Вадим Панов
Продавцы невозможного
Анклавы - 4


Издательство: Эксмо, 2009 г.
Твердый переплет, 480 стр.
ISBN 978-5-699-38695-6
Аннотация:
Может быть, давно предсказанный Апокалипсис уже наступил? Казавшиеся спасением от всеобщего хаоса Анклавы не справляются с распадом общества. Эпоха Цифры вместо свободы несет вымирание от страшного наркотика. Улицы городов залиты кровью враждующих мафиози. Китай. Европейский Исламский Союз и страны Каталитического Вуду не способны отыскать выход из тупика, в котором очутился мир. А между тем на севере России возводится неприступная Станция. Здесь будет вырабатываться принципиально новая энергия - надежда человечества. У этой надежды есть только один недостаток: власть над миром, которую она обещает, не делится. И поэтому к решающей битве готовятся все - Анклавы, государства, террористы и, конечно же, адепты древних Традиций…
Вадим Панов
Продавцы невозможного
Лишь почитая богов
И храмы побежденных,
Спасутся победители.
Эсхил. «Агамемнон»
Пролог
Анклав: Москва
Территория: Сити
Можешь делать - делай
Если смотреть с Болота, [1] например, с последнего уровня кольца, то первым бросается в глаза именно «Угольный Шпиль» - тонкий, без особых изысков небоскреб, по самую макушку облицованный черным стеклом. Двадцать лет уже бросается, исполняя роль пограничного столба Сити и раздражая эстетов непрезентабельной внешностью. Не шпиль, даже, а заурядная линейка, непонятно для чего воткнутая рядом с «Подсолнухом», «Дядей Степой», «Пирамидомом» и прочими красавцами делового сердца Москвы. А если забраться на эту «линейку» и посмотреть на север, то, кроме Болота, можно разглядеть пыхтящую производствами Колыму и даже Мутабор. Последний, разумеется, только в ясную погоду, но тем не менее - можно. С вершины «Угольного Шпиля» открывался превосходный вид на Анклав, на беспорядочный хаос центра, безыскусные прямоугольники промышленной зоны и аккуратные крыши самой загадочной московской территории. Вид, не считающийся «открыточным» - в отличие от панорамы Сити, - зато честный, без элегантного корпоративного гламура.
Однако люди, что появились на крыше «Уголька», плевать хотели на замечательный вид, они смотрели совсем в другую сторону, на лабиринт делового центра, и кричали друг другу - изза дикого ветра разговаривать иначе не получалось.
- Патриция! Самый сложный участок - за «Степой»! Там небоскребы в ряд, получается труба…
- Твою мать, Кимура, я знаю!
Одетая в тщательно пригнанный комбинезон из карбошелка, Патриция справлялась с походом по крыше лучше спутника: ветер не рвал штаны, не надувал пузырем куртку, предательски забираясь под короткие полы. Очки позволяли спокойно смотреть, но вот дышалось с трудом, и еще больших усилий требовал разговор.
- Я хотел помочь!
- Заткнись!
Цепляясь за установленные на крыше поручни, Кимура и Патриция медленно двинулись к краю, а в дверях появились две другие фигуры. Еще один парень и еще одна девушка, благоразумно решившие не покидать укрытие.
- Ты идиот! - в очередной раз повторила Матильда. - Ты же знал, что Пэт заведется!
- Я пытался ее остановить!
- Заткнись!
Разные женщины и такие одинаковые…
Рус понимал, что виноват, а потому не злился на Матильду - ругалась подруга по делу. Сидели в мастерской, пили пиво, трепались о самолетах, благо тут же, в ангаре, стоял распотрошенный под полное переоснащение спортивный «Воробей». Потом о прыжках заговорили, тут Рус и ляпнул, что Патриция не дотянет до Царского Села, и не замолчал, когда брови девушки удивленно поползли вверх. Теперь расклад простой: с «Уголька» до Царского Села, Сити насквозь. Цена вопроса - пять юаней. В качестве бонуса - злобное шипение любимой женщины.
- Если с Пэт чтонибудь случится, я тебя убью!
«Знаю, знаю…»
И отвернулся, делая вид, что больше всего на свете интересуется действиями Кимуры, который возился с натянутой по периметру крыши металлической сеткой. Но тут же услышал (и снова не в первый раз!) вопрос:
- Ты позвонил?
- Позвонил.
- И что? Где они?
- Позвонить еще раз? - огрызнулся парень.
- Ты…
Кимура, несмотря на сумасшедшие порывы ветра, всетаки справился с сеткой и сразу же ушел влево, подальше от пропасти, на край которой ступила Патриция.
- Поздно! - простонала Матильда. - Звони!
- Теперь уже точно поздно.
Под ногами Патриции - двести метров прямой дороги вниз, к закатанной в асфальт земле, но короткий путь не привлекает. И не пугает. Девушка устремлена не вниз, а вперед. Высота не страшна, высота - лишь физическая величина, позволяющая взять хороший старт.
Пэт задержалась на краю не от страха, а оценивая силу и направление ветра. Порыв, еще один, еще… Предсказать их невероятно сложно, но нужно, потому что Пэт собирается не просто прыгнуть, ее цель - влиться в поток, оседлать гуляющий меж небоскребов ветер, а потому девушка выжидала. И бросилась вперед, почувствовав - не поняв, а именно почувствовав, - что время пришло.
Черная фигура исчезла с края крыши.
- Какого черта нас не арестовали? - простонала Матильда. - Рус, я тебя убью!
Главный кабинет «Пирамидома» находился на самом верху штабквартиры московского филиала СБА и представлял собой маленькую пирамиду, вид изнутри: четыре наклонных стены и окна во все стороны. Странное, но своеобразное помещение.
Хозяином главного кабинета был человек, которого все звали Мертвым. За спиной, естественно, звали, вполголоса, но тем не менее - все. А он, в свою очередь, внешне совсем не производил впечатление самого страшного человека Москвы - невысокий, щуплый, с редкими, мышиного цвета волосами и невыразительным лицом:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137