляча, спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
Отвечает конь:
- Иван-царевич приходил, Марью Моревну увез.
- А можно ли их догнать?
- Можно пшеницы насеять, дождаться, пока она вырастет, сжать ее, смо-
лотить, в муку обратить, пять печей хлеба наготовить, тот хлеб поесть,
да тогда вдогонь ехать - и то поспеем!
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича:
- Ну, говорит, первый раз тебя прощаю за твою доброту, что водой на-
поил; и в другой раз прощу, а в третий берегись - на куски изрублю!
Отнял у него Марью Моревну и увез; а Иван-царевич сел на камень и
заплакал.
Поплакал-поплакал и опять воротился назад за Марьей Моревною; Кощея
Бессмертного дома не случилось.
- Поедем, Марья Моревна!
- Ах, Иван-царевич! Он нас догонит.
- Пускай догонит; мы хоть часок-другой проведем вместе.
Собрались и уехали. Кощей Бессмертный домой возвращается, под ним
добрый конь спотыкается.
- Что ты, несытая кляча, спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
- Иван-царевич приходил, Марью Моревну с собой взял.
- А можно ли догнать их?
- Можно ячменю насеять, подождать, пока он вырастет сжать-смолотить,
вина наварить, допьяна напиться, до отвала выспаться, да тогда вдогонь
ехать - и то поспеем!
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича:
- Ведь я ж говорил, что тебе не видать Марьи Моревны как ушей своих!
Отнял ее и увез к себе.
Остался Иван-царевич один, поплакал-поплакал и опять воротился за
Марьей Моревною; на пору Кощея дома не случилось.
- Поедем, Марья Моревна!
- Ах, Иван-царевич! Ведь он догонит, тебя в куски изрубит.
- Пускай изрубит! Я без тебя жить не могу.
Собрались и поехали. Кощей Бессмертный домой возвращается, под ним
добрый конь спотыкается.
- Что ты спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
- Иван-царевич приходил, Марью Моревну с собой взял.
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича, изрубил его в мелкие куски и
поклал в смоленую бочку; взял эту бочку, скрепил железными обручами и
бросил в синее море, а Марью Моревну к себе увез.
В то самое время у зятьев Ивана-царевича серебро почернело.
- Ах, - говорят они, - видно, беда приключилась!
Орел бросился на сине море, схватил и вытащил бочку на берег, сокол
полетел за живой водою, а ворон за мертвою. Слетелись все трое в одно
место, разбили бочку, вынули куски Ивана-царевича, перемыли и склали,
как надобно. Ворон брызнул мертвой водою - тело срослось, съединилося;
сокол брызнул живой водою - Иван-царевич вздрогнул, встал и говорит:
- Ах, как я долго спал!
- Еще бы дольше проспал, если б не мы! - отвечали зятья. - Пойдем те-
перь к нам в гости.
- Нет, братцы! Я пойду искать Марью Моревну.
Приходит к ней и просит:
- Разузнай у Кощея Бессмертного, где он достал себе такого доброго
коня.
Вот Марья Моревна улучила добрую минуту и стала Кощея выспрашивать.
Кощей сказал:
- За тридевять земель в тридесятом царстве, за огненной рекою живет
баба-яга; у ней есть такая кобылица, на которой она каждый день вокруг
света облетает. Много у ней и других славных кобылиц; я у ней три дня
пастухом был, ни одной кобылицы не упустил, и за это баба-яга дала мне
одного жеребеночка.
- Как же ты через огненную реку переправился?
- А у меня есть такой платок - как махну в правую сторону три раза,
сделается высокий-высокий мост, и огонь его не достанет!
Марья Моревна выслушала, пересказала все Ивану-царевичу и платок
унесла да ему отдала.
Иван-царевич переправился через огненную реку и пошел к бабе-яге.
Долго шел он не пивши, не евши. Попалась ему навстречу заморская птица с
малыми детками. Иван-царевич говорит:
- Съем-ка я одного цыпленочка.
- Не ешь, Иван-царевич! - просит заморская птица. - В некоторое время
я пригожусь тебе.
Пошел он дальше; видит в лесу улей пчел.
- Возьму-ка я, - говорит, - сколько-нибудь медку.
Пчелиная матка отзывается:
- Не тронь моего меду, Иван-царевич! В некоторое время я тебе приго-
жусь.
Он не тронул и пошел дальше; попадает ему навстречу львица со львен-
ком.
- Съем я хоть этого львенка; есть так хочется, ажио тошно стало!
- Не тронь, Иван-царевич, - просит львица. - В некоторое время я тебе
пригожусь.
- Хорошо, пусть будет по-твоему!
Побрел голодный, шел, шел - стоит дом бабы-яги, кругом дома двенад-
цать шестов, на одиннадцати шестах по человечьей голове, только один не-
занятый.
- Здравствуй, бабушка!
- Здравствуй, Иван-царевич! Пошто пришел - по своей доброй воле аль
по нужде?
- Пришел заслужить у тебя богатырского коня.
- Изволь, царевич! У меня ведь не год служить, а всего-то три дня;
если упасешь моих кобылиц - дам тебе богатырского коня, а если нет, то
не гневайся - торчать твоей голове на последнем шесте.
Иван-царевич согласился; баба-яга его накормила-напоила и велела за
дело приниматься. Только что выгнал он кобылиц в поле, кобылицы задрали
хвосты и все врозь по лугам разбежались; не успел царевич глазами вски-
нуть, как они совсем пропали. Тут он заплакал-запечалился, сел на камень
и заснул. Солнышко уже на закате, прилетела заморская птица и будит его:
- Вставай, Иван-царевич! Кобылицы теперь дома.
Царевич встал, воротился домой; а баба-яга и шумит и кричит на своих
кобылиц:
- Зачем вы домой воротились?
- Как же нам было не воротиться? Налетели птицы со всего света, чуть
нам глаза не выклевали.
- Ну, вы завтра по лугам не бегайте, а рассыпьтесь по дремучим лесам.
Переспал ночь Иван-царевич; наутро баба-яга ему говорит:
- Смотри, царевич, если не упасешь кобылиц, если хоть одну потеряешь
- быть твоей буйной головушке на шесте!
Погнал он кобылиц в поле; они тотчас задрали хвосты и разбежались по
дремучим лесам. Опять сел царевич на камень, плакал-плакал, да и уснул.
Солнышко село за лес; прибежала львица:
- Вставай, Иван-царевич! Кобылицы все собраны.
Иван-царевич встал и пошел домой; баба-яга пуще прежнего и шумит и
кричит на своих кобылиц:
- Зачем домой воротились?
- Как же нам было не воротиться? Набежали лютые звери со всего света,
чуть нас совсем не разорвали.
- Ну, вы завтра забегите в сине море.
Опять переспал ночь Иван-царевич; наутро посылает его баба-яга кобы-
лиц пасти:
- Если не упасешь - быть твоей буйной головушке на шесте.
Он погнал кобылиц в поле; они тотчас задрали хвосты, скрылись с глаз
и забежали в сине море; стоят в воде по шею. Иван-царевич сел на камень,
заплакал и уснул. Солнышко за лес село, прилетела пчелка и говорит:
- Вставай, царевич! Кобылицы все собраны; да как воротишься домой,
бабе-яге на глаза не показывайся, пойди в конюшню и спрячься за яслями.
Там есть паршивый жеребенок - в навозе валяется; ты украдь его и в глу-
хую полночь уходи из дому.
Иван-царевич встал, пробрался в конюшню и улегся за яслями; баба-яга
и шумит и кричит на своих кобылиц:
1 2


А-П

П-Я