Князь Владимир

Книга первая
Пролог
В крохотную каморку челядной шагнул высокий молодой воин. Лицо его
было смуглое, хищное, голова чисто выбрита, лишь с макушки свисал длинный
клок пышных темно-русых волос. В левом ухе блистала серьга с рубином,
смуглое лицо было худым, настороженным, с выпирающими острыми скулами.
Даже здесь, в своем тереме, он двигался как волк в лесу: настороженно,
бесшумно, готовый внезапно оскалить зубы. Пальцы его крупных мускулистых
рук никогда не удалялись от короткого меча на бедре и кинжала на поясе.
Железный шлем держал на локте левой руки, рубашка из железных колец
плотно обтягивала широкие плечи. Он был в облегающих ноги кожаных портках
и высоких сапогах для верховой езды.
Вместе с ним в тесное помещение ворвались тревожащие запахи конского
пота, степных трав, пожаров и крови. Женщина, что лежала скорчившись на
широкой дубовой лавке, повернула к нему измученное худое лицо. С воином
пришел запах гари, словно бы стены раздвинулись. И огромная враждебная
Степь ворвалась в тесную комнатку. И даже слышались крики заклятых врагов
-- хазар, савинов...
-- Уже? -- спросил он требовательно.
-- Сын,-- ответила она едва слышно.
Ее губы были бледными, она пыталась облизнуть их, язык царапался о
сухое небо. У правого бока лежал завернутый в лохмотья ребенок с красным
сморщенным личиком.
Воин поморщился:
-- Чего такой красный? Урод какой-то.
Она прошептала слабо:
-- Он будет красивым... все дети являются на свет такими... Дай ему
имя, княжич.
Воин, которого она назвала княжичем, поморщился, оглянулся. Словно
спрашивая самого себя, почему он стоит здесь в темном чулане, где нельзя
дышать от запахов грязного белья и вони от близкого свинарника. Из-за его
плеча выглянули и торопливо исчезли, как испуганные мыши, стряпухи.
Молодой княжич грозен, свиреп, часто неистов. Под его горячую руку попасть
-- можно потерять и голову.
-- Имя?.. Гм... Он был зачат в степи. Так пусть же будет Степаном!
Женщина вскрикнула, протянула к нему дрожащие руки:
-- Нет... Степь -- это кровь, набеги, пожары, полон... А у него
должно быть имя... самое лучшее на свете...
-- Тогда Костей! Чтобы стал крепким, как кость. И пусть будет врагам
нашим костью в горле. Отец говорил, что Костяным звали его дальнего
родственника Зигфрида.
-- И это как-то грубо... Он же у меня первенький! Может быть, Назар?
Ведь он на заре родился...
-- Не по-мужски. Лучше Сила, Силантий, Стоян...
-- А Наум? Чтобы был самым умненьким?
Воин сказал с раздражением:
-- Водан, Рюрик, Потык -- вот имена для воина! А то еще Ульяном
назови, чтобы пчел приманивал, или Филей-Филипом, чтобы мыши боялись!..
Ладно, не реви. Ишь, посматривает, волчонок... Он останется рыжим или
потемнеет?.. Давай так и назовем: рыжий волк, а? Рудой волк! Рудольф?
-- Волк -- это страшно,-- сказала она несмело и заплакала.
Воин нависал сверху, молодой, но уже огромный и хищный, в запавших
глазах блистали искры. Лицо с резко очерченными чертами выражало
сдержанное недовольство. Он уже жалел, что пришел в каморку для низшей
челяди. Мало ли, что когда-то во хмелю подгреб под себя эту девку, надо
признаться, красивую, но когда вернулся из похода в Киев, было не до нее.
Он вообще женщин мало замечал: сильные мужчины раздвигают мечом пределы,
пробивают новые торговые пути в дальние страны, накладывают дань на
богатых соседей, бдят, защищают, добывают, а сладострастие -- это утеха
рабов. Другие радости им просто недоступны.
-- Ладно,-- сказал он, отступая к двери,-- выбери сама любое имя.
-- Благодарю...
Она от слабости на миг опустила веки, а когда открыла глаза, в
каморке было темно и пусто. Под окном раздался лихой свист, прогремел
дробный стук копыт. Судя по направлению, где он затих, юный княжич умчался
к воеводе Сфенелу, который был воеводой у князя Олега, оставался им при
Игоре, а теперь все еще воевода и правая рука у великой княгини Ольги...
-- Игорек,-- прошептала она,-- ты ведь такой игривый... Или Беримир,
Селимир, Будимир... чтобы трудом своим заселил мир...
В каморке было душно и жарко. В единственное окошко пробивался сквозь
стенку бычьего пузыря слабый свет. Потом подошла судя по силуэту,
расседланная лошадь. Задумчиво почесалась о стену, подняла хвост. Малуша
услышала дробный стук конских каштанов. Сильный запах конского помета
тяжелой волной хлынул в тесное помещение.
Малуша ощутила дурноту. В раскрытой двери мелькали неопрятные
челядинцы. Протащили тяжелую лохань, разбрызгивая дурно пахнущие помои.
-- Нет,-- прошептали ее обескровленные губы,-- пусть будет сильным и
стойким... Пусть станет хитрым и живучим... Хоть родился рабом, но пусть
не останется им. Как суждено мне... И в залог этого, пусть имя его будет
-- Владимир!

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
В лето 6473. Пошел Святослав на хазар.
И в битве одолел Святослав и столицу их
взял. И победил ясов и касогов.
В лето 6474. Вятичей победил Святослав
и дань на них возложил.
В лето 6475. Пошел Святослав на Дунай,
на болгар. И бились обе стороны, и одолел
Святослав болгар, и взял восемьдесят
городов их по Дунаю, и сел княжить там, в
Переяславце, беря дань с греков.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130