Моей семье
Особую благодарность следует выразить Стюарту Коэну,
предоставившему мне свой кабинет для того, чтоб я мог
писать, и миссис Эбигейл Кеньон за критическую помощь в
первых главах.
Примечание автора
То, что следует ниже, основано на подлинных событиях. Хотя многое было
изменено риторики ради, в сущности, к этому следует относиться как к факту.
Тем не менее, это никак не должно ассоциироваться с гигантским объемом
фактической информации, относящимся к практике ортодоксального
дзэн-буддизма. Что же касается мотоциклов, то тут все тоже не слишком
документально.
И что хорошо, Федр,
И что не хорошо, --
Надо ли просить кого-то рассказать нам об этом?
ЧАСТЬ 1
1
Не отрывая руки от левой рукоятки мотоцикла, я по часам вижу, что уже
восемь тридцать утра. Ветер даже при шестидесяти милях в час -- теплый и
душный. Если уже в полдевятого жарко и сыро, то как будет днем.
Ветер несет едкие запахи придорожных болот. Мы -- в той части
Центральных Равнин, где тысячи топей, где хороша утиная охота. Мы
направляемся на северо-запад от Миннеаполиса в сторону Дакот. Эта дорога --
старое бетонное двухполосное шоссе, по которому нет активного движения с
тех пор, как несколько лет назад параллельно ему проложили новую
четырехполосную трассу. Когда мы проезжаем очередное болото, воздух
неожиданно холодеет. Когда же болото остается позади, теплеет снова.
Я рад, что опять еду сюда. Вроде несуществующей страны, совершенно
ничем не знаменитой и именно поэтому -- привлекательной. На таких старых
дорогах исчезают все напряги. Мы трясемся по избитой бетонке среди рогоза,
лужаек, опять рогоза и болотной травы. Тут и там мелькает открытая вода, и,
если вглядеться, на краю рогозовых зарослей можно увидеть диких уток. И
диких голубей. ...Вон краснокрылый дрозд.
Я шлепаю Криса по коленке.
-- ЧT? -- вопит он.
-- Дрозд!
Он что-то отвечает -- я не слышу.
-- ЧT? -- ору я, не оборачиваясь.
Он хватает меня за затылок шлема и вопит:
-- Я видел их тучу, па!
-- А-а! -- ору я в ответ, потом киваю сам себе. В одиннадцать лет
краснокрылые дрозды не особенно впечатляют.
Для этого надо стать старше. У меня тут примешиваются воспоминания,
которых нет у него. Давние холодные утра, когда болотная трава бурела, а
метелки рогоза мотались на северо-западном ветру. Едкий запах поднимался от
жижи, взбаламученной высокими охотничьими сапогами: мы готовились к восходу
солнца и открытию утиного сезона. Иди змы, когда топи замерзали и мертвели,
и можно было часами ходить по льду и снегу среди мертвых камышей и ничего,
кроме серого неба, всякой дохлятины и мороза не видеть. Дроздов тогда не
было. Но сейчас, в июле, они вернулись, и всT очень даже живет, и каждый
квадратный фут этих топей гудит, щелкает, зудит и трещит, -- целое
сообщество миллионов живых существ, тратящих всю жизнь в каком-то блаженном
континууме.
Если отпуск проводишь на мотоцикле, видишь все совершенно иначе. В
автомобиле ты всегда в замкнутом купе, а поскольку к этому привыкаешь, то
сложно себе представить, что все, что видишь в окне, -- просто тот же самый
телевизор. Ты -- пассивный наблюдатель, и все движется мимо в скучном
обрамлении.
На мотоцикле такой рамки нет. Ты полностью в контакте со всем вокруг.
В самом пейзаже, а не просто созерцаешь его, и это чувство собственного
присутствия ошеломляет. Бетон, проносящийся в пяти дюймах под ногой,
реален, по нему ходишь, и -- вот он, мелькает так, что невозможно
сосредоточиться, и в то же время можешь опустить ногу и шваркнуть по нему в
любой момент. Все это вместе -- единое переживание, которое никогда не
сотрется из немедленного сознания.
Крис и я едем в Монтану с друзьями. Они -- впереди, возможно,
направляются еще дальше. Планы смутны намеренно: цель больше само
путешествие, чем прибытие куда-либо. Мы в отпуске. Предпочитаем
второстепенные дороги, лучше всего -- мощеные проселки, только потом --
однополосные шоссе. Скоростные трассы хуже всего. Мы хотим хорошо провести
время, но для нас ударение стоит на слове "хорошо", а не на слове "время",
-- а когда смещаешь ударение таким образом, то меняется весь подход.
Извилистые дороги среди холмов длинны только при счислении на секунды, а на
мотоцикле они гораздо приятнее: вписываешься в плавный поворот сам, а не
болтаешься из стороны в сторону в каком-нибудь ящике. Приятнее всего дороги
с небольшим движением; они еще и безопаснее. Лучше, если нет автостоянок и
рекламных щитов, где рощи, луга, сады и полянки -- чуть ли не у самого
плеча, там тебе машут дети, когда проезжаешь мимо, там люди вытягивают с
крылец шеи рассмотреть, кто проехал, там останавливаешься узнать дорогу или
чего-нибудь еще, а ответ грозит затянуться так, что мало не покажется, и
люди интересуются, откуда ты и долго ли уже в пути.
Моя жена, я и наши друзья впервые пристрастились к таким дорогам
несколько лет назад. Время от времени мы сворачивали на них для
разнообразия или чтобы сократить путь до другого шоссе, и всякий раз пейзаж
оказывается просто грандиозным, и мы съезжали с такого проселка успокоенные
и радостные. Мы проделывали так множество раз, пока не поняли вещь,
очевидную с самого начала: такие дороги в самом деле отличаются от
основных. И весь ритм жизни, и личности тех, кто вдоль них живет. Эти люди
никуда не едут.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146