Лев Пучков
Дикая степь


Киллер Ц 3

OCR&Spellcheck Moonlight
Аннотация

Бизнесмен Бакланов, в прошлом спецназовец и наемный убийца, неожиданно для себя становится кладоискателем. А все потому, что его бывший сослуживец и близкий друг Бо оказался прямым потомком древнего калмыцкого рода, обладавшего несметными богатствами. У него сохранилась реликвия, которая может пролить свет на тайну клада. Но на самом деле охотников за сокровищами намного больше: это и люди местного калмыцкого царька, и "археологи" из Кремля. Для всех участников событий цель оправдывает любые средства, и кому-то из них не по своей воле придется переселиться из Нижнего мира в Верхний:

Лев Пучков
Дикая степь

Моим калмыцким друзьям посвящается...
...Все события, описанные в книге, вымышлены.
Любые совпадения с реально существующими людьми и организациями – случайны и непреднамеренны.
Отдельно подчеркиваю: эпизод с Дарькиным от начала и до конца – не более чем плод богатого воображения автора.
И вообще, не следует рассматривать данное произведение как попытку социально-политического анализа.
Просто автор несколько лет прожил в Калмыкии и делится с вами своими частными впечатлениями...

Глава 1

…По прибытии в Элисту я попросил Бо покатать меня на верблюде. Дескать, давно мечтал познакомиться с горбатым другом скотоводов, вынес из тревожного детства страстное желание, навеянное романтическим хаггардовским флером: подрастрясти когда-нибудь задницу на этом гордом корабле пустыни…
– П…дец пришел твоим кораблям, – пробурчал Бо, нежелая изменять своей обычной манере. – Утопили нафуй.
– ???!!!
– Да сожрали, блин! Че тут непонятного? Оказывается, напряг в Калмыкии с верблюдами. Мало их. По улицам косяками не шатаются. И чтоб покататься, надо пилить черт-те куда, блукать по чабанским точкам – по случаю, может быть, и напорешься ненароком.
Так что – терпи, брат. Если поедем в ту сторону, тогда посмотрим. А пока катайся на джипе – дешевле обойдется.
Вот так сказал Бо. И я ему поверил: Бо – мой учитель, он старше, мудрее и так далее. А еще он местный. Значит, все знает.
Оказывается, Бо слегка ошибался. Не нужно никуда ехать и искать. Достаточно несколько разойтись во взглядах с тибетскими монахами, невесть как угодившими на калмыцкую свадьбу, и некорректно отправить их в известные места. Они вам ласково этак улыбнутся и кольнут ненароком в плечико какой-то дрянью. От этой дряни у вас в башке случится цветной коллапс с погружением, а очнетесь вы уже на верблюде, который мерно вышагивает по необозримой калмыцкой степи. Вот и покатались…
Вы когда-нибудь путешествовали на верблюде, будучи посажены в глубокий мешок и привешены сбоку наподобие какого-нибудь тюка? Если нет – примите мои соболезнования. Незабываемые ощущения! А ежели к тому же у вас связаны руки и ноги, а на голову надета нехорошо пахнущая тряпка, получается вообще полнейшая экзотика.
О том, что это верблюд, я догадался по мерному колыханию своего многострадального тела и характерному всхрапыванию чуть спереди по курсу: по телевизору доводилось слышать. А с другой стороны висел Бо: его красноречивое сопение я узнаю даже по телефону в три часа пополуночи.
Тот факт, что Бо рядом, несколько успокаивал. Его присутствие на меня всегда действует умиротворяюще и снимает всякую ответственность за развитие событий: нормальная атавистическая реакция бывшего военного на присутствие умного командира, который решает все вопросы одним движением бровей. Но вот положение, в котором мы пребываем, положение…
Ах да – совсем запамятовал: здравствуйте, уважаемый читатель! Это я забылся от досады великой.
Давненько со мной не случалось такого безобразия. Почти шесть лет в режиме благоденствия и разгильдяйства сказываются на бойцовских качествах самым пагубным образом: смекалка и осторожность загибаются от дистрофии, интуиция покрывается внушительным слоем целлюлита и работать отказывается напрочь.
В общем, везут нас по степи черт знает куда и зачем, когда прибудем в пункт назначения – неизвестно. Так что давайте помаленьку знакомиться. А те, кто помнят нас с Бо по первым двум книгам< “Профессия – киллер” и “Испытание киллера” >, могут сразу перевернуть несколько страниц и продолжить чтение.
Бакланов Эммануил Всеволодович. Это я. Спасибо родителям – Иваны и Василии отдыхают. Хотя, если честно признаться, начиная с того момента, как стал себя осознавать членом – мироздания, системы, коллектива и т. д., всегда горько сожалел, что меня этак зверски обозвали. А хотелось как-нибудь попроще: допустим, Женей или Колей.
Это у меня в детстве друзья были: Женя Ткач и Коля Поздняк. Парни, конечно, не без недостатков, а ежели конкретно – ну просто оторви да брось, отъявленные мерзавцы. Но имена их в нашей ребячье-тусовочной интерпретации звучали просто восхитительно! Вот смотрите: “…Жека сказал…” или “…Жека отвечает!”. А еще вот так: “… Колян передал…”, “…Тот поц че-то быканул, Колян его моментом урыл!”.
Здорово, правда? Жека сказал, и – ша! Все, вопросов нету. А теперь сопоставьте, каким отвратительным диссонансом звучало в таком же контексте мое имечко: “…Эммануил сказал… Эммануил отвечает…” Ну согласитесь – это же просто недоразумение какое-то! За что может отвечать человечишко с таким стремным имечком?
Поэтому издавна повелось, что все, кто ко мне хорошо относится, зовут меня как-нибудь по-другому, а по имени величают, желая поприкалываться.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136