Владимир Васильев.
Пелена.
Рассказ.
Бойт ждал пятницы с отчаянием - ночь на субботу была первой ночью
полнолуния. Значит, опять начнется... Боль во всем теле, приблизительно с
полуночи. И слухи, слухи, ползущие по городку: "Вы слыхали? У Фарлингов сын
пропал. И сарай сломан, а забор и вовсе в щепы..." "А следы, следы? Кто
может оставлять такие следы на земле?" "Кто?" Потом, конечно, найдутся
обезображенные останки молодого Фарлинга, жители торопливо попрячутся по
домам, запирая двери и ставни, потому что покрасневшее солнце нырнет за
горизонт и сразу же навалятся липкие июньские сумерки, а за ними - вторая
ночь полнолуния.
Бойт удрученно вздохнул. Все началось недавно - это полнолуние всего
третье. И все же... Уже четырежды находили истерзанные останки жителей
Армидейла, неосторожно покинувших свои дома ночью. Несколько раз к утру
оказывались полуразрушенными деревянные строения.
Городок погрузился в оцепенение. Обитатели отсиживались за мощными
стенами старых каменных домов, понимая, что оборотень - кто-то из местных.
Армидейл - такая глушь, что за ночь добраться от ближайшего селения можно
разве что на самолете, а самолеты сохранились только в столице и, говорят,
давно уже не летают. Горы и лес окружили городок с трех сторон,
единственная дорога убегала на юг, где далеко-далеко, в неделе пути, лежит
такой же замшелый городишко Гриборг.
Бойт торопливо шагал по улице, обдумывая то, что пришло в голову
сегодня утром. Соседи безмолвно кивали ему - Бойт здоровался и сразу же
опускал взгляд. Он боялся, как и все в Армидейле.
Правда, никто не мог узнать, что боится он совсем не того, что
остальные. Самое парадоксальное - больше всех боялся именно Бойт. Остальные
боялись только оборотня. Бойт боялся всего - себя, сограждан. Боялся, что
его разоблачат. Боялся неминуемой и неотвратимой расправы. Как ужасно
терзаться страхом, которому виновник - ты сам! И ведь поделать ничего
нельзя.
Бойт от бессилия зажмурился и до боли сжал кулаки.
Дом у него был старый и крепкий. Будь оборотнем кто другой, Бойт
чувствовал бы себя вполне в безопасности за его массивными стенами.
Дверь глухо хлопнула, закрываясь. Бойт замер на пороге комнаты.
Итак... Получится ли?
*** *** ***
Лан неслышно подошел к сестре и положил руки ей на плечи. Васта
испуганно вскрикнула, отшатнулась прочь. В глазах ее сверкнул ужас. Лан
смутился.
- Прости... Я не хотел тебя испугать...
Сестра всхлипнула, опускаясь на табурет.
- Господи... Сколько это будет продолжаться?
- Прости, Васта. Мне кажется, я кое-что придумал.
Васта горько усмехнулась:
- Что ты мог придумать? Кто может справиться с этой тварью?
Лан не успел ответить - в наружную дверь постучали. Почти одновременно
часы пробили десять вечера.
- Не открывай! - прошептала Васта, судорожно вцепившись брату в
локоть.- Это ОН!
"Рано еще, до полуночи далеко..."- подумал Лан и вышел в сени. Васта
не отпускала его руки.
- Не открывай!!!
В дверь опять постучали. Удары гулко отдавались во всем доме.
Лан взял свободной рукой разрядник, всегда висевший на крайнем крючке
вешалки, и громко спросил:
- Кто там?
Снаружи донеслось:
- Лан! Открой! Это мы - Ари и Веселый. Открой, пожалуйста!
Васта вздрогнула и крепко сжала брату ладонь: Ари был ее женихом.
- Что вы, черт возьми, делаете во дворе в такой час?
- Лан, у нас в спальне кто-то окно вышиб. В дом теперь может влезть
кто угодно. Открой, пожалуйста! Нам негде укрыться. Эй, слышишь?
Лан колебался.
- Почем мне знать, вы это, или только притворяетесь?
- Лан, прошу тебя, мы уже десять минут торчим на улицу беззащитными...
- Ари,- перебила Васта, скажи, как ты меня называешь? Только ты? Как?
Из-за двери сразу же послышалось:
- Шао!
- Это он! - сказала Васта брату.- Никто не может этого знать.
Лан отступил и отодвинул тяжелый засов. В сени поспешно ввалились двое
- Ари и его закадычный дружок, имени которого никто не помнил. Звали его
просто "Веселый".
В открытую дверь на миг заглянул желтый кругляш полной луны. Лан
защелкал замками.
- Черти бы вас побрали! Шляетесь в такое время...- проворчал он, вешая
разрядник на место.
Веселый сегодня выглядел не особенно веселым. Ари перестал обниматься
с Вастой и повернулся к Лану.
- По-правде говоря, дом у нас в полном порядке, Лан. Просто я
придумал, как изловить это отродье,- сказал он.
Лан покачал головой:
- Ты идиот, Ари. Я бы ни за что не вышел на улицу в потемках.
- Надо же что-нибудь делать,- пожал плечами Ари и усадил Васту в
кресло. Лан вздохнул, вопросительно качнув головой:
- Ну, выкладывай, что ты там придумал.
*** *** ***
Звезды поблекли, темнота расползлась, уступая место рассвету. Бойт
дернулся и пришел в себя. Все тело ломило и жгло, словно его долго топтали
в кислотной луже.
Он огляделся. Городок виднелся в полумиле слева. Бойт вскочил,
превозмогая боль, и побежал туда, торопясь скрыться, пока окончательно не
рассвело. Бежал он по знакомому следу - двойной цепочке четких глубоких
отпечатков, внушающих подсознательное смутное беспокойство.
Значит, ничего не вышло. Вчерашняя выдумка не остановила его.
На околице Бойт свернул со следа и задами пробрался к своему дому.
Дверь болталась на легком ветру, распахнутая настежь. Он вошел в комнату и
уставился на груду битого кирпича вперемешку со штукатуркой.
Вчера он снял люстру, привязал к крюку в потолке крепкую капроновую
веревку с петлей на конце.
1 2 3 4