Stephen KING
Insomnia

Стивен КИНГ
Бессонница
Примечания:
такое выделение слов - курсив;
{слова в фигурных скобках} - примечание;
[слова в квадратных скобках] - авторское выделение.

СОДЕРЖАНИЕ
Пролог. Уход стража смерти (I)
Часть первая. Лысоголовые доктора-коротышки
Часть вторая. Тайный город
Часть третья. Кровавый Царь
Эпилог. Уход стража смерти (II)



Посвящается Тэбби... и Эду Куперу,
знакомому с правилами игры.
И в этом моей вины нет.
ПРОЛОГ
УХОД СТРАЖА СМЕРТИ
(I)
Старость - это остров, окруженный смертью.
Хуан Монтальво "О Прекрасном"
1
Никто - и уж тем более доктор Литчфилд - не пришел к Ральфу Робертсу и
не сказал, что его жена умирает; в конце концов Ральфу все стало ясно и без
слов. Время между мартом и июнем показалось ему бесконечным, суетным
кошмаром - утомительна долгие беседы с врачами, нескончаемая вереница
вечеров, проведенных у изголовья Кэролайн в клиниках, несметное количество
поездок в лечебные центры других штатов для проведения специальных
обследований (слава Богу, что хоть стоимость всех этих вояжей покрыла
медицинская страховка Кэролайн), собственные изыскания в публичной
библиотеке Дерри: сначала в поисках ответов на то, что специалисты могли
проглядеть, затем просто в поисках надежды на ту последнюю соломинку, за
которую можно было бы ухватиться.
Эти четыре месяца ассоциировались в сознании Ральфа с пьяным угаром
какого-то безумного карнавала - катающиеся на карусели вскрикивают от
неподдельного ужаса, блуждающие в зеркальном лабиринте по-настоящему
исчезают в его недрах, а обитатели Аллеи Ужасов фальшиво улыбаются, но в их
глазах застыл жуткий страх. Ральф начал замечать все эти вещи в начале мая,
с приходом же июня стал понимать, что так называемые светила медицины -
лишь жалкие знахари, а хор подбадривающих уверений уже не мог скрыть того
факта, что из громкоговорителей доносится похоронный марш. Это был
карнавал, все правильно - карнавал погибших душ.
В начале лета 1992 года Ральф продолжал отгонять от себя страшные
видения - и еще более ужасную мысль, кроющуюся за ними, - но по мере того,
как июнь уступал место июлю, делать это стало практически невозможно. Над
центральным Мэном распласталось самое жаркое лето начиная с 1971 года, и
Дерри кипел в котле подернутого дымкой солнца, влажности и дневной
температуры, превышающей 90 градусов по Фаренгейту. Городок - даже в лучшие
свои времена вряд ли претендующий на титул суматошного мегаполиса - впал в
полнейший ступор, и именно в этой тишине Ральф Робертс впервые услышал
постукивание посоха Стража Смерти и понял, что в промежутке между
прохладной зеленью июня и прожаренной неподвижностью июля слабенькие шансы
Кэролайн превратились в ничто. Ей суждено было умереть. Может быть, не этим
летом - врачи уверяли, что у них в запасе еще осталась парочка трюков, и
Ральф не сомневался в этом, - но уж осенью или зимой наверняка. Его давний
и верный друг, единственная женщина, которую он беззаветно любил, умирала.
Он пытался отбросить саму мысль о возможности подобного, называя себя
отвратительным старым идиотом, но в задыхающейся тишине этих длинных
знойных дней Ральф всюду слышал приближающееся постукивание неотвратимого -
казалось, даже от стен исходило дыхание смерти.
Но еще сильнее это постукивание слышалось в самой Кэролайн, и, когда
она поворачивала к нему свое спокойное бледное лицо - то обращаясь с
просьбой сделать радио погромче, чтобы послушать передачу, пока она чистит
бобы на ужин, то спрашивая, не сходит ли он в "Красное яблоко", чтобы
купить ей эскимо, - Ральф видел, что она тоже знает об _этом_ присутствии.
Он замечал _это_ знание в ее темных глазах поначалу только тогда, когда
Кэролайн смотрела на него ясно и прямо, но позже он научился распознавать
его и в ее затуманенном от принимаемых обезболивающих взгляде. К тому
времени поступь смерти стала уже слишком явной, и, лежа в постели рядом с
женой в эти жаркие летние ночи, когда даже простыня казалась десятипудовой,
а все собаки Дерри выли на луну, Ральф прислушивался к постукиванию Стража
Смерти, стучащего внутри Кэролайн, и ему казалось, что сердце его вот-вот
разорвется от горя и страха. Сколько еще придется страдать Кэролайн, прежде
чем наступит конец? Сколько еще придется страдать ему самому? И как же он
сможет жить без нее?
Именно в этот исполненный неизвестности период Ральф стал совершать
такие длительные, изматывающие прогулки в жаркие, тягучие летние сумерки,
что часто, вернувшись домой, не находил в себе сил даже поужинать. Он
ожидал, что Кэролайн станет бранить его за то, что он пропадает Бог весть
где, выговаривая: "_Наступит_ _ли_ _этому_ _конец_, _старый_ _дурак_? _Ты_
_же_ _убьешь_ _себя_, _если_ _будешь_ _разгуливать_ _в_ _такую_ _жару_!" Но
она не делала ничего подобного, и постепенно пришло понимание, что Кэролайн
даже не отдает себе отчета в том, что происходит в действительности. О том,
что он отлучается - да, об этом она знала. Но только не о всех тех милях,
которые он одолевал, и не о том, что, возвращаясь домой, он нередко дрожал
от изнеможения и перегрева на солнце.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237