МУРАВЬИ
-...На каждую амазонку в колонии полиергус приходится шесть-семь
чужих рабочих, - сказал Натальин, заканчивая лекцию.
В это время в аудиторию заглянули. Натальин сразу ощутил холодок
между лопатками, словно кто-то невидимый приложил холодное лезвие к
обнаженной спине. Давно ли была первая лекция, когда он настолько
разволновался, что выбежал из зала?
- Ам-мазонки полиергус, - сказал он дрожащим голосом и с ужасом
почувствовал, что надвигается дикое косноязычие, когда он не в состоянии
связать и двух слов, - эти амазонки не единственные в своем роде. В
следующий раз рассмотрим крупноголового и широкожвалого харпагоксенуса
сублевиса, который тоже полностью зависит от рабочих муравьев чужих видов.
Я кончил!
По широкому проходу к нему уже спешили двое: директор и незнакомый
крупный мужчина с загорелым широким лицом, изрезанным шрамами.
Директор торопливой скороговоркой представил:
- Тролль, заместитель директора по геологоразведке Венеры. Умоляю
вас, Натальин, пойдемте быстрее!
Они подхватили Натальина под руки и почти бегом повели к выходу. Рука
у замдиректора оказалась прямо железной. Чувствовалось, что он без особых
усилий мог бы раздавить локоть преподавателя мирмекологии, словно елочную
игрушку.
"Бывший космонавт", - констатировал Натальин с уважением. Ему стало
обидно от сознания собственной неполноценности. Худое и скорбное лицо,
кривые зубы, сутулая спина... Наверное, он даже лето не любил по той
причине, что приходилось снимать защитный панцирь: пиджак с искусственными
плечами. Никакая рубашка не могла скрыть торчащих ребер, плоской грудной
клетки, костлявых плеч и длинных худых рук с бледной кожей, к тому же
покрытых темными волосами.
У подъезда их ждал автомобиль. Ничего не понимающего Натальина
втиснули на заднее сидение. Директор института сел к шоферу, космонавт
грузно опустился рядом с Натальином.
Машина рванулась с места, словно прыгнула. Как стрела пронеслась она
по узкой улочке и буквально вылетела на магистраль.
- Важное дело, - сказал космонавт. Он сидел огромный и крепкий, как
гранитная скала, на поворотах наваливаясь плечом на Натальина, и тот
чувствовал, что его грудная клетка сминается, словно воздушный шарик. -
Пришла лазерограмма с Венеры: "Срочно пришлите мирмеколога". А наши спецы,
как назло, разбрелись. Кто в отпуске, кто гриппует, двое что-то ищут в
сельве Амазонки... И мне порекомендовали обратиться к вам.
- А что случилось? - спросил Натальин слабым голосом.
- Неизвестно. У них малые мощности. Энергию экономят. Может быть
местные муравьи покусали кого-нибудь или погрызли кабель. Вы согласны?
С переднего сидения повернулся директор. От натуги лицо налилось
кровью, глаза лезли на лоб.
- Наш институт тоже заинтересован, - сказал он многозначительно. -
Учтите это обстоятельство, дорогой Сергей Владимирович!
Машина выскочила за городскую черту, замелькали строгие дома научного
центра.
- Вы согласны отправиться и проконсультировать на месте? - спросил
бывший космонавт в упор.
Натальин ощутил дрожь в коленях. Куда отправиться?
- Перебросим вас с помощью телетранспортации, - сказал директор,
словно космонавтика находилась в его ведомстве, - потребуется уйма
энергии, но ведь пришел сигнал опасности... Для нашей страны, где все для
человека, все только во имя человека...
Машина на большой скорости понеслась к массивному зданию из серого
гранита. Возле подъезда стояли трое в белых халатах.
- Этот? - спросил один отрывисто, указывая на представительную фигуру
директора.
- Гм, - промямлил директор и побледнел, - я, собственно, тоже знаком
с мирмекологией, но обстоятельства не позволяют мне...
Но Натальина по кивку Тролля уже вели по коридору, и он лишний раз
мог убедиться, что даже у космонавтов-медиков пальцы тоже железные.
Они вбежали в огромный зал. Все помещение наполнял мощный гул, под
куполом откликалось эхо, пол подрагивал. В самом центре блестела круглая
плита из черного металла.
- Только консультация мирмеколога может помочь, - сказал космонавт
неожиданно тихо.
- Я... я... согласен, - сказал Натальин, изо всех сил стискивая зубы
и сжимая кулаки, чтобы они не опозорили его дрожью.
И тут же сообразил, что его и не везли бы сюда, если бы не
сомневались в согласии немедленно все бросить и отправиться в мир другой
планеты консультировать людей из ведомства космонавтики. Странный народ
эти планетолетчики!
Несколько крепких парней помогли влезть в космический скафандр малой
защиты, жуткую помесь рыцарских доспехов и водолазного костюма для
глубочайших спусков. Натальин ощутил, что весь покрывается липким потом.
На плечи давила вся планета.
- Я не могу сделать и шагу, - прохрипел он.
Один из техников, здоровенный детина, сказал торопливо:
- Это облегченный костюм малой защиты. Для кислородных атмосфер!
Но в его голосе Натальин уловил нотку глубокого презрения. Сквозь
обзорный щиток он увидел своего директора, который обеспокоено
протискивался к нему.
В наушниках послышался его писк:
- М-мэ... В таких костюмах можно и в преисподнюю!
Ответил тенор техника:
- В этой пижаме?
И все покрыл густой нетерпеливый бас замдиректора по освоению Венеры.
- Вам не придется ходить в нем! Проконсультируете, не выходя из
комнаты. Они само наловят и принесут.
1 2 3 4 5 6